Темный охотник #12

Глава 14 Все включено!

Мы переоделись в чистое, соответствующее случаю. Кристиану подошли вещи щуплого Вани, так что и он выглядел если не как кронпринц, то хотя бы как аристократ, а не хрен в отрепьях.

Но прежде чем мы отбыли в Кремль, дед позвал меня к себе в кабинет, на разговор. Разумеется, после обстоятельного, честь по чести, представления кронпринцу.

— Нагулялись, отдохнули? — спросил патриарх, закрывая за мной дверь.

— Погудели знатно, да, — улыбнулся я. — Только не спрашивай, куда пропали. Считай, что в трёх соснах заблудились.

— Ну да, ну да, конечно, в трёх соснах, — серьёзно кивнул дед. — Всем так и говори. Ты за идиотов-то нас не держи. Лексу потеряли, а без неё и Наги не могли Его Высочество в чувства привести. Не рассчитали для него дозу гномьей бормотухи, да?

— Примерно так, деда, — я облегчённо выдохнул. — Кто нас сдал? Хозяйка бара?

— И сдала, и прикрыла, так что не серчай на неё. За другим тебя позвал. Вон, забирай, Его Величеству лично в руки.

Он кивнул на стоящую в кабинете неприметную фанерную коробку.

— Ещё один портал? — предположил я.

— Да, — дед заложил руки за спину и заходил по кабинету. — Большая ответственность на наш род ложится. Союзные императоры посовещались и решили, что портальная связь между столицами нужна. Мало ли что. И нам поручено её организовать и поддерживать.

— Почему империя не взяла это на себя? — удивился я.

— Хороший вопрос, Артём, — дед остановился напротив меня. — Вот и поразмысли на досуге. Мы, понятное дело, заработаем на этом всём. Но случись что — первые и поляжем. Узел, соединяющий между собой дворцы…

— Приоритетная цель для любого террориста, — закончил я за ним. — А у нас в мире есть такие, которых не остановит ни бетон, ни гвардия.

— То-то и оно, — дед потёр виски. — Мы, конечно, кое-что предусмотрели. Эти порталы не будут работать постоянно. Активация по запросу, ключи, пароли, кодовые фразы… И диспетчерская с порталом физически в разных местах, причём и с нашей, и с их стороны.

— Работа Разумовского?

— Да, его люди протоколы безопасности проработали. Предусмотрели, кажется, всё. Но у монархов всё равно будет возможность безусловного открытия портала с их стороны. По радужке, отпечатку ладони и магической ауре.

— Одно из?

— Нет, все три пункта сразу, — усмехнулся дед. — Если хоть одно что-то не совпадает — портал с их стороны не откроется.

— Серьёзный подход, — одобрительно кивнул я. — Портал Махиро тоже заменим на новую версию?

— Само собой. А старый, чтоб добру не пропадать, к Ярику в рубку поставим. Но остаётся ещё Арапахо, и с этим надо будет что-то придумать.

— Придумаем, — заверил я. — Слушай, у нас ведь настоящий клуб получается! Портальный! За членство в котором монархи ещё и заплатят. А жизнь-то, деда, налаживается!

— Ой, можно подумать, тебя золото интересует, — отмахнулся он. — Всё, иди уже!

Убрав коробку с портальной рамкой, я покинул кабинет деда и в приподнятом настроении присоединился к остальным.

— Володя звонил, — сообщила Анютка. — Они с Нагой самолётом в Москву вернулись. Так что все вместе соберёмся!

— Мне-то с вами зачем идти? — в который раз принялся возражать староста гномов.

— Торвальд, ты меня уважаешь? — повернулся к нему Могрим.

— В деле видел, в застолье видел, — дважды кивнул староста. — К чему вопрос?

— А раз уважаешь, то не бухти. Вместе идём, — Могрим хлопнул своего собрата по плечу.

— Ну вот так бы сразу и сказал, — заулыбался Торвальд. — Слово короля — закон. Попривыкнуть правда надо будет.

За этим можно было наблюдать вечно, но нас уже заждались, так что я кивнул Лексе, и она открыла портал…

ㅤ

… прямиком в трапезную, где собрались уже все, кто нас ждал — всё семейство Голицына, включая Нагу, два незнакомых монарха и девчонка, которую я сперва принял было за школьницу.

— Кристи!!! — с воплем взвилась со своего места пигалица, метр с кепкой, видать, та самая принцесса, и набросилась на кронпринца только что не с кулаками. — Min dumma åsna! Jag var så orolig! Was hast du dir dabei gedacht, du Holzkopf⁈ Förstår du inte, dass sie dich döda konnten⁈ Gott im Himmel, vart i helvete har du tagit vägen⁈ — затараторила она на дикой смеси шведского с немецким. Тут она обратила внимание на нас: — Аннет, спасибо тебе большое, что откликнулась на мою просьбу! Ваша Светлость… — она повернулась ко мне и присела в реверансе.

— Эммм… — Ариэль посмотрела на меня.

— Её Высочество выражает крайнюю озабоченность непростительным безрассудством Его Высочества, — перевёл я, едва сдерживая смех.

— Безрассудство? Да это, это!!! — принцесса не смогла сходу подобрать подходящее слово на русском и замолчала, сверкая глазами.

— Виктория Луиза! — гаркнул, видимо, её отец. — Где ваши манеры, фройляйн???

Пигалица сверкнула глазами в сторону жениха, но сделала шаг назад, уступая место Голицыну-старшему.

— С моей дочерью вы знакомы, господа, — повернулся он вполоборота к гостям. — Позвольте представить, Светлейший Князь Артём Чернов…

— Рад знакомству, — склонил я голову.

— … княжна Ариабраxсрезиель Фаэбракса, — продолжил Голицын представление.

— Просто Ариэль, — Ари с достоинством склонила голову, и монархи с явным облегчением выдохнули.

— Могрим Каменная Секира, Последний Король гномов.

Здоровяк степенно кивнул, а Голицын повернулся к нашим иномирным красоткам.

— Госпожа Лекса, признанная в Японии посланницей богини Аматэрасу, и госпожа Лиана, Истинная Дриада. А также, полагаю, Торвальд Медная Борода, староста живущих у нас на Урале гномов?

— Так и есть, Ваше Величество, — кивнул староста. — В прошлую нашу встречу моя борода ещё была медной. Вы к нам ещё при деде Вашем заезжали, лет так пятьдесят назад, мальчонкой. Но кузнечный молот одной рукой подняли.

— Это семейная легенда, — улыбнулась Анастасия Борисовна и сдала мужа с потрохами. — Он мне на первом свидании рассказывал, как в детстве кинжал в гномьей кузнице ковал!

— Всё так и было, душа моя, — рассмеялся Голицын, ничуть не смутившись, и перешёл к представлению своих заграничных гостей. — Его Императорское Величество Фридрих Четвёртый, Кайзер Германской империи и его дочь, Виктория Луиза.

Кайзер, высокий мужчина с военной выправкой и жёстким взглядом, коротко кивнул мне, а пигалица снова присела в безупречном реверансе.

— И Его Величество Карл Густав Девятнадцатый, Король Швеции, — Голицын указал на второго монарха, мужчину с характерным скандинавским профилем, который сейчас с явным облегчением рассматривал своего помятого сына.

— Светлейший князь, — шведский король сделал шаг вперёд и, игнорируя протокол, крепко пожал мне руку. — Благодаря всем вам, мой сын жив. Швеция этого не забудет.

— Кажется, вам следует благодарить вашу будущую невестку, — кивнул я на порозовевшую малявку. — А мы просто сделали свою работу.

— О, мы видели, что вы сделали и как! — покачал головой кайзер. — И, должен сказать, это было не менее феерично, чем зачистка прорыва в Арапахо! Ни одного погибшего, хотя были такие, кого на части разорвало. В чём секрет?

— Если начистоту, — я изобразил смущение, — то всё дело в той вулканической лаве, которой гномы решили отметить возвращение короля. Как потом оказалось, это был боевой стимулятор, делающий из гномов настоящих берсерков. И категорически противопоказанный людям, уж не знаю, к сожалению или к счастью.

От такой неожиданной откровенности монархи сперва растерялись. Первым хрюкнул Голицын, а за ним и его заморские коллеги заржали в голосину, разом растеряв всё монаршье величие.

Тем не менее, градус официоза удалось сбить, и дальше общение пошло непринуждённо.

— То есть вы не специально, оно само так получилось? — сквозь смех выдавил Дмитрий Дмитриевич.

— Не ну а чё они? — пожал я плечами. — С террористами нельзя вести переговоры. Их надо просто мочить.

Мы, наконец, расселись за стол, слуги натаскали всяких блюд, и, переглянувшись, мы набросились на еду. Всё же день выдался суетный, и лёгкий перекус подмерзшим шашлыком успел раствориться в желудках без следа. Виктория Луиза очень мило ухаживала за своим Кристианом, подкладывая ему большие куски жарко́го.

— Я хочу сказать тост, — дождавшись, когда мы наедимся, заговорил король Швеции, Карл Густав. — За вашу великолепную, невероятную, эффективную и самую эффектную команду в мире.

Остальные, конечно, его поддержали, и нам, деваться некуда, пришлось пить за самих себя. Дорогое красное вино после вчерашнего показалось компотиком, что, впрочем, насладиться вкусом не помешало. Интересное, кстати, вино, я оценил выбор по достоинству. Поначалу вяжет, но с каждым новым глотком раскрываются новые нотки вкуса, и вязкость куда-то уходит. И, судя по нашим собеседникам, на настроение влияет самым лучшим образом.

— Значит, Япония капитулировала? — завёл разговор кайзер.

— Не капитулировала, Фридрих, — поправил его Голицын, — а заключила мир. Махиро объявила о выводе войск без предварительных условий с их стороны.

— Но вы потребуете репарации?

— Да мы их, можно сказать, уже получили, — Дим Димыч скривился, будто лимон съел. — Интервенция выявила как системные проблемы государственного управления, так и всех неблагонадёжных аристократов и чиновников. При этом, как ни парадоксально, ущерба ни инфраструктура, ни местное население практически не понесли.

— Плюс «Хоккайсю» передали нам свою долю в дальневосточных активах, — заметила Аня.

— О, сделка века! — оживился швед. — Наслышан! Она прошла?

Он посмотрел на меня, а я на Аню. Меня-то там не было, я спал!

— Прошла, — кивнула Анютка. — Управляющие активами так испугались происходящего, что отправили безотзывную оферту. Князю Чернову оставалось только принять его.

— Могут ведь оспорить? — покачал головой Дим Димыч.

— Ты бы видел юриста Черновых, — хохотнул Голицын. — Японцы ещё должны останутся, если рискнут встретиться с ним в суде! Ни одного проигранного дела за всю карьеру!

— Значит, мир, — глаза кайзера остались серьёзными. — Мир это хорошо. Но вот что скажи, брат. Кто она, Махиро? Можно ли иметь с ней дело? Ведь сколько ей, двадцать, двадцать пять?

— Можно и нужно, — уверенно кивнул Дмитрий Михайлович. — Она из древнего рода, серьёзная порой даже не в меру, ответственная. Родни у неё не осталось, надавить не на кого, личные интересы, которые часто мешают государственному делу, можно сразу исключить. Ну и Аматэрасу её признала, для японцев это принципиально.

— Так бы сразу и сказал, что она твоя протеже, — улыбнулся Карл.

— Скорее Анина, — Голицын кивнул на дочь. — Это была её идея сделать ставку на Махиро.

— В этой войне военные действия велись в основном в её блоге, — серьёзно добавил Дим Димыч.

— А кстати, — нахмурился кайзер, — мне показалось, или Мусасимару действительно собирался принести её в жертву на ацтекском алтаре? Он планировал рассчитаться с ацтеками сибирскими алмазами за создание Тихоокеанского рубежа по образцу Йеллоустоунского Периметра?

В наступившей тишине мы с Голицыным переглянулись. А ведь такую версию, чисто экономическую, с заказом интервенции ацтеками, мы даже не рассматривали!

— Что ты знаешь об ацтекских алтарях, брат? — начал император издалека.

— Хороший вопрос, на который ацтеки так и не дали ответа, — Фридрих поджал губы. — Очевидно, жертва как-то утилизируется, и на этой энергии работают пирамиды, отгоняющие монстров. Я бы предположил, что это магия крови…

— Лишь отчасти, — покачал я головой. — На самом деле артефакт, отпугивающий монстров, может работать на любой энергии. Это могла бы быть энергия веры, крови, добровольный сброс силы одарёнными, разломные ядра в конце концов. Но ацтеки используют худшее из зол — развоплощают души. Жертвы лишаются шанса на перерождение, полностью прекращая своё существование.

— Это… — кайзера заметно передёрнуло, — достоверно известно?

— Я присутствовал при ритуальном самоубийстве ацтекского жреца, — я посмотрел Фридриху в глаза, чтобы понять, насколько он в курсе той старой истории с Чипахуа, но, похоже, до ацтеков ему дела не было. — Как артефактор, я чувствую такие вещи, Ваше Величество.

— Нам, видимо, придётся поверить вам на слово, — заметил Карл.

— Не совсем, — улыбнулся я. — Мы провели реинжиниринг алтаря в пирамиде Арапахо и сумели воспроизвести технологию, только без кровавых жертв. Чистая техномагия! Полагаю, это достаточно убедительно доказывает нашу компетентность в данном вопросе?

— Но сторонним экспертам ознакомиться не дадите? — прищурился кайзер.

— Почему? Пожалуйста, знакомьтесь. У ацтеков ещё много пирамид, до которых мы пока не добрались, — развёл я руками. — Рекомендую найти одарённого с двумя дарами — сканера и артефактора, или сканера-менталиста, и отправить поприсутствовать при жертвоприношении.

— Вы имеете в виду Йеллоустоунские пирамиды? — уточнил Карл.

— Да любые, — пожал я плечами. — Все пирамиды существуют лишь для сбора энергии развоплощённых душ. На поддержание Периметра идёт от силы три процента этой энергии.

— Вот как⁈ — кайзер удивлённо приподнял бровь. — А остальное?

— Они откармливают тёмного бога, — я откинулся в кресле, наблюдая за эффектом. — И я не знаю, как далеко они продвинулись. Возможно, близки к завершению, и скоро молодой и очень голодный бог явит себя. А может, уже откормили. Многие боги не очень любят публичность.

Фридрих с Карлом переглянулись. В их взглядах прямо-таки читалось «допился, вызывайте санитаров».

— Старые легенды говорят о возможном пришествии тёмных богов, — осторожно заговорил Карл. — О Рагнарёке… Но… создать бога? Для чего? А главное — зачем?

— Не создать, — я прикинул, как много могу рассказать, прежде чем вопросы появятся уже ко мне. — Раз в тысячу лет рождаются люди или иные разумные, которые потенциально могли бы стать богами. Чаще всего — погибают, так и не осознав своих возможностей. И главная из них — возможность напрямую поглощать души других разумных. Не остаточную энергию ритуалов, как некроманты, а именно сами души. Если такая личинка бога оказывается достаточно сильным и, что не менее важно, везучим одарённым — то через сотню или может быть тысячу лет он может пойти по пути бога. Это качественная трансформация, разрыв с привычной материальной формой. Путь светлого бога — это молитвы и вера, тёмного — кровь и жертвы. Угадайте, какой путь выбирает большинство будущих богов?

— Тот, что выгоднее, — кивнул кайзер. — Вы считаете, князь, что ацтеки нашли такого одарённого?

— Скорее, это он их нашёл, — хмыкнул я. — Сумел создать артефакт, отпугивающий разломных монстров, а потом стал взимать за пользование им абонентскую плату. Сами ацтеки, кроме разве что верховного жреца и возможно императора, даже не подозревают, с чем имеют дело. Я общался со жрецами — они не имеют ни малейшего представления об истинном положении вещей.

— В то, что вы говорите, трудно поверить, — вздохнул Карл и добавил: — Да и не хочется, если уж начистоту.

— Лекса, Лиана, Могрим и Ри пережили плен у тёмного бога-коллекционера, — я посмотрел на Аню и та, спохватившись, принялась рыться в своём телефоне. — Не самый сильный божок, захватывать множество миров не спешил, судя по свите из высших вампиров, начинал с некромантии. Коротал вечность, занимаясь коллекционированием, и если бы он собирал редкие марки — к нему и вопросов бы не было. Но он собирал редкие души.

Аня как раз нашла нужное видео и включила его на большом экране. Половине присутствующих пришлось повернуться, а вот Лиана наоборот, предпочла отвернуться.

На видео была наша с Лексой схватка с вампирами и самим коллекционером.

— Это ведь другой мир? — уточнил кайзер, внимательно глядя на экран.

— Да, это была короткая вылазка перед Арапахо, — кивнул я.

— По виду очень сильный маг, но вполне материальный, — заметил Карл. — Уж ядерный взрыв-то точно не переживёт!

— Даже мы легко пережили ядерный взрыв, уйдя глубоко в тени, когда разбирались с вормиксом, — улыбнулся я такой наивности. — Самое сложное в победе над тёмным богом — заставить его сражаться лично. Этот попался на том, что защищал свою коллекцию.

— Правильно ли я понимаю, князь, — нахмурился кайзер, — что по вашей классификации вормикс — это была не очень большая проблема? И что тёмный бог — гораздо серьёзнее?

— Вормикс — просто хорошо защищённая, но довольно тупая тварь, — я глянул на Голицына, и тот кивнул, подтверждая мою правоту для своих «коллег». — Я сходу назову десяток тварей куда опаснее вормикса. Да взять хоть ту же гидру. Тоже жрёт всё подряд, регенерирует с бешеной скоростью, но при этом умная, быстро учится и способна передвигаться со скоростью поезда. Или балахонник — энергетический вампир, который присасывается к своим жертвам и годами тянет из них энергию. Выглядит как тряпьё на ветру, поэтому такое название. Может выпить население крупного города, и от этого, понятное дело, только сильнее становится. Медуза Леоса, способная сожрать всё живое в океане и в конечном итоге заполнить его собой целиком. Теневой Джинн — этот вообще неуязвим для обычных магов и оружия, потому что живёт в теневом плане, очень глубоко. Есть такие твари, Ваше Величество, которые целенаправленно охотятся на богов, но сами ещё хуже.

Но кайзер мне, кажется, не поверил. Может, я перегнул палку?

— Вы, кажется, сомневаетесь в словах Артёма? — неожиданно заговорил Могрим. — Мой мир оказался полностью уничтожен просто потому, что одному тёмному богу показалось удобным проложить через него дорогу. В один день, ставший судным, открылись тысячи порталов, и из них повалили мёртвые воины. Мой народ сражался, как никогда в жизни, но был уничтожен полностью. А потом возрождён из праха, чтобы служить завоевателю.

— Я покажу, — Аня углубилась в телефон. — Только какую запись выбрать…

— Погоди, наши спецы смонтировали небольшой фильм, — остановил её отец и запустил видео со своего телефона.

Что сказать, спецы Разумовского поработали на совесть. Сколько прошло времени, как мы вернулись? Дней пять, наверное? За это время они собрали всё, что фиксировали камеры в походе — Анина, моя, Голицына, гвардейцев «Заслона», и конечно, Стража. С него вообще нон-стоп панорамная съёмка велась.

Ну и колонки в императорской трапезной оказались как в небольшом кинотеатре. Вибрацию очень хорошо передавали!

— Вот они, братья и сёстры, — Могрим, глядя на экран, вытер тыльной стороной ладони глаза.

Продолжить рассказ он не смог, и пришлось мне.

— Это был первый Мёртвый мир, в который мы пришли. Большинство этих скелетов — гномы, но попадались и явно чужеродные. Битва продолжалась несколько часов, потом поток иссяк. Мы их упокоили, а потом пошли дальше. Двести пятьдесят шесть миров за неделю.

— Так вот вы куда пропали… — потрясённо выдохнул кайзер.

— Да, Фридрих, — кивнул Голицын, — пока мы тут возимся в песочнице, там, за пределами нашего мира, идёт Большая Война. И хотим мы того или нет — мы в прифронтовой полосе.

— Очень точное определение, — оценил я. — Да, у нас здесь не передовая. Но вот тот же бог-солнце ацтеков — это дезертир, сбежавший несколько тысяч лет назад от одного из самых могущественного из тёмных богов, Неназываемого. И если он пойдёт по его стопам… А мы прошлись по транспортной сети Костяного Скульптора, вот он, кстати.

Император не стал показывать своим гостям весь фильм, перемотал на конец.

— Мы там в его Цитадель три тактических ядерных заряда заложили, — Голицын поставил воспроизведение на паузу. — По пятьдесят килотонн каждый. Присмотритесь внимательно, что делает Скульптор. Он не пытается убежать, спрятаться или прикрыться щитами. Он пытается сдержать ядерный взрыв!

— Как такое вообще возможно? — уронил челюсть Кристиан.

— У него и не получилось, — император снял с паузы и мы ещё раз полюбовались на взрыв Цитадели. — Но будьте уверены, его самого этим взрывом даже не поцарапало. Только разозлило.

— Разумно ли было злить существо такого уровня? — нахмурился Карл.

— У нас не было выбора, — пожал я плечами. — Он шёл маршем на соседний с нами мир. И дойди он, то, когда его полчища обрушились бы на наш мир — стало бы вопросом времени.

Монархи потрясённо замолчали. Да и остальные сидели притихшие. Анастасия Борисовна и вовсе, кажется, собиралась в обморок свалиться — похоже, она сама ещё не видела, в какой мясорубке побывали её муж и дети!

Первой заговорила Виктория.

— Дядя, а что за ростки вы там сажали?

Голицын перевёл взгляд на Лиану.

— Древнее Древо, — ответила та. — Это не просто дерево, это целый мир. Оно создаёт вокруг себя жизнь: траву, деревья, животных и птиц. Даже если ничего не было — появится. Мы, дриады — дети Древних Древ. Мой мир погиб, а сама я оказалась в коллекции, как и Могрим. Но вот я здесь, и мне выпало счастье посадить семена Древ. У белкусов их было много, но сами посадить они не могли, вот и отдали мне.

Она улыбнулась и замолчала, смущённая внезапным вниманием.

— Вот поэтому, господа, — снова заговорил Голицын, — мы не только сохранили жизни японских «детей императора», но и заключили с Японией мир без предварительных условий. Потому что все наши геополитические интересы — не более чем возня муравьёв на фоне угрозы лесного пожара. В Большой Игре нет «наших» и «ваших». Тёмные боги не поинтересуются национальностью, титулом или количеством денег на банковском счёте.

— И это не считая уже привычных нам тварей из разломов, — напомнила Ариэль. — В нашем мире эпицентры полностью поглотили один из континентов, и я лишь надеюсь, что мои близкие ещё живы.

— Мы отправимся к ним сразу, как замкнём Коломенский периметр, — я сжал её руку, лежащую на столе. — Чтобы не с пустыми руками идти.

— Да, конечно, — Ари проглотила комок в горле. — Просто я волнуюсь.

— Ты волнуешься, потому что тебе предстоит знакомство родителей с Артёмом, — фыркнула Нага. — Не переживай, с такими подарками наличие рогов — последнее, что их будет беспокоить!

— Надеюсь, ты права, — кивнула Ариэль.

— А мне вот что ещё интересно, если позволите, — кайзер с хитринкой посмотрел на Голицына, Могрима и Торвальда. — Я так понял из вашего рассказа, Могрим попал в наш мир совсем недавно. А деревня гномов… сколько лет уже существует?

— Несколько веков, — степенно ответил староста. — Гномы живут долго, но даже так из тех, кто в своё время попал в этот мир, никого в живых не осталось. Мы все родились в этом мире. Местные мы, с Урала.

— Но признали Могрима королём? — прищурился Фридрих.

— Его признала корона, — улыбнулся староста. — Это корона Последнего короля. Есть пророчество…

ㅤ

ㅤㅤㅤㅤ Когда остынет последний горн,

ㅤㅤㅤㅤ Когда вернётся Последний Король,

ㅤㅤㅤㅤ Когда пепел развеет Последняя Битва,

ㅤㅤㅤㅤ Тогда новой жизни вспыхнет огонь.

ㅤ

Могрим нараспев прочитал строчки и усмехнулся — но куда теплее, чем тогда, в Мёртвом мире.

— Горны нашего мира давно остыли, — продолжил Торвальд, кивнув, — последнюю битвы вы видели. Вот он Могрим в короне Последнего Короля, которая убьёт любого, кто недостоин её носить. Ну а что касается новой жизни… У меня внучка неделю как замуж вышла, и уже понесла. А у гномов это так сходу нечасто бывает. Так чего бы не признать?

— И какой у нового королевства будет международный статус? — кайзер повернулся к Голицыну.

— А это гномам самим решать, — пожал тот плечами.

— Красивая легенда, — король Швеции рассеянно покивал головой. — И наш брат прав, статус гномов — дело самих гномов и Российской Империи. Меня другое беспокоит, — Карл побарабанил пальцами по столу. — Если эти тёмные боги могут открывать порталы где угодно и когда угодно… Какой смысл в крепостях? В гарнизонах? Враг появится в центре Стокгольма, и пока мои войска доберутся из казарм — будет поздно. Нужна система мгновенного реагирования.

Мы с Голицыным переглянулись.

— Ты предвосхитил ещё один вопрос, который я хотел с вами обсудить, — Дмитрий Михайлович откинулся в кресле. — Согласен с тобой, Карл, насчёт мгновенного реагирования. И единственный способ — порталы.

— Портальная магия редкость, — нахмурился кайзер. — У нас в Германии всего… несколько магов такого профиля, не очень много. И так, как госпожа Лекса, из Москвы в Арапахо, они открыть проход не смогут.

— Черновы разработали стационарные порталы, — непринуждённо сообщил Голицын. — Артём, покажи.

Улыбнувшись, я жестом фокусника достал из криптора коробку. Используя телекинез, разобрал фанерную упаковку.

Тут меня ждал небольшой сюрприз. Портальная рамка оказалась стилизована под большое, в пол, ростовое зеркало, достаточной ширины, чтобы можно было смотреться вдвоём. Само зеркало тоже имелось.

— Мы его ещё не тестировали, и к диспетчерской он пока не подключен, но если сделать вот так…

Голицын подошёл к зеркалу и приложил к поверхности раскрытую ладонь, а потом ещё и приблизил лицо почти вплотную. Зеркало отреагировало, подсветив контур, куда надо прикладывать руку и куда смотреть. Император немного сместил ладонь, сдвинул голову. Секунду ничего не происходило, а потом моргнул зелёный контур подсветки.

— Сейчас лучше отойти, — напомнил я.

— Ах да, — император сделал шаг назад.

Ещё через секунду поверхность зеркала пошла рябью и исчезла, открыв проход в казарму в Коломне.

— Прошу! — я, как хозяин, пригласил всех пройти через портал, и на всякий случай прошёл первым.

Там нас встретили несколько техников, гвардейцы охраны и улыбающийся дед.

— Так и знал, что вы не утерпите попробовать! Вот, решил сразу на место смонтировать, — объяснил он.

— Встречай гостей, деда, — похлопал я его по плечу.

Следом за мной прошли остальные, включая на этот раз и Её Величество.

Голицын представил деда монархам, и те, конечно, выразили восхищение его гением. Но сами откровенно вертели головами во все стороны.

— Это ведь казарма инферн? — первой догадалась Виктория. — Я в блоге у Ани много раз видела! А где они сами?

— У них отпуск после тяжёлого рейда, на море, — ответил я. — Правда, они говорят, что уже устали отдыхать, но, думаю, лукавят. В мире инферно дефицит воды, так что не могли они так быстро наотдыхаться.

— Ощущения — как в разломе, — заметил кайзер. — Это место пропитано энергией.

— Девчонки качаются, даже когда спят, — кивнул я.

— А красиво здесь, — Карл едва не запнулся за проложенный по полу кабель, засмотревшись. — Бассейн даже есть!

— Это Аня оформлением занималась, — с гордостью за дочь ответила Анастасия Борисовна и посмотрела на меня. — Я ничего не путаю?

— Геометрия традиционная для инферн, имитирует подземные пещеры, — пояснил я. — А вот оформление да, Аня постаралась. Лестница так вообще как во дворце! Но давайте пройдём дальше. Там, правда, не так красиво, скорее, технические подсобные помещения… Но если подняться наверх, то вид открывается захватывающий.

Переглянувшись, монархи кивнули, и мы прошли во второй портал, ведущий в Арапахо. После дворца и казармы контраст был, конечно, оглушающий. Мы попали в подвал пирамиды, в помещение, где по стенам тянулись трубы и кабели, а в углах пауки плели паутину. И из освещения — только тусклые дежурные лампочки.

Длинный коридор, два поста охраны — и мы вышли из неприметной двери к широкой лестнице, ведущей наверх. Несколько минут утомительного подъёма, и вот мы на месте.

Холодный ветер ударил в лицо, когда мы вышли на открытую смотровую площадку на самом верху пирамиды. Над городком вставало солнце, освещая и дома со свежесмонтированными крышами, и отлично видимую с такой высоты новенькую, прямую как стрела, дорогу, уходящую от городка к далёким, теряющимся за горизонтом, высоткам внешнего кольца Йеллоустоунского периметра.

Кайзер огляделся кругом, потом достал телефон, открыл карту. Дождавшись, когда телефон поймает сигнал со спутников и покажет отметку на карте, он удовлетворённо кивнул.

— Всё же стационарные порталы, — хмыкнул он. — Ну надо же!

— Версии были разные, — пояснил Карл, — но в основном склонялись к наличию у вас талантливого портальщика.

— Понимаю, — кивнул Голицын.

— И теперь вы предлагаете создать сеть порталов с центральным узлом в Коломне? — перешёл на деловой тон Фридрих.

— Не совсем так, — улыбнулся я. — Центральный узел, или портальный зал, будет находиться в недоступном месте. Не в казарме инферн, это просто временная мера. И для открытия прохода нужно будет одобрение трёх диспетчеров — пункта отправки, пункта назначения и главной диспетчерской. Причём второй портал откроется только после закрытия первого.

— Разумные требования, — кивнул кайзер. — И все мы доверяем Черновым и лично Светлейшему Князю.

— А кому ещё доверять? — пожал плечами Карл. — Это их технология. Можно, конечно, создать какой-нибудь международный комитет, но, в конце концов, они не обязаны делиться. Более того, я буду спать спокойнее, зная, что ею владеет только один род.

Фридрих хмыкнул, признавая правоту аргумента.

— К нам бы тоже такую штуку, — неожиданно подал голос Торвальд. — Засиделись мы в своей глуши. А теперь вон оно как — и король есть, и битвы, судя по всему, будут. Негоже в стороне отсиживаться.

— Поставим, — пообещал я.

— Что ж, мы участвуем, — решился кайзер Германии.

— И мы, — подтвердил король Швеции. — А кстати, создание и поддержание прохода сильно затратно по ресурсам?

— Специальный эксклюзивный тариф, — с серьёзным лицом ответил я. — Абонентская плата с полным безлимитом. Всё включено!