На следующее утро я проснулась с чувством, будто весь мир вот-вот обрушится на меня.
Вчерашний разговор с тётей о "женихе" — Толстом Гарде — звучал в моей голове, как ужасный кошмар.
Я надеялась, что это было просто дурное сновидение, но когда на столе за завтраком меня ожидала свежая миска со склизкой кашей и довольное лицо тёти Агаты, стало ясно — это реальность, от которой я не смогу сбежать.
— Сегодня мы принимаем гостей, так что приведи себя в порядок, — сказала тётя не терпящим возражений тоном, и налила себе вкуснопахнущий кофе в большую керамическую кружку. — Гард придёт к нам после обеда.
Только недавно моей главной проблемой было, как поскорее закончить курсы швеи, чтобы я могла принимать заказы официально, а не через тётю Агату. А теперь!...
Невозможно поверить, что моя жизнь могла так быстро скатиться в бездну. Я потеряла Джека, единственного человека, к которому испытывала настоящие чувства, потеряла Катрин, с которой делилась всем-всем!.. И меня хотят выдать замуж за отвратительного старика, которому удалось пережить уже пять жён...
Тётя Агата, по своему обыкновению, и не думала смотреть на меня, пока методично поглощала свой кофе. Дорогой напиток, между прочим!
А мои руки дрожали, и я машинально двигала ложкой в тарелке, хотя аппетита не было вовсе.
В голове пульсировала мысль о побеге, но куда? У меня не было ни денег, ни места, куда бы я могла убежать. Всё, что я знала, вся моя жизнь была привязана к этому дому, и тётя Агата была единственной, кто хоть как-то заботился обо мне…
Когда настал полдень, тётя приказала мне убраться в доме и привести себя в порядок. Я делала всё механически, будто тело само выполняло привычные действия, тогда как разум улетал куда-то далеко, в попытке убежать от предстоящего ужаса.
К приходу Гарда я уже почти не ощущала себя в этом мире. Просто кукла, следовавшая инструкциям, марионетка в руках судьбы и тёти…
— Я же хочу тебе только добра, Зара, — объяснила мне она, — Выйдешь замуж, нарожаешь маленьких Гардигов. Сошью им всем по одеялу в колыбельную!..
Толстый Гард явился в тот самый момент, когда часы на кухне пробили три. Я услышала его тяжёлые шаги по деревянным доскам крыльца и тут же почувствовала, как в животе всё сжалось от отвращения.
Он вошёл в дом без стука, как будто ему здесь всё принадлежало, и я с трудом заставила себя повернуться к нему, когда тётя заохала, в самой большой комнате нашего покосившегося домика.
— Проходи, проходи! Располагайся!
Гард был невысокого роста, из-за этого его массивный живот казался ещё больше. Лицо его было бледным, с сальными блестящими пятнами на лбу и щеках. Взгляд его маленьких, поросячьих глазок был неприятным, а улыбка обнажала чёрные, гнилые зубы, которые, казалось, вот-вот выпадут изо рта. Одет он был в грязную рубаху и тёмные штаны, которые явно видели лучшие времена.
— Ну, здравствуй, красавица, — проскрипел он низким голосом, и я почувствовала, как по коже пробежала дрожь от отвращения. — Будущая жёнушка!
Я глупо хлопала глазами, не понимая, как вообще так получилось, что жадный взгляд Толстого Гарда сейчас изучает меня с головы до ног, словно разглядывает тушу в лавке мясника, не понимая, что именно висит перед ним на крюке – кролик или толстая крыса.
Он сделал шаг вперёд, и я невольно отступила на полшага назад.
— Не бойся, милая, — сказал Гард, обнажив ещё больше гнилых зубов. — Я ведь знаю, как обращаться с женщинами!
О да!... Он знал, ведь как-то он «обращался» с предыдущими пятью жёнами! И этот факт пробуждал во мне первобытный страх, который я пыталась подавить.
Как я могу выжить, если окажусь в его руках?
Нет-нет-нет-нет…. Я не могла себе этого представить. А что если убежать прямо сейчас? Лучше умереть в лесу, чем выйти за него замуж!
В горле стоял ком, и мне хотелось кричать, но от ужаса я не могла вымолвить ни слова.
— Что ж, моя девочка, ты должна быть благодарна своей тётушке за такую честь, — продолжил он, приближаясь ко мне ещё на шаг. — У меня есть дом, трактир и деньги. Ты будешь жить как королева!
От его слов меня передёрнуло. Жить как королева в трактире, где мужчины, напившись, нередко хватали подавальщиц за все… части тела? Где каждый день случались потасовки?
Он подошёл ещё ближе и протянул ко мне свою пятерню с толстыми пальцами.
— Не смейте меня трогать! — внезапно выкрикнула я, резко отступая ещё на шаг.
Гард остановился и прищурился, его лицо помрачнело, и он нахмурил лоб.
— Это что за нрав такой? — его голос стал суровым. — Непокорная ты, я смотрю… Но ничего, я тебя научу, как надо обращаться с мужем!
— Гард, — вмешалась тётя Агата, которая до этого момента молчала, — дай ей время привыкнуть, — запричитала она. — Зара — милая девочка, вежливая и кроткая! Просто ей нужно немного времени!
Надо же, какая добрая тётя…
Но Гард лишь фыркнул.
— Время? У меня его не так много, Агата! На следующей неделе свадьба, и больше никаких отсрочек!
Он ещё раз смерил меня взглядом, после чего развернулся и направился к выходу, оставив в доме запах своего пота и жжённого жира. Я стояла, словно вкопанная, с ужасом смотря ему вслед, пока тётя не подошла ко мне и не дёрнула очень больно за волосы.
— Нечего тут размышлять, — сказала она, не выказывая больше ни малейшего сострадания. — Это для твоего же блага, Зара. Гард — богатый человек, и ты с ним будешь обеспечена. Нам нужно думать о будущем.
Но мне казалось, что у меня больше нет будущего. Только мрак и отчаяние, навсегда затопившие мою душу. Я не знала, как выбраться из этой трясины.
Может, правда в лес? Волколаки, живущие там, и то приятнее моего нового жениха!
— Если он от тебя откажется… Или если ты попытаешься сбежать!..
Тётя Агата сверкнула своими тенями, которые потянулись к её ладоням со всего дома. Я сжалась в страхе. Её тени всегда пугали меня до одури!..
— Моя тьма найдёт тебя, Зара. И жизнь с Гардом покажется тебе праздником!..
Сгусток ночи потянулся к моему горлу. Я попятилась, от него:
— Нет!.. Не надо!..
Тени тёти Агаты замерли. Многозначительно вздохнув, она оставила трясущуюся меня наедине с моим отчаянием, сказав напоследок:
— Завтра пойдёшь к Гарду и извинишься за своё поведение! И будешь такой ласковой со своим будущим мужем!.. Что угодно сделаешь, чтобы умаслить его!
Решено. Значит, завтра я и сбегу!..