Мастер пилюль 4. Академия

Глава 14 Семь дней, или Когда в конце ждало испытание

Тренировки продолжились.

Стоило мне наловчиться держать нагрузку, как Дениэль стал подкидывать конкретные приёмы. Как укрепить посох, как им правильно бить. В перерывах делился опытом, как выстроить тренировки, чтобы отточить то или иное умение. Добрались и до стихий. Мужчина показал самые разные печати. Многое поведал о тактике. На что стоит рассчитывать в случае младших стихий, где их пределы, как обойти и как воспользоваться чужими ограничениями. Духовные атаки, практики укрепления доспеха духа и защиты храма… Информации было столько, что в перерывах я доставал бумагу и записывал.

— Что насчёт старших стихий? — спросил я, когда уже начало темнеть. — Что такое контроль территории?

— Слышал, но не понимаешь? — глянул он на меня. — Контроль территории — это оно и есть. Власть старшей стихии над территорией вокруг тебя.

— Как это выглядит?

— Как власть стихии.

— А конкретнее? Как её развить-то?

— У тебя три направления, — вздохнул мужчина. — Природа — обратись к ней, захвати пространство вокруг себя. Я видел культиваторов, которые могли таким образом в один миг создать полноценный лес вокруг. Сила бинху — тут я тебе не подскажу. Видел, как это бывает у других, но методов развития не знаю. Печати — это в первую очередь контроль магических потоков. Ещё бывает поглощение энергии.

— Звучит интересно, но как это сделать?

— Вернёмся к Древу, — сказал он и подошёл ко мне.

— О, не-е-е-ет… — растянул я это слово, необдуманно открыв рот.

Скорость была столь высока, что у меня щеки раздулись. Оказавшись под Древом, покачнулся и чуть не навернулся с корня.

— От такой техники перемещения я бы тоже не отказался, — сказал я, восстанавливая равновесие.

— Возьми, если сможешь, — с безразличием ответил Дениэль. — А сейчас займись территорией. Садись, медитируй, поглощай стихию. Когда сделаешь её своей, напитай пространство вокруг. Добейся контроля. Как получится, тренируйся делать это быстро.

— Звучит почти понятно.

— Меньше слов, больше практики.

Не став спорить, отошёл в сторону, выбрал полянку между корней да разместил свой зад.

Приступим.

Тренировался я полночи.

Медитировал, восстанавливался, восполнял запасы сил, копил стихию. Пропускал её через свою чашу, давал настояться, выпускал обратно, насыщал пространство теперь уже своей стихией.

Процесс шёл медленно и сыграл со мной злую шутку. Я уснул. Проснулся на рассвете и обнаружил вокруг множество цветов, которых раньше здесь не было.

— Отличный способ соблазнить врага, — раздался голос Дениэля. — Просыпайся, стирай слюни с подбородка, и пошли. Позавтракаем после разминки.

— Это оно? — спросил я.

— Цветы? Давай, атакуй меня ими.

— Хм… Понял.

— Раз понял, то чего сидишь?

— Погоди. Надо выпустить кое-кого.

Я достал из кристалла Заратраста, посадил его между цветов. Он высунул голову и лапы, огляделся, зевнул.

— Пожрать найдётся?

— Найдётся, — ответил я.

А сам покосился на место, где был отец, который вдруг исчез. Чего это он? Озадаченный, я накормил черепаха, оставил его и пошёл искать Дениэля, который нашёлся не так уж далеко.

— Будет лучше, если меня никто не увидит здесь, — сказал он сухо. — Предупреждай, если достаёшь разумных питомцев.

— Хорошо, — ответил я растерянно, не ожидая такой реакции.

Впереди ждал ещё один безумный денёк.

Постепенно наши битвы набирали размах. Я учился прикладывать максимум сил в единицу времени и адаптировался к королевскому давлению. Моё тело постоянно болело, мышцы ныли, резервы показывали дно, но прогресс точно был.

Я словно сводил воедино всё то, чему научился ранее, дополнял это новыми знаниями, закручивал в тугой узел и выжимал все соки, чтобы взойти на ещё одну ступеньку выше.

Большой прогресс случился, когда Дениэль рассказал про печати.

— С ручными ты знаком. Это базовая вещь для большинства культиваторов. Как они работают, нужно объяснять? — спросил он вечером третьего дня.

— Они позволяют упростить процесс оформления энергии определённым образом, — выдал я формулировку.

— Да. Можно и без них. Лучше без них, — уточнил он. — Если ты, конечно, не хочешь сообщить врагу, что именно собираешься делать. Хуже только кричать название техник. Хотя ради шутки иногда можно кричать наобум, чтобы запутать.

— Возьму на вооружение, — ответил я, не совсем понимая, шутит он или нет.

— Первое, что ты должен сделать, — продолжил мужчина, — отработать ручные печати до идеала. Давай дыхание огня. Чего замер? Выдыхай.

Я послушно вдохнул, сложил печать и выдохнул пламя.

— Быстрее.

Повторил чуть быстрее.

— Тренируй, пока не сделаешь в десять раз быстрее. Продолжай. Это твоё задание. Если справишься, отвечу ещё на пару твоих вопросов.

Невольно я заинтересовался. Вопросы я в эти дни задавал, но ответы получал редко.

Попробовал ещё несколько раз, но понял, что так только запас стихии впустую солью. К вопросу решил подойти как целитель. Припомнил опыты на своих подопечных, настроился на руки, постарался определить, что мешает развить скорость. Начал экспериментировать, прорабатывать скопившееся напряжение, наращивать проходимость импульсов.

А потом было пару сотен повторений, пока результат не удовлетворил Дениэля.

— Теперь то же самое, только с дыханием воды. Не смотри так на меня. Скоро сам всё поймёшь.

Печать воды была схожей, но чуть отличалась. Это было, кстати, сложнее всего. После двух сотен повторений дыхания огня добавить совсем небольшое изменение. Справился, но наблюдение важное. Нужно поразмышлять над этим позже.

После воды было дыхание ветра. В конце — дыхание земли. Самое сложное для меня почему-то. Там дыхание вызывало дрожь земли в том направлении, в каком дышал. То есть не совсем дыхание, ну да ладно.

— Теперь… — Дениэль покосился на то, как я трясу онемевшими руками. — Когда ты настроился, постарайся выделить общий элемент у всех четырёх печатей и воплоти без рук, примешав духовную силу.

Описание, как и всегда, было не очень понятно, но это до того, как попробуешь. Выделил нужное без проблем. У меня в голове словно образ потоков энергии возник. Я соединил этот образ с духовной силой и отпустил от себя. Получился выплеск, но с ускорением.

— Неплохо, — сказал отец. — Поздравляю, ты освоил первую печать.

— В чём её смысл?

— В тренировке. Или думал, что с ходу нечто могущественное освоишь? Повтори две сотни раз с духом, потом с каждой стихией, а в конце — с силой бинху и стихией природы, пока не кончатся запасы. Первая сотня повторений — чистое намерение, вторая сотня — с дополнением в виде ручных печатей. Экспериментируй.

Я не удержался от очень тяжёлого и горестного вздоха. Солнце медленно скрывалось за горизонтом, как и мои надежды на сон.

Как выяснилось, первая печать была нужна только для того, чтобы мозг заработал в правильном направлении. И он заработал.

— Твой родной клан силён в этом искусстве, — поделился со мной на следующий день Дениэль. — Печати дают серьёзное преимущество. Вчера ты научился выделять Обращение. Из них ты можешь составить печати и записать себе на подкорку, — постучал он себе пальцем по голове. — Через повторение. Хорошая магическая Печать несёт в себе концентрацию множества ручных печатей, сокращает затраты, увеличивает эффективность.

— Какие-то ограничения же есть у этого искусства?

— Вряд ли тебе стоит об этом думать на текущем этапе, с такой-то родословной.

— Хочешь сказать, у меня талант?

Разумеется, меня волновало, насколько я хорош относительно других.

— Рано судить, — ответил отец. — Выбери свой любимый приём. Ты должен превратить его в печать.

От глупого повторения услышанного я удержался.

— Сначала выделить Обращение? — уточнил я. — Это особое ощущение, которое возникает при исполнении техники? Дальше воплотить само Обращение и повторить это пару сотен раз, превращая в печать, что отпечатается в голове?

— Почти. Нюансы расскажу в процессе. Приступай.

— Тогда начну с удара посохом, — сказал я себе.

— Тренировку никто не отменял. Разбирайся прямо в бою. Тоже полезное умение.

— Как скажешь… — растерял я часть уверенности.

Спустя несколько часов у меня получилось добиться результата. Так у меня появилась печать — Раскол. Это было что-то вроде предельной концентрации в моменте после нажатия на кнопку где-то внутри. Если до этого мне приходилось самому направлять энергию через посох, то освоив печать, я сделал этот процесс более естественным.

Что отец заставил повторить много-много раз.

— Но это же ограничение, — сказал я, утирая пот со лба, когда закончили. — Печать — это как написанное предложение, я прав?

— Да, если речь про неопытного мальчишку, который только освоил печать. И нет, если речь про опытного мастера. В твоём случае важно то, что печати упрощают и ускоряют процесс. Против сильных противников — в этом кроется чуть ли не единственный шанс на победу. Отдохнул?

— Вообще-то нет, — покачал я головой.

— Раз отдохнул, берись за стихии. Твоя задача — освоить по одной печати в каждой. Давай-давай.

Он меня вообще не слышит, что ли?

В конечном счёте у меня появился набор печатей-ударов.

Раскол — удар посохом. Огненное копьё со взрывом, водяной змей (пришлось искать озеро с источником стихии воды поблизости), вихрь и каменная темница. Для духовной силы отец научил сразу двум печатям. Подавление — чтобы давить духом, и Противостояние — чтобы выиграть себе несколько секунд, если уже меня будут давить. С силой бинху вышел облом, хотя как посмотреть. Я этой силой укреплял духовные техники, что давало наилучший результат. А вот чего-то оригинального не придумал. В дальнейшем мне предстоит самому разбираться.

Зато ещё одним результатом седьмой ночи стало то, что я наконец-то смог сформировать первый слой вокруг источника. Медитируя у Древа, я просто ощутил, что оно само пошло. Взял процесс под контроль и завершил его, удивившись, что получилось. Изменения приятно удивили. На прошлых рангах настолько существенной прибавки не наблюдалось. Увеличилась физическая сила, скорость реакции, выносливость. Выросли объёмы энергии, стихий, духа и силы бинху. А ещё я научился быстро выращивать цветочную поляну.

При желании мог и сорняков нарастить. Или там веточку заставить распуститься. Самое то, чтобы дам впечатлять.

— Н-да, — протяжно вздохнул Дениэль. — Сможешь состояться как флорист. Будешь людям букеты собирать.

— Или девушкам. Ты мне так и не дал свои мудрые советы, как с ними обращаться.

— Будь посмелее и не робей.

— Серьёзно? Это всё, что ты можешь сказать?

— С твоей матерью прокатило, — усмехнулся он.

— Её правда прозвали Палачом Народов? — спросил я неожиданно сам для себя.

— Правда, — спокойно ответил мужчина. — Уже слышал об этом? Твои спутники… Они не так просты. Узнал от них?

— Да, — не стал я скрывать.

— Значит, они с тех земель. А встретились вы на тех островах. Видимо, тебя ведёт сама Река, раз так судьбы сплетаются. Но хватит отвлекаться. Твоё поле сейчас бесполезно.

— Возможно, оно поможет в алхимии.

— Не будь наивным, — цыкнул он. — В алхимии используются сокровища, которые аккумулировали в себе силу годами, а в некоторых случаях — веками. Ты же на текущем уровне разве что для красоты что-то нарастить можешь. Попробуй добавить духовной силы, укрепить растения и запитать это всё силой бинху.

— И что дальше?

— А дальше направь лепестки куда-нибудь. Или все цветы. Или придумывай что-нибудь своё, — показал он раздражение тем, что я сам не думаю.

Сконцентрировавшись, я сделал, что просили. Открыл глаза, осмотрелся и увидел, что половина цветов сгорела. Вторая же осталась. Выбрав мишенью дерево, отправил лепестки в полёт. Неожиданно сработало. Они даже врезались в ствол. Часть из них. Потому что я постыдно промазал. Те, что попали — с таким же эффектом нож можно кинуть. Без всяких усилений. Иначе говоря, не впечатляет.

— Возможно, из этого выйдет толк. Когда-нибудь потом, — с сомнением сказал Дениэль.

Я упрямо стиснул зубы, пообещав себе превратить эту технику в нечто полезное.

— Так значит, моя мать и правда сгубила уйму народу? — спросил я, не глядя на отца.

Вопрос было задавать откровенно тяжело, но я всё же решился.

— С её слов, такая репутация — большое преувеличение.

— Что это значит? — перевёл я взгляд на отца. — И как на самом деле?

— Она действительно лично убила множество людей, самых разных. И не только людей, — уточнил он.

— Ради чего тогда она учила меня, что нужно избегать насилия? Пока жил с ней, это казалось естественным, но теперь я в этом совсем не уверен.

— В этом я с ней не согласен, — ответил Дениэль. — Жизнь без насилия невозможна. Чтобы быть милосердным, нужно обладать большим могуществом.

— Это не ответ на вопрос. Ради чего меня так воспитывали?

— Твоя мать… — вздохнул Дениэль. — Лин хотела для вас другой жизни, вдали от клана. Ещё она грезила идеей изменить отношения с бинхуа. Как по мне, это тоже невозможно. Эти твари чудовища, которые копили обиду несколько тысяч лет. Это уже не исправить. Лин думала, что, если воспитает тебя добрым человеком, это что-то да изменит.

— Либо я чего-то не понимаю, либо это сомнительная затея.

— Не всегда родители оказываются правы. Добро пожаловать в реальный мир, мальчик.

— Раздражаешь… — процедил я. — У нас ещё осталось время, так давай проведём его с пользой, — направил я посох на него.

Время подошло к концу. Как и обещал, Дениэль тренировал меня ровно семь дней. Семь крайне тяжёлых дней, которые закалили меня со всех сторон.

Смешно, но я почувствовал себя богатым наследничком. Плевать на деньги, а вот знания — очень странное чувство, когда дают подсказку и понимаешь, что она сэкономила тебе годы тренировок. Я бы не отказался пройти нормальное обучение, не сжатое в столь короткие сроки, но что есть, то есть.

— И что дальше? — спросил я, когда мы закончили и Дениэль уставился куда-то вдаль.

— Дальше — испытание.

— О чём ты? — напрягся я, чувствуя подвох.

— Всё больше уверен, что тебя ведёт Река, — покачал он головой. — Приготовься, мальчик. Я не разделяю с Лин её взгляды на доброту и насилие.

— Только не говори, что отправишь меня убивать кого-то.

— Не буду отправлять. Присмотрись.

Я проследил за его взглядом и увидел точку, которая быстро превратилась в фигуру человека. Та пронеслась по небу и зависла недалеко от нас.

Сейчас мы находились недалеко от Золотого Древа, с другой стороны от обрыва, на открытой площадке. Когда фигура замерла, я узнал этого человека.

Ранван Радварский.

Наместник Приюта, который разрушили из-за меня. Отец Фаэля, который погиб в бою со мной. Человек, который искал меня и назначил крупную награду за любую информацию.

— Надо же, — сказал он, зависнув в воздухе перед нами. — А я и не верил, что из этого выйдет толк. Давно не виделись, Эл, или как там тебя. Далеко ты забрался. Только ты ещё кто? — уставился он на Дениэля. — Уж не ты ли ответственен за разрушение моего города?

— Я здесь ни при чём, — спокойно ответил Дениэль.

— Ты тоже? — глянул Ранван на меня. — Города не разрушал, моего сына не убивал… — с каждым словом вокруг него закручивалась тяжёлая аура.

— Да нет, это как раз он, — так же спокойно добавил мой вроде как отец.

Я уставился на него, обругал грязными словами, а потом выдохнул. Чего это я? От судьбы не убежишь. Как и от ответственности за события, частью которых стал, и решений, которые принимал.

— Даже отрицать не будешь? — прищурился Ранвар.

— Это обязательно? — посмотрел я на отца.

— Тебе не помешает, — пожал он плечами, отошёл в сторону и присел на корень. — Нет разницы, виноват ты или нет. Мир таков. Ничего не имею против философии твоей матери, если честно. Но, как по мне, в ней пропущен один этап. Ты должен научиться постоять за себя и применить высшую форму насилия, познать её, чтобы впоследствии отказаться. Это хоть как-то похоже на адекватный путь.

— Что за бредни? — разъярился Ранвар. — Я не собираюсь слушать вашу болтовню! — стеганул он духовной силой.

Которая не смогла до нас добраться, растворилась в воздухе.

— Помолчи пока, — перевёл на него взгляд Дениэль.

Ранвана будто под дых ударили. Он побледнел, уставился на Дениэля неверяще.

— Этот человек хочет тебя убить, — продолжил отец. — Причины неважны. Если он справится, твоих близких постигнет горе. Им будет сложнее справиться со всеми трудностями. Ты должен решить, что важнее. Ответственность за близких и собственные цели или чувство вины, угодливая податливость и готовность прогнуться под других. Если упростить, то важным остаётся только одно. Кого ты поставишь выше. Свои амбиции или чужие. Врать не буду, это не обязательный путь. Сбеги, спрячься, живи обычной жизнью смертного. Не самый плохой путь. Но если уж собрался сражаться, ещё и с кланом Бинхуэм, то прими свой эгоизм, волю, цели, желания, амбиции, стремление выжить и победить. Поставь их выше. А дальше — действуй и не сомневайся. Считай, это твой экзамен. Если даже с таким справиться не можешь…

Мысль Дениэль не закончил, но и так было понятно.

Я перевёл взгляд на Ранвана, перед которым и правда испытывал чувство вины. Как и перед всеми теми людьми, которые пострадали из-за меня. Пусть это не был мой выбор, но я всё равно чувствовал причастность.

Наместник Приюта был скован, подавлен чужой силой, что я пропустил, слушая отца.

— Не будем здесь шуметь, — сказал Дениэль. — Я перемещу вас подальше, чтобы не привлекать внимания. Эл, дальше ты сам по себе.

На этот раз никаких рывков не было. Мы просто оказались вдали от Древа.

Ранван в этот момент резко выдохнул и упал на землю. Присел, уставился на меня. Наши взгляды пересеклись. Мужчина из воздуха выхватил меч, в ту же секунду атаковал. Я присел, лезвие пронеслось у меня над головой. В тот же момент обрушилось давление со всех сторон, сжало, попыталось выдавить глаза, вырвать гортань.

Думать над этим у меня не было времени.

Я тоже выхватил посох и нанёс удар в корпус. Разрушительная волна ушла вперёд, но в том месте уже не было Ранвана. Он прыжком ушёл назад, завис в небе, огляделся.

— Мальчишка, — бросил он мне. — В отличие от того, второго, я прекрасно вижу твой ранг. Ты чудовище из какого-то клана? Плевать. Давай, показывай свои трюки, а потом я тебя убью.

А я как бы и рад показать, но что делать, когда противник изначально понимает, что весь расчёт на козыри, и не собирается давать мне ими воспользоваться?

— Чего замер? Лучше скажи, ради чего это всё было? За что ты убил моего сына? — чуть ли не прорычал он под конец.

— Он оказался горделивым идиотом, — ответил я.

Лицо Ранвана исказилось, он выставил в мою сторону ладонь. Перед ней начали формировать потоки воды, наливаться чернотой.

Сложив печать, послал в него огненное копьё, но толку это не принесло. Мужчина одной лишь аурой Короля развоплотил технику. Вода тем временем оформилась, выстрелила в меня целым градом копий, которые полетели одно за другим. Я принялся уклоняться, рванул в сторону. Мужчина повёл ладонью, преследуя меня.

Копья взрывались где-то рядом. В мою сторону летели брызги, которые пытались прожечь доспех духа, добраться до плоти. Техника закончилась, Ранвар отогнал меня, но, с его точки зрения, видимо, это была разминка.

Он начал складывать печати, и я здраво рассудил, что сейчас меня будут закидывать тяжёлыми техниками.

Вдох…

Я сложил свои печати и столб земли прямо под ногами Ранвара, поднялся вверх. Мужчина увернулся, но земля взорвалась пылью, создавая облако. На это он метнул в мою сторону образ огромного меча. Я сместился в сторону, но раздался взрыв, который придал ускорения. Пробежавшись, продолжил на ходу складывать печати.

Вперёд полетел смерч, взорвалась земля, поднимая пылевые облака, я послал несколько огненных копий, добавляя безумства стихий.

Казалось, Ранван кидает техники наугад, но нет. Он добавил ещё парочку мечей, промахнулся. Я было подумал, что такой ловкий, но внезапно увидел, как вокруг формируется силовой купол. Вырастая как раз оттуда, куда угодили мечи. Ещё и вода поднялась, устремилась ко мне с целью затормозить.

Я рефлекторно обратился к стихии, смог разрушить водную технику. Не замедлился, прорвался вперёд, к мужчине.

Выдох! Раскол!

Выстроенную защиту я просто снёс. Оставшаяся сила угодила в Ранвана, качнула его.

Вдох… Мужчина занёс меч, чтобы разрубить меня пополам. Выдох.

Меч обрушился на подставленный посох. Меня качнуло вниз, но я удержался. «Заботливый папаша лупил куда сильнее, чем этот пират», — мелькнула злая мысль.

Выдержав удар, я без всяких затей с применением силу бинху прорвал чужую ауру и врезал в челюсть. Голова Ранвана дёрнулась назад, в глазах мелькнуло удивление.

Подавление!

Печать сформировалась передо мной, оформила духовную силу. Дух вышел из нас одновременно, но мой оказался сильнее. Появились путы, разрезали чужую ауру, сжали тело. Мужчину откинуло назад, меч ушёл в сторону. Перехватив посох, я вдохнул и…

Раскол! — удар пришёлся чётко по кисти, что удерживала оружие. Раздался хруст, руку разворотило, меч полетел в сторону, а Ранван дёрнулся назад. Его вторая ладонь уже была направлена мне прямо в грудь. Часть водной техники я успел развеять. Оставшуюся часть — нет.

Мне разворотило грудь, но движение уже было начато. Ранван обрушил на меня всю мощь Короля, сдавил аурой. Я ответил на это силой бинху, покрывшись чернотой. Чувствуя, как разрастается боль в груди… Я ни о чём не думал, по правде говоря.

Махнул рукой, и мои тёмные от силы пальцы прошли и доспех духа, и податливую плоть. Горло Ранвана разрезало, как бумагу. Брызнула кровь, мужчина пошатнулся, утратил равновесие и упал на землю.

Я тоже начал заваливаться. Тело же продолжало действовать на одних вбитых за эту неделю рефлексах. Огненное копье, печать подавления и, когда уже в глазах потемнело, удар посохом. Раскол.

Мужчину отшвырнуло, меня кинуло в другую сторону. Упав на землю, я захрипел, чувствуя, что как-то быстро теряю кровь.

Вот и всё?

Грудь была разворочена, ключица и ребра переломаны, кровь покидала меня, а духовная сила, которой я попытался это всё закрыть, перестала слушаться.

Походу, свой экзамен я завалил.