Великий миф

Глава 5

Глава 5. Умом Россию не понять…

В 1682 году умирает царь Федор Алексеевич. В смертельной схватке за власть клан Милославских одержал победу, а вернувшийся из ссылки Артамон Матвеев был казнен. В результате кровавого стрелецкого бунта у кормила власти оказываются два малолетних царя: Иван (16 лет) и Петр (10 лет), при регентстве старшей сестры Софьи, которая объявлена «правительницей».

Как сказал Николай Михайлович Карамзин (1) в одном из своих стихотворений: «Ничто не ново под луной». Милославские ничего не изобретали — подобное «многоцарствие», допускающие наличие двух, трех и более императоров, обладавших якобы равными властными полномочиями, было распространено в Византии. Например, совместное правление Василия II (958 — 1025) и Константина VIII (960 — 1028) при регентстве их матери, императрицы Феофано.

Боярская Дума постановила, а Земский собор утвердил эту нелепую систему, фактически признав легитимность власти Софьи и клана Милославских. При соответствующем (мудром) руководстве новоявленной «правительницы» история России могла пойти по другому пути, однако Софья хоть и была не глупой женщиной, в политике и государственных делах совершенно не разбиралась, что в конечном итоге и привело ее в монастырь (на нары).

Главным советником Софьи становится князь В. В. Голицын, один из самых образованных людей того времени. Ярый «западник», сторонник реформ, он был одним из инициаторов отмены местничества и создания современной армии во времена Федора Алексеевича. Умный, опытный в делах, он в тоже время не обладал ни силой воли, ни независимостью мнений. Именно поэтому, преклоняясь перед Западом, восхищая иностранных дипломатов утонченностью и любезностью обращения с ними, он в тоже время полностью попадал под их влияние.

И вот, этот человек был назначен в мае 1682 года главой Посольского приказа. Полная несостоятельность В. В. Голицына как государственного деятеля вообще и как руководителя Посольского приказа в частности, отмечалась как современниками, так и историками. Попытка занять денег у обанкротившейся Испании и приглашение Франции к участию в войне с Турцией обнаруживает его полную неосведомленность в европейских делах. Когда-то Испания действительно была самой богатой страной Европы. Сюда стекались потоки золота и серебра из американских колоний (Мексика и Перу), а также безмерно раздутые налоги из Нидерландов. Однако все это уходило не на развитие экономики страны, ее промышленности и торговли, а на содержание огромной наемной армии и ведение войн по всему миру. Уже в 1557 году Испания объявила о своем первом банкротстве. Далее банкротства следовали одно за другим (1560, 1575, 1597, 1607, 1627, 1647). Иначе говоря, сведения В. В. Голицына о финансовом благополучии Испании уже лет сто как устарели.

Приглашая Францию принять участие в войне с Турцией, В. В. Голицын руководствовался чисто личными симпатиями, совершенно не учитывая тот факт, что обе эти страны уже много лет связывали теплые дружеские отношения. Это знали все, кроме руководителя Посольского приказа в Москве!

Испанцы и французы, впавшие поначалу в ступор от русских предложений, отойдя, пожали недоуменно плечами, покрутили пальцем у виска и дали понять незадачливым послам, что те немного ошиблись адресом.

Впрочем, это не самое страшное, ну, съездили послы, потратили казенные деньги, вернулись ни с чем, с кем не бывает. Хуже, когда начались конкретные дела.

В 1684 году император Священной Римской империи, король Чехии и Венгрии Леопольд I прислал в Москву дипломатов, которые стали взывать к «братству христианских государей и пригласили Русское государство вступить в 'Священную лигу». Этот союз состоял из Священной Римской империи, Венецианской республики и Речи Посполитой и противостоял Блистательной Порте. Напомним, что двенадцать лет назад, в 1672 году, царь Алексей Михайлович, начиная войну с Турцией, отправил посольство в Европу с аналогичным предложением, однако никто не захотел поддержать Россию. У Вены тогда был заключен мирный договор с Турцией, и никакого смысла его нарушать не было. Ситуация тогда была очень похожа на ту, которая сложилась в 1684 году. Только теперь стороны поменялись местами: у России с Турцией мир, а Австрия уже втянута в войну. Вот бы сейчас припомнить все это австриякам и отправить их домой несолоно хлебавши! Но, нет, Голицын с радостью воспринял появившуюся возможность вступить в союз с «прогрессивными западными державами». Западные державы обратились к нему, называли «другом», как тут можно отказаться. Единственное условия вступления в Священную лигу — подписание «Вечного мира» с Польшей на условии окончательной передачи Киева Московскому царству⁉

Может быть, В. В. Голицын и был умным, образованным человеком, но вот государственным мужем он никогда не был и в политике не разбирался. В октябре 1672 года Речь Посполитая заключила с Османской империей Бучачский мирный договор, по которому к туркам и их вассалу Петру Дорошенко отходили Брацлавское и Киевское воеводства, поэтому в начале 1673 года (одиннадцать лет назад) Москва известила Варшаву о том, что больше не считает себя связанной условиями Андрусовского перемирия (1667). Все вопросы о принадлежности Киева теперь нужно было решать не с поляками, а с турками, что и было сделано при подписании Бахчисарайского мирного договора (1681).

«Московское царство присоединяет к себе левобережные земли и Киев с округой». — Именно так гласит один из пунктов этого договора.

Киев, уже более десяти лет, де-факто и де-юре был российским городом, а В. В. Голицын выставляет его на торги с панами!!!

Была, правда надежда, что дальше переговоров дело не пойдет, поскольку все важнейшие вопросы внутренней и внешней политики государства (объявление войны и заключение мира, введение новых налогов и сборов и т.п.) решались на Земских соборах. Иначе говоря, Московское царство на тот момент представляло собой сословную монархию (2). Во всех справочниках сказано, что последний Земский собор состоялся в 1684 году, в период правления царевны Софьи, и как раз обсуждал вопрос о заключении «Вечного мира» с Польшей. Надо сказать, что противников этого мира было достаточно. Против участия в войне с Портой выступали многие бояре, которые опасались длительной войны на истощение. Против союза с Польшей был гетман Малороссии Иван Самойлович, он считал более выгодным союз с татарами против Польши, нежели наоборот — союз с Польшей против татар. Малороссия только несколько лет живет, без ежегодных набегов крымских татар. Гетман указывал также и на вероломство поляков. Совсем недавно, в 1676 году Польша заключила односторонний мир с Турцией, что в Москве расценили как предательство, но почему-то быстро забыли об этом. Против войны с Портой был и патриарх Московский Иоаким. В то время в Константинополе решался важный для России религиозный и политический вопрос — передача Киевской метрополии в ведение Московского Патриархата. Это важное для церкви мероприятие могло быть сорвано в случае ссоры с Портой.

Как, при наличии такой солидной оппозиции, удалось протащить через Земский собор решение о заключении «Вечного мира»? Да, никак! Указ о созыве собора был объявлен 18 декабря 1683 года. «Выборные» явились в Москву, но 8 марта 1684 года было объявлено, что собор не состоится и всех отправили по домам. Дело в том, что обсуждать было просто нечего, поскольку Польша наотрез отказалась подписывать мир на условиях Москвы.

«Вечный мир» был подписан только 25 апреля (6 мая) 1686 года, но тогда уже никто не созывал собор и не обсуждал это решение и понятно почему.

По его условиям Польша отказывалась от притязаний на Левобережную Украину, Смоленск и Чернигово-Северскую землю с Черниговом и Стародубом, Киев, Запорожье. Россия обязалась заплатить за Киев компенсацию в 146 тысяч рублей и начать войну с Крымским ханством, а значит с Турцией.

Все перечисленные в тексте «Вечного мира» земли уже почти двадцать лет де факто и де юре принадлежат России. Вот как выглядит один из пунктов «Андрусовского перемирия» (1667 год):

«Польша официально уступает России Смоленск, некоторые земли южной Псковщины, Северскую землю (в том числе Стародубщину), а также все земли Левобережной Украины к югу от неё».

Что это? Святая простота или глупость?

Политическая дилемма: заключение мира с Польшей приводит к войне с Турцией, и наоборот, сохранение мира с Турцией, приводит к продолжению войны с Польшей. При всей сложности выбора, второй вариант явно предпочтительней, поскольку Польша просто не могла воевать!

Война с Османской империей в то время не отвечала национальным интересам России. Несколько лет назад, при правлении Федора Алексеевича с большим трудом был заключен выгодный Бахчисарайский мирный договор (1681), установивший тишину на южных рубежах России и нарушать его не было никаких веских причин.

Однако у правительницы Софьи были свои личные интересы, и они никак не совпадали с государственными. Подписание мира с Польшей и быстрая победоносная война на юге, могли значительно укрепить ее позиции на троне. Поэтому, «Вечный мир» преподносился в Москве как величайшая дипломатическая победа России. Софья с радостью возвестила народу: «Никогда еще при наших предках Россия не заключала столь прибыльного и славного мира, как ныне». Софья, однако, не объявила народу, что вечный мир с Польшей был куплен довольно дорого — обещанием напасть на татар. Все-таки, знает кошка, чье мясо съела! Кстати, именно подписание «Вечного мира» в 1686 году, без согласования с Земским собором, можно считать началом абсолютизма в России.

Вот так, московское правительство позволило втянуть себя в чужую игру. Еще раз повторюсь, война с Турцией и Крымским ханством в тот период была не нужна Московскому царству. Более того, вступление православной державы в союз католических стран событие мягко скажем неординарное, тем более что один из участников этого союза (Польша) длительное время был непримиримым врагом России. Западные «партнеры» традиционно хотели использовать русских как пушечное мясо в борьбе с Турцией и получить от этого противостояния все выгоды. России пришлось начать войну с сильным врагом, да ещё и заплатить большие деньги Варшаве за свои же земли. Сама идея создания союза христиан для борьбы с магометанами была лишь очередной идеологической вывеской для простаков. Самое обидное здесь то, что за те два года, пока Москва и Варшава вели эти, так называемые переговоры, ситуация на европейской арене кардинально изменилась в пользу государств — членов Священной лиги. Масштабы поражений турецких войск 1686 года были столь велики, что впервые за всю историю Османская империя пыталась инициировать мирные переговоры со своими противниками, но это не вызвало никакого интереса. Практически, союзники уже решили свои проблемы и оба Крымских похода не более чем политическая авантюра, оплаченная тысячами жизней простых русских людей.

Первый Крымский поход В. В. Голицына в 1687 году закончился полным провалом, войска даже не дошли до цели из-за того, что загорелась степь. Понеся огромные потери, незадачливый полководец вынужден был вернуться в Москву. Однако виновного нашли быстро и все неудачи списали на гетмана Ивана Самойловича, человека, который изначально был против союза с поляками и войны с турками, справедливо полагая, что это не отвечает государственным интересам Москвы. Его обвинили в сепаратизме, связях с татарами и отправили в ссылку в Тобольск, где он и умер в 1690 году. Второй поход в 1689 году был удачнее первого, только в смысле того, что до Крыма все-таки дошли, да и жертв было поменьше. А вот в смысле результата полная аналогия двухлетней давности. Иначе говоря, результата никакого. Пришли, постояли у стен крепости Перекоп и ушли.

Среди историков нет единого мнения о целесообразности этих походов и их итогов.

Одни ставят на первое место международное значение и выполнение обязательств перед Священной лигой. Типа, да походы были неудачными, и Крым завоевать не удалось, но оказывается, что изначально это и не планировалось! Нужно было только отвлечь внимание крымского хана, чтобы он не пришел на помощь турецкой армии в Европе. По их мнению, если рассматривать походы с этой точки зрения, то они полностью удались.

Другие, признавая полный провал этих походов, списывали все на некомпетентность и нерешительность В. В. Голицына. Есть даже мнение, что неудачность Крымских походов сильно преувеличена после того, как Пётр I потерял половину всей армии в первом Азовском походе.

Даже, если эти походы каким-то образом и помогли Европе, то возникает законный вопрос: а, что получила Россия? Ничего!!! Даже больше, чем ничего! Стало еще хуже! Мало того, что Москва затратила огромные финансовые средства, понесла людские потери, так еще и полностью дестабилизировалась обстановка на юге страны.

«Между тем набеги татар повторялись беспрерывно; в начале 1692 года под стенами города Немирова, в Малороссии, появилось не менее 12 000 татар; они выжгли предместья города и увели с собой множество народа, лошадей и проч. Рассказывали, что турки, находившиеся в Азове, готовились также сделать нападение на Россию».

(А. Г. Брикнер)

А вот это, как раз следствие необдуманных действий правительницы Софьи и ее протеже В. В. Голицына. До этого, Турция строго соблюдала условия мирного договора 1681 года.

Такое положение дел сохранялось на протяжении почти пяти лет, до смерти Натальи Кирилловны.

Впрочем, виновников крымских походов эти проблемы уже не беспокоили. В сентябре 1689 года в результате внутреннего дворцового переворота к власти пришел клан Нарышкиных, во главе с матерью Петра I Натальей Кирилловной, или как ее за глаза называли «Медведихой». Вот когда, наконец, сработал план А. С. Матвеева! Софья оказалась в монастыре, а ее любовник В. В. Голицын в ссылке.

Почему переворот возглавила Наталья Кирилловна, а где же Петр I, что он делал?

В ночь с 7 на 8 августа 1689 года Петру сообщили, что стрельцы готовятся идти на Преображенское. Слух оказался ложным, но молодой царь даже не думал его проверять. Единственная мысль, промелькнувшая в его голове — БЕЖАТЬ! В одних подштанниках он вскочил на коня и всю ночь скакал в Троице-Сергиеву лавру, не понимая того, что толстые стены монастыря, никем не защищаемые не могут обеспечить ему безопасность. Он бросил жену, мать, своих потешных солдат и трусливо бежал, даже не сделав попытки разобраться в ситуации и при необходимости организовать оборону.

Как-то не вяжется поведение молодого царя с тем, что пишут наши исторические мэтры.

«Не только страха ради без устали занимался он (Петр) „марсовыми потехами“. Из „потешных“ постепенно формировались два отлич­ных боевых полка — Преображенский и Семеновский. А село Преображенское превратилось в укрепленный воинский гарнизон». (Молчанов Н. Н.)

Почему Петр не организовал оборону, имея под рукой два полноценных полка «нового строя» и укрепленный лагерь?

Польский историк Казимир Валишевский по этому поводу пишет: «Даже в более позднем возрасте Петр не проявлял никакой храбрости. Он был для этого слишком нервным и впечатлительным». По сути, верно, но слишком деликатно, проще и понятнее сказать, что царь был ТРУСОМ! Как рубить головы безоружным стрельцам, так он в первых рядах, здесь его «драгоценной жизни» ничего не угрожает, а как идти в бой…

В общем, как у Шарикова: «На учет возьмусь, а воевать — шиш с маслом»!

Впрочем, мы немного забежали вперед, все это подробно будет изложено на страницах этой книги и читатели сами смогут убедиться в справедливости выводов польского историка. Не будем подробно останавливаться на самом перевороте 1689 года, отметим лишь то, что будет иметь значение в дальнейшем.

На следующий день (8 августа) в лавру прибыла Наталья Кирилловна с дочерью (Натальей Алексеевной), беременной невесткой (Евдокией Лопухиной) и своими сторонниками. За ними потянулись остальные: бояре, царедворцы, потешные и стрельцы Сухарева полка. Постепенно в лавру стали съезжать остальные сторонники Петра I и Нарышкиных. Главным «распорядителем» заговора все историки единодушно называют воспитателя Петра I Бориса Алексеевича Голицына (3), двоюродного брата Василия Васильевича Голицына, фаворита Софьи. По воспоминаниям Бориса Ивановича Куракина это был: «Человек ума великого, особливо остроты, но к делам не прилежный, понеже любил забавы, а особливо склонен был к питию».

Противостояние между Москвой (Софья) и Троице-Сергиевой лаврой (Петр) продлилось около месяца. Каждый пытался перетянуть военные силы страны (стрельцов и иноземцев) на свою сторону. Лучше это получилось у Петра и его окружения. Переломным моментом Патрик Гордон в своих записках называет переход «иноземных» офицеров под его непосредственным руководством на сторону молодого царя. Они прибыли в лавру 5 сентября 1689 года. Петр допустил их к своей руке, благодарил за приезд и каждому поднес по чарке вина. Уже в начале сентября все закончилось — Софья была заключена в Новодевичий монастырь, ее фаворит В. В. Голицын лишен боярства, всего состояния и отправлен в ссылку.

Примечания:

Карамзин Николай Михайлович (1766 — 1826) — русский писатель и историк.

Сословная монархия — форма государства, при которой власть монарха сочеталась с органами сословного представительства дворян, духовенства и горожан.

Голицын Борис Алексеевич (1654 — 1714) — боярин, руководитель приказа Казанского двора, воспитатель юного Петра.