Темный охотник #12

Глава 18 Дом поросенка должен быть крепостью

До дома мы добрались уже к семи вечера. После разговора с императором ещё успели посидеть своей компанией в покоях Володи, и даже посетить наконец-то дворцовый СПА-комплекс. Только там, расслабившись под сильными пальцами опытной массажистки, — дородной женщины, которая, подозреваю, запросто могла бы работать в кузне, — я почувствовал, насколько был последнее время напряжён. Я даже задремал, а когда проснулся — массаж заканчивала уже другая женщина, ещё здоровее первой.

— А ваша коллега куда делась? — удивился я.

— Да мы, Ваше Сиятельство, об вас все руки отбили, уж простите за дерзость! Насилу размяли! Даже гнома вашего, Могрима, и то легче было промять!

И правда, такой лёгкости я давненько не чувствовал. Как будто заново родился!

Дома я наконец-то застал деда, который заскочил поужинать перед вечерним заходом в лаборатории. По моему он взгляду он сразу понял, что надо поговорить.

— Разговор серьёзный, деда, — предупредил я. — Слинять не получится.

— Да я и не собирался вроде, — усмехнулся он, а глазки-то забегали.

— Конечно не собирался, — я запер дверь, чтобы нам не мешали. — Как продвижение по порталам?

— Хорошо пошло, — патриарх откинулся в кресле. — Скёрсты…

— Скёрсты? — я тоже сел в кресло. — А они-то причём?

— Они в электронике разбираются, Артём. А так как теперь они наши вассалы, я привлёк их к разработке. Систему безопасности они к порталу прикрутили, чтобы нельзя было так просто активировать.

— Хорошо, конечно, тебе виднее. А если провода напрямую замкнуть? Ну, как у замка зажигания?

— То вторая сторона не получит нужный ключ безопасности и не активирует соединение, — дед подался вперёд. — Внук, дорогой мой, я тебя насквозь вижу. Ты не о порталах хотел поговорить!

— Вообще-то и о них тоже… И нет никакого скрытого ключа, ну там, типа административного доступа? — я прикинул в голове, что ещё можно придумать. — Специальный код, типа, я не знаю, «1234»? Нет?

— Ты за кого нас держишь? — дед расхохотался. — Нет, конечно! Всё это на двадцать пять раз проверят конторы каждой из стран-участниц! И программный код, и электронные схемы! Никаких закладок, админских паролей и секретных пин-кодов! Полностью распределённая система с десятком уровней защиты! Да даже радиочастоты для обмена данными на приём и на передачу разные!

— То есть даже ты не сможешь пройти куда захочешь? — уточнил я.

— Даже я не смогу, — уже серьёзно подтвердил дед. — И за секрет технологии не беспокойся, я все записи сохранил надёжным образом. Если со мной что-то случится — технология не пропадёт.

— Хорошо, я понял, — успокоился я. — Тем не менее, я сегодня говорил с Голицыным. Его волнует безопасность нашей усадьбы вообще и твоей в частности.

— Только сейчас заволновался? А то, что его дети здесь без всякой защиты находились?

— Его дети находились под моей защитой, а к тому времени, как у кого-то появились серьёзные причины им навредить, уже и сами подкачались. Сейчас вполне могут за себя постоять. Но… после замыкания Периметра мы отправимся в гости к родителям Ариэль. Это может продлиться несколько дней, а может и дольше. Я, конечно, надеюсь вернуться до Нового Года, но обещать не могу. А праздник — идеальный момент для нападения. Врагов у нас добавилось, особенно после смерти Мусасимару.

— Кто-то станет за него мстить? — у деда брови поползли на лоб. — Как в новостях рассказывают, там вроде вся Япония ликует?

— В новостях не всё рассказывают, — вздохнул я. — Это долгая история…

И я рассказал ему про Падшего, про богов и Охотников, про Орден и про Кодекс, про Легион, про прошлую жизнь и братьев, которые где-то там. Про устройство вселенных и про то, что наша Земля — часть межвселенского шлюза.

Слушал он очень внимательно, изредка задавая уточняющие вопросы.

— Значит, сколько там тебе лет? — спросил он, когда я закончил.

Только голос предательски дрогнул. Ох, не срок моей прежней жизни деда заботит!

— Сколько бы ни было, — покачал я головой, — я их вспомнил не так давно, уже подростком, а детство у меня было самым обычным, и я его отлично помню, именно как детство. Так что вы моя семья, самая настоящая, так всегда было и всегда будет.

Я встал и обошёл стол, от души обняв деда за плечи.

— Спасибо, — дед похлопал по моим рукам ладонями. — Пусти, чуть кости ведь не переломал!

Рассмеявшись, я сел обратно в кресло перед столом, а дед полез в стол, за платком, промокнуть влажно блестевшие глаза.

— Я договорился с императором, он поставит рядом с нами военную базу, комплекс ПВО, — я перешёл к делу. — Ракеты, противоракеты. Официально — прикрыть Коломну на случай прорыва тварей из эпицентра. Но первоочередная задача — прикрыть нашу усадьбу и производства с воздуха.

— С воздуха это хорошо, — кивнул дед. — Хотя вы с Его Величеством, конечно, перебарщиваете. Эта усадьба куда прочнее, чем кажется. Ты же можешь, я помню, как ты тогда подземные этажи сканировал. Посмотри сам.

Хм… А ведь и правда. Я же никогда не применял свои способности дома. Зачем? Это же дом.

И я посмотрел. Использовал и астральное зрение, и теневое. И да, дед сумел меня удивить.

Всегда думал, что усадьба построена из кирпича. Но под штукатуркой оказался не кирпич, а полигональная кладка из крупных каменных блоков, из разломного, мать его, камня! Да ещё и каждый блок был усилен методами артефактной защиты!

Ядерный взрыв стены, конечно, не выдержат. Но вот если палить по ним из танков — то только штукатурка отвалится.

Конечно, слабые места — окна. Но часть стен в случае чего может сдвинуться, закрывая оконные проёмы! От ночного вора не поможет, но как крайняя мера — очень даже.

И что немаловажно — дом был старый. Не просто старый, а очень старый. Стены уходили глубоко в тени, растворяясь в них. Обычные ацтекские тенеходцы точно не пройдут, к гадалке можно не ходить.

— Ну а чему ты удивляешься? — усмехнулся довольный дед. — Мы же артефакторы! Род не боевой, до твоего появления как таковых боевиков у нас и не было. А защищаться как-то надо. Вот наши предки таким образом и порешили. Дом поросёнка должен быть крепостью!

— Это я одобряю! — я показал большой палец. — Но давай доработаем эту крепость. Дальние подступы, защита от тенеходцев, от открытия порталов. ПВО прикроет с воздуха. Портал в гостиной для экстренной эвакуации. И всё это должно быть одним комплексом. Если Падший решит напасть, он, конечно, сам не явится, хотя и такую вероятность нельзя полностью исключать. Но ему доступны ресурсы целой империи!

— Нда… это не от соседей поганым веником отмахиваться, — согласился дед. — У нас есть три дня. Давай посмотрим, что можно сделать. И в первую очередь…

Мы просидели над схемами допоздна, но когда, уже заполночь, я вышел из кабинета, чуйка впервые за долгое время, наконец, угомонилась. Я всё делаю правильно.

ㅤ

Наутро я первым делом потащил Аню в казарму. Ариэль, уточнив, нужна ли она, отправилась в госпиталь, навестить раненых, и мы с Аней пошли вдвоём.

— Что такого интересного ты хочешь мне показать? — удивилась она.

— Почему ты думаешь, что я хочу что-то показать? — вопросом на вопрос ответил я. — Может, что-то сделать?

— Ну-у-у… даже не знаю! Поставить печать? Заняться любовью в бассейне? Сделать отдельный портальный зал?

— Хм… — я даже сбился с шага, переваривая. — Вообще-то мне нравятся все варианты. Обязательно пройдёмся по каждому пункту! Но сейчас у нас другая задача.

— Не томи! — Аня даже забежала вперёд, чтобы заглянуть мне в глаза. — Я же помру от любопытства!

— Ты должна будешь принять роды!

Аня как шла спиной вперёд, так и плюхнулась от неожиданности на задницу.

— У-у-у кого? — пролепетала она, потирая место ушиба.

— У всей казармы! — ответил я, стараясь сохранить серьёзное выражение морды лица.

— Как у всей! Когда они успели? — Анютка аж подскочила. — Да ты меня разыгрываешь! Единственная беременная там — Нага, и то она в Кремле! Никто из инферняшек…

— А при чём здесь инферняшки? — я подал моей красотке руку, помогая встать. — Я же сказал! У казармы!

Аня посмотрела на меня изучающим взлядом, даже руку ко лбу приложила. Но потом глазки прищурились, а губы изогнулись в улыбке.

— Что, избушка яичко снесёт? — спросила она. — И что дальше?

— Я надеюсь, у нас получится договориться, и она правда снесёт яичко. И тебе надо будет его высидеть.

— Да ты решил надо мной сегодня поиздеваться что ли, Чернов? — вспылила она. — Какие яйца, кого высиживать? Ты за кого меня принимаешь? Я тебе что, наседка? Ты сейчас что, меня курицей назвал?

Уже не сдерживаясь, я хохотал в голосину, и каждая сказанная Аннушкой фраза лишь подливала масло в огонь!

— Ты покойник, Охотник, — глаза принцессы опасно сверкнули. — Немедленно извинись!

— И не подумаю, — я увернулся от заряженного магией снежка. — Про курицу ты сама выдумала, а остальное — так и есть. Метафорически. Голем — это, по сути, магический конструкт с зачатками разума. Он не живая душа в обычном смысле. И тем не менее он способен размножаться. Почкованием. Но визуально это выглядит как яйцо, да. Большое такое, со здоровенный булыжник. Сидеть на нём жопкой и греть, разумеется, не надо. Но к внедрению надо будет подготовить.

— Внедрению? — до Ани начало доходить, что она напрасно раздухарилась. — Куда?

— В усадьбу, Ань. Я тебе всё объясню, но твоя первоочередная задача — договориться с големом, чтобы он в принципе согласился снести яйцо. А лучше два. Нам ещё портальный зал делать.

— Хм… Это ведь интересные и достойные цели, верно? — задумалась Анютка.

— Вот! Ты сейчас мыслишь в нужном ключе! — я похлопал в ладоши. — Голема нельзя заставить, но его можно соблазнить!

— Видела бы меня сейчас мама, — сокрушённо покачала головушкой принцесса. — Иду соблазнять голема снести яйца, которые потом ещё и буду высиживать! С кем я связалась!

ㅤ

Несмотря на мои опасения, голем проявил редкую договороспосбность. Узнав, что в своих новых ипостасях он продолжит служить тем же людям, и получит новый интересные цели, он ни секунды не разумывал.

«СЕЙЧАС!!! — прогудел он в голове. — ПРЯМО СЕЙЧАС!!! ДВА ЗАРОДЫША! ДВЕ ЦЕЛИ!!!»

«Ну мы же договаривались! — застонал я. — Потише, пожалуйста! Вон, смотри, Анютку оглушил!»

Аня и правда сидела на полу ротонды с потерянным видом и трясла головой, приходя в себя.

Между тем раздался нарастающий гул, как от приближающегося поезда. Казарма завибрировала. Со всех сторон послышались хлопки телепортаций — встревоженные инферняшки строились на плацу, как по боевой тревоге. С кухни донёсся отборный мат на трёх языках — у кого-то, кажется, кастрюля супа с плиты съехала. Добавила в общий хор свой голос и Роза, потребовавшая немедленно успокоиться, она Ратмира не слышит.

Но вибрация не снижалась, наоборот, дрожало уже, кажется, сам пространство. Я поспешил выглянуть вниз, чтобы успокоить всех.

И внезапно всё стихло.

Инферняшки разошлись кругом, отступая к краям плаца. А посередине, поблёскивая в свете ламп обсидиановыми боками, лежало натуральное яйцо. Размером со средних размеров бочонок, литров на пятьдесят.

— Это что? — задрали девчонки рогатые головы.

— Яйцо, — развёл я руками. — Вы же видите! Наша избушка снесла яйцо. Вы что, сказок не читали?

— Наверное, у инферн другие сказки, — предположила Рада. — В них чёрные яйца несут большие драконы, и найти их — к большой беде.

— Ты права, это другие сказки, другой мир, и это точно не дракон! Рада, вот кстати, ты же приручительница, поговори с ним!

— Я? — девушка аж попятилась. — Я к нему не подойду!

— Поверь на слово, ничего страшного не случится! — пообещал я.

— Ладно…

Она соторожно приблизилась и положила руку на гладкую поверхность. Очень осторожно положила, будто боялась ошпариться.

И — ничего не произошло.

— Оно мёртвое, — подняла Рада удивлённые глаза.

— Ничего оно не мёртвое, — махнул я рукой. — Просто нужен маг камня. Есть желающие попробовать поговорить?

— Давайте я, — вышла вперёд одна инферняшка.

Она уже смелее, чем Рада, приложила руку, и в ту же секунду отскочила на пару метров.

— ОЧЕНЬ ГРОМКО! — проорала она, но тут же поняла, что кричит, и заговорила тише. — Оно требует какую-то цель! Мне надо ему ответить?

— Нет-нет, мы сами, — улыбнулся я. — Всё, видите, это просто магический артефакт, вовсе не яйцо дракона! Никакой угрозы он не представляет. Сейчас будет ещё одно, не пугайтесь!

Но нет, оказалось, что голему нужна передышка. Устал он, видите ли, с непривычки! Ну и ладно. Нам пока одного хватит. А за вторым завтра придём. Правда, у голема понятия времени, как такового, нет. Он время измеряет от события до события. Пока ничего не происходит — для него и время не течёт. Так что завтра… величина в его случае относительная.

— И что теперь? — спросила Анютка, когда мы, забрав яйцо в криптор, вышли на улицу.

— А теперь ему надо объяснить задачу очень подробно, иначе он просто сожрёт усадьбу. А мне надо, чтобы он пророс в стены, не меняя архитектуру. Чтобы все окна, двери, розетки, кабель-каналы и трубы остались на месте и не пострадали. И только потом, когда он всё поймёт — подпускать к камню. Справишься?

— Справлюсь… А что, у вас усадьба из разломного камня построена? Вся целиком?

— Да я сам в шоке, — хмыкнул я. — Дед говорит, дом поросёнка должен быть крепостью.

— Это будет самая мощная крепость в мире! — Аня аж заподпрыгивала. — Идём, идём скорее! Я хочу заняться этим с тобой прямо сейчас!

ㅤ

Уже возле усадьбы нас обогнал внедорожник с военными номерами, ехавший неожиданно со стороны цехов. Обогнал, а потом остановился, сдал назад, и из него, прихватив фуражку, выскочил мужчина в полевой форме.

— Ваше Сиятельство, — добежав до нас, он вытянулся по струнке, приставив руку к козырьку, — командир 117-го отдельного зенитного ракетного дивизиона, гвардии полковник Соколов. Дислоцированы на границе ваших земель для выполнения задачи по воздушному прикрытию Коломны. Ваше Высочество…

Аж целый гвардии полковник — и в полях? Как интересно!

Смотрел Соколов в глаза спокойно, без подобострастия, Аню явно сразу узнал, но обратился ко мне, а ей только в конце кивнул. Это или какая-то глупая дерзость, или точное понимание нашей внутренней иерархии.

— Рад знакомству, полковник, — я протянул руку для рукопожатия, которое оказалось неожиданно крепким. — Не ожидал вас так быстро!

— Приказ по округу, говорят, с самого верха, — пожал он плечами. — Вчера вечером бумагу в зубы сунули, сегодня к 20:00 должны встать на боевое дежурство. А то, что на позиции земля в бетон смёрзлась, в штабе никого не… — он осёкся, глянув на принцессу, — кхм, не волнует.

— Приказ с самого верха, так и есть, — кивнул я. — Вчера как раз Его Величеству объяснял. Мы через пару дней начнём стягивать периметр эпицентра, и твари начнут уплотняться. Наземных мы задержим, а вот крылатые — ваши.

— То есть это не учения? — полковник как-то даже подобрался. — Всё всерьёз?

— Серьёзнее некуда, — кивнул я. — Полетят или нет — мы не знаем. Может и не полетят. Но бережёного и боги берегут.

— Так оно… — полковник на секунду задумался, глядя на Аню. — Ваша усадьба, князь, территориально ведь к Коломне относится?

— Всё верно, по документам на землю мы в городской черте, — улыбнулся я.

— А не хотите взглянуть на позицию? — неожиданно предложил Соколов. — У меня к вам пара вопросов, как к владельцу земли, на месте их сподручнее было бы решить.

— Прокатимся? — взглянул я на Аню, а у той уже глаза загорелись, вот ведь… блогер! — Поехали, полковник. Правда, владелец земли не я.

— Ваш патриарх рода, я понимаю, — полковник открыл перед нами заднюю дверь своей машины. — Вот только они с сыном в Москве по делам, так мне на фабрике сказали, и сейчас вы за старшего. А у меня вопросы отлагательства не терпят.

— Да конечно всё решим, — легко пообещал я. — Что за вопросы? Проезд? Организация быта?

— Нет-нет, с проездом всё хорошо, — заверил он, усаживаясь на переднее сиденье. — У вас тут отличная дорога идёт через лес и проходит по кромке поля. Вот на этом поле мы и расположились. Дорогу мы, конечно, перекроем, но ваши машины проедут без вопросов.

— Это очень любезно с вашей стороны! — не удержался я.

— Стандартная практика по совместному использованию гражданской инфраструктуры, — пожал полковник плечами. — Всё же военный объект, тем более сами говорите задание боевое. Так что посторонним на нём делать нечего. Но хозяевам-то никто не запрещает. А вопрос у меня по подключению к электросетям. Ваш главный инженер на производстве послал меня… вежливо. Говорит, без хозяина не имеет права.

Пока мы говорили, машина успела развернуться и на приличной скорости проскочить те пару километров, что отделяли нас от цехов и прилегающей к ним деревни.

— Летать планируете? — кивнул Соколов на белоснежный нос дирижабля, выглядывающий между цехов.

— В ближайшее время не планировал, а что? — уточнил я.

— Транспондер на борту имеется? У нас приказ сбивать не разбираясь всё, что летит в сторону жилой застройки без транспондера.

— Имеется, гражданский, — кивнул я. — Ацтекский ещё.

— А вот с этим могут быть проблемы, — нахмурился полковник. — Лучше перерегистрируйте борт, чтобы в случае необходимости к вам вопросов не было.

— Давно пора, — охотно согласился я. — А что с остальными летунами делать? С драконами, к примеру?

— Ах да, драконы… — Соколов задумался. — Есть небольшие транспондеры, мы их на дроны ставим. У него ушки есть для крепления стяжками, но, думаю, и ремешок какой-нибудь приспособить получится. Только вам ключи надо будет периодически обновлять. Это несложно, через егерский телефон делается.

— Думаю, Ри сама справится, — заметила Аня.

— Простите, Ваше Высочество, кто справится? — повернулся к ней полковник.

— Ри, драконица, — охотно пояснила Аня. — У неё свой телефон, её младшая сестра Артёма недавно научила телефоном пользоваться.

Водитель на переднем сидении, который до этого изображал из себя робота, неожиданно хрюкнул, и Соколов, у которого ни один мускул на лице даже не дрогнул, кинул на него гневный взгляд.

— Даже я не знал, что у Ри теперь свой телефон, — пожал я плечами.

— Просто ты всё проспал! — хихикнула Анютка. — Ты же сказал Свете самой с Ри договариваться. Вот она и придумала, как к ней клинья подбить. Уговорила мать, та купила полноценный егерский планшет защищённый, потому что по экрану телефона Ри бы когтем не попала. Прикрутили ей его на руку, как наручные часы. И вот Светочка учила её, где на какие кнопки нажимать. У твоей Ри теперь свой блог, скоро по числу подписчиков мой обгонит!

Полковник слушал всё это с каменным лицом, водитель же покраснел от натуги, едва сдерживаясь. Хотя казалось бы, что такого? Ну дракон, ну с телефоном. Не гидра же. А Светка молодец, нашла способ подкатить! Если ещё не летала, то скоро точно полетает!

Мы уже давно остановились возле главного корпуса, и к машине подбежал наш главный инженер, Семёныч. Я открыл дверь и вышел на улицу.

— Артём Кириллович, — завидев меня, обрадовался Семёныч. — Вот, военные подключиться к нашим сетям хотят, а я ж такие вопросы решать не полномочен!

— Технически это возможно? — уточнил я.

— У вас же тут производство, — Соколов тоже вышел из машины, — должно хватить. Нам обычные три фазы надо, 380. Постоянная нагрузка около сотни киловатт, но пиковая может быть до четырёхсот.

— Ох ты ж… — у Семёныча брови взлетели на лоб. — Это ж как целый цех!

— Если нам полная мощность понадобится, вам всё равно надо будет работу остановить и проследовать в укрытия, — пожал плечами полковник.

— Нет-нет, господин полковник, у нас подстанция выдержит, не беспокойтесь, — заверил Семёныч. — Просто удивился. Никогда раньше сталкиваться не доводилось.

— Всё когда-то бывает впервые, — философски заметил Соколов, садясь в машину.

ㅤ

Объехав фабрику, мы выехали на дорогу через лес, по которой мы сами к эпицентру ездим, и к складам Еловицких она же ведёт, только после леса пустырь направо, на северо-восток, а склады налево, через Москву-реку.

На обочине уже копошились солдаты — крепили к соснам хомутами стальной трос. А прямо на опушке леса стоял грузовик с высокими дощатыми бортами в характерной защитной окраске, накрытый тентом. Мой взгляд зацепился за марево горячего воздуха, стоящее над кузовом.

— Что там у вас такое в грузовике горячее? — кивнул я.

— Катушки с силовым кабелем тепловой пушкой греем, — охотно объяснил полковник. — Он бронированный, толщиной с руку, его и так-то согнуть-разогнуть непросто, а на морозе и вовсе деревянный становится. Вон под него подвес готовят. Пустим фидер по воздуху, не копать же траншею.

Мы выехали на пустырь, и я его не узнал. Техники нагнали — машин двадцать, не меньше. Рядом с нами, прикрывая разворачивающийся командный пункт и торчащую на отшибе мачту радара, замерла самоходка со спаренными многоствольными установками — зенитный пулемёт, последняя линия обороны. Остальные боевые машины — угловатые бронированные коробки на гусеницах с ракетными контейнерами поверху и другие пулемётные самоходки — уже были рассредоточены по опушке леса и всему полю между островками деревьев, торчали то там то здесь. Грузовики, тягачи, колёсная и гусеничная техника. Всё рычит, гудит, чадит выхлопом. Снег где расчистили, где просто раскатали в кашу. Солдаты носились как муравьи — тянули кабели, колотили из досок треноги, кто-то заправлял машину из заправщика, кто-то был занят на разгрузке прибывающих машин.

Когда мы выбрались из машины, к Соколову тут же подлетел майор с планшетом.

— Господин полковник! Машины на позициях. Под радарный пост дорогу чистим!

Соколов окинул пустырь тяжёлым взглядом и повернулся к майору с таким выражением на лице, что тот втянул голову в плечи.

— Ты мне херали порожняк-то гонишь? Я их невооружённым взглядом вижу! Вон из-за леска нос торчит, вон крышу видно… В яму что ли спрятались? Молодцы, ладно.

— Так термоодеялом накроем, снегом закидаем, и с воздуха никто не увидит, — попытался оправдаться майор. — Да и, господин полковник, твари же, они тупые…

— А ты ещё на блог дракоши, которая у князя в усадьбе живёт, не подписался? — язвительно прищурился полковник. — Нет? Ну подпишись, посмотришь, какие они тупые бывают. Некоторые поумнее нас с тобой будут! Полный комплекс мер в соответствии с уставом, так, будто с японцами всё ещё воюем! В горизонт выставились? Топопривязку провели?

— Работаем, господин полковник…

— Да это первое, что должен экипаж сделать, выйдя на позицию! Потом уже жрать, срать и всё прочее!

— Так ведь в 20:00 только БД… — начал было майор.

— Когда «Б», а когда «Д», решать мне! — рявкнул Соколов. — Ваша задача выставиться, чтобы к боевому в любую секунду готовы были! Тут до эпицентра…

— А вон он, эпицентр, — показал я на северо-восток. — Вон тот лесок на горизонте — это уже эпицентр. И там тварей — как говна за баней.

Майор оглянулся, слегка побледнел, даже подобрался, вытянулся по стойке «смирно».

— Слышал, что Его Светлость говорит? — полковник и сам слегка напрягся. — Чтобы через пять минут пусковые и пулемёты были готовы к отражению внезапной атаки!

— Есть, господин полковник! — козырнул майор, а потом тоскливо добавил: — Окапываться-то как⁈

Полковник, повернувшись ко мне, тяжело вздохнул:

— Вот в этом у нас главная проблема. В горизонт-то они встанут. Но окопаться толком мы не можем. Земля промёрзла, на метр в глубину — как бетон. А полковая землеройка, которую нам прислали, только навоз лопатой грести может. Два часа яму под сортир рыла. Окапывать машины она до весны будет. Нам бы помощнее технику, тяжёлый экскаватор с гидромолотом, например.

Ага, так вот для чего мы здесь. Намёк понял, не дурак.

— Если только у Еловицких спросить… — прикинул я. — Окопаться — это что значит?

— Машины хоть и бронированные, но от осколков надо прикрыть. Мне в заграждении стоять доводилось, Ваша Светлость. Твари, бывает, налетают неожиданно, и свои же ракеты прямо перед носом рвутся. А там и экипаж, и антенны нежные, покоцать — и машина ослепла. Если не в землю зарыться, то можно бруствер возвести, ничуть не хуже. Но это ж сколько грунта надо!

— А кстати сколько?

— На одну машину около ста кубов ПГС, песчано-гравийной смеси, — вздохнул полковник. — У меня двенадцать машин. Эту ПГС надо привезти, уложить, протрамбовать, пролить водой, чтобы она на морозе смёрзлась. Ещё доски нужны на опалубку.

— Но ведь до вечера такой объём работы выполнить просто невозможно! — воскликнула Аня.

— Вот, Ваше Высочество, вы это понимаете. А в штабе задачу поставили, технику выделили, и не… волнует никого, как мы это сделаем. ПГС они нам тоже не дадут, я уже спрашивал. Чрезвычайная ситуация не объявлена, а по бюджету мирного времени не положено, должны окапываться. Вот только сроки ставят, как будто армию ацтеков ждут.

Он мельком глянул на меня, мол, не в этом ли дело, и я незаметно кивнул.

— А какой бруствер нужен? — спросила принцесса.

Соколов удивлённо на неё посмотрел.

— П-образный, Ваше Высочество. Открытой стороной сзади, чтоб машина выехать могла, или к ней заряжающая подъехать.

— Размер?

— Ну… — полковник на секунду завис, потом отчеканил, как по методичке: — Высота два метра, чтоб человека с макушкой скрыло. Толщина у основания три метра, по верху метр. Зазор до машины полтора метра, чтоб расчёт работал.

— У меня есть идея получше, — Аня уже направилась к ближайшей боевой машине.

Соколов вопросительно глянул на меня.

— Вам понравится, господин полковник, — улыбнулся я.

Мы подошли к самоходке с зенитными пулемётами, застывшей на защите командного пункта. Она стояла, чуть приподнявшись с одной стороны и прижавшись к земле с другой, компенсируя подвеской неровности ландшафта. Экипаж при нашем приближении выстроился вдоль борта.

— Машина в горизонт выставлена, топопривязка проведена. К боевому дежурству готовы! — доложил чумазый боец с погонами лейтенанта.

— Отойдите, пожалуйста, в сторону, — попросила Аня.

Бойцы, конечно, принцессу не признали. Не то чтобы в лицо — вряд ли кто в Империи её не узнал бы. Но вот так, в обычной полуспортивной куртке и вязаной шапочке, на позиции зенитной установки — не то место, время и внешний вид, чтобы признать в обычной на вид девчонке принцессу. Так что никто даже не шелохнулся, все вылупились на полковника.

— Отошли от машины! — рявкнул Соколов.

Вот теперь бойцы отскочили в сторону. Впрочем, недалеко, остановились у нас за спинами.

Аня сняла перчатки, присела на корточки, положила ладонь на мёрзлую землю. Магический фон резко просел — печать сбора энергии потянула её из окружающего пространства.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом грунт всколыхнулся, пошёл волнами. Сама машина пошла визуально вниз, хоть и неглубоко, а вот земля вокруг неё вздыбилась, поднялась, формируя ровный откос.

Всё как полковник и заказывал — полтора метра зазор, два метра высотой, ровный отвал снаружи, вертикальная стена внутри.

Когда Аня закончила и встала, Соколов подошёл к стене, постучал кулаком.

— Ёшкин кот… — он осёкся, глянул на Аню. — Простите, Ваше Высочество. Она что, каменная?

— Песчаник, — Аня отряхнула ладони. — Песок в монолит сцепила. Если подойдёт, то остальные также сделаю.

— Подойдёт, ещё как подойдёт! — обрадовался полковник. — Ещё и спляшет! Это же песня, а не бруствер! Парни, рты закройте, завтрак видно! И горизонтирование повторите!

Последнюю фразу он уже экипажу самоходки бросил. Те вылупились на Аню, не зная, чему больше удивляться — магии такого уровня, которую она сотворила легко и изящно, как будто оригами из листка бумаги сложила, — или же присутствию на позиции аж Её Высочества, да ещё и без охраны. И только потом, сложив два и два, они заметили меня.

Соколов повернулся к майору:

— Значит так! Забираешь мою машину и лично сопровождаешь Её Высочество по всем точкам! Головой за неё отвечаешь!

— Есть! — вытянулся взбледнувший майор.

Аня забралась во внедорожник полковника и уехала с майором окапывать остальные рассредоточенные машины.

А мы с Соколовым остались переговорить и обсудить наше взаимодействие.

— У меня диспетчер, Роза. Координирует гвардию и егерей, оборудование для связи военное. Предлагаю выделить канал для связи, тогда обо всех передвижениях по воздуху она вас предупреждать будет. У меня не только драконы, бывает и истребители пролетают.

— Сделаем, — кивнул полковник.

Мы обменялись телефонами, я также дал полковнику прямой телефон Розы.

— Если будет атака, мы вас предупредим по возможности заранее, — пообещал он. — Как у вас с укрытиями? Ракетой мы в вас, конечно, не попадём, но мало ли, осколки…

— За усадьбу и казарму инферн не переживайте, они и прямое попадание выдержат, — заверил я. — А вот над цехами и деревней, пожалуйста, поаккуратнее, по возможности. Там у людей только погреба.

Соколов кивнул.

— И так полагается от жилой застройки уводить, — он понизил голос. — Про приоритетную защиту усадьбы мне устно объяснили. Сдаётся мне, вся эта шумиха с эпицентром — лишь прикрытие?

— Угрозу со стороны летающих тварей это не отменяет, — подмигнул я ему. — Так что буду признателен, если будете во все стороны поглядывать.

— Понял, принял, — серьёзно ответил полковник.

— Кстати, — я поспешил сменить тему. — Сколько у вас народу?

— Две сотни, если всех считать. На боевом дежурстве, как правило, четверть, остальные отдыхают и на прочих работах. По тревоге всех поднимаем, конечно.

— Организуем для вас на фабрике питание в столовой. Три раза в день, горячее. Повара там деревенские, по-домашнему готовят, для своих. И расквартировать попробую.

Соколов моргнул.

— Благодарю, Ваша Светлость, — он прижал руку к сердцу. — Вот это прямо от души!

ㅤ

Через полчаса внедорожник вернулся. Все боевые машины были окопаны. Аня работала без лишних слов — подъезжала, уточняла у экипажа, всё ли готово, и делала дело. Я приглядывал за её перемещениями издалека на всякий случай, но она отлично справлялась сама. К концу, правда, подустала — видно было по тому, как она, выбравшись из машины, украдкой потёрла виски.

Солдаты смотрели с интересом. Маги в армии не редкость, но чтобы принцесса крови лично окапывала технику… Такое точно запомнится. Да что там, внукам рассказывать будут!

— Ваше Высочество, — Соколов подошёл к ней. — Вы нам двое суток работы сэкономили. И это не говоря уже о привозном грунте, которого просто нет.

— Не стоит благодарности, полковник, — смущённо улыбнулась Анютка. — Чем смогла, тем помогла. А кстати, можно я немного поснимаю для блога? Операция ведь не секретная?

Соколов нахмурился:

— Она не секретная, по телевизору уже материал был, чтобы народ не пугался. Но сами позиции — режимный объект…

— А если фрагментами? — предложил я. — Крупным планом, чтобы нельзя было понять, где и что.

— Тогда, пожалуй, можно, — кивнул Соколов.

Вернулась Анютка быстро, показала полковнику отснятый материал, и тот дал добро.

Что ж, мы тут закончили, пора домой, у нас ещё свои дела есть.

Я оглянулся. Позиция на мой дилетантский взгляд уже выглядела почти готовой. Машины в укрытиях, мачта радара с огромным белым шаром фазированной антенны торчит на отшибе, подальше от людей, из-за мощного излучения.

Только снега кругом по пояс, в проездах месиво, а единственная машина, занимающаяся его уборкой, еле копошится, и такими темпами до Нового года будет плац утюжить. Ведь снег мало расчистить, его надо за пределы площадки сгрести!

— Площадку расчистить осталось, туалеты сколотить да кабель подключить, — Соколов проследил мой взгляд.

— Со снегом могу помочь. Только скомандуйте своим укрыться.

— Укрыться?

— Ага. И люки пусть задрают.

Соколов не стал переспрашивать — развернулся и заорал:

— Дивизион! Всем по машинам! Люки задраить и не высовываться!

Минута — и позиция опустела.

Я призвал Мальфира в тени, чтобы не палиться, и дракон появился, как будто из криптора, который давно уже не тайна.

У Соколова рука рефлекторно потянулась к оружию, кто-то охнул, кто-то разразился забористой тирадой. Ну хоть сразу стрелять не начали — и то хорошо.

Мальфир оглянулся, щурясь на солнце.

— Интересные железки, — пророкотал он на драконьем.

«Эти люди будут охранять мою усадьбу и твою внучку, — я перешёл на мыслеречь. — Им надо помочь. Для начала — почистить позицию от снега, а то не пройти».

«Раз плюнуть!» — Мальфир взмахнул крыльями, взмыв свечкой в небо.

«Вот как раз плеваться не надо! — предостерёг я его вдогонку, сопроводив мыслеобразом ракет. — Вот эти штуки очень сильно взрываются!»

«Я помню!» — он послал в ответ воспоминание из Арапахо, где похожая техника удерживала тварей эпицентра.

Он заложил вираж над позицией, ещё один, и вслед за ним воздух закрутился смерчем, поднимая вверх снег. Пара минут — и на площадке осталась лишь пожухлая луговая трава.

Мальфир аккуратно приземлился.

— Можно вылезать! — гаркнул я, потому что Соколов ещё был под сильным впечатлением.

«Дружище, а как ты смотришь на то, чтобы потренироваться вместе с людьми?» — спросил я.

«Можно, но зачем?»

«Они поучатся обороняться против летающих противников. Отслеживать цели, подстраиваться под неожиданные манёвры. Просто не обосраться со страху. А вы с Ри поучитесь противодействовать современной технике. Мало ли пригодится. Врагов у нас хватает».

«Поучиться, значит? И Ри поучить? Я готов!»

Я объяснил свою задумку полковнику, и тот просиял.

— О таком и мечтать не приходилось, Ваша Светлость! Но как с ним договориться-то? Он по-нашему понимает?

— Я пришлю Ри, ту самую, — пообещал я. — Заодно и транспондер ей подключите. Она по-русски отлично говорит, и всё объяснит своему дедушке. Только Ри — ещё подросток. Вы уж с ней помягче.

— Кто в здравом уме станет грубить дракону? — хохотнул Соколов, но потом вытянулся по стойке смирно. — Благодарю за содействие, Ваша Светлость!

— Рад, что смогли помочь! Бывайте!

— А вы как… опять пешком? — удивился он.

— Вон, на Мальфире, — кивнул я на дракона. — Обратно он с внучкой вернётся. Вы уж не подстрелите её, пожалуйста.

— Чудеса в решете, да и только, — покачал головой полковник.

— А кстати, — глядя на него вот такого озадаченного, мне на миг почудилось совсем другое лицо, — Кристина Соколова с имперского канала вам не родня случайно?

У полковника аж уши порозовели.

— Дочка моя, — заулыбался он.

— Да ладно⁈ — Аня даже остановилась. — Чего ж молчали-то?

— Так я ж знаю, что вы знакомы. Не хотел… ну, чтоб подумали, что личными связями пытаюсь воспользоваться.

Уже через десять минут мы были дома. Объяснил Ри задачу, заодно записал её номер телефона. Розу предупредил, что с ней полковник свяжется. Раздал ценные указания по поводу обеспечения военных горячим питанием. Созвонился с дедом, в двух словах ввёл в курс дел, чтобы не удивлялся. Дед сказал, что уже едет домой, и позже переговорим.

А неплохо так день начинается. Глянул на часы. Ещё только час дня, а уже столько всего сделали!

— Артём, пошли, пообедаем? — позвала меня Аня. — Или Ариэль дождёмся? Она уже домой едет!

— Давай дождёмся и пообедаем вместе, — решил я.

До превращения дома поросёнка в крепость три… Да, ещё три шага.