Арлекин

Глава 19

Алине никак не удавалось сосредоточиться хоть на чём-либо. Тревога поселилась на сердце и отравляла всякую мысль. Как там поживает девчушка? Не посмел ли обидеть бедняжку старший брат? То и дело из глубин памяти поднимались слова Саши: «Но какие-то поползновения с его стороны точно были. Поглаживания, просьбы...» С души воротило от подобных откровений. Неужели она все эти годы жила в столь грязном мире и даже не замечала его черноты?

Ужин в её исполнении получился отвратительным. Салат из овощей она пересолила, мясо передержала на сковороде, а картофельное пюре напоминало по вкусу кусок моченой ваты.

Саша храбро осилил четверть своей порции, взглянул на её тарелку, которая так и осталась нетронутой, и нарочито бодро предложил:

— Может, закажем пиццу?

Алина молча кивнула и ушла в спальню, чтобы в тишине поддаться унынию и переварить всё случившееся за день.

— Одну куриную и одну мясную, сойдёт? — Демон просунул голову в комнату, держа телефон у уха.

— Я не голодна, спасибо, — тихо отозвалась она, продолжив пялиться в пустоту.

— Да, это всё, — согласился Саша с собеседником и убрал мобильный.

Прошёл в спальню, сел на пол рядом с кроватью, нарочно прижался боком к Алине и пихнул её плечом.

— Тебе надо научиться отпускать негатив, — дал он дельный совет. — Если будешь так убиваться по каждому делу — свихнешься.

— Я не знаю, как перестать думать, — она откинула голову назад и упёрлась затылком в матрас. Закрыла глаза и вновь увидела перед собой сгорбленную фигурку маленькой девочки.

— Отвлекись, найди другое занятие. Можем съездить в спортзал, я из тебя живо всю хандру выбью.

— Тебе лишь бы меня шпынять, — грустно усмехнулась Лиса.

— Почему сразу шпынять? Я ведь даю тебе шанс дать отпор.

Она повернула голову в его сторону, рассматривая хищный профиль.

— Ты никому не даёшь шанса, я уже свыклась с этой аксиомой.

— Есть и другой способ отвлечься, — как бы невзначай добавил он. — Если уж в зал ехать не хочется.

Алина смотрела на него неотрывно, забывая дышать и моргать. Спросить, что же он имеет в виду — язык не поворачивался. Боялась, что не совладает с разочарованием, если услышит об очередной тренировке по метанию ножей или предложению закрепить навыки ориентирования на открытой местности.

— Сыграем на раздевание? — предложил Саша.

— Тебе пятнадцать что ли? — она засмеялась помимо воли. — Что за детские игры в карты?

— Я разве упоминал карты? — его рука легла на её колено и кончиками пальцев очертила несколько волнующих линий до середины бедра. Даже сквозь ткань спортивных штанов Алина ощутила, как под кожей промчались бешеные стада мурашек. — Ты раздеваешь меня, я — тебя, — добавил он, поворачиваясь к ней лицом.

— И в чем смысл игры? — она тянула время, спрашивая саму себя, хочет ли добавить их странным отношениям ещё больший оттенок запутанности.

— Хочешь, можем посоревноваться на время, кто быстрее справится, — Демон улыбнулся и с недвусмысленным намёком уставился на её губы.

Рука его высекла на ноге новый затейливый узор и замерла в опасной близости от резинки спортивных штанов.

— Секундомер с собой? — Алина чуть придвинула голову. Их лбы почти соприкоснулись.

— Я во всеоружии, не переживай.

— Я проверю?

Не дожидаясь ответа, она провела ладонью по его груди вниз и замерла в считанных миллиметрах от пояса джинс.

— Забыла, как это делается? — насмешливо спросил Демон.

— Неа, жду, когда ты признаешь, что я вполне в твоём вкусе, — ей вдруг захотелось поиграть ещё немного.

— А ты проверь и узнаешь, — он перехватил её ладонь за запястье и опустил на ширинку, одновременно с этим медленно и даже осторожно накрывая её губы своими.

Алина охнуть не успела, как распласталась на полу, а крепкое мужское тело накрыло сверху. То, что начиналось с трогательного поцелуя в мгновение ока переросло в жаркую потребность обладать.

Саша раскрыл её бедра, с комфортом устроился между ними, одну руку запустил под футболку, сминая грудь прямо через бельё, а другую запустил под штаны и...

В дверь позвонили. Оба замерли, точно застигнутые врасплох.

— Далась тебе эта пицца, — проворчала Алина, подавляя желание приподнять бедра и потереться о его руку.

— Я быстро, — он коротко чмокнул её в губы и резво вскочил на ноги.

Она так и осталась лежать на полу, испытывая странную смесь вожделения пополам с недоумением. Вот как прикажете понимать его настроения? То не приближайся ко мне на пушечный выстрел, то будь со мной, то к черту катись, то давай поиграем. Неужели так трудно определиться? Ненавидит он её или готов впустить в свою...

Громко бабахнуло в коридоре. Несколько месяцев тренировок не прошли даром — звук выстрела она определила безошибочно. Затем что-то тяжёлое рухнуло на пол.

Лёд заструился по венам. Испуганной кошкой она поднялась на ноги и на цыпочках подбежала ко входу в спальню, глянула в узкую щель между дверью и стеной.

Демон лежал на полу в прихожей. Пуля попала в грудь, оставив после себя на хлопковой черной футболке рваную дыру, из которой медленно сочилась кровь. Будь одежда более светлой, и открывай она обзор на рану, Алина тут же лишилась бы чувств от переизбытка эмоций, а так просто затолкала в рот костяшки пальцев и тоненько заскулила, понятия не имея, жив ещё Саша или нет.

В дверном проёме топтался... Влас. Она с отвращением узнала в пузатом мужике «гестаповца», которого как следует отделал Вулкан. Следы богатырского кулака всё ещё виднелись на его распухшем лице, окрашенном всеми оттенками кровоподтёков: от буро-желтого до сливово-черного.

Алина тенью прилипла к стене, спеша не попасться на глаза. Мысли лихорадочно метались в голове. Пистолет! У Демона дома хранился Стечкин. Она вспомнила, как после расправы над домашним тираном Саша засунул сумку со снаряжением для убийства в нижний ярус шкафа-купе, затем выпрямился и аккуратно снял плечевую кобуру. Убрал куда-то вглубь полок на уровне своей руки.

Вот оно! Двигаясь бесшумно и молясь, чтобы Влас удовлетворился нападением и поскорее надумал бежать, она добралась до шкафа, попробовала мягко отодвинуть дверцу и заледенела. По полу проскользила полоска света от открываемой двери. В спину ударил окрик:

— Ну привет, сучка!

Кровь бешено взвыла в венах. Алина метнулась к заветной цели, Влас — к ней. Её пальцы впились в полированное дерево, стремясь сместить громоздкую дверцу. Створка отъехала в сторону. Неприятель вцепился девушке в волосы и со всей дури дёрнул назад. Падение смягчил ковёр на полу, и всё же дух выбило напрочь. В ушах прогремел злой комментарий Демона: «Когда ты наконец научишься группироваться при падении, рохля? Руки к груди, ноги поджать, позвоночник согнуть дугой. Защищай голову хотя бы ради смазливой мордашки!»

Она поступила, как велено — накрыла уши руками и оттопырила локти. Фашист пнул ботинком в живот. Что-то горячее вскипело в позвоночнике и стремглав устремилось к месту удара. Алина скорчилась от боли и шока, из глаз брызнули слёзы.

Негодяй возомнил себя всемогущим и всем телом навалился на девушку. В нос ударил крепкий запах пота и немытого тела. Она попыталась лягнуть его ногой, он поймал за щиколотку и завёл себе за спину. Шумно запыхтел, предвкушая веселье.

Лиса попробовала отбиваться руками. Вонзила ногти в чудовищно пятнистое лицо, дёрнула вниз, разрывая кожу. Влас замахнулся и впечатал увесистый кулак ей в нос. Хрустнуло где-то под черепом, словно обломили молодое деревце. Кровь фонтаном хлынула из обеих ноздрей и полилась в горло живым потоком со вкусом соли и кислоты.

— Не дёргайся, тварь, — пробубнил насильник и принялся стягивать с неё тренировочные штаны.

Алина взвилась ужом и попыталась выползти из-под грузного тела. В голове набатом прогремел воображаемый голос Демона: «На черта тебе сила, тетёха бестолковая? Сражайся!»

Задыхаясь от кровавого фонтана, она кое-как выпростала руку и броском ядовитой кобры вонзила ногти в обезображенную рожу. Мгновение ничего не происходило. Влас уже содрал с неё штаны до самых щиколоток и даже запустил мерзкие пальцы между ног, готовясь убрать последнюю преграду в виде белья, когда мощный поток энергии откинул его назад.

Пролетев с полметра, ублюдок завалился навзничь и хорошенько приложился затылком о ребро чугунной батареи.

Алина встала на четвереньки. Перед глазами всё плыло и пульсировало. Крупные капли крови подобно бусинам падали на ковёр, впитываясь в длинный ворс. Превозмогая себя, она поползла к шкафу. Её силы явно не хватит, чтобы покончить с «гестаповцем». Если в их гаденький отряд набирают таких же неубиваемых, каких брали в Арлекины — сияние бесполезно. Ей нужно оружие.

Кряхтя и отплевываясь, она кое-как ухватилась за полку и медленно выпрямилась. В животе надулся плотный шар боли. Голова шла кругом от прямого удара по лицу. Нос разбухал буквально на глазах, крылья пекло, а между бровей пульсировало что-то живое.

Алина просунула руку поглубже в нутро шкафа и чуть не зарычала от отчаяния. Пистолета не было!

Влас завозился на полу, с видимым усилием собрал воедино конечности, запустил ладонь за пазуху и выудил оттуда складной нож-бабочку. Ленивым движением выбросил острое лезвие и с чётким намерением порезать на лоскуты двинулся на Лису.

Она привстала на носочки, чтобы дотянуться до задней стенки, и в тот самый миг, когда мерзавец появился сбоку, схватила пистолет и справилась с ним в два точных движения: первое — захват рукоятки пистолета тремя пальцами (средним, безымянным и мизинцем), она даже умудрилась правильно разместить указательный палец на кобуре; второе — извлечение оружия одновременным движением мышц предплечья и плеча. Всё, как учил Демон.

Алина резко развернулась вполоборота и навела Стечкина на обрыдлую физиономию. Времени на раздумья почти не осталось. Один удар сердца, и всё было решено.

Она взяла оружие обеими руками, активировала режим одиночного огня и прицелилась. Палец мягко лёг на спусковой крючок, и в следующий миг раздался приглушённый выстрел — благодаря длинному стволу звук получился гораздо тише, чем у обычного пистолета. Стечкина почти не подбрасывало при стрельбе, отдача казалась минимальной, что позволило произвести прицельный выстрел с удивительной точностью.

Пуля угодила Власу аккурат между бровей. Секунду он бестолково пялился на девчонку, затем выронил нож, упавший на ковёр с глухим звуком, и рухнул следом. Алина, прихватив с собой оружие для надёжности, помчалась в коридор, на бегу натягивая на себя портки.

Демон лежал всё в той же позе. Глаза были полуоткрыты, грудь медленно опадала и поднималась в коротких, исполненных болью выдохах и вдохах. Она опустилась рядом с Сашей на колени, задрала края его футболки, чтобы осмотреть рану, и с трудом удержалась от безудержных рыданий, потому как с облегчением обнаружила, что жизни Саши ничего не грозит — в него выстрелили из травматического оружия.

Не нужно быть медиком, чтобы понять: аккуратное отверстие с расплывшимся синяком по краям раны явно указывало на выстрел из травматического пистолета. Не то что от боевой пули — та оставила бы после себя зияющую брешь с рваными краями и обширной зоной разрушений. При огнестрельном ранении края раны неровные, ткани вокруг изуродованы, а пороховые следы на коже выдают истинный характер ранения.

Травматический же снаряд, словно нехотя, замер в теле, не успев нанести серьёзных разрушений. Нет ни пороховых отметин, ни обширных повреждений — лишь небольшая рана да синяк вокруг.

Она осторожно склонилась к его уху и прошептала:

— Никогда больше так меня не пугай. Демоны должны оставаться бессмертными.

Он моргнул в ответ, буркнул что-то неразборчивое. Согнул руки в локтях и попытался приподняться, но что-то будто ударило в грудь, и он с тихим стоном выровнял руки обратно.

Лиса склонилась к его лицу, чтобы разобрать сказанное:

— Цела?

— Как с гуся вода, — она шмыгнула носом и поморщилась от боли.

— Стрёмно... выглядишь.

— Да, ты говорил, что я не в твоём вкусе, — под действием адреналина и нервов она несла откровенную чушь.

— Где?

Вопрос она поняла сразу.

— В спальне. Пристрелила, как бешеного пса.

— Лог... Позвони.

— Лучше скорую вызвать и полицию, наверное, — Алина задумчиво уставилась на его грудь.

— Лог, — с нажимом велел Демон.

Она увидела очертания телефона в правом кармане джинсов, осторожно вынула его и попыталась разблокировать. Не вышло. Экран затребовал пароль. Тогда она поднесла аппарат к лицу Саши, надеясь, что у него включен режим распознавания лицевых черт, и добилась успеха.

Контакт с нужным именем нашелся в списке недавних вызовов.

— Это Лиса, — зачастила она, едва расслышала грозное: «Да». — Демон ранен. В него стреляли.

— Где?

— У него в квартире. Рана не слишком опасная, это был травматический пистолет, но ему нужна помощь медиков, пуля застряла в груди...

— Понял, приеду через... — он сделал паузу, словно мысленно подсчитывал необходимое время, — через 15 минут. Кто стрелял?

— Влас. Он пришёл прямо...

— Где он сейчас?

— Мёртв, — лаконично ответила Алина. — Я застрелила, потому что...

— Молодец, девочка! Дверь никому не открывай. Полицию, если приедет, не впускай. Мы будем у вас через четверть часа. Ты поняла?

— Дверь никому не открывать, — кивнула Лиса и поежилась.

Саша повернул голову на бок и прижался губами к её запястью, словно благодаря за спасение. Лог оборвал связь. Алина подскочила к двери и заперлась на все засовы. Снова вернулась к раненому. Присела рядом с его головой.

— Могу я чем-то помочь?

— Рёбра целы?

— Да, там только небольшая дырочка, в ней резиновая пуля. Крови почти нет, только небольшой синяк.

— Небольшой?

— Сантиметр, может, два в диаметре, — описала она увиденное.

— Края?

— Ровные вроде, — она ещё раз глянула на входное отверстие.

— Значит не «Оса», — озвучил Саша некую бессмыслицу.

Чтобы скоротать минуты ожидания, Алина начала выспрашивать значение этой фразы и выслушала путанные объяснения, что существует минимум две разновидности травматического оружия: довольно безобидный «Макарыч», внешне напоминающий пистолет системы Макарова, и бесствольный комплекс «Оса», обладающий более мощным останавливающим действием благодаря тяжелой пуле.

Если верить словам Саши, вздумай Влас пальнуть в него из «Осы» со столь близкого расстояния, последствия могли оказаться куда более серьезными.

В дверь позвонили. Она глянула на дисплей телефона — 15 минут ещё не прошли.

— Не открывай.

— А вдруг это Лог?

— Нет. Ты услышишь... когда будет Лог.

Звонок повторился, на сей раз дважды. Потом ещё раз. В дверь постучали.

— Доставка пиццы, — донёсся из-за двери голос.

Демон улыбнулся, словно припоминая её ворчание по поводу пиццы и момент, который был разрушен появлением ошибочно принятого за курьера Власа.

Доставщик нажал на звонок ещё пару раз. И тут подъезд наполнился гулом голосов и топотом множества ног. Алина с облегчением выдохнула и поспешила встретить гостей.

Казалось, на призыв о помощи откликнулась вся стая. Впереди всех гордо вышагивал Лог, сеющий вокруг себя ауру злобы, позади ступал Вулкан — менее грозный на вид, но не менее устрашающий. Дальше мелькала серебром макушка Феникса и отсвечивала белизной густая шевелюра Саймона.

Лиса посторонилась, впуская внутрь первую четвёрку, затем бросила взгляд в дальний угол площадки и увидела изумлённого паренька, жалобно жавшего к груди две коробки с пиццей. На шумную ватагу головорезов, которая лентой тянулась по всей лестнице от первого до третьего этажа, он старался не смотреть, наверняка надеясь, что тогда и ему удастся остаться незамеченным.

Молния подлетела к бедному пареньку с вопросом:

— Ты ещё кто?

— Э-э, доставка пиццы, — проблеял курьер, как бы обороняясь коробками. — Заказ для 35 квартиры, но, наверное, я домом ошибся.

— Не ошибся, — почти ласково пропела Молния, отобрала у доставщика коробки и сунула ему две тысячных купюры. — А теперь сгинь.

— Приятного аппетита, — заученно пожелал курьер и поспешил убраться прочь.

Вслед за Молнией на этаж поднялись Призрак, Маркел и те двое из ларца, которых Лиса величала про себя охранниками Лога.

— Ты как, Лисонька? — спросил Маркел. — Не пострадала?

Она покачала головой, захлопнула дверь квартиры и с интересом стала наблюдать за действом.

Молния убежала на кухню. Саймон присел рядом с Демоном и деловито осматривал рану.

— Ты как, братка? — блондин ощупал края раны голыми руками. Не очень профессионально, ведь так?

— Терпимо... — хрипло ответствовал Демон, с трудом выговаривая слова. — Только в груди жжёт. Очень.

Вокруг раны расползался синяк, словно чернильное пятно на промокашке. Рос он с космической скоростью. Если пару десятков минут назад едва походил на пятирублевую монету, то сейчас расплылся в половину мужской ладони.

— Ничего себе подарочек! — медик присвистнул. — «Макарыч», если не ошибаюсь? Двенадцатый калибр?

— Любительская работа, — Саша усмехнулся уголком рта, — но меткая, зараза.

Саймон достал из принесённого с собой кейса стерильные инструменты, обработал руки антисептиком. Натянул хирургические перчатки и принялся извлекать пулю.

Алина сосредоточилась на лице Саши, чтобы не видеть, как вынимают пулю на живую без всякого обезболивания.

— Тебе как всегда везёт, Сань, — поделился наблюдением Саймон. — Пуля прошла поверхностно, но отёк будет знатный.

— Ещё как повезло, — тихо согласился Демон и мазнул взглядом по Алине.

Пока медик обрабатывал рану, мужские голоса в спальне начали набирать обороты. Из кухни появилась Молния и почти силком вручила Лисе чашку горячего чая.

— Пей, говорю, — велела она, с беспокойством посматривая на Алину. — Бледная вся, как поганка.

— А я тебе говорю, будет война, — донёсся до прихожей возглас Феникса. — Наш парень жив, их — трупак.

— Только он на нашу территорию сунулся с оружием, не забывай, — послышался ответ Вулкана. — Притом второй раз за неделю. Я вам когда ещё говорил, что эти гондоны зарвались, и надо их на место поставить?

— Не кудахчи. Знаю, что говорил. Теперь вижу, что зря не послушал. С полицией проблем не будет? — вступил в разговор Лог.

— Лохматый уладил, ни один «мусор» сюда до утра не сунется, — обнадежил Призрак.

— Отлично. Подчистите тут. Тело в багажник, с утра повезем в край. Прижму Фюрера к ногтю, как гниду, — гневался Лог. — Маркел, узнай, как там Демон с девчонкой.

— А это правда она его порешила? — уже на полпути к двери уточнил Маркел.

— Сказала сама, — безразлично подтвердил Лог.

— Огонь девка, — мечтательно заключил Маркел и выплыл в тесную прихожую, где и без него яблоку негде было упасть.

Саймон накладывал повязку, аккуратно, слой за слоем, стараясь не причинить лишней боли.

— В больничку тебя свозим утром, — словно подбадривая, сказал он. Потом присмотрелся к Алине и манящим жестом подозвал к себе. — Это чем тебя так?

— Кулаком, — ответила она.

Демон скрипнул зубами.

Саймон подушечками пальцев пальпировал область возле носа и заключил:

— Давайте-ка в больничку прямо сейчас. Не нравится мне твой отёк, Лисичка. Заодно и Демона на рентген свозим, на рёбра его посмотрим. А дальше оставлю вас друг дружке раны зализывать, а, Сань? Медсестричка-то у тебя обалденная. Ради такой и под пули, и под броневик можно.

— Сём, ты руками поживее, а вот языком помедленнее, — одернула его Молния.

— Глаза вообще в стороне держи, — с паузами через каждое слово молвил Демон и усмехнулся, поглядывая на трясущуюся Алину.

Саймон без тени обиды закончил перевязку и отступил на шаг, оценивая свою работу.

— Вот и всё, — заключил и обернулся к Лисе. — Повязку менять дважды в день. И это, ему лучше не перенапрягаться. Пусть отлежится хотя бы неделю.

Демон с усилием сел, навалился плечом на стену и бережно потёр повязку на груди. Алина допила чай и впервые за вечер выдохнула.

Все неприятности позади. Очень хотелось в это верить.