Я, кухня и два дракона (СИ)

Свобода

Мелисса

Руки Дейтара — сильные, обжигающе горячие — скользнули по моей спине.

Тихий щелчок застёжки прозвучал неожиданно громко.

Замок змейки медленно пополз вниз, и я почувствовала, как следом за ним, по линии позвоночника, скользнул жар дыхания Дейтара.

Горячо, обжигающее, обещающее.

Лёгкое касание губ. Скольжение языка — и я невольно сжала колени от всё сильнее закручивающейся спирали жара внизу живота.

Я до потемнения в глазах хотела их. Моих драконов.

Но ни Ниварис, ни Дейтар не спешили.

Ткань платья с тихим шелестом скользнула на пол. Ниварис разорвал поцелуй и заглянул мне в глаза.

А там — бездна.

Увидев её, я поняла: они не медлят. Они изо всех сил сдерживают себя — и очень скоро я почувствую это в полной мере.

Ниварис вновь наклонился ко мне, но лишь для того, чтобы скользнуть губами по моим и опуститься ниже. Легонько прикусить мочку уха, пройтись нежнейшей цепочкой поцелуев вдоль линии шеи, коснуться кончиком языка ямки между ключицами и опуститься к груди.

А дальше… Он резко втянул ртом мой сосок — так, что я охнула от пронзившей меня волны ощущений — и в тот же миг почувствовала, как пальцы Дейтара зарылись мне в волосы, заставляя слегка повернуться.

Его поцелуй, как и тогда в пещере, был как сметающий всё ураган.

Жадный, алчный, подчиняющий — и одновременно окончательно освобождающий.

Дейтар терзал мои губы, властно оглаживал языком щёки, нёбо, подчинял грубостью своей ласки, заставляя забыть обо всём на свете.

Я задыхалась.

Тонула в бешеном напоре Дейтара — и плавилась от нежности поцелуев, которые одновременно дарил мне Ниварис.

А он опускался всё ниже.

Легкими прикосновениями губ и языка прошёлся по моему животу, добираясь до лобка.

Рука Дейтара скользнула вдоль моего бока — тоже вниз.

Но не для ласки. Нет.

Огладив внутреннюю сторону бедра, он подхватил мою ногу, раскрывая меня перед Ниварисом.

Горячий, тугой язык скользнул по горошине клитора, и я выгнулась, не в силах сдержать всхлип, который тут же поймал Дейтар, ещё сильнее углубив поцелуй.

Пальцы Нивариса скользнули внутрь лона, оглаживая его изнутри.

Лёгкое поглаживание — и следом такое же лёгкое, ритмичное постукивание кончиками пальцев; скольжение горячего языка, захват губами — и снова поглаживание.

Ниварис играл с моим клитором снаружи и изнутри, словно выводил божественную мелодию, а я сходила с ума.

Я кричала, задыхалась, впивалась в плечи Дейтара, который не менее искусно, чем Ниварис, ласкал мою грудь.

Грубее. Резче. Жёстче.

И вместе с тем — божественно остро.

Я была на грани.

Чувствовала: ещё чуть-чуть — и сорвусь в бездну оргазма.

Но Ниварис отстранился, и я завыла, словно раненая волчица от ощущения пустоты внутри.

— Нет… — крик сам сорвался с моих губ. — Хочу. Хочу вас обоих. Сейчас.

Я слышала жадный рык Дейтара.

Не видела — но чувствовала хищную, довольную улыбку Нивариса.

Один короткий рывок — и я очутилась лицом к лицу с Дейтаром.

Пальцы моих ног утонули в мягком мехе, и только тогда я поняла, что тьмы вокруг больше нет: мы вернулись в зал дома и сейчас все втроём сидели на своеобразном ложе из звериных шкур.

Впрочем, уже через секунду мне стало не до того, что происходило вокруг.

Дейтар подхватил меня под ягодицы, притягивая к себе. Руки Нивариса при этом скользнули по моей спине, поддерживая и не давая упасть.

Я чувствовала, как нетерпеливо эрегировал член Дейтара, видела, как тяжело он дышит не в силах сдерживать бурю своего возбуждения, да и сама я после ласк Нивариса меньше всего на свете хотела медлить. Обвив ногами торс Дейтара я подалась вперед, стремясь вобрать в себя весьма немалый член Дейтара сразу, на всю длинну.

Долгожданное чувство наполненности разлилось во мне горячей волной наслаждения. Я выгнулась, не сдерживая стон, и Дейтар, будто почувствовав все мои желания разом, сорвался в бешеный темп.

Толчок за толчком, мир сузился до мощных, размашистых движений. До ритма, который отзывался во мне вспышкой каждой клеточки.

Каждое движение Дейтара накатывало горячей волной — сильной, неумолимой, стирающей границы между телом и чувством.

Я сходила с ума.

И в буре ощущений и чувств Ниварис был моим якорем.

Я чувствовала его за своей спиной — как он держал меня не только физически, не позволяя потеряться. Его ладони скользили по моим бокам, пальцы мягко, почти дразняще играли с сосками моей груди. Его прикосновения были слишком отличимы от прикосновений Дейтара: нежными, ленивыми, тягуче-ласковыми. Они словно смягчали бурю внутри меня… и делали её ещё острее.

Я задыхалась от этого контраста.

От того, как во мне сталкивались сила и ласка, напор и забота.

— Дейтар… — имя моего дракона сорвалось с губ не просьбой, а признанием.

Он почувствовал этот миг — последний перед падением. Руки Дейтара сжались крепче, движения стали еще резче, глубже, и нежность пальцев Нивариса вдруг усилилась, словно он знал, когда именно нужно поддержать.

Внутри всё натянулось до предела и… лопнуло.

Меня накрыла волна, от которой потемнело в глазах. Я выгнулась с безудержным громким криком, теряясь в огне, в чувстве, когда тело вспыхивает изнутри и рассыпается на тысячи искр.

Я уже не могла сдержать ни стона, ни дрожи.

Меня разорвало в яркой вспышке, когда от силы чувств нет больше ничего. Ни неба, ни земли. Когда летишь. Не можешь дышать.

Исчезаешь.

И словно рождаешься заново.

Ниварис подхватил меня и осторожно опустил на мягкий мех шкур.

— Тсс, — успокаивающе прошептал он, пока я судорожно ловила воздух в отголосках своего экстаза. — Тихонько, милая.

Я чувствовала, как Дейтар осторожно лёг рядом.

Его дыхание всё ещё было сбитым, тело горело огнём, и сквозь пелену наслаждения перед глазами я видела, как по коже Дейтара пробегают, появляясь и тут же исчезая, чёрные чешуйки.

Но они не пугали меня. Наоборот. Мне безумно хотелось коснуться их.

— Я люблю тебя, — хрипло прошептал Дейтар, когда я потянулась к его руке, пытаясь поймать ускользающие из-под пальцев чешуйки.

Эти слова…

Не просто «любимая», «милая» или «дорогая». Всё же слова «я люблю тебя» — особые.

Их не скажешь просто так.

Они — откровение.

— И я люблю тебя, — прошептала я, потянувшись к дракону за поцелуем.

Дейтар коснулся моих губ нежно, бережно, словно закрепляя между нами это признание, превращая его в клятву, не требующую ритуалов и ещё больших слов.

Дейтар отстранился, и я повернулась к Ниварису.

Ведь, в отличие от Дейтара, с Ниварисом мне было важно сказать первой:

— Я люблю тебя.

Глаза Нивариса полыхнули огнём. Узкие вертикальные зрачки вмиг расширились, а по скулам побежали огненные чешуйки.

Ниварис резко, рвано выдохнул и тут же наклонился ко мне.

— Я люблю тебя, Мелисса, — хрипло прошептал он и накрыл мои губы своими.

Нежно. Тягуче. Чувственно — наполненно тихим обещанием, от которого внутри становилось щемяще сладко.

И в то же время я чувствовала, как под мягкостью этого поцелуя внутри Нивариса кипит страсть. Не просто разливается по венам, накатывая волнами, а разрывает его изнутри.

Дейтар и Ниварис были такими разными в жизни. И так же разнились в своих ласках.

Дейтар — слишком сдержанный, слишком правильный и даже в какой-то степени холодный — всю свою бурю чувств выплёскивал в сексе.

Я уже поняла: в ласках, в порыве страсти он не способен сдерживать себя. Чувства оказывались сильнее его.

Ниварис же был полной противоположностью. Несдержанность, порывчатость, вечная буря в повседневности — и мягкость, безумная чувственность в интимной близости.

Неудивительно, что его любили женщины. Возможно, не столько сам Ниварис гонялся за ними, сколько они добивались его, желая почувствовать себя по-настоящему желанными.

Я не ревновала. Нет.

Ведь все его похождения остались в прошлом, до нашей встречи.

Но… было кое-что, что я всё же хотела сделать, чтобы раз — одним махом — перечеркнуть всю его прежнюю жизнь.

Чтобы он даже думать не хотел о тех, кто был до меня.

— Закрой глаза, — попросила я Нивариса.

Я никогда не делала того, что собиралась провернуть с ним, и от одной только мысли об этом моё сердце заколотилось как сумасшедшее. Я не могла сдержать волнения — и Ниварис заметил это сразу.

Да и Дейтар за моей спиной повернулся на бок, с интересом прислушиваясь к нашему разговору.

От осознания того, что он тоже здесь и будет всё видеть, меня бросило в ещё больший жар.

Но я не хотела отступать.

Каким-то шестым чувством я вдруг осознала: если начну стесняться, скрывать свои истинные желания — какими бы они ни были — у нас ничего не получится.

Если я хочу, чтобы эти удивительные мужчины, драконы, остались со мной до конца жизни, я должна быть честной не только с ними, но и с самой собой.

Я должна быть свободной. Особенно в своих желаниях и мыслях.

— Звучит интригующе, — азартно улыбнулся Ниварис и, закрыв глаза, лёг на спину.

На миг замерев, я всё же поднялась, усаживаясь на колени.

Оглянувшись, увидела, с какой жадностью Дейтар смотрит на меня и Нивариса, и это придало мне смелости.

Он не осуждал, не ревновал. Я буквально каждой клеточкой чувствовала, как он заново возбуждается лишь от одной мысли о том, что я буду сейчас делать с его побратимом.

А я не спешила.

Вспомнила, как не торопились они, когда я сама сгорала от желания, — и решила, что сейчас отыграюсь по полной.

Я смотрела на Нивариса и не могла отвести взгляд.

Идеально гладкая кожа с едва уловимым внутренним мерцанием словно хранила в себе отблеск огня. Он был не ярким — скорее тёплым, живым, будто под кожей текло что-то большее, чем просто кровь. Крепкие, чётко очерченные мышцы перекатывались под ней при каждом вдохе.

Он был красив той хищной, опасной красотой, от которой хочется не любоваться издалека, а касаться. Проверять на ощупь. Убедиться, что он настоящий.

Мой взгляд скользил по его телу медленно, жадно, запоминая линии, изгибы, силу.

Я видела, как он дышит — глубоко, неровно, с тем самым нетерпением, которое невозможно скрыть. Его грудь поднималась и опускалась чаще, чем нужно для спокойствия, пальцы слегка сжимались в мехе на котором он лежал, словно он с силой сдерживал желание притянуть меня к себе.

Ниварис ждал.

Не торопил, не открывал глаз, но всё его тело говорило за него — он чувствовал каждый мой взгляд, каждую секунду этой намеренной паузы.

И это безумно возбуждало.

Протянув руку, я осторожно коснулась плеча Нивариса.

Резкий, рваный вдох и медленный выдох — мой дракон ждал этого прикосновения, но всё равно отреагировал на него слишком остро.

Едва касаясь его упругой, идеально гладкой кожи кончиками пальцев, я медленно обвела линию плеча и спустилась к груди.

Дыхание Нивариса стало глубже, тяжелее, грудь приподнялась навстречу моей ладони.

Так невинно — и одновременно так остро.

Я скользнула к соску груди Нивариса, чувствуя, как под кожей напрягаются мышцы. Обвела маленький тёмный ореол и легонько, самыми кончиками ногтей, царапнула сосок.

Ниварис глухо, с надрывом застонал, а его кожа тут же покрылась мурашками.

Мой дракон. Такой удивительно ласковый и безумно чувствительный.

Я скользнула ладонью ниже. С неимоверным наслаждением прошлась по идеальным кубикам пресса, чувствуя, как под кожей перекатываются стальные мышцы, и опустилась ещё ниже.

Через дорожку коротких курчавых волосков — прямо к члену Нивариса.

Я никогда не задумывалась о том, может ли мужской член быть красивым, но сейчас любовалась тем, что видела, и понимала: Ниварис даже в этом идеален.

Медленно обхватив тугой, твёрдый ствол, я скользнула ладонью к головке.

Ниварис вновь застонал, а Дейтар позади с шумом втянул воздух. Я чувствовала, как он придвинулся ближе, и мне стало безумно интересно, как долго мой дракон сможет просто наблюдать.

Осторожно обвела кончиками пальцев вдоль уздечки — и тут же ощутила, как Ниварис, не выдерживая, легко толкнулся головкой члена мне в ладонь. Не в силах сдерживаться, он закусил нижнюю губу и впился пальцами в мех шкуры.

Больше мучить его я не могла.

Мельком кинув взгляд на Дейтара, который смотрел на меня не мигая и тяжело дыша, я наклонилась.

Самым кончиком языка обвела край головки, затем осторожно обхватила её губами и ещё раз, но уже чуть сильнее, прошлась по кругу языком.

Ниварис выгнулся, застонав ещё громче, а я вновь покосилась на Дейтара.

Его глаза горели огнём. И совсем не в переносном смысле.

— Позволь ему открыть глаза, — прохрипел Дейтар, глухо сглатывая. — Ты не представляешь, насколько это возбуждающе.

Я знала.

Чувствовала.

И от этого сама заводилась ещё сильнее.

Но прежде чем сказать…

Я медленно опустилась ниже, заглатывая член Нивариса глубже и одновременно оглаживая его изнутри языком.

Новый стон, выгиб тела, звук разрываемой шкуры под пальцами дракона.

Так же медленно поднявшись вверх, я тихо шепнула:

— Смотри.

Я и сама смотрела.

Опускаясь, заглатывая, посмактывая и играя языком с членом Нивариса, я наблюдала, как он смотрит на меня.

В его глазах было не просто возбуждение и желание. В них был восторг.

Я была для него всем — и это сводило с ума и меня.

Первым не выдержал Дейтар.

Пока я играла с Ниварисом, он подобрался ближе — к моим ступням.

Горячие пальцы прошлись по изгибу стопы, по пальчикам и пяточкам. Он давил, растирал, разминал и нежно поглаживал.

А я… о боги, я даже не подозревала, насколько это может быть возбуждающе.

Сдержать стон было невозможно, как и уверенно удерживаться на коленях.

Дейтар тут же понял это и двинулся дальше — по икрами, по внутренней стороне бёдер, добираясь до моего естества.

Ниварис стонал и извивался от моих ласк, а я сходила с ума от прикосновений Дейтара.

— Мелисса, — хрипло застонал Ниварис, и его член ещё сильнее напрягся под моими губами. — Не могу больше.

А я и сама не могла.

Возбуждения стало слишком много. Мне уже было мало пальцев Дейтара. Я хотела большего. Намного большего.

Я отстранилась, и Дейтар тут же подхватил меня, перекинул мою ногу через бёдра Нивариса — и я медленно опустилась на его член.

Тягуче. Медленно-сладко.

Как же хорошо мне стало, когда я почувствовала, как горячая плоть моего дракона наполняет меня до предела.

И всё же мне было безумно мало.

Я двигалась, скользила на Ниварисе и понимала, что мне чего-то не хватает.

Я повернулась к Дейтару — и он мгновенно понял всё, словно считал мои желания, как буквы с листа бумаги.

Наклонившись к моим губам и даря горячий, полный страсти поцелуй, он скользнул рукой к колечку моего ануса.

В первый миг я испугалась — ведь подобного никогда не делала, но…

— Доверься нам, — тихо прошептал Дейтар с лёгкой коварной улыбкой. — Боли не будет.

И её не было. Тягуче, сладко Дейтар растягивал меня, одновременно лаская грудь и даря страстные поцелуи.

А когда он вошёл и начал двигаться во мне в одном ритме с моими движениями на Ниварисе, я забыла, как дышать.

Мир сузился до ощущений.

До дыхания — горячего, рваного, с двух сторон.

До силы, которая окружала меня, держала, наполняла, словно я оказалась в центре живого пламени.

Я чувствовала их обоих сразу.

Нивариса — глубоко, основательно, как опору, как нечто древнее и надёжное, от чего дрожь расходилась по позвоночнику.

Дейтара — иначе: остро, жадно, будто каждое прикосновение было искрой, вспышкой, обещанием большего.

И между ними — я.

Открытая. Переполненная.

Слишком живая, чтобы думать.

Тело перестало подчиняться мне. Оно само находило ритм, само тянулось навстречу, само сжималось и отпускало, будто знало, что именно нужно.

Каждое движение отзывалось волной, каждая волна — всё выше, всё сильнее.

— Мелисса… — чей-то голос прозвучал будто издалека.

Я больше не могла удерживать это внутри.

Напряжение, копившееся во мне, рвалось наружу, накрывало, лишало воздуха и мыслей.

Жар вспыхнул внизу живота и мгновенно разлился по всему телу — ярко, ослепительно, до звона в ушах.

Я вскрикнула, не сдержавшись, вцепилась одной рукой в Нивариса, второй в Дейтара, словно боялась упасть, раствориться, исчезнуть.

Волны накатывали одна за другой, и я позволила им унести себя, раствориться в этом чувстве принадлежности, близости, единства.

Я была не одна.

И никогда ещё не чувствовала себя настолько живой. И свободной.