Звезданутый Технарь 2

Глава 13 Чур, я в домике!

— Внимание! Массовый сброс зафиксирован! Происходит перегрузка гравитационного поля Цитадели! — голос Мири изменился с панического на торжествующий.

Вся эта гора металла, от старых насосов до новенького дроида, врезалась в фиолетовые нити притяжения, вызывая каскадный сбой в системах станции. Снаружи вспыхнуло ослепительное сияние, похожее на взрыв Звезды Смерти в замедленной съемке, и «Странник» внезапно обрел легкость, о которой я уже забыл. Невидимые тиски, сжимавшие наш корпус, лопнули с оглушительным звуком, и я почувствовал, как корабль буквально подпрыгнул, освободившись от оков, которые тянули нас на дно.

— Рви когти, Мири! Жми на все кнопки сразу! — я бросился по лестнице вверх, к мостику.

Я ворвался в рубку и плюхнулся на сидение как раз в тот момент, когда Мири активировала форсаж маневровых двигателей, вжимая нас в кресла с такой силой, что в глазах потемнело. «Странник» взвыл всеми своими израненными дюзами, оставляя позади фиолетовое сияние и облако из моих бывших сокровищ, которые теперь поглощались древней машиной. Мы улетали прочь, прочь от этого механического кладбища, и я видел в иллюминаторе, как в пустоте мелькает мусор, к которому я уже успел прикипеть душой.

— Мы вырвались! Роджер, мы на свободной траектории! — Мири смеялась, и ее голограмма кружилась в победном танце над пультом.

Я же сидел в кресле, тяжело дыша и чувствуя себя так, будто меня пропустили через мясорубку, сожрали, а потом решили, что я невкусный и выплюнули. Адреналин медленно выветривался, уступая место осознанию того, насколько дорого мне обошлась эта свобода. Трюм был пуст, кошелек пуст, а впереди нас ждала неизвестность с «прокачанной» Кирой, которая теперь знала о мире больше, чем все учебники Академии Пилотов вместе взятые. Я посмотрел на свои дрожащие руки и вдруг вспомнил о самом главном, о том, что помогало мне выживать в любой дыре.

— Мири… — мой голос прозвучал подозрительно тихо. — Скажи мне, что синяя изолента осталась.

— О чем ты? — она замерла, глядя на меня с недоумением.

— Моя счастливая изолента! Тот легендарный рулон, который я выиграл на аукционе «Вавилона-4» у Димона Бурлакова! — я лихорадочно начал шарить по карманам и ящикам пульта управления. — Ты же не выбросила ее вместе с мусором? Она была в том синем ящике, который стоял рядом с погрузчиком!

Мири на секунду замолчала, ее процессоры явно обрабатывали информацию о последних минутах хаоса в трюме, и по ее лицу я понял — новости будут плохими. Она отвела взгляд, и я почувствовал, как мир снова начинает рушиться, только на этот раз без всяких гравитационных полей Древних. Это была потеря, которую невозможно восполнить никакими кредитами, ведь именно та изолента была уникальная, а теперь, он где-то там, среди другого мусора, канула в лету.

— Роджер, мне очень жаль… Ее засосало великое сосало, — прошептала она.

Я просто откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, чувствуя, как по щеке катится скупая мужская слеза, оплакивающая величайший инструмент в истории галактики.

Мы отлетели на пару километров, и «Странник» теперь дрейфовал в относительной безопасности, но для меня этот космос стал еще холоднее и враждебнее без верного рулона синей изоленты. Кира молча смотрела вперед, в темноту кладбища кораблей, а я думал о том, что настоящие приключения всегда начинаются с полной потери имущества. И, возможно, здравого смысла.

На радаре «Странника» внезапно выскочила такая жирная и яркая блямба, что я сначала подумал, будто у нас окончательно треснул монитор или Мири решила подшутить, выведя на экран изображение маленькой луны. Огромный, тяжелый, как комета Галлея, рейдер вывалился из гиперпространства прямо у нас под носом, разбрасывая вокруг себя искры искривленной реальности и мощные гравитационные возмущения. Силуэт корабля выглядел так, будто имперский Звездный Разрушитель из старых фильмов в пьяном угаре согрешил с бабушкиным чугунным утюгом, и в результате получилось нечто настолько массивное и угрюмое, что само пространство вокруг него жалобно скрипнуло. Я судорожно вцепился в штурвал, чувствуя, как ладони мгновенно стали влажными, а сердце пустилось в галоп, пытаясь пробить грудную клетку и удрать в спасательную капсулу в гордом одиночестве.

Мы приплыли. Финальный босс явился на вечеринку без приглашения.

Мири тут же взвыла сиреной, которая обычно означает либо «мы все сейчас превратимся в звездную пыль», либо «у меня закончился терпение и оперативная память», и по всему мостику пополз едкий запах горелой изоленты. Последняя полоска, что удерживала наши системы от окончательного развала после битвы в Цитадели, начала плавиться, испуская сизый дымок, который щипал глаза и напоминал о бренности всего сущего. Щиты замигали на жалких пяти процентах, жалобно попискивая, словно котенок, застрявший в стиральной машине на режиме отжима, а энергия реактора уходила в пустоту со скоростью, достойной олимпийского чемпиона. Я судорожно искал кнопку боевой тревоги, которую, кажется, сам же и заварил неделю назад в приступе излишнего оптимизма, понимая, что наш единственный лазер сейчас годится разве что для того, чтобы прикуривать сигареты на расстоянии.

— Роджер, если это пираты, то я официально подаю в отставку и ухожу в облачное хранилище! — проорала Мири, перекрывая гул турбин.

— Какая отставка? Мы в одной лодке, железная леди! — рявкнул я в ответ, пытаясь выровнять курс.

— В одной лодке, которая идет на дно со скоростью камня, капитан Очевидность! — парировала искин.

Я лихорадочно вспоминал все тактики из старых космо-симов, в которые играл по ночам в академии, но там у меня всегда был бесконечный боезапас и кнопка быстрой загрузки. Здесь же кнопка была только одна — «катапультироваться в открытый космос», и нажимать ее мне совсем не хотелось, учитывая, что снаружи нас ждала взбесившаяся Цитадель. Воздух в кабине становился все жарче, пот заливал глаза, а «Странник» стонал каждой своей заклепкой, протестуя против такого соседства с бронированным монстром Древниъ. Я чувствовал, как страх сковывает внутренности, превращая меня в неподвижную статую, и только инстинкт выживания заставлял пальцы продолжать танцевать по пульту управления, пытаясь выжать из умирающего корабля хоть каплю маневренности.

Внезапно монитор связи вспыхнул таким ярким светом, что я на секунду ослеп, проклиная все на свете и ожидая немедленного залпа плазменных пушек. Но вместо ослепительной вспышки аннигиляции на экране, сквозь помехи и цифровой шум, начало проступать до боли знакомое лицо, которое я никак не ожидал увидеть в этой дыре. Это был Вэнс, и его тяжелый корабль теперь нависал над нами, закрывая собой звезды и превращая наш «Странник» в крошечную игрушку, случайно выпавшую из кармана великана.

Я облегченно выдохнул, чувствуя, как мышцы спины начинают понемногу расслабляться, но руку с гашетки лазера убирать не спешил.

— Вэнс? Ты ли это, старый пройдоха, или у меня начались галлюцинации от недостатка кислорода? — выдавил я из себя охрипшим голосом.

— Роджер, дыши глубже, это действительно я, хотя выглядишь ты так, будто тебя жевали три дня и выплюнули за ненадобностью, — отозвался он.

— Спасибо за комплимент, я тоже рад тебя видеть в этом филиале ада! — я нервно хмыкнул.

Однако радость моя была недолгой, потому что Вэнс на экране выглядел необычно серьезным и сосредоточенным, что совершенно не вязалось с его прошлым образом добродушного наставника. Его всегда спокойное и немного ироничное лицо сейчас выражало такую глубокую, концентрированную тревогу, что мне захотелось немедленно извиниться за все, что я сделал или только собирался совершить. Он не подшучивал над моими навыками пилотирования, не предлагал расслабиться и не рассказывал очередную байку о «золотом веке», он просто смотрел на меня взглядом человека, который видит приближающийся конец света. Это пугало меня гораздо больше, чем внезапная атака целой армады злых имперских крейсеров или угроза остаться без топлива посреди вакуума.

Его молчание затянулось на несколько секунд, которые показались мне вечностью, наполненной шорохом помех и тяжелым дыханием Киры за моей спиной.

— Роджер, выслушай меня очень внимательно и постарайся не перебивать своими шуточками, — начал Вэнс, и его голос был сухим и жестким.

— Я весь во внимании. Что на этот раз? Мы нарушили правила парковки в зоне влияния Древних?

— Все гораздо хуже. Ты открыл цифровой ящик Пандоры, мой мальчик, и то, что из него лезет, не успокоится, пока не сожрет все живое. Взгляни на этот проклятый фиолетовый свет за своей кормой, Роджер, — Вэнс кивнул в сторону пульсирующей Цитадели, и в его голосе я услышал непривычный холод. — Это не просто сбой в системе, а предсмертный хрип всего нашего сектора. Ты не просто вскрыл станцию, парень, ты разворошил гнездо того, что должно было спать до конца времен. Мои радары зашкаливают, Цитадель активирует протоколы «полной стерилизации», и поверь, ее охранным системам плевать на твои оправдания. Сущность внутри проснулась, и она голодна. У нас нет времени на дискуссии и геройство. Глуши маршевые двигатели и немедленно направляй «Странник» в мой стыковочный док. Живо прыгайте ко мне в ангар, пока пространство вокруг вас не превратилось в микроволновку, из которой никто не выйдет живым!

Я увидел через обзорный экран, как на боку гигантского рейдера начали медленно расходиться огромные, многотонные створки ангара, открывая освещенное яркими огнями внутреннее пространство. Эта сцена до боли напоминала классический захват мятежного корабля из старых фантастических фильмов, где маленькое судно беспомощно исчезает в недрах стального чудовища. Но сейчас это «чудовище» было нашей единственной надеждой на спасение, теплым убежищем посреди ледяной пустоты, которая уже начала закипать от пробуждающейся ярости Древних. Я сглотнул ком в горле, вспомнив, что варп-драйв приказал долго жить, при последнем прыжке, а починить его я так и не удосужился. Похоже, что выбора у нас просто нет.

— Мири, готовься к стыковке. Постарайся не врезаться в стенку, у нас и так корпус на соплях держится.

— Роджер, я управляю этим корытом лучше, чем ты своими собственными ногами при ходьбе, так что не переживай! — фыркнула она, хотя в голосе чувствовалось напряжение.

— Надеюсь, Вэнс знает, что делает. Иначе мы просто переедем из маленькой духовки в большую микроволновку.

Я осторожно направил «Странник» внутрь открывающегося ангара, стараясь сохранять твердость рук и не обращать внимания на предупреждающие сигналы о потере герметичности в хвостовом отсеке. Мы медленно пересекли границу силового щита, и гул Цитадели снаружи внезапно сменился тишиной и мягким гудением мощных систем «Искателя», обещавших нам хотя бы временную передышку. Я откинулся на спинку кресла, чувствуя, как по телу разливается слабость, и закрыл глаза, зная, что самое сложное и опасное испытание в моей жизни только что перешло на новый уровень сложности.

Внутри ангара было чисто и выдраено. Все блестело, сияло и прямо говорило о чистоте. Даже захотелось открыть обзорную кабину и проветрить рубку.

— Мы на борту, Роджер. Посадка завершена, системы зафиксированы, — доложила Мири с явным облегчением в голосе.

— Отлично. Пойдем поздороваемся с нашим спасителем, пока он не передумал и не выкинул нас обратно.

Но не успел я вылезти из кресла, как Вэнс объявил переход на то, что в старых комедиях называли «нелепой скоростью». Я почувствовал, как огромный рейдер под нашими ногами напрягся, словно атлет перед прыжком в бездну. Варп-двигатель «Искателя» взревел так, что вибрация прошла сквозь корпус «Странника» и отозвалась в моем позвоночнике, обещая нам очень быстрое и очень тошнотворное путешествие подальше от этого фиолетового кошмара.

Звезды на обзорном экране внезапно вытянулись в длинные белые макаронины.

— Пристегнитесь, детишки, сейчас мы покажем этому Королю Пыли, что такое настоящий побег из курятника! — выкрикнул Вэнс, появившись на главном экране.

— Давай, жми на всю катушку! — поддержал я его, вцепляясь в подлокотники так, что костяшки пальцев побелели.

Корабль совершил мощный рывок, и реальность за пределами ангара превратилась в размытый неоновый тоннель, уносящий нас прочь от проклятой Цитадели.

Прыжок прошел настолько успешно, насколько это вообще возможно, когда ты пытаешься убежать от конца света на модифицированном грузовике. Свечение врага и зловещие очертания просыпающегося флота Древних мгновенно исчезли со всех наших радаров, оставив после себя лишь чистое, холодное и, что самое главное, пустое пространство. Я медленно вытер холодный пот со лба, чувствуя, как адреналин постепенно выветривается, оставляя после себя лишь всепоглощающую усталость и осознание того, что мы только что сорвали джекпот в лотерее смертников.

— Мы… мы это сделали? — мой голос прозвучал на удивление тихо и неуверенно в наступившей тишине.

— Сделали, Роджер. Но не обольщайся, мы просто перешли с первого уровня ада на второй, где черти чуть более вежливые, — отозвалась Мири, чья голограмма наконец-то стабилизировалась.

— Зато теперь у нас есть время, чтобы обсудить грядущий капитальный ремонт и то, как нам не сдохнуть в ближайшие двадцать четыре часа. Вэнс, ты там как?

— Живее всех живых, парень, но мои яичница и кофе остыли, а это уже повод для объявления войны, — его смех в интеркоме прозвучал немного натянуто, но все же это был старый добрый Вэнс. — Давай вылезай, герой. Нам предстоит очень долгий разговор о том, во что именно мы вляпались и как нам теперь отмывать от этого всю галактику.

Я посмотрел на Киру, которая все это время сидела в тени, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони, и понял, что наше приключение только начинается. Мы летели в неизвестность на борту гигантского корабля, став свидетелями пробуждения того, что должно было оставаться похороненным навечно, и впереди нас ждало больше вопросов, чем у нас было запчастей для «Странника». Но, по крайней мере, у нас была компания, мощный союзник и все еще функционирующая Мири, а значит, у этой истории все еще был шанс на продолжение, каким бы безумным оно ни казалось.

Космос впереди был темным и холодным, но в нем впервые за долгое время забрезжил свет надежды.

— Ну что, Мири, готова к новым подвигам? — я попытался улыбнуться.

— Только если ты пообещаешь больше не трогать «блестящие камушки» без моего разрешения, Роджер. Мои нервные цепи не железные, знаешь ли!

— Постараюсь, — хмыкнул я, закрывая глаза и позволяя тишине ангара убаюкать мой уставший мозг. — Но ничего не обещаю.

Вэнс стоял посреди огромного зала, который больше напоминал лофт сумасшедшего коллекционера, чем боевой корабль.

— Роджер, сынок! — заорал он, и его голос эхом разлетелся по ангару, заставляя Киру, идущую следом, испуганно вздрогнуть. — Живой! Ты хоть представляешь, что вы там натворили? Это же просто эпический вин!

Он буквально подлетел ко мне и принялся трясти за плечи с такой силой, что мои зубы начали исполнять партию на кастаньетах.

— Вэнс, полегче на поворотах, я сейчас рассыплюсь на запчасти! — прохрипел я, пытаясь отцепить его железные пальцы от своего скафандра.

— Прости, прости, — он отстранился, сияя как начищенный медный таз. — Просто я в восторге! Вы не просто выжили, вы притащили мне доказательство всей моей жизни! А это, как я понимаю, одна из причин происшествия, о которой ты скромно умолчал ранее?

Вэнс с улыбкой уставился на Киру, так что та, смутившись, постаралась спрятаться за мной.

— Не бойся, дорогуша, я уже сталкивался с подобными тебе и не испытываю никакой неприязни или любых других негативных эмоций. Давайте продолжим в более удобной обстановке. — Он показал в сторону коридора и сам пошел первым, указывая нам дорогу.