Я, кухня и два дракона (СИ)

Истинная

Ниварис

Никогда, ни с одной женщиной я не чувствовал себя таким идиотом, как с ней!

Я привык к тому, что женщины смотрят на меня как на дар небес, как на пирожное с королевского стола, как на высшую награду их привлекательности и красоты.

Эта же человечка…!

Мы с Дейтаром, как два дурака, притащили ей в зубах не жалкого кролика или куропатку, а настоящую добычу. И что в ответ? Спасибо? Звёзды в глазах и радостное хлопанье в ладоши?

НЕТ!

Вместо того чтобы хотя бы просто поблагодарить нас, она перечислила, чего ей ещё не хватает.

Но хуже всего было то, что, высказав претензии, она вроде бы и не специально, но всё же указала на еще один наш с Дейтаром промах.

Мы не только, словно последние неотёсанные деревенские болваны, не представились ей, но и не соизволили поинтересоваться её именем.

Первым представился Дейтар — как всегда спокойно и с достоинством. Я же открыл рот… и запнулся на полуслове.

Я любил, как женщины реагировали, услышав моё имя.

Интерес, азарт, предвкушение и лёгкая тень страха.

Их щёчки всегда вспыхивали румянцем, глазки опускались в пол, грудь начинала призывно вздыматься от ускорившегося сердцебиения, а кончики пальцев дрожали от попытки спрятать собственные желания и любопытство.

О, как я любил эти мгновения!

Я чувствовал себя королём положения. Я мог говорить что угодно, делать всё, что мне вздумается, а они всё равно смотрели на меня с восхищением.

Но не она!

Мне нужно было куда-то выплеснуть злость и разочарование, и я не придумал ничего лучше, чем отправиться на тренировочный полигон. Насколько я помнил, он здесь был, хотя рассчитывать на то, что все снаряды ещё в рабочем состоянии, не приходилось.

Полигон я нашёл довольно быстро. А заодно и Дейтара на нём.

Мой друг пытался выровнять столб полосы препятствий.

— Похоже, здесь слишком давно не обновляли защитные заклинания. Много сломано? — спросил я, подходя ближе.

Дейтар не ответил, лишь кинул на меня странный, абсолютно нечитаемый взгляд.

Я на миг растерялся, не понимая, что происходит, но тут же отмахнулся. Если бы я был чем-то занят и нуждался в помощи, а тот, кто мог бы помочь, лишь разглагольствовал — я бы тоже так отреагировал.

Плюнув на всё, я кинулся помогать Дейтару.

Повозиться, чтобы восстановить добрую половину тренажёров и снарядов, нам пришлось немало. Было, конечно, странно, что большинство повреждений оказалось сосредоточено в одном месте, словно туда сверху грохнулся дракон, но за работой нам было не до разговоров.

Когда же мы, наконец, привели всё в более-менее приемлемый вид, весь мой боевой запал иссяк.

Как говорил в академии наш преподаватель по физподготовке: физический труд — лекарство от всех болезней, особенно от дурости в голове.

Кричать, рычать и громить всё вокруг мне больше не хотелось. А потому, пожелав Дейтару хорошей разминки, я решил вернуться в замок: принять душ, смыть пот и грязь после ремонта полигона, а затем подумать, как достать продукты, о которых упоминала Мелисса.

Использовать для этой цели ещё раз лизаринский круг призыва я опасался. Кто знает, с какими сбоями он сработает второй раз? Вдруг вместо муки или масла притащит кого-нибудь вроде принца Скавериса.

Так, размышляя, я добрался до своей комнаты, зашел во внутрь и замер. Из ванной слышался плеск воды и лёгкий женский смех.

Это ещё что за чудеса?

Стараясь не шуметь, на цыпочках я подобрался к двери ванной и осторожно приоткрыл её.

И обомлел.

В моей ванне плескалась человечка.

Она сидела вся в пене, набирала её в ладошки, дула, отчего облачко пены взлетало в воздух. А с другого края ванны эту пену пытался поймать кабачок! Да-да, тот самый, что был на кухне, когда мы так «удачно» угощались жареными волчьими яблоками, или, как их назвала Мелисса, картошкой.

Теперь этот самый обычный кабачок прыгал по краю ванны, ловя пену. Подскальзывался, падал в воду, и тут же выскакивал обратно, а Мелисса хохотала.

Зрелище было завораживающее, но куда больше меня занимал вопрос: как она оказалась именно в моей ванне?

Случайность? Перепутала двери?

Я беззвучно рассмеялся.

Сколько таких «случайно заблудившихся» дамочек уже было в моей жизни.

С предвкушением закусив губу, я облокотился на косяк двери и толкнул её, уже не скрываясь.

— Какая неожиданная встреча, — промурлыкал я фразу, что давно набила оскомину.

Если честно, она надоела мне до демонских хвостов, но именно на неё женщины реагировали лучше всего.

Мелисса вздрогнула, будто и правда не ожидала меня увидеть, и медленно повернула голову.

Её челюсть забавно клацнула, а щёки вспыхнули румянцем. Только что-то было не похоже, что она смутилась.

— Какого чёрта? — нахмурилась она и сердито засопела.

Что такое «чёрт» я не знал, но, судя по тону, это было что-то из шахтёрского фольклора.

А вот её реакция мне понравилась: похоже, девчонка, хоть и сама пришла ко мне, хотела поиграть в недотрогу подольше.

— Какого чёрта ты купаешься в моей ванной, милашка? — подыграл я, коварно улыбнувшись и сделав шаг вперёд. — Признаюсь, мне тоже любопытно.

Напускная сердитость сползла с её лица, словно восковая маска. Она испуганно завертела головой, словно впервые видела эту ванную комнату, и залепетала:

— Я не могла ошибиться дверью. Это слишком глупо.

— Ну почему же, — усмехнулся я, подходя почти вплотную. — По-моему, очень милая ошибка. И очень правильная.

Мелисса хлопала глазами, подгребая к себе пену, будто пыталась прикрыться, и тут меня словно молнией ударило.

На её руке блеснули золотые искры.

Точно такие же, как у меня. Рисунок ещё не сформировался полностью, но его невозможно было спутать ни с чем.

Это была метка истинной пары. Моей пары.

Дыхание перехватило, сердце едва не выскочило из груди.

Я поспешно задрал рукав своей рубашки и медленно закрыл глаза. Рисунок был тем же самым.

Значит, не показалось. Эта маленькая вредина, несущая смятение и хаос, действительно моя истинная пара.

Единственная на всю Вселенную.

Мой дар Небес.

Кровь полыхнула жаром, дракон внутри довольно заурчал, а я как дурак смотрел на её губы и думал только о том, как хочу её поцеловать. Испытать, что значит быть самым счастливым мужчиной на свете, как это, не думать ни о ком другом и хотеть лишь её.

Забыв обо всём, я потянулся к Мелиссе, но вместо сладких губ ощутил лишь звонкий удар мокрой пощёчины.

Не успел опомниться, как Мелисса с силой оттолкнула меня, выскочила из ванны и, как была — голая, в пене, — рванула прочь из ванной.

— Придурок! — крикнула она, на ходу схватила полотенце и с грохотом захлопнула за собой дверь.

— И правда придурок, — растерянно пробормотал я ей вслед, впервые в жизни чувствуя себя настолько счастливым.

Дейтар

Впервые в жизни мне было стыдно рассказать правду.

Отец с детства учил: твоя честность — твоё оружие. Пока говоришь только правду, у твоих врагов не будет против тебя козырей.

С этим принципом я шёл по жизни, несмотря ни на что. Он был для меня путеводной звездой, маяком, показывающим, что я двигаюсь в верном направлении.

Но сегодня мой маяк погас.

Я не смог признаться Ниварису, что большинство снарядов на полигоне сломал я сам, обратившись в дракона.

Я всё ещё чувствовал себя пришибленным.

А золотая метка истинности на моей руке продолжала проступать всё ярче, постепенно складываясь в полноценный рисунок, что окончательно выбивало меня из колеи.

Неужели моя истинная до сих пор где-то рядом?

Островов поблизости точно нет, а корабль может оставаться на месте только если с ним что-то случилось.

Тягостные мысли терзали душу и мешали сосредоточиться.

Когда мы наконец починили все тренажёры, Ниварис ушёл, а я так и остался стоять посреди полигона.

Что делать дальше — я не знал.

Прорваться через барьер всё равно не удастся. Даже лизаринский круг призыва не поможет — он работает лишь в одну сторону.

А ещё нужно было честно признаться себе: логика требовала срочно броситься на поиски истинной пары, но сердце упрямо приказывало оставаться здесь.

Одним словом, я не понимал, что со мной.

Стоять дальше без дела смысла не было, поэтому я решил вернуться в свою комнату и всё же написать отцу.

Я как раз почти поднялся по лестнице на нужный этаж, когда услышал как хлопнула дверь, и в следующий миг на меня налетела Мелисса.

— Что такое? — опешив, я схватил её за плечи.

Человечка была голой, в мыльной пене, и изо всех сил пыталась прикрыться полотенцем.

— Ничего! — рявкнула она на меня со слезами в глазах, словно я был единственной причиной всех её бед, и нервно поправила прилипшие к щеке мокрые волосы.

Я застыл, как громом поражённый.

По её руке скользили золотые искорки метки истинной пары.

Моей метки.

Все вдруг стало настолько ясно, что я рассмеялся.

Я так упорно твердил себе, что моя истинная где-то далеко, что не заметил очевидного: почему же тогда, вместо мифической далёкой судьбы, я — не соображая, что делаю — поцеловал именно её, простую человечку?

Я списывал это на магический откат, хотя всё было куда проще: она — здесь, прямо передо мной.

Я был олухом. Идиотом. Полным дураком.

Улыбка сама расползлась по моему лицу. Я подхватил опешившую и перепуганную Мелиссу на руки и понёс в свою комнату.

— Пусти, — пискнула она и попыталась соскочить с моих рук.

— Нет, — мотнул я головой, прижимая её крепче. — Теперь я тебя точно не отпущу.

И это была правда. Я просто физически не смог бы её отпустить. Она — моё сокровище. Мой дар. Моя жизнь и сердце.

Я занёс Мелиссу в комнату и осторожно опустил на кровать. В голове был сплошной туман, словно я выдул бутыль гномьего самогона, но душа пела от счастья.

— Я… — наклонился я к ней, собираясь признаться, как счастлив, а затем поцеловать. Но вместо этого получил звонкий удар маленьким кулачком прямо в глаз.

Звёзды закружились в безумном хороводе, и пока я пытался сообразить, что сделал не так, Мелисса ужом выскользнула из-под меня и бросилась к двери.

— Ещё один придурок! — сердито бросила она, открывая её. — Два придурковатых дракона, и оба на мою голову! Чтоб вам обоим пусто было!

Дверь с грохотом захлопнулась. А я вытаращился ей вслед:

— То есть… два?