Выживала. Том 2

Глава 2 Первая вылазка на лыжах

Для Выживалы стало очень большим удивлением, что мать тоже поедет с ними, невзирая на срок беременности в 26 недель.

— Врач из женской консультации сказала, можно, если осторожно! — уверенно заявила Мария Константиновна. — Вы что это, хотели без меня???

Поехали на электричке, как отец и говорил, отправлением 8:27. Для этого пришлось рано вставать и по темноте тащиться на пассажирскую станцию. Выживала думал, что народу будет много, так же как и летом, когда они ездили за грибами и на рыбалку. Однако это оказалось не так. Несмотря на то, что электричка сейчас ходила не в 10, а в 8 вагонов, народу в ней было совсем мало. Дачники не ездили, кому что зимой делать на даче? Да и всякие посторонние люди тоже мало шатались. В основном, в вагоне находились только школьники, студенты и те, кто ездит на работу и с работы за город, а также работники аглофабрики и железнодорожники. Поэтому семья Некрасовых, с лыжами и сыном, вольготно расположилась, заняв целое купе. В электричке было тепло, даже жарко: очень хорошо грели печки под твёрдыми деревянными сиденьями. Впрочем, ехать всего две остановки… Когда доехали до станции «Восточная», спокойно вышли из вагона, помогая друг другу.

Уже светало, и отсюда сразу было видно, где находится склон, на котором проложены трассы. Стоял он в самом начале станции, там, где только начинали расходиться пути. Идти туда пришлось сначала по перрону, а когда он закончился, по широкой тропинке, набитой железнодорожниками и приезжавшими кататься горожанами, по левую сторону от путей.

Шли минут 15, сначала вдоль железной дороги, до начала станции, потом тропинка резко поворачивала влево, пересекала небольшой залив озера, который сейчас был, естественно, замерзшим, и подходила к горе.

Выживала внимательно осмотрел трассу. Гора высотой метров 200. На ней среди леса прорублены две трассы, одна пологая, другая совсем крутая, с небольшим бугром-трамплином посередине. На гору шла пешая дорожка, однако подъём по ней, судя по всему, стоил с больших усилий. Зато имелся небольшой канатный подъёмник с одноместными креслами, ведущий наверх. Один подъём стоил 20 копеек. Большие деньги, если рассуждать о Союзе 1977 года. Булку хлеба можно купить или мороженое!

Никакой сопутствующей инфраструктуры не было: ни кафе, ни столовой, ни закусочной. Негде посидеть, отдохнуть, негде перекусить или согреться. Ближайшее помещение, где можно согреться, — это рабочая столовая железнодорожной станции, куда тоже, кстати, батя возил продукты, хлеб, и даже вместе с Выживалой. Но идти до неё отсюда примерно километра два.

Ратрака, судя по всему, тоже не имелось. Да и откуда ему быть? Катались так, утаптывали снег сами.

Пока стояли и расчехляли лыжи, рассвело окончательно.

— Ну что, Семён, с горы поедешь? — рассмеялся батя и заплатил сразу человеку, обслуживающему подъёмник, 2 рубля за 10 подъёмов.

Теперь, хочешь не хочешь, нужно их скатать. Впрочем, приехали на весь день, так что, скорее всего, этого могло быть даже и мало.

— Езжай пока ты, а я с ним покатаюсь, — предложила мама. — Да и в моём положении, не очень-то сильно побегаешь.

Мама надела лыжи Выживале, посадив его на деревянную скамейку, вытерла сопли и надела лыжи сама. Потом поехала чуть в сторонку, где находилась совсем небольшая учебная горка, откуда можно было удобно кататься детям. Отец в это время сел на подъёмник и поехал наверх, на самую верхотуру.

Выживала съехал один раз с горки вместе с матерью, чем чуть не ввёл её в ступор: похоже, настоящий Женька так не умел кататься на лыжах. Выживала ехал не просто по прямой, а как мог старался маневрировать и ехать на рёбрах. Со стороны, конечно, выглядело уморительно для постороннего человека, однако совсем не для родителей.

— А ведь отец правильно говорил, — заметила мама. — Ты где-то научился кататься прямо как настоящий спортсмен.

«Как спортсмен» — это, конечно, сильно сказано. Встал на лыжи он в этом времени впервые. Однако, естественно, Выживала со своими бывшими навыками горнолыжника катался ощутимо лучше, чем обычный пацанёнок его возраста, чем вызывал заслуженное удивление.

Мать каталась на лыжах тоже очень здорово, насколько Выживала видел. Проезжала со склона не по прямой, как какой-то любитель, а косым спуском, становясь на рёбра, при этом, где надо разогнаться, становилась в низкую стойку, где надо чуть притормозить, становилась в высокую. Потом хлёстко затормозила, сыпанув снегом метров за пять от себя.

— Смотри! Отец едет! — звонко крикнула она и показала палкой на гору.

А там действительно, с самой крутой верхотуры батя наяривал зигзагом, точно также чередуя низкую и среднюю стойку, активно работая коленями и подпрыгивая на неровностях. Спустился вниз быстро, почти не тормозя, и под конец разогнался до приличной скорости, так что пришлось тормозить чуть не перед самым подъёмником. Однако Выживала заметил, что на трамплин не пошёл, по-видимому, посчитал лишним.

— Машка, смотри, как здорово! — восторженно сказал батя. — Давай теперь ты! Там крутизна, как всегда, нормальная, и снега минимум. И почистили, да и ветром сдуло.

— Сейчас попробую! — рассмеялась Мария Константиновна.

Мама села в подъёмник и отправилась вверх, следом два других лыжника последовали за ней.

В это время подошла ещё одна электричка из города, не такая ранняя, и народа в ней было ощутимо больше: отсюда было видно, как по перрону, а потом по железнодорожным путям сюда направлялась целая толпа людей. Среди них были не только лыжники, но и те, кто собирались кататься на надутых автомобильных и тракторных резиновых шинах.

— Видишь, как хорошо! Шину накачал и катайся на ней! — рассмеялся батя. — Когда в Кутурчине жил, у нас старики катались: лосиную шкуру водой зальют прямо по шерсти, и на ней ездили с горы. Представляешь?

— Я одного не пойму, где вы так на лыжах кататься научились? — неожиданно спросил Выживала у отца.

— В молодости по тайге на охотничьих лыжах бегал, ещё в Кутурчине, — объяснил батя. — Навык имею разного хода, по любому снегу. А потом, когда сюда переехали, именно вот здесь, Семён, мы научились с горы кататься. А что здесь такого-то? Гора-то не слишком высокая.

— А почему именно лыжи? Не велосипед? — спросил Выживала.

— А это уже кто к чему привык, — усмехнулся отец. — Мы сибиряки… В наших краях зима полгода, и какие велосипеды? А летом других увлечений полно, та же самая рыбалка. Да и о чём ты говоришь? Ты думаешь, мы хорошо катаемся? До чемпионов ещё далеко!

Выживала в недоумении пожал плечами: в его понимании родители катались прекрасно. Конечно, не как КМС по горнолыжному спорту, но как очень продвинутые любители точно. На скорости ехать не боялись, чередовали стойки: вон батя разогнался с такой крутой горы. При этом катались разнообразно. Вот и мать только что косым спуском, по зигзагу, скатилась вниз. Правда, она тормозила чаще, чтобы не набрать большую скорость, и съехала спокойно, без суеты, в высокой стойке, несмотря на то, что склон был совсем крутой.

А потом катание пошло само собой. Родители один за другим поднимались на гору, скатывались, и по пологому склону, и по крутому. Выживала катался с детской горки. Окружающие люди, приехавшие с детьми, сильно удивлялись тому, что такой маленький пацан и так хорошо ездит на лыжах.

— Мальчик, а ты где-то занимаешься? — неожиданно спросила одна из женщин, стоявшая в очередь на подъёмник, и случайно увидевшая выкрутасы Выживалы.

Женщина была рослая, крепкая, одетая в зимний шерстяной спортивный костюм, куртку и вязаную шапку-пилотку с кисточкой и надписью «Спорт». Она тоже пришла кататься на лыжах в большой компании, причём ездила очень хорошо, заметно выделялась среди прочих катальщиков. Как-то случайно она увидела, как Выживала раз за разом поднимался на горку ёлочкой, а потом съезжал оттуда, причём действовал очень грамотно, по-спортивному.

— Нет, нигде не занимаюсь, — покачал головой Выживала.

— Тебя как зовут?

— Серёга… То есть, Женя, — запутался в словах Выживала.

— Приходи с родителями в ДЮСШОР по лыжным видам спорта, Горьковская, 24, — заявила женщина. — Я тренер по горным лыжам Светлана Владимировна Николаева. Лыжником хочешь стать?

— Очень хочу! — признался Выживала. — Но я сам ничего не решаю. Сейчас родители приедут. Они там, на горе.

В это время с горы скатились сначала отец, а потом мама. Увидев, что рядом с сыном стоит посторонняя женщина, подъехали к ней, поздоровались и остановились в ожидании объяснения.

Женщина повторила им всё сказанное Выживале, чем вызвала у них очень большое удивление.

— Ну он же ещё в сад ходит, в подготовительную группу, — заметила мама. — Это же, наверное, надо приводить тогда, когда он в школу пойдёт?

— Можете и сейчас приводить! — заверила женщина. — Я вижу, мальчик у вас подготовленный и обладает просто уникальными навыками. Скажите, это вы его так научили кататься?

— Он научился! — усмехнулся батя. — Я сам только недавно заметил, как он катается, может, по телевизору где подсмотрел, может, от других людей. Специально с тренером Женька не занимался.

— Вот значит, сейчас позанимается! — чуть улыбнулась женщина. — Судя по всему, у вас очень перспективный мальчик. Может многого добиться. Если хотите, чтобы всё так было, нужно начинать заниматься горнолыжным спортом как можно раньше. Именно сейчас.

Отец сказал что им нужно хорошо всё обдумать, только спросил, где находится улица Горьковская 24, получил ответ, слегка озадаченно покачал головой, и распрощался с тренером.

Потом батя посмотрел вокруг. Время 14:00, и родители решили наконец-то пообедать, уже голод давал знать о себе. Отошли в сторонку, где стояли самодельные деревянные лавочки, разложили на одной газету, на неё еду и с удовольствием пообедали на свежем воздухе. А горячий чай! Как классно хлебнуть на таком морозе горячего сладкого чая из термоса.

— Эх, развести бы костерок, пожарить мясо на шампурах, — мечтательно сказал отец. — Помнишь, Машка, как в Кутурчине с пацанами постоянно так за деревней отдыхали? И лыжня у нас там была, с горки катались, потом костёр нажгёшь, на походной сковородке дичины нажаришь с картошкой, на рожне мясо нажаришь.

— Ну здесь же, Гришка, не будешь костёр разводить, на виду у всех, — резонно заметила мама и оглядела окрестности. — И вообще, ребята дорогие, давайте-ка последний раз скатимся и будем собираться домой.

После этого родители съехали ещё два раза на заплаченные деньги, а потом начали собираться домой. Сняли лыжи, очистили от снега, связали их, положили в чехлы, одновременно посматривая на часы. Отдых здесь полностью зависел от расписания электричек до города. Надолго задерживаться не следовало…

… Путь назад оказался ещё более тяжёлым, чем сюда. К горе бежали свежие и полные силы, обратно возвращались уставшие, и хотя в хорошем настроении, однако сил потрачено порядочно. Сейчас уже кое-как дотащились до станции, а там ещё пришлось переходить по обледеневшему скользкому мосту через железнодорожные пути, чтобы добраться до перрона, с которого электропоезда ходили в город.

На станции было вывешено расписание, и судя по всему, электричка должна была пойти через полчаса. Что называется, и не так и не сяк. И не пойдёшь погреться в столовую, так как время уже подходит, и здесь мёрзнуть тоже не хочется. После катания с горки, после того как разогретые мышцы начали охлаждаться, естественно, навалился холод, несмотря на то, что температура на улице была вполне комфортная: всего 5 градусов мороза. Пришлось подпрыгивать, и разогревать себя.

Электричка опять пришла полупустая, и доехали вполне комфортно. Когда добрались до города, начало уже вечереть, на вокзале, как всегда, шатается масса людей, в том числе и идущих через мост. Пришлось с лыжами проталкиваться через них, где-то огибать, где-то лезть напрямик через толпу, рискуя нарваться на грубость, в общем, возвращение домой получилось некомфортным. Впрочем, некомфортным с точки зрения усталого Выживалы. Родители, наоборот, были веселые, часто смеялись, шутили и уже планировали следующий поход…

…Вечером Выживала лёг передохнуть на родительской кровати, пока они смотрели телевизор, и незаметно утихомирился и начал дремать. Уже сквозь сон слышал, как родители начали обсуждать предложение, сделанное им тренером. Речь шла о нём, не более не менее!

— Ну что, Машка, согласимся? Отдадим его на лыжи? У пацана талант! — сквозь полудрёму донёсся голос отца.

— Согласимся-то согласимся, дело не в деньгах, — заявила мама. — Кто его водить туда будет? Где ты говорил? На Запсибе? В Заводском районе? Это же в такую даль от вокзала ездить! Неужели он сам туда с лыжами будет ходить? У меня сердце будет кровью обливаться. И с садом надо будет что-то решать.

— Ничего страшного! Чаще я буду на машине возить, — уверенно сказал отец. — Как-нибудь уж с утра время выделю на это, а если не смогу, ты отвезёшь или маманя. Надо, Машка, решаться. Пусть пацан делом занимается, может, толк выйдет, в люди выбьется. По телевизору буду показывать. А так, что ему тут светит? Чем будет заниматься? Осенью пойдёт в школу, а там такие ухорезы… Что я, местных не знаю? Хулиган на хулигане. Здесь для него никаких занятий нет, разве что со шпаной местной развлекаться. А это сама знаешь, куда дорожка откроется. В тюрягу! Нет, я прямо говорю: надо за будущее сына браться сейчас.

— Как знаешь, Гриша, — вздохнула мама и погладила живот. — Ты ведь не забыл, какой с меня сейчас ходок… Я, наверное, в следующий раз уже не поеду на лыжах кататься. Срок подходит…

Похоже, родители в этом вопросе пришли к единому мнению и оно было положительным…

…Утром, перед тем как вести Выживалу в детский сад, отец прямо спросил, согласен он заниматься горными лыжами или нет? Стоит ли вообще овчинка выделки или нет?

— А то мы впряжёмся сейчас, денег за форму и инвентарь ввалим, а ты на попятную пойдёшь, — молвил отец, глядя Выживале в глаза.

— Конечно, согласен, — уверенно ответил Выживала. — Катаюсь я хорошо, вон даже тётя-тренер сказала. Я буду ходить в любом случае!

— Хорошо! — твёрдо сказал отец. — Тогда прямо завтра я на машине заеду туда и узнаю всё более подробно. Там уже решим, что делать.

А что было делать? Выживала уже проходил этот путь скорби до конца! Он прекрасно знал, что делать. Сначала нужно будет родителям вкладываться, вкладываться и ещё раз вкладываться, если ребёнок-спортсмен. Сначала жертвовать личным временем и личной жизнью. Однако личное время — это одно, потом придётся вкладываться и материально: лыжи, спортивная форма, причём разные, так как летом подготовка лыжников сводилась к бегу, к плаванию, к общефизической подготовке.

Раз решили отдать ребёнка в спорт высоких достижений, будьте готовы, тащите эту лямку до конца своей жизни…

…На следующий день Григорий Тимофеевич опять был в тяжких раздумьях. Спортивная школа на улице Горьковской, 24, находилась на другом конце города, куда на общественном транспорте добраться была та ещё проблема. Ходил туда автобус, но всегда битком. Ещё ходила электричка, но это надо будет с тренером индивидуально обговаривать график занятий, исходя из расписания. Пожалуй, электричка была наиболее предпочтительный вариант.

Район был молодой, из недавно возведённых хрущёвок, но при этом считался неблагополучным: состоял в основном из общежитий, в которых жили строители и рабочие Западно-Сибирского металлургического комбината, среди которых было много и уголовного и ссыльного контингента, под названием химики… Но что поделать…