Звезданутый Технарь 2

Глава 7 Период полувосстановления

Я выполз из этого райского уголка, чувствуя себя так, будто меня только что искупали в патоке и посыпали сахарной пудрой. Вэнс стоял в дверях ангара, провожая меня взглядом доброго дедушки, который только что подарил внуку на день рождения не просто велосипед, а сверхзвуковой истребитель с полным боекомплектом. В голове гудело от «Сирианского Ожога», а в животе приятно урчало, но какая-то часть моего сознания, видимо та, что отвечает за паранойю и выживание на свалках, настойчиво стучала молоточком по черепу изнутри. Слишком всё было хорошо, слишком правильно, а космос — это не то место, где тебе бесплатно раздают выпивку и чинят колымагу просто за красивые глаза.

— Отдыхай, парень, — Вэнс по-отечески приобнял меня за плечо на прощание. — Твоему «Страннику» нужно время, а тебе, крепкий сон. Завтра начнем приводить твоего орла в божеский вид.

— Спасибо, Вэнс. Ты реально выручил, — пробормотал я, стараясь не икать.

Я проковылял по соединительному переходу, чувствуя, как магнитные подошвы моих сапог с привычным «клац-клац стучат о металл палубы. После стерильной чистоты 'Искателя» мой родной трюм встретил меня запахом горелой проводки, старого масла и легким флером недавней паники. Знаете, это как вернуться из пятизвездочного отеля в свою берлогу, где из крана течет ржавчина, зато тараканы — свои, родные. Я тяжело вздохнул, оглядывая фронт работ, и поплелся в сторону своей жилой каюты, которая по совместительству служила мне и складом запчастей, и местом для философских раздумий над пустыми банками из-под пайка.

Спать хотелось неимоверно.

Едва я переступил порог своей конуры, как из тени за дверью бесшумно выделилась Кира. Я едва не подпрыгнул, схватившись за сердце, которое и так уже работало с перебоями после всех этих прыжков и выстрелов. Она не сказала ни слова, просто прошла следом за мной и уселась на пол рядом с моей койкой, сложив руки на коленях. В тусклом аварийном освещении ее кожа казалась еще более бледной, а фиолетовые глаза светились каким-то внутренним, тревожным светом. Она выглядела как фарфоровая кукла, которую забыли в темном чулане, и это зрелище пробрало меня до костей сильнее, чем вакуум за бортом.

— Слушай, красавица, ты бы хоть предупреждала, — прохрипел я, стягивая тяжелые ботинки.

— Угрозы нет, — отозвалась она своим обычным, «автоответчиковым» тоном. — Я побуду здесь.

Я не стал спорить — сил на дискуссии с загадочной инопланетной барышней не осталось от слова совсем. Я просто рухнул на койку, даже не раздеваясь, и почувствовал, как матрас подо мной проминается, обещая блаженное забытье. Но Мири, моя верная цифровая заноза в заднице, явно имела другие планы на мой досуг. Ее голограмма вспыхнула прямо перед моим носом, переливаясь всеми цветами радуги и светясь от гордости за собственную находчивость.

— Роджер, проснись и пой! — заорала она мне прямо в нейроинтерфейс. — У меня есть кое-что повкуснее, чем этот ваш сирианский самогон!

— Мири, имей совесть, — застонал я, зарываясь лицом в подушку. — Дай мне помереть спокойно хотя бы на пару часов.

— Помрешь потом, когда станем легендами, — отрезала она. — Посмотри, что я стащила из навигационной системы Вэнса, пока вы там обменивались любезностями.

Над моей головой развернулось объемное облако звездной карты, той самой, которую показывал нам Вэнс, но теперь она была дополнена какими-то странными слоями данных, которые искин успела отсканировать в фоновом режиме. Множество мелких точек, пульсирующих сигналов и векторов движения — это был настоящий путеводитель по «запретным» зонам сектора. Кира, до этого сидевшая неподвижно, внезапно подалась вперед, и я увидел, как ее зрачки расширились, заполняя почти всю радужку черным цветом. Она смотрела на мерцающие огоньки так, будто увидела в них давно забытые лица или кадры из своей прошлой жизни.

— Ты это видишь? — прошептал я, приподнимаясь на локтях.

— Вижу, — коротко бросила Мири. — Но посмотри на ее реакцию. Она будто подключается к этой сети на каком-то глубоком уровне.

Кира медленно подняла руку, и ее тонкий, изящный палец замер в миллиметре от одной из пустых областей карты, где не было ни звезд, ни планет, только бездонная чернота межзвездного пространства. В этот момент атмосфера в каюте изменилась, воздух стал будто гуще, а в ушах возник едва уловимый звон, от которого зубы начали ныть. Девушка выглядела так, будто она находится в трансе, ее дыхание стало редким и прерывистым, а по коже пробежали крохотные статические разряды, заставляя волоски на моих руках встать дыбом.

— Там, — выдохнула она.

Это слово прозвучало уже не как голос живого существа, а как скрежет металла по стеклу, усиленный в десять раз. И тут же всё пошло наперекосяк. Кира дернулась в мощной конвульсии. Ее глаза на мгновение закатились, открывая белки, а затем она просто обмякла и рухнула лицом вперед, если бы я не успел подхватить ее, она бы точно разнесла себе нос об пол моей каюты. Хотя, скорее пробила бы дыру в полу.

— Опять короткое замыкание! — взвизгнула Мири. — Роджер, ее система перегружена, я фиксирую критический скачок напряжения в ее центральном процессоре!

— Черт, черт, черт! — я лихорадочно пытался уложить ее поудобнее, чувствуя, какая она тяжелая, несмотря на свою хрупкую внешность. — Что с ней? Она не сгорит?

— Она ушла в аварийный ребут, — Мири уже вовсю сканировала бессознательное тело андроида. — Похоже, попытка сопоставить данные карты с ее заблокированной памятью вызвала программный конфликт. Но подожди… Роджер!

— Что еще? У меня сейчас у самого инфаркт будет! — я вытирал пот со лба, глядя на неподвижную Киру.

— Она не просто тыкнула в пустоту. Тот импульс, который ее вырубил, содержал в себе пакет зашифрованных данных. Пока она была в отключке, ее подсознание, или что там у нее вместо него, выплюнуло в интерфейс системы целый блок координат. Я сейчас пытаюсь их прожевать, и то, что я вижу… Роджер, это просто сносит крышу!

Мири вывела на экран результат расшифровки, и я почувствовал, как у меня холодеет в животе. Перед моими глазами развернулась детальная схема сектора, который официально считался «пустым пятном» на всех картах Гильдии. Огромное, колоссальное кладбище кораблей. Тысячи, а может и десятки тысяч остовов гигантских дредноутов, исследовательских судов и транспортников, застывших в вечном танце смерти среди ледяных глыб и космической пыли.

— Координаты кладбища… — я не верил своим глазам. — Такого же нет ни в одном справочнике?

— Нет. И неудивительно, — отозвалась Мири, ее голос дрожал от возбуждения. — Посмотри на сигнатуры обломков. Это технологии Древних, Роджер! Те самые, о которых Вэнс распинался в каюте. Там лежат целые пласты нетронутого мусора, который может сделать нас самыми богатыми мусорщиками в истории человечества.

Я долго молчал, глядя на мерцающую схему кладбища. Это было оно — то самое открытие, которое случается раз в жизни, тот самый джекпот, ради которого люди грызут друг другу глотки в астероидных полях. Мы сидели на золотой жиле, и ключ к ней был заперт в голове этой странной девушки, которая сейчас лежала без сознания на моей койке. Но вместе с восторгом пришел и липкий, неприятный страх, который всегда сопутствует большим деньгам и большим тайнам.

— Нам нужно лететь туда, Мири. Это наш единственный шанс пробиться наверх, — наконец произнес я.

— Согласна, капитан. Но есть одна маленькая проблема, — Мири кивнула в сторону переборки, за которой скрывался «Искатель» Вэнса. — Что нам делать с нашим благодетелем? Дядя Вэнс, конечно, душка и поит нас дорогим пойлом, но он тоже ищет эти координаты. И если он узнает, что они у нас…

— Вот именно, — я нахмурился. — Вэнс профи. Он спас нас, он чинит наш корабль, он ведет себя как лучший друг. Но мы его знаем всего пару часов. В этом бизнесе доверие, штука дорогая, а такая информация стоит дороже, чем вся флотилия сектора.

— Думаешь, он может нас… того? — Мири провела пальцем по горлу своей проекции.

— Я не знаю, на что он способен, — признался я. — Но проверять на собственной шкуре мне не хочется. С одной стороны, нам не помешает его мощь и его пушки, чтобы добраться до такого места. С другой, как только мы покажем ему дорогу, мы станем для него балластом. Лишними ртами, которые претендуют на долю в добыче.

— Логично. Значит, пока держим язык за зубами? — уточнила искин.

— Именно. Пока мы на его корабле, мы бедные, несчастные погорельцы, которым просто повезло выжить. Никаких координат, никаких Древних. Нам нужно починиться, восстановить системы «Странника» и убраться отсюда при первой же возможности.

— А если Кира снова начнет искрить и выдавать секреты? Она в таком состоянии, как неисправная бомба с таймером на инопланетном языке.

Я посмотрел на девушку. Она дышала ровно, ее лицо снова стало спокойным и безмятежным, как будто никакого «коротыша» и не было. Но я понимал, что Мири права — полагаться на нее в бою или в сложной ситуации сейчас нельзя. Она была нестабильна, опасна и совершенно непредсказуема, и это добавляло еще одну переменную в наше и без того сложное уравнение выживания.

— Будем решать проблемы по мере их поступления, — вздохнул я. — Мири, сотри все логи этого сеанса. Зашифруй координаты и спрячь их так глубоко, чтобы даже ты сама их не сразу нашла.

— Будет сделано, капитан. Но учти, ремонт займет минимум неделю. Вэнс уже пригнал своих ботов к нашему шлюзу. Завтра нас ждет увлекательное погружение в мир гаек, мазута и бесконечных баек от нашего нового лучшего друга.

— Ничего, я привык к мазуту, — я наконец лег на краешек койки, стараясь не задеть Киру. — Главное не проговориться. И не дать ему понять, что у нас на борту находится карта сокровищ.

Я закрыл глаза, но сон не шел. Перед мысленным взором всё еще кружились обломки гигантских кораблей, затерянных в пустоте. Я чувствовал, как судьба тянет меня за шиворот навстречу чему-то огромному и пугающему, и никакие стены «Странника» не могли защитить меня от этого ощущения. Мы ввязались в игру, правил которой не знали, и ставкой в ней была не просто карьера пилота, а само будущее этого сектора.

— Роджер? — тихо позвала Мири через пару минут.

— Чего тебе?

— А ты уверен, что Вэнс уже не знает? Ну, просто предположение. У него ведь такой крутой корабль…

— Дай мне поспать, параноик цифровой, — буркнул я, хотя сам думал ровно о том же самом.

Где-то в глубине «Искателя» гудели мощные генераторы, напоминая о том, что мы находимся внутри стального чудовища, которое в любой момент может сжать свои челюсти. Но усталость всё же взяла свое, и я провалился в тяжелый, лишенный сновидений сон.

Огромный зал, залитый холодным светом прожекторов, показался мне храмом технологий, где мой «Странник» выглядел как побитый жизнью енот, случайно зашедший на светский раут. Вэнс уже ждал меня у носового обтекателя, облаченный в поношенный, но чистый комбинезон техника, и вид у него был такой, будто он собрался не гайки крутить, а дирижировать оркестром.

— Ну что, Роджер, готов превратить это ведро с болтами в нечто, способное не только пугать пиратов своим видом, но и летать быстрее собственной тени? — спросил он, лукаво прищурившись.

— Готов, — выдохнул я, потирая ладони. — Лишь бы оно в процессе не решило окончательно самоликвидироваться.

Рядом с Вэнсом стояло нечто золотистое, блестящее и до ужаса напоминающее того самого протокольного зануду из древних голофильмов, только с парой лишних манипуляторов на спине.

— О, небеса! — воскресило это чудо техники, всплеснув руками. — Мастер Вэнс, вы уверены, что этот объект подлежит восстановлению? Согласно моим расчетам, вероятность того, что этот корпус не схлопнется при первой же нагрузке, составляет три тысячи семьсот двадцать один к одному! Это же форменное безобразие, а не инженерное решение!

— Познакомься, Роджер, это С-3… то есть, я хотел сказать, Си-Зет, мой личный адъютант и эксперт по нытью, — Вэнс похлопал дроида по начищенному плечу.

Я только хмыкнул, доставая из кармана верный плазменный резак. Нас ждала неделя в аду, но, глядя на спокойного Вэнса, я впервые за долгое время почувствовал, что мы выберемся из этой заварухи.

Первые три дня пролетели в тумане из искр, запаха плавленой изоляции и бесконечных споров Си-Зета с Мири. Мы вскрыли обшивку «Странника», обнажив его израненные внутренности, которые выглядели так, будто их жевал старый космический слизень. Вэнс не просто выдавал мне запчасти — он доставал из своих закромов такие модули, от которых у любого старьевщика с «Вавилона» случился бы экстаз. Военные шины данных, усиленные распределители энергии и, самое главное, новенькие эмиттеры щитов, которые пахли заводской смазкой и надеждой на светлое будущее.

— Роджер, солнышко, если ты припаяешь этот кабель туда, куда я думаю, мы превратимся в очень яркую, но недолговечную сверхновую! — прокомментировала Мири.

— Не мешай мастеру, — огрызнулся я. — Я знаю, что делаю.

Си-Зет тут же вклинился в разговор, размахивая своими тонкими манипуляторами.

— О, это типичное заблуждение органиков! Согласно протоколу безопасности 42-Б, использование синей изоляционной ленты в реакторном отсеке карается немедленным отстранением от полетов! Вы совершаете преступление против логики!

Я весело проигнорировал железку и затянул гайку на обводном канале. Вэнс лишь улыбался, аккуратно направляя мои руки, когда я пытался втиснуть здоровенный военный трансформатор в узкую нишу гражданского судна. Он не читал нотаций и не смеялся над моими корявыми швами, он просто учил меня чувствовать металл так, как это делают только настоящие профи. В его движениях была грация старого мастера, который точно знает, на сколько градусов нужно повернуть ключ, чтобы система не просто заработала, а запела.

— Ты молодец, парень. У тебя чутье на железо, — мягко сказал Вэнс, вытирая пот со лба.

— Стараюсь не подвести учителя, — отозвался я, чувствуя, как внутри разливается приятная гордость.

На четвертый день мы перешли к самому сложному — калибровке маршевых двигателей под новые параметры.

Мири в моем интерфейсе постоянно подшучивала, что наш «Странник» теперь держится исключительно на синей изоленте, моем упрямстве и честном слове Вэнса. Но я видел, как под слоями новой брони оживают системы, которые раньше только жалобно попискивали. Мы заменили старые, изъеденные коррозией кабели на современные магистрали, способные передавать данные со скоростью мысли. Вэнс даже выделил мне пару экспериментальных охлаждающих стержней, которые обычно ставят только на рейдеры высшего класса. Это была полная реинкарнация моего корабля в нечто гораздо более опасное.

— Еще один такой апгрейд, и я начну требовать себе отдельную каюту и цифровое шампанское по утрам! — заявила Мири.

— Сначала научись не орать во время прыжка, — парировал я.

Вэнс тем временем закончил проверку топливных магистралей и подошел ко мне, протягивая флягу с прохладной водой.

— Знаешь, Роджер, в космосе важно не то, насколько мощная у тебя пушка, а то, насколько ты доверяешь своим приборам и напарнику.

Я сделал долгий глоток, чувствуя, как усталость понемногу отступает перед азартом созидания. Наш дуэт работал слаженно, как шестеренки в швейцарских часах, и я поймал себя на мысли, что полностью доверяю этому человеку. Он мог бы просто вышвырнуть нас в открытый космос, но вместо этого он тратил свои дорогущие запчасти на мой драндулет. Вэнс стал для меня тем самым ментором, о котором я мечтал в академии, глядя на скучные лекции о навигации.

— Почему ты помогаешь мне? — спросил я, глядя ему прямо в глаза.

— Потому что в этом секторе слишком мало людей, которые мечтают о звездах, а не о наживе, — просто ответил он.

Мы присели на ящики с инструментами, чтобы немного перекусить и дать остыть сварочным швам.

Вэнс достал из термоса что-то, не сильно напоминающее настоящие сэндвичи из-за обилия мясных субпродуктов, и начал рассказывать о своих приключениях в туманности Ориона. Его истории были полны опасностей, хитрых маневров и столкновений с пиратами, которые казались мне персонажами из легенд. Он говорил о том, как однажды обманул целый флот корпоратов, спрятавшись в хвосте кометы, и как его «Искатель» выходил из переделок, в которых не выжил бы и дредноут. Я слушал его, открыв рот, забыв про еду, и впитывал каждое слово, как губка, представляя себя на его месте. Само собой, половина из его басен было враньем, но каким враньем! Я тоже хотел рассказывать о себе такие истори!

— И тогда я сказал этому капитану «Все в порядке, у нас все хорошо, а как вы?» — Вэнс усмехнулся, цитируя классику.

— Надеюсь, он не ответил залпом из всех орудий? — рассмеялся я.

— Почти. Но его щиты в тот момент были так же стабильны, как мое финансовое положение в двадцать лет.

Си-Зет в это время суетился вокруг нас, пытаясь измерить уровень холестерина в наших сэндвичах и постоянно причитая о вреде органической пищи. Я лишь отмахивался от него, чувствуя себя абсолютно счастливым в этой пропахшей маслом и озоном атмосфере.

— Господин Вэнс, я настаиваю! Потребление такого количества жиров снижает вашу реакцию на ноль целых три десятых процента! Вы станете обузой в бою!

— Заткнись, Золотинка, — добродушно бросил старый капитан. — Лучше иди проверь давление в гидроприводах.

Пока мы с Вэнсом предавались воспоминаниям о великих героях прошлого, Кира вела свою собственную игру, невидимую для наших глаз. Она перемещалась по «Страннику» с грацией кошки, используя вентиляционные шахты и темные углы трюма, чтобы не попадаться на глаза ремонтным ботам Вэнса. Я видел ее тень лишь изредка, когда она перебегала из одного отсека в другой, и каждый раз мое сердце замирало от страха, что Си-Зет ее обнаружит. Чтобы отвлечь назойливого дроида, мне приходилось проявлять чудеса изобретательности и задавать ему самые тупые технические вопросы, на которые он отвечал часами.

— Слушай, Си-Зет, а расскажи-ка мне подробно о влиянии квантовых флуктуаций на износ прокладок в гипердвигателе модели Т-14.

— О, это великолепный вопрос! — дроид так воодушевился, что его фоторецепторы засияли ярче звезд. — Все началось в 2245 году на верфях Марса…

Пока он читал лекцию, Кира успела перетащить какой-то ящик в дальний угол и снова раствориться в тенях. Она была похожа на духа корабля, который оберегает нас, оставаясь при этом абсолютно недосягаемой. Вэнс, казалось, ничего не замечал, или просто делал вид, будучи слишком занятым настройкой сенсорной сетки «Странника».

— Что-то ты слишком увлекся историей двигателей, Роджер, — подмигнул мне Вэнс.

— Просто хочу знать теорию, — соврал я, чувствуя, как по спине стекает холодная капля пота.

Наконец, наступил седьмой день, и ангар озарился ровным гулом оживших систем моего обновленного корабля.

«Странник» стоял в лучах прожекторов, сияя новой обшивкой и свежей краской, которую дроиды нанесли в последний момент. Он больше не выглядел как мусорщик — теперь это был настоящий исследовательский корвет, дерзкий и готовый к любым испытаниям. Я прошелся по мостику, касаясь пальцами новеньких панелей управления, которые отзывались мягкой вибрацией и приятным свечением индикаторов. Мири ликовала, запуская диагностические тесты один за другим и выдавая результаты, которые превышали все мои самые смелые ожидания.

— Все системы в норме, капитан! Мы готовы порвать эту вселенную на имперский флаг! — вопила она мне в уши.

— Тише ты, — улыбнулся я, выходя на аппарель, где меня ждал Вэнс.

Он стоял, скрестив руки на груди, и в его взгляде читалось нечто вроде гордости за своего ученика и его машину.

— Ну вот и все, Роджер. Твоя ласточка готова к полету. Теперь она не подведет тебя в куда бы ты не сунулся

— Спасибо тебе за все, Вэнс. Я даже не знаю, как отблагодарить тебя за науку и помощь.

Вэнс просто кивнул, и в этот момент я понял, что наше знакомство было не случайным — это был тот самый поворот судьбы, который меняет жизнь навсегда. Мы пожали друг другу руки, и я почувствовал, как внутри меня рождается уверенность, которой не было раньше. Впереди нас ждали секретные координаты, кладбище древних кораблей и тайны, которые могли изменить ход истории, но теперь я знал, что справлюсь. «Странник» был готов, я был готов, и даже ворчливый Си-Зет, кажется, напоследок выдал что-то вроде пожелания удачи.

— Будьте осторожны, Мастер Роджер. Помните, что вероятность успеха все еще ничтожно мала! — крикнул дроид нам вслед.

— Значит, это наш шанс! — ответил я, поднимаясь на борт своего корабля.

От автора:

Мне очень важно ваше мнение по тому, куда движется цикл и как он меняется — что вам нравится, что спорно, что стоит добавить, чего слишком много?

Пока есть запас написанных глав, ваши комментарии могут реально повлиять на ход книги, само собой, в лучшую сторону:)

Жду вас и ваши предложения под книгой. Спасибо за то, что читаете и поддерживаете!