Я взяла в руки чёрную книгу. Её обложка была холодной, шершавой на ощупь, словно камень, застывший в вечной тьме. Я провела пальцами по корешку, ощутив, как в глубине поднимается странное предвкушение, смешанное с лёгким страхом.
Вдохнув глубже, я открыла книгу на первой попавшейся странице, наколдовала иголку и только хотела проколоть палец, как в комнату вошла женщина.
— Как себя чувствуете, леди Фонтиналис? — спросила она участливо.
Я тут же вежливо улыбнулась и, захлопнув книгу, убрала её в сторону.
— В полном порядке, благодарю вас. Могу я отправиться в свою комнату?
Медсестра сомневалась, отпуская меня неохотно, но после длительных уговоров и с бутылёчком восстанавливающего раствора, наконец, позволила мне уйти.
Вернувшись в свою комнату, я чувствовала, как внутри бьётся тень недовольства, оставшаяся тусклым эхом после встречи с Марком.
Каждый раз, когда он приближался ко мне хоть немного, он тут же отстранялся, оставляя после себя пустоту и ворох неразгаданных вопросов!
Но додумать, как сильно меня раздражает его странное поведение, не удалось. В комнате лежала огромная стопка чистой ткани и свитки с узорами, которые я должна была на неё перенести. Инструкция из дома мод оказалась скупой.
Я села на кровать и развернула первый рулон ткани.
Узоры на свитке были похожи воспоминания о другом мире — такие же таинственные, с переплетёнными линиями, создающими замысловатые фигуры, в которые мне предстояло вдохнуть жизнь.
Я вызвала нить и с первого же штриха, который нанесла на ткань, почувствовала, как в душе рождается тихое умиротворение.
Монотонная работа действовала успокаивающе — каждый виток магической нити как ритм, сливающийся с моим дыханием, уносящий мысли прочь.
Погружённая в работу, я ощущала, как мир вокруг медленно растворяется. Краски ложились на ткань плавно, как ручьи весенних вод, и постепенно узоры начали оживать. Я потерялась в этом мире линий и цветов, чувствуя себя создательницей чего-то прекрасного.
В какой-то момент я откинулась назад, с удовольствием разглядывая свою работу, и даже не заметила, как глаза начали слипаться. Бессилие от долгого дня наконец овладело мной, и я, не сопротивляясь, уснула, оставив чёрную книгу на подоконнике, как немого свидетеля моего упоения творчеством.
Но вот на следующее утро покоя как ни бывало!
Я подскочила, когда понялa, что почти опоздала. Бросив беглый взгляд на неразобранную постель и оставленную на подоконнике чёрную книгу, я судорожно оделась, быстро отправила обработанную ткань в дом мод, потом захватила сумку и помчалась на занятия.
Завтрак пришлось пропустить — времени на это попросту не было. Пробежав через коридоры Академии, я всё же успела к началу первого урока, в последний момент вбежав в аудиторию.
Первое занятие оказалось лекцией по трансформации только для первокурсников, на которой я, честно говоря, больше кивала, чем что-то понимала.
Лекцию вёл профессор с низким, монотонным голосом, и мне стоило огромного труда удерживать внимание, не сбиваясь на собственные мысли, тем более, что Катарина Ростра и её кудрявая команда продолжали болтать не останавливаясь. В какой-то момент я даже забеспокоилась за их голосовые связки.
Профессор Готфрид рассказывал о свойствах архетипов и принципах их взаимодействия с другими магиями, и хотя я понимала, что это важно, концентрации мне катастрофически не хватало.
Но я хотя бы не уснула, захрапев на середине урока, как это сделал один из первокурсников! В сложившихся обстоятельствах это уже была победа.
Следующее занятие снова было только для первашей, и оно оказалось поинтереснее.
Профессор Пасион, энергичная женщина с ярким взором, заставила нас варить простое зелье и предупредила, что в следующий раз мы будем работать в парах: один варит зелье икоты, другой — противоядие.
Звучало страшно, поэтому все работали хорошо, правда та же Катарина усиленно возмущалась всё занятие, а профессор терпела-терпела, и в конце всё-таки выставила Катарину за дверь вместе с выписанной отработкой в зверинце.
— Бедные таранзулы, — вырвалось у меня.
К обеду я была настолько голодна, что едва могла дождаться, пока дойдёт моя очередь в столовой.
Я села за стол со своим полным подносом вместе с Миланой и членами моей квадры.
— Итак, как прошёл день? — подмигнул мне Финар, устраиваясь рядом и принимаясь за свою еду.
— Утомительно, — ответила я, пробуя что-то похожее на пирог, но странного синего цвета.
— Ты видимо сильно голодная, раз взяла эту синюю штуку, — засмеялась Милана, а Финар так тепло на неё посмотрел, что я даже есть перестала. На одну секундочку. Я и правда была сильно голодной.
— Я буквально чувствую, как профессор Готфрид иссушил меня до капли своей лекцией, — пояснила, откусывая синее нечто.
Алексий скрестил руки и хмыкнул:
— Значит, мы движемся в нужном направлении.
Я улыбнулась и, бросив взгляд на Милану, заметила, что Финар до сих пор поглядывает на неё с интересом. Милана, кажется, ничего не замечала, с энтузиазмом обсуждая предстоящее соревнование.
А потом второкурсники разошлись на свои третьи лекции, а я пошла в комнату, чтобы сделать домашнее задание по этой трансформации, будь она не ладна, и чтобы отдохнуть! Может, даже поспать.
Но только открыв дверь, я обнаружила очередной свёрток из дома мод.
Усталый вздох — единственное, что я смогла из себя выдавить.
На свёртке была записка:
Сотрудники моего дома мод должны выглядеть соответствующе.
МР
— Мадам Ревель!
Я улыбнулась и с диким предвкушением открыла нечто, обёрнутое в чёрную бумагу!
Это оказалась одежда.
Не на починку.
Для меня!
Стильный тренировочный комплект: тёмно-синие штаны, светлая туника и укрепляющий корсет, идеально подходящий для занятий боевой магией, а ещё — тёплая мантия.
Я ничего не помню о своём прошлом. Но если судить по тому, что я помню, подарки мне дарили не часто. Достаточно не часто, чтобы я тут же померила комплект и добрых полчаса крутилась у зеркала.
Собрав волосы в тугую косу, я вернулась в комнату и сделала домашнее задание по трансформации. Оказалось, что по конспекту работать над лекцией профессора Готфрида было кудаааа легче.
А ещё, я все губы себе пообкусала, так мне хотелось, поскорее увидеть Марка и посмотреть, понравится ли ему мой новый образ или нет.
Когда для этого подошло время, я вышла из комнаты и направилась к тренировочной площадке.