Арлекин

Глава 26

Придорожная забегаловка встречала голодных путников запахом жареного мяса и приглушённым гулом разговоров. Деревянные столы, покрытые потертыми скатертями в жирных пятнах, выскобленные добела лавки. В воздухе витал дым от камина и табака. По залу сновали хорошенькие официантки в униформе из секс-шопа, радуя гостей упругими прелестями.

Демон, Маркел, Феникс и Лог расположились у окна, поставив между собой массивные пивные кружки с густой шапкой пены. На столе уже дымились огромные блюда с сочными шашлыками из баранины. Рядом стояли миски с острым перцем, маринованным луком и свежими овощами. На краю стола примостились тарелки с румяными лепёшками, только что из печи.

Маркел, как всегда, первым накинулся на еду, хрустя сочными кусками мяса.

— Эх, вот это я понимаю, мужская еда! — прошамкал он с набитым ртом, облизывая пальцы.

Феникс, не отрываясь от своего рассказа, подхватил шампур и принялся уплетать шашлык:

— Так вот, гоню я как-то по серпантину на своём тур-эндуро, а тут навстречу спортбайк на полной скорости! Думал, всё, кранты...

Лог, целиком заглотив кусок мяса, одобрительно кивнул Маркелу:

— Знатная штука! А к мясу ледяное «Жигулёвское», прямо то, что доктор прописал. М-м-м...

Бармен, заметив, что кружки друзей уже опустели, тут же наполнил их свежим пивом, разлив пенную шапку до самых краёв.

Демон почти не притрагивался к еде. Его хмурый взгляд был устремлён в окно. Он машинально крутил в руках шампур, не чувствуя ни малейшего аппетита.

— Эй, Демон, ты чего? — окликнул его Феникс, заметив отстранённый взгляд друга. — Или опять думаешь о своей девчонке?

Демон вздрогнул, отставляя кружку:

— Что? Нет...

Вообще-то да, он волновался. Сегодня её первое самостоятельное задание. Неизвестно, как она справится. Достанет ли у неё духа в одиночку лишить жизни человека, к тому же женщину, да ещё мать четверых малолетних детей. Хорошо ли она подготовилась? На словах их с Саймоном план звучал довольно здраво: одурачить, похитить, расправиться. Только всегда есть множество переменных. Вдруг жертва не проявит сострадания и откажется везти Алину в больницу? Или по пути им встретиться экипаж полиции или ДПС, и жертва сумеет подать сигнал тревоги? А если Саймон подведёт?

Так много факторов, способных испортить даже самую выверенную игру, а он, Демон, в пятистах километрах, прохлаждается в обществе трёх разнузданных байкеров, вместо того чтобы стелить соломку для...

Лог хитро прищурился, достал из кармана кисет с самосадом, ловко набил самокрутку.

— Саймон с ней, верно? — спросил, попыхивая папиросой.

Демон отрывисто кивнул, но вслух ничего не произнёс. Язык словно прирос к нёбу, а мыслями правила паника. Весь день его преследовали опасения, миндалины в мозгу будто взбеленились и твердили, что ситуация повторяется. Точь-в-точь как с Лерой. Тогда его тоже не оказалось рядом.

Феникс, точно почувствовав состояние друга, перевел разговор на себя.

— Думал, всё, кранты... — продолжил он разглагольствования, размахивая руками и изображая движение мотоцикла. — А этот идиот ещё и в поворот на скорости заходил!

— Да-да, мы уже слышали про твой подвиг с тем лихачом, — перебил его Маркел, отхлёбывая из кружки. — Лучше расскажи, как ты умудрился застрять на своём круизере в том узком переулке возле старого склада?

Феникс нахмурился, но быстро оправился:

— Это было недоразумение! К тому же, я потом нашёл обходной путь... почти.

Лог усмехнулся:

— Почти не считается, дружище. Ты до сих пор должен тому владельцу магазина за разбитую витрину.

Демон почти не участвовал в разговоре. Его взгляд был устремлён в окно, где виднелась дорога, ведущая к городу. Он нервно крутил в руках кружку, не притрагиваясь к еде.

В этот момент дверь кафе с грохотом распахнулась, и вошёл Призрак. Молодой парень выглядел мрачнее тучи. Его обычно бледное лицо казалось ещё белее, а глаза были полны тревоги.

— Вот и герой сегодняшнего дня! — приветствовал Лог и жестом пригласил паренька за их стол.

Призрак медленно подошёл к компании, молча опустился на скамью, взял с тарелки румяный лаваш, отломил кусок, обмакнул в соус и медитативно принялся жевать.

Феникс подался вперёд, наклоняясь через стол:

— Ну? Не томи! Как всё прошло?

— Фашисты обезглавлены, — сухо молвил Алексей.

— Это мы и так знаем, — отмахнулся Феникс, жаждущий красочных подробностей. — Как всё было?

— Тебе рассказать, как люди умирают? — раздражённо спросил Призрак и швырнул на стол недоеденный кусок хлеба.

Лог схватил с подноса проходящей мимо официантки кружку пива, шваркнул пол-литра пенного рядом с Призраком и по-хозяйски шлёпнул грудастую блондинку по заднице. Та захихикала и одарила лидера Арлекинов томным взглядом.

Феникс открыл было рот, чтобы поставить на место распоясавшегося паренька, но в этот момент Демон резко поднял голову, бросил упреждающий взгляд на Призрака и едва заметно качнул головой.

Маркел заметил этот жест и тоже напрягся. Левую руку Призрак держал на столе, а вот правую прятал в кармане толстовки.

В таверне повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь треском дров в камине и тиканьем старых часов на стене. Даже музыка из старого радио в углу словно затихла, будто понимая важность момента.

— Скопытился — туда ему, шелудивому псу, и дорога, — быстро произнёс Демон, разрушая тягостное молчание.

— Лёх, ты это, берега-то знай, — весьма сдержанно сказал Феникс.

Лог потрепал паренька по закрытой капюшоном голове, словно ласкал питомца, и выдал:

— Перебздел небось, бедняга! Ну ничего, к утру отойдешь. На базар можешь с нами не ездить, лучше отоспись как следует.

Призрак стерпел выходку вожака, даже не отстранился, хотя ему и хотелось. Демон выдохнул. Идея пристрелить Лога на глазах у посетителей людной забегаловки казалась откровенно глуповатой, и он был рад, что юный Алексей решил повременить с расправой.

Они продолжили трапезу под аккомпанемент шуточек Маркела и байки Феникса. Призрак, как и Демон, больше налегал на выпивку. Хмель его не брал. Голова оставалась ясной даже после третьей кружки. А вот решимость наделать в груди Лога сквозных отверстий крепла с каждым новым глотком.

Двадцать бравых байкеров, словно стальная лавина, катились по изрытой колеями дороге к военной базе группировки Гестапо.

В унылой промзоне на задворках Красноярска примостился мёртвый завод. Ржавые скелеты цехов с серыми боками изрезали трещины.

Дорога к логову Гестапо напоминала полосу препятствий для отчаянных. Разбитый асфальт чередовался с глубокими рытвинами, а по обочинам буйствовали сорняки. По сторонам тянулись заброшенные склады с сорванными с петель дверями.

База представляла собой лабиринт из нескольких корпусов, соединённых узкими проходами. В центре высилось главное здание — бывший административный корпус, превращённый в штаб. Его окна, заколоченные металлическими листами, походили на закрытые веки спящего чудовища. На крыше торчала самодельная антенна, жалкая попытка связи с внешним миром.

Ограда вокруг территории состояла из бетонных плиты, которые местами поросли мхом или почти полностью укрылись крапивой.

Вокруг царила мёртвая тишина, нарушаемая лишь карканьем ворон да протяжным свистом ветра в пустых оконных проёмах. Природа медленно брала своё: молодые деревца пробивались сквозь трещины в асфальте, будто пытаясь похоронить это место под зелёным саваном забвения.

База встретила мотоциклистов угрюмым молчанием. Ржавые ворота со скрипом распахнулись, и навстречу вышел заместитель Фюрера — Сиплый. Его лицо, обычно надменное и самоуверенное, сейчас выражало тревогу. За его спиной выстроился жалкий отряд трусливых фашистов. Их было явно меньше, чем ожидал Лог.

— Пригнали добить уцелевших? — спросил Сиплый, с ходу бросаясь в словесную перепалку.

Лог спешился и медленно подошёл ближе. Его взгляд скользил по рядам противника. Те выглядели жалко: потрёпанная одежда, потухшие глаза, неуверенные позы. От них за версту несло настороженностью, как от бака со сгнившими отходами.

— Может, с тебя первого и начать? — спросил Лог, не скрывая иронии.

— Валяй, — коротко ответил Сиплый. — Наше дело останется жить при любом раскладе.

— О, да, оно и впрямь живёт, — усмехнулся Лог, обводя взглядом оскудевшие ряды неприятелей. — Где же ваши бравые бойцы? Небось, по норам попрятались, как крысы?

Из-за спины Сиплого донеслись недовольные шепотки. Но никто не решался выйти вперёд.

— Вы же всегда кричали о своей силе, о превосходстве, — продолжал Лог. — А теперь что? Прячетесь за спиной своего заместителя, который даже говорить толком не может?

Сиплый сжал кулаки, но ничего не ответил. Было очевидно, большинство его сторонников разбежались, как только узнали о смерти своего лидера. Остались лишь самые трусливые или самые глупые.

— Что ж, — подытожил Лог, — видно, что без своего Фюрера вы и трухануть как следует не в состоянии. Обсудим мирное соглашение?

— Скорее капитуляцию, — чванливо подсказал Феникс и присоединился к вожаку Арлекинов.

В ответ лишь тяжёлое молчание и потупленные взгляды. Эпоха Гестапо явно подходила к концу.

В эту самую секунду Демон отвлёкся. Телефон в кармане куртки завибрировал, сообщая о входящем звонке. Проигнорировать он не мог. На дисплее высветилось имя «Алина».

Призрак соскользнул с седла своего чоппера, его чёрные ботинки бесшумно коснулись асфальта.

Два стремительных шага, и он уже вплотную к ничего не подозревающим Фениксу и Логу. Их лица ещё хранили выражение триумфа, что дался обоим с такой лёгкостью.

Не прошло и секунды, как в руках в тактических перчатках возник пистолет. Полуулыбка на лице стала чуть шире, но в её изгибе читалось только холодное торжество победителя.

Первый выстрел прозвучал как резкий удар хлыста по натянутой струне. Пуля вошла точно в затылок, Феникс замер, будто наткнувшись на невидимую стену, его глаза расширились от непонимания, а рука инстинктивно потянулась к месту попадания.

Второй выстрел последовал мгновенно, словно эхо первого. Лог опрокинулся навзничь, его тело, словно подрубленное дерево, начало падать с тяжеловесной неизбежностью. Мотоциклетный ботинок зацепился за вторую ногу, и тело сделало короткое, судорожное движение, прежде чем окончательно рухнуть.

Остальные байкеры застыли. Демон чертыхнулся сквозь зубы и выронил телефон, так и не успев принять вызов.

Призрак, не теряя ни секунды, уже направлялся к своему байку. Чоппер отозвался на прикосновение хозяина глухим, утробным урчанием, похожим на рык голодного зверя. Через мгновение он уже растворился в темноте, оставив после себя лишь угасающий запах жжёного пороха и два бездыханных тела на растрескавшемся асфальте.

Гестаповцы в изумлении проводили взглядом стрелка в белом спортивном костюме. Затем обратили взоры на врагов.

Сиплый вновь выступил вперёд, в примирительном жесте вскинул обе руки вверх, словно демонстрируя безопасность.

— Парни! Считайте, что мирное соглашение достигнуто! Все согласны? — он адресовал этот вопрос своим растерянным собратьям. Те послушно закивали.

Демон слез с мотоцикла, чтобы поднять телефон, и внезапно увидел обращённые в его сторону взгляды. Даже не имей он дара телепатии, легко разобрался бы, что означают их безмолвные сигналы. Они хотели, чтобы он говорил от лица всей стаи.

Телефон он поднял, увидел уведомление о трёх пропущенных вызовах от Алины и скомкано проговорил:

— Тогда и у нас нет претензий. Нейтралитет?

— Более чем достойное предложение, — с энтузиазмом поддакнул Сиплый.

Они обменялись рукопожатием. Саша кивнул, фашист тоже склонил голову. Оба с неохотой глянули в сторону тел.

— Заберёте или в лесочке прикопать? — вполголоса спросил Сиплый.

Демон дал знак Апостолу и Сизо, чтобы подошли.

— Угости лопатами, сами прикопаем.

А после внешняя холодность сменилась всепоглощающим беспокойством. Не в силах и дальше корчиться на огне незнания, Саша нажал кнопку вызова и приложил телефон к уху.

Тут же перед лицом замаячила физиономия разъяренного Маркела.

— И ты так это оставишь? Спустишь ему с рук?

Он явно имел в виду выходку Призрака, однако не учел одну маленькую деталь: Демон чхать хотел на всех, особенно когда...

— Саш, Саш, она не виновата! Я видела! Это был несчастный случай! Саш! — заверещал динамик высоким голосом Алины, срывающимся на писк от восторга.

— Лис, я же просил без имён, — машинально поправил он, а сам заулыбался. — Ты цела? Что с голосом?

— Всё хорошо, правда. И извини, я тут... Чересчур перенервничала из-за... случившегося. Немного...

— Ревут вдвоечка белугой, — донёсся издалека комментарий Саймона, — поэтому и голос такой. Ты, Дём, не говорил, что мне придётся заведовать ГЭС, они тут всё слезами утопили.

— Передай нытику, что я всё компенсирую.

— Нытик прекрасно слышит тебя.

— Отлично, с меня причитается, Саймон. Теперь прикрой уши. Лис?

— Он тебя не послушал, продолжает финтить локаторами, — едва ли не со смехом сказала Алина.

— Они у него дырявые.

— Может, хорош уже с бабами трепаться? — Маркел снова попытался влезть под кожу.

— Серёг? — Демон скрипнул зубами, прикрыл микрофон рукой и в сердцах воскликнул, — иди на х... Мне ваш клуб до фонаря. Можешь прямо сейчас на место Лога прыгнуть.

Маркел аж позеленел весь, родимый. Сплюнул себе под ноги, но в сторону отошёл.

— Саш, что мне с ней делать? Алло, Саш? Сань?!

— Я здесь. Связь барахлит. И ты опять называешь меня по имени, Лис.

— Ой, да, извини. Я просто...

— Глупая. Моя глупая Лисичка. Отпусти её.

— Но как же...

— Плевать на все последствия. Через два дня нас и в стране-то не будет.

— А Саймон? Погоди, то есть, как в стране не будет?

— А вот так, трансгрессируем на юг. Разве я не говорил тебе, что сияние способно преодолевать пространство и время?

— В смысле? Саш, ты о чём?

— Первым делом я должен был укоротить твой язык, — Демон хохотнул. — Но теперь поздно, я слишком хорошо помню, в чем он поистине хорош. И довольно лирики. Отпусти свою Екатерину. Хочешь, можешь рассказать ей всё. Покажи свою метку, она разглядит, если постарается. Впечатли своим даром по части подглядывания за воспоминаниями. Или не говори ничего — плевать. Потом езжай к Саймону. Я заберу тебя часов через пять-шесть. Запомнила?

— Да, но...

— Лис, я люблю тебя.

На этой ноте Демон сбросил вызов и замер. Его взгляд бесцельно скользил по знакомым лицам — не друзей и уж тем более не братьев, нет. То были складные, а иногда и не очень физиономии попутчиков. Однако теперь их дороги расходились.

Отмщение, торжество справедливости, жажда утолить собственные разрушительные потребности — всё это вдруг потеряло своё значение, стало чужим и ненужным.

Внезапно в голове словно щёлкнул выключатель. План созрел в мгновение ока, ясный и чёткий, как стенки хрустального бокала. Почему он не додумался до этого раньше? Все эти годы он топтался на месте, задыхаясь в коконе своей враждебности, боясь сделать шаг в сторону света.

Бросить всё к чертям! Продать квартиру, закрыть счета, разорвать все связи. Уехать за границу, туда, где никто не знает его имени, где прошлое не будет тянуть назад своими цепкими лапами. Там, в новой жизни, он сможет начать всё с чистого листа, стать другим человеком, вернуть прежнего себя.

Сердце забилось чаще от волнения и предвкушения. Кровь застучала в висках, словно подгоняя его к решительным действиям. Демон глубоко вдохнул, чувствуя, как внутри разгорается огонь свободы. Он больше не хотел жить так, как жил раньше. Хватит!

Решительно развернувшись, он направился к верному Харлею. Пальцы дрожали, когда он нажимал на стартер. Глубокий вдох! Первым делом, забрать Алину, дальше ненадолго вернуться в квартиру за кое-какими вещами и документами, а потом поиск билетов. Время действовать. Новая жизнь ждёт там, за горизонтом.