Звезданутый Технарь 2

Глава 8 Бегу, роняя трал

Перед нами, раздуваясь в черноте космоса, словно старая, покрытая ржавыми бородавками тыква, висела станция «Ля Дешарж». Название на галактик-стандарте звучало гордо, но на деле это была гигантская свалка, собранная из обломков трех поколений космических эпох и скрепленная, кажется, исключительно честным словом и молитвами местных инженеров. Огромные рекламные голограммы, подмигивающие сквозь облака технического мусора, обещали лучший в секторе сервис и самый дешевый синтетический спирт, от которого, по слухам, можно было увидеть не только Древних, но и смысл жизни. Всего за пять кредитов! Я покрепче сжал штурвал, чувствуя, как обновленный «Странник» довольно урчит, предвкушая отдых после недели интенсивного обслуживания в ангаре Вэнса.

— Ну что, детка, покажем этим жестянкам, как паркуются настоящие асы? — спросил я, подмигивая Мири на экране.

— Только не вздумай включать стыковочный компьютер, Роджер! — взвизгнула она. — Эта антикварная софтина прошлый раз чуть не превратила нас в блин, пытаясь втиснуться в шлюз для автоматических барж. Я уже подготовила навигационные маяки, так что давай сам, ручками. Если поцарапаешь мою новую обшивку, я заставлю тебя пересчитывать все атомы в реакторе до конца жизни!

Я усмехнулся и выключил автоматику. Подлет к «Ля Дешарж» требовал концентрации уровня «мастер джедай на максималках», потому что трафик здесь напоминал муравейник, в который кто-то засунул петарду. Корабли всех мастей — от пафосных корпоративных яхт до корыт, которые держались на добром слове и матерном окрике капитана — хаотично сновали в районе главных ворот. Я направил «Странник» в узкий коридор между двумя тяжелыми сухогрузами, плавно работая маневровыми дюзами, и вошел в створ посадочного дока № 42 с такой грацией, будто это был не побитый жизнью корвет, а балетная прима в невесомости.

Безупречная стыковка.

— Посмотрите на него, какой гордый павлин, — фыркнула Мири, хотя я видел по оценкам в логах, что она тоже довольна.

— Это не гордость, крошка, это стиль опасной элиты, — парировал я, выравнивая давление в шлюзе. — Учись, пока я жив.

Как только магнитные захваты лязгнули, фиксируя наше положение, на терминале высветилось сообщение от местной администрации. Стоимость стоянки, экологический сбор, налог на наличие искина на борту и пошлина за «просто так» составили сумму, от которой у меня задергался глаз. Эти ребята в «Ля Дешарж» явно знали толк в грабеже без использования бластеров и масок. Я проворчал что-то про космических пиратов в галстуках и неохотно авторизовал перевод кредитов со своего счета, чувствуя, как жаба в моем кошелке издает предсмертный хрип.

— Это грабеж среди белого дня, — проворчал я, глядя на табло. — За такие деньги они должны мне каждое утро подавать завтрак в постель и чистить сапоги.

— Радуйся, что они не взяли налог за твой сомнительный юмор, — вставила Кира, которая до этого тихо стояла в тени мостика.

Ее голос прозвучал неожиданно четко и даже с легкой иронией, что было для нее редкостью. Она выглядела уже гораздо лучше, хотя фиолетовые глаза все еще хранили ту странную глубину, от которой мне становилось не по себе. Мы переглянулись, и я понял, что пришло время для большой уборки, о которой мы договорились еще до прыжка.

— Ладно, команда, время искать «подарки» от нашего доброго дядюшки, — скомандовал я, доставая портативный сканер частот.

Мы начали обыск, который заставил бы покраснеть даже самого дотошного таможенника Империи. Я обшаривал технические каналы и вентиляционные шахты, Кира использовала свое нечеловеческое зрение, чтобы находить малейшие аномалии в структуре металла, а Мири сканировала внутренние протоколы на предмет «закладок» в софте. Это было похоже на игру в прятки, где проигравший получает бесплатный билет на шоу «За мной следят 24/7». Вэнс был классным парнем, но в космосе доверять можно только вакууму — он хотя бы честно пытается тебя убить без лишних прелюдий.

— Нашла! — крикнула Мири спустя двадцать минут.

— Где эта гадость притаилась? — я тут же кинулся к распределительному щиту в жилом отсеке.

Первый «жучок» обнаружился за фальш-панелью системы рециркуляции воздуха. Крошечное, размером с ноготь, устройство пульсировало едва заметным зеленым светом. Это был классический передатчик «Тик-Так» — дорогой, надежный и практически не излучающий тепла. Я аккуратно поддел его отверткой и бросил в свинцовый контейнер.

— Один есть, — констатировал я. — Вэнс явно хотел знать, не воняет ли у нас в каютах носками.

— Второй здесь, в порту зарядки дроидов, — отозвалась Кира, указывая на тонкий разъем.

Она вытащила его двумя пальцами, словно это был дохлый таракан. Второй передатчик был более продвинутым — он умел считывать данные о энергопотреблении корабля. По таким данным опытный навигатор легко вычислит, когда мы уходим в прыжок и как далеко летим. Вэнс, ты старый лис, я почти восхищен твоей заботой о нашем здоровье.

— И третий, самый жирный, в системе связи, — Мири вывела на экран изображение модуля, замаскированного под обычный предохранитель. — Он транслировал все наши разговоры. Роджер, теперь он знает, что ты считаешь его кофе «подозрительно вкусным для человека без совести».

— Ой, да ладно, это же был комплимент! — я рассмеялся, чувствуя странное облегчение.

На самом деле, я не злился на Вэнса. Это была нормальная практика для «Искателя» — подстраховаться на случай, если его новые друзья окажутся идиотами или предателями. Я бы, наверное, на его месте сделал так же, только спрятал бы жучки получше. Три штуки — это как вежливое напоминание: «Я за вами присматриваю, детишки». Логично, профессионально и даже как-то по-отечески.

— И что мы будем делать с этими сокровищами? Выбросим в шлюз? — спросила Кира.

— Нет, это было бы слишком скучно, — я хитро улыбнулся. — Мы устроим Большому Брату небольшое развлечение. Пусть его сигнал немного погуляет по станции.

Я вышел со «Странника», прихватив контейнер с жучками, и направился к ближайшему складу, где базировались роботы-уборщики. Эти маленькие круглые девайсы, похожие на перекормленных механических черепах, неустанно сновали по всей станции, собирая мусор и отходы жизнедеятельности тысяч существ. Я выбрал самого шустрого робота, который как раз собирался отправиться в многочасовой рейд по развлекательному сектору, и незаметно прилепил все три передатчика к его днищу.

— Счастливого пути, мелкий, — прошептал я, хлопая робота по корпусу. — Теперь Вэнс будет думать, что мы сошли с ума и решили провести отпуск, катаясь на пылесосе по всем барам станции.

— Это маневр уровня Хана Соло, не меньше! — хохотнула Мири в моем наушнике. — Представляю лицо Вэнса, когда он увидит наши векторы перемещения через туалеты и технические коридоры.

Вернувшись в рубку «Странника», я почувствовал, что пора переходить к серьезным делам. Мы починили корпус, но для экспедиции на кладбище кораблей нам нужно было снаряжение, которого у нас отродясь не водилось. Я открыл терминал закупок местной торговой сети. Цены кусались так, будто у них были зубы из обедненного урана, но сейчас был не тот случай, чтобы экономить на спичках.

— Так, посмотрим, что тут у нас в разделе «Археология для чайников и самоубийц»… — пробормотал я, листая каталог.

Первым делом я отправил в корзину тяжелого сварочно-археологического дрона модели «Крот-4». Эта штука могла резать броню метровой толщины и вытаскивать из завалов предметы весом до тонны. Выглядел он как помесь экскаватора с пауком, но в условиях кладбища кораблей он будет незаменим.

— Роджер, посмотри на эти скафандры! — Мири вывела на экран модель «Пустотник-7». — Длительное использование, усиленные баллоны, защита от радиации. В таких можно хоть в черную дыру прыгать.

Я изучил характеристики. Скафандры выглядели внушительно, напоминая тяжелую броню T-51 из тех древних игр про ядерный апокалипсис. Массивные наплечники, усиленные суставы и встроенные фонари. То, что нужно для прогулок по остовам дредноутов Древних. Я заказал два комплекта, для себя и для Киры, добавив к ним пару десятков запасных баллонов с кислородом.

— Нам еще нужны зонды глубокого сканирования, — добавил я, кликая по иконке набора «Искатель-М». — Без них мы будем тыкаться в обломки как слепые котята в миску с азотом.

— И изоленту не забудь! — напомнила Мири. — Ты же знаешь, без нее этот корабль развалится на первом же повороте.

— Обижаешь, крошка. Я заказываю целый ящик оригинальной синей изоленты. Оригинальной, с Земли, от «РосНаноКрепеж». Это фундамент нашей безопасности и залог моего психического здоровья.

Финальный чек заставил меня вздрогнуть, но я нажал кнопку «Оплатить». Автоматическая система подтвердила, что роботы-курьеры доставят весь груз в течение пары часов. Это было идеальное время, чтобы немного сменить обстановку и почувствовать вкус нормальной жизни, пока мы снова не заперлись в жестяной банке на недели полета.

— Кира, остаешься за главную, — сказал я, поправляя куртку. — Примешь товар, проверь всё по списку. И если увидишь еще жучков, не стесняйся, используй их как мишени для дартса.

— Куда ты собрался? — она посмотрела на меня с легким подозрением.

— Мне нужно провести полевое исследование местного культурного слоя, — важно заявил я. — Проще говоря, я иду в бар. Мне жизненно необходим стаканчик «Пангалактического грызлодера», чтобы мои нейронные связи окончательно не превратились в кашу после твоего «перегрева».

— Не забудь взять с собой здравый смысл, Роджер, — тихо сказала Кира, возвращаясь к экранам мониторов. — Хотя, боюсь, он у тебя давно в дефиците.

— Зато у меня есть шарм и отличная прическа! — я махнул рукой и вышел из шлюза.

Станция «Ля Дешарж» оглушила меня какофонией звуков, запахов и огней. Рекламные зазывалы кричали на десяти языках, из вентиляции тянуло жареным синтетическим мясом, а толпа разношерстных существ текла по коридорам как лава. Я вдохнул этот воздух, пропитанный озоном и авантюризмом, и направился в сторону развлекательного сектора. Где-то там, среди неоновых вывесок и фальшивого джаза, меня ждал мой заслуженный отдых. А кладбище кораблей, Древние и опасности… ну, они подождут еще часик.

Бар «Последний предел» встретил меня так, будто я был давно потерянным родственником, у которого внезапно обнаружилось наследство в виде ящика плазменных гранат и цистерны контрабандного рома. Воздух здесь был таким густым от испарений дешевого синтетического спирта и пота представителей как минимум двадцати разумных и не очень рас, что его можно было нарезать ломтиками и подавать как закуску.

Само собой, в углу, на подмостках, собранных из кусков обшивки старого фрегата, обосновался джаз-банд, состоящий из трех существ, подозрительно похожих на гигантских кальмаров в смокингах, которые выдували из своих инструментов звуки, напоминающие одновременно стон умирающего реактора и предсмертную песнь кита в вакууме.

Я пробрался сквозь толпу, стараясь не наступать на щупальца, хвосты и другие конечности, предназначение которых оставалось для меня загадкой, и наконец приземлился на свободный стул у барной стойки. Бармен, массивное создание с четырьмя руками и кожей цвета переспелого баклажана, протирал стакан чем-то, что подозрительно напоминало ветошь для очистки дюз, и глядел на мир с истинно философским пофигизмом.

— Эй, шеф! — крикнул я, пытаясь перекричать какофонию джаза. — Налей-ка мне «Пангалактический грызлодер». Только без льда, я сегодня не в настроении охлаждаться.

Бармен лишь кивнул не оборачиваясь, и через секунду передо мной материализовался стакан с жидкостью ярко-синего цвета, которая светилась так интенсивно, что могла бы служить аварийным освещением на «Страннике». Я осторожно пригубил этот нектар богов, чувствуя, как мои нейронные связи начинают играть в чехарду, а где-то в районе желудка зарождается маленькая, но очень гордая сверхновая. В голове тут же всплыла цитата из старого путеводителя: «Это как если бы вам вышибли мозги кусочком лимона, обернутым вокруг золотого слитка». Напиток оказался классическим и бил прямо в фундамент мироздания.

— Роджер, твои жизненные показатели скачут, как гиперпривод у антиквариата, — прозвучал в ухе ехидный голос Мири. — Если ты собираешься отключиться прямо на барной стойке, предупреди заранее, я начну подбирать тебе эпитафию в стиле «Он умер так, как и жил, с глупой улыбкой и синим языком, вывалившимся изо рта».

— Спокойно, цифровая леди, я просто расширяю границы восприятия, — пробормотал я в ответ, стараясь не расплескать драгоценный эликсир. — На этой станции это единственный способ не сойти с ума от цен на парковку и товары.

Я облокотился на стойку и принялся осматриваться, чувствуя себя как в массовке старого доброго фильма про далекую-далекую галактику, только с более низким бюджетом и более реалистичным запахом гари. Прямо напротив меня двое существ, похожих на прямоходящих ящериц в джинсовых жилетах, о чем-то яростно спорили, используя систему жестов, включающую активное помахивание раздвоенными языками. В дальнем углу за столом сидел депрессивный робот-уборщик и, кажется, пытался утопить свое горе в масле для трансмиссии.

Тут к стойке грациозно подплыла, иначе не скажешь, «дама».

Я чуть не поперхнулся своим светящимся коктейлем, когда она приземлилась на соседний стул и одарила меня улыбкой, в которой было примерно сорок восемь зубов, и каждый из них сиял как новая запчасть. Дамочка была выдающейся во всех смыслах. Гуманоидная фигура, три груди, обтянутые блестящим латексом, который в свете неоновых ламп отливал всеми оттенками радуги, и изящные жабры на шее, пульсирующие в такт музыке. Но главной изюминкой были ее уши — длинные, висячие лопухи, которые делали ее похожей на Джа-Джа Бинкса, решившего сменить пол и заняться бодибилдингом.

— Привет, красавчик, — проворковала она голосом, напоминающим пересыпающийся песок в песочных часах. — Ты выглядишь как человек, который заблудился в этом секторе или ищет что-то очень запретное. Все три моих сердца подсказывают мне, что ты, пилот с амбициями.

— Вау, три сердца, это серьезно, — я постарался принять свой самый мужественный вид, хотя от «Грызлодера» один мой глаз начал слегка подергиваться. — И как, они все бьются в унисон или устраивают там внутри демократическое голосование перед каждым свиданием?

Она кокетливо подмигнула мне всеми четырьмя глазами — два основных, как у людей, и пара крошечных на висках, которые, кажется, следили за тем, не собираюсь ли я украсть ее сумочку. Ее уши игриво дернулись, обдав меня легким флером морского бриза и дешевого парфюма с планеты Раксус. Я понял, что вечер перестает быть томным и начинает превращаться в нечто, о чем в академии пилотов обычно рассказывают в разделе «Экзобиологические опасности и как не избегать, если у вас нет чувства самосохранения».

— Меня зовут Зизи, — представилась она, протягивая руку с перепонками между пальцами. — А тебя, как я понимаю, зовут «Тот Парень, Который Сейчас Угостит Даму Напитком», верно?

— Роджер, к вашим услугам, мадааам, — я галантно поцеловал ее холодную, пахнущую йодом ладонь. — Бармен, еще один такой же синий ужас для этой прекрасной леди. И не жалей «Грызлодера», у нее всё-таки три сердца, им нужно больше топливо.

Зизи засмеялась, и этот звук был подозрительно похож на работу неисправного сливного бачка, но под действием коктейля он показался мне симфонией Бетховена. Мы разговорились о правилах свиданий в глубоком космосе, о том, почему в невесомости лучше не пить красное вино и как правильно объясняться в любви существу, у которого вместо рта — газовый анализатор. Она рассказывала потрясающие истории о своих приключениях в туманностях, а я врал напропалую про свои подвиги на свалках, выдавая их за секретные миссии Гильдии.

— Знаешь, Роджер, ты не такой скучный, как большинство людей, — прошептала она, приблизив свое лицо к моему так близко, что я почувствовал ветерок от ее жабр. — У тебя в глазах горит огонек безумия, что так ценится среди наемников и авантюристов.

— Это не огонек, это отражение твоего коктейля, — отшутился я, чувствуя, как атмосфера накаляется до температуры плазменного резака.

Но мой звездный час прервался так же внезапно, как заканчивается кислород в дырявом скафандре.

Огромная тень накрыла наш уютный уголок, и в нос ударил запах, который мог принадлежать только существу, никогда не слышавшему о гигиене и последние сто лет питавшемуся исключительно сырым мясом космо-крыс. Я медленно обернулся и увидел нечто, подозрительно напоминающее орочьего варбосса из все еще современных настолок, только в скафандре, который трещал по швам под напором горы зеленых мышц. У него были массивные клыки, торчащие из нижней челюсти, и один кибернетический глаз, который вращался в глазнице, издавая противный жужжащий звук.

— Эй, человечишка! — прорычало это чудо природы, ткнув пальцем толщиной с мою руку мне в грудь. — Ты сидишь на моем месте. И ты пьешь с моей женщиной. В моем секторе такие вещи обычно заканчиваются тем, что из чьих-то кишок делают праздничные гирлянды для фестиваля Гроха.

— Послушай, приятель, — я постарался придать голосу максимум дружелюбия, хотя рука уже инстинктивно потянулась к кобуре на бедре. — Я уверен, что мы можем решить это недоразумение как цивилизованные существа. Хочешь, я угощу тебя выпивкой? Или, может, тебе нужно подсказать адрес хорошего стоматолога?

Орк, или кем бы он там ни был, не оценил моего юмора.

Он издал яростный рев, от которого стаканы на стойке жалобно зазвенели, и замахнулся огромным кулаком, намереваясь превратить мою голову в аккуратный блинчик. Я не стал ждать финала этой драмы и, вспомнив заветы великого контрабандиста, выстрелил первым — точнее, просто со всей силы опрокинул на него стойку с закусками, попутно ныряя под ближайший стол. Огромная туша по инерции влетела в бармена, который, недолго думая, достал из-под стойки нечто, напоминающее обрез старой рейлган-винтовки.

Начался классический кабацкий хаос.

— Роджер, на двенадцать часов! — заорала Мири, переводя мой интерфейс в боевой режим. — Двое соратников этого зеленого громилы заходят с фланга. Рекомендую использовать тактику «Беги, Форест, беги», пока из тебя не сделали решето!

— Спасибо, кэп, я как раз об этом и думал! — я выхватил свой бластер и влепил пару разрядов в потолок, чтобы добавить суеты в общую неразбериху. — Зизи, детка, извини, кажется, наше свидание подошло к логическому финалу!

Зизи в это время ловко огрела одного из нападавших тяжелой табуреткой, демонстрируя, что ее три сердца полны боевого задора, и подмигнула мне на прощание всеми четырьмя глазами. Я же, не теряя времени, выхватил у ближайшего пьяного орка из разгрузки пару гранат, световую сунул в карман комбинезона, а дымовую шашку тут же активировал, выдернув чеку и швырнув ее в центр зала. Густой едкий дым мгновенно заполнил помещение, превращая «Последний предел» в филиал ада, где в тумане вспыхивали яркие разряды плазмы и раздавались вопли на разных языках.

Я рванул к выходу, перепрыгивая через поверженные тела и разбитую мебель.

— Мири, карту! Где кратчайший путь к доку? — кричал я, прорываясь сквозь толпу паникующих посетителей.

— Направо через технический туннель 7-Б! — скомандовала искин. — Поспеши, Роджер, за тобой хвост. И это очень злые ребята с пушками больше, чем твоя глупость!

Я вылетел из бара и понесся по коридорам станции, чувствуя, как «Грызлодер» внутри меня протестует против такого резкого перехода к активным физическим нагрузкам. Позади раздавались тяжелые шаги и характерные щелчки взводимых затворов — преследователи явно не собирались прощать мне испорченный вечер и разбитую стойку. Я петлял по узким туннелям, стараясь выбирать самые темные углы, в то время как заряды плазмы выбивали искры из стен прямо рядом с моими ушами.

Они стреляли так же метко, как имперские штурмовики.

— Роджер, тормози! — внезапно выкрикнула Мири. — Впереди засада!

Я резко затормозил, подошвы моих сапог со скрежетом проехались по металлу, и я буквально вжался в нишу за какими-то вонючими баками с отходами. Из-за угла вышли трое громил в тяжелых бронежилетах, настороженно озираясь по сторонам. Я выдохнул, достал световую гранату и, выждав момент, швырнул ее прямо им под ноги, зажмурившись изо всех сил.

Ослепительная вспышка, крики, и я снова в движении.

— Еще триста метров, и мы дома! — подбадривала Мири. — Только не споткнись об собственную крутость, а то я не успею тебя собрать.

Я добежал до шлюза 42-го дока, где «Странник» уже нетерпеливо прогревал двигатели — Мири явно связалась с Кирой и подготовила всё заранее. Тяжелый посадочный трал был поднят, и я взлетел по нему на борт в два прыжка, едва успев заскочить в открывающийся люк. Корабль уже начал вибрировать, готовясь к экстренному отрыву от станции, когда я услышал громкий скрежет металла по металлу.

Что-то пошло не так.

— Роджер, у нас проблема! — голос Мири стал тревожным. — Механизм трала заклинило. Мы не можем пройти внешний шлюз и полностью втянуться в нишу, нас держит этот чертов кусок железа!

Я выглянул из открытого люка и увидел, что многотонная конструкция трала действительно зацепилась за край дока, и из-за этого наш корабль висит, как рыба на крючке. А в конце коридора уже показались разъяренные преследователи, возглавляемые моим новым зеленым знакомым, размахивающим огромным тесаком.

Времени на раздумья не было.

Я схватил тяжелый монтажный лом, прикрепленный у входа, и изо всей силы ударил по аварийному фиксатору трала, надеясь на чудо и свою удачу. Фиксатор жалобно крякнул, но не поддался. Орк уже был в десяти метрах от шлюза, его кибернетический глаз сиял красным светом, предвещая мою скорую и очень болезненную кончину.

— Давай, зараза, ломайся! — закричал я и нанес решающий удар ногой по рычагу.

Раздался оглушительный лязг, металл не выдержал напряжения, и многотонный трал, сорвавшись с креплений, рухнул вниз, прямо на головы преследователей. Я едва успел отпрянуть назад, когда «Странник», освободившись от оков, резко рванул вверх и в сторону. Огромная железка погребла под собой незадачливых охотников за головами, надеюсь, превратив их в очень плоские и очень удивленные лепешки.

— Прощайте, неудачники! — крикнул я, захлопывая люк.

— Роджер, держись! Проходим через силовое поле гермошлюза! — вопила Мири, выводя двигатели на максимальную мощность.

Корабль содрогнулся, прошивая энергетическую завесу дока, и через мгновение за иллюминаторами вспыхнула безмолвная, холодная, но такая родная темнота открытого космоса. Я рухнул в кресло пилота, вытирая пот со лба и чувствуя, как адреналин медленно покидает мою кровеносную систему, оставляя после себя лишь дикую жажду и легкое головокружение.

Мы снова выжили, вопреки всем законам логики.

— Ну что, капитан, как прошло свидание? — иронично поинтересовалась Мири, когда мы легли на курс.

— Знаешь, — я посмотрел на свои дрожащие руки и улыбнулся. — У нее было три сердца, но ни одно из них не сравнится с твоим процессором. Хотя уши у нее были просто потрясающие. В следующий раз выберем бар поспокойнее, ладно?

— Как скажешь, Казанова, — хмыкнула искин. — Но учти, я уже внесла «Последний предел» в наш черный список. И, кажется, мы только что задолжали администрации станции за новый трал.

— Оплати, — отмахнулся я, закрывая глаза. — Хватит с нас проблем за неуплату.