Чернокнижник из детдома 2

Глава 17 Отряд

Когда я нашёл время, чтобы разобраться, что же всё-таки происходит в швейном цехе, там царило двоевластие. Рулить пыталась Танька, но фактическим лидером и руководителем была Тамара.

Танька Тамару гнобила, но мягко, своим бабьим умом сообразив, что та у меня под защитой. И кто бы знал, как у них там всё непросто переплелось! Вникать? Честно скажу — это самое последнее, чего бы мне хотелось.

Но тут всё сложно. По сути, Татьяна — лидер женской части детдома. Его ветеран. Она прошла все стадии становления, включая «прописку» и далеко не разовый визит в директорский кабинет с его гостями, и жила так, как была приучена прошлой жизнью и традициями детдома.

Особым интеллектом деваха не блещет, от слова совсем, но науку порабощать и подчинять, она приняла и познала с кровью и опытом. Прямо с самых первых лет существования в детском доме, когда она была жертвой и старшачки творили с ней всё, что взбредёт на их ум, не обделённый некоторой фантазией. Сейчас ей не мудрости и ума, а обычной житейской хитрости хватает на то, чтобы вполне успешно руководить швейным цехом. По старой памяти её боятся. Ещё бы. Среди швей не меньше половины тех, кто стали её «крестницами», когда она их «прописывала», а там и с обычаями жизни детдома, и с его некоторыми, далеко не лучшими традициями знакомила.

Тамарик… Тут всё сложней. Ей порой не хватает решительности. Вовремя гаркнуть на чуть более старших швей… нет, не её. Попросту не осмелится. Да и те… если не пошлют открытым текстом, то что-то похожее про себя прошипят, но так, чтобы она обязательно услышала.

И кого из них двоих назначить управляющей?

Прикольный выбор у меня… не так ли?

И это не просто организационный вопрос, а вопросище! Как-то так вышло, что на швейку у меня много контрактов нынче завязано. И суммы там значатся весьма внушительные, причём не только итоговые, но и определяющие размер неустойки, в случае несвоевременного исполнения контракта. Короче, не забалуешь, если поставку сорвёшь.

Обеих девушек я позвал к себе «на чай». Нет, чай и в самом деле был, как и тортик. Так, чисто чтобы создать неформальную обстановку.

— Проходите, принцессы мои снегурочки. Будем чай пить и разговоры разговаривать, — излишне ласково поприветствовал я их ещё с порога.

И это сработало, как нельзя лучше. Их недоумение от приглашения тут же поменялось на тревожное ожидание. Так-то от меня сюсюканий никто никогда не слышал, а тут — на тебе…

— Мы тут подумали и я решил: обязанности нужно распределить и чётко оговорить. Тамара — на тебе общее руководство. Планы, закупки, модели. Татьяна — на тебе работа с кадрами, оборудованием и выполнением плана. Тамара не прыгает через твою голову, обращаясь к твоим подчинённым, ты не споришь и не обсуждаешь её решения. И не стесняйтесь показывать своё уважение друг к другу. Это для вашей же пользы, иначе найдутся желающие в своих целях вбить клин меж вами, отчего пострадает общее дело. Всё понятно? Кстати, а что вы торт не пробуете? Смотрите, какой красавец! Я самый дорогой купил.

— А кто главный? — поинтересовалась Татьяна.

— Я, конечно, — подмигнув, ухватил я самый большой кусок торта, который на меня смотрел, — Но до меня вам производственные вопросы или проблемы лучше доводить как можно реже. Только в случае реальной необходимости. Когда нужно решить те вопросы, где без меня никак не обойтись. Кстати, за выполнение плана в срок Тамара мне завтра подготовит предложение о премировании.

— А если сорвём? — это уже Тамара спросила, — Ну, не выполним задание.

— Значит буду разбираться с причинами. И учтите, одними штрафами дело может не обойтись, — изобразил я зверскую харю, но девчатам стало не смешно, — Да вы кушайте, кушайте. Я тут, под новую форму себе замечательный ремень присмотрел. Увесистый правда, из сырой кожи, зато пряжка — огонь! Наверное, завтра куплю. Ну, чисто чтобы вы размер под шлицы сняли, — подлил я себе чая и стащил ещё кусочек торта.

— Слушай, а про ремень он же не случайно заговорил? — спросила Танька у более сообразительной Тамары, когда они возвращались в мастерские.

— Знаешь, подруга, а давай-ка мы с тобой всё-таки дружить будем. А то мне вовсе не хочется узнать своей пятой точкой, случайно он оговорился или нет, — предложила Тамара в ответ.

— Угу, подруга… этот может. Ты бы только знала, какие слухи у нас по району про него ходят… Так что — да, давай дружить, — вздохнула Татьяна, пытаясь вспомнить, когда же её последний раз пороли до визга, соплей и крови.

Воспоминания отозвались косяками мурашек, побежавшим по всему телу, и особенно там…

На следующий день, ближе к вечеру, Тамара, поманив подругу пальцем в свой кабинетик, кивнула ей на свой стол.

— Он его купил!

Охотники не всегда закрывают Пробои.

Часть Тварей, особенно по зиме, когда основные земные вирусы и болезни приморожены и лежат под снегом, убегают довольно далеко от своих аномальных Зон.

Когда деревенские мужики понимают, что своими силами им с какой-то Тварью не справиться, они направляют заявку в Гильдию. Там её вывешивают на доску и какой-нибудь отряд или группа Охотников берётся за выполнение задания. За уничтожение Твари, кроме небольшой платы от поселения, подавшего заявку, обычно полагается государственная оплата, исходя из ранга опасности объекта, и очки рейтинга Гильдии.

Доску объявлений я изучал уже дважды, но каждый раз меня что-то не устраивало. Первый раз это было большое расстояние, а у меня нет времени, второй… там я может быть и не потянул бы в одно лицо. Тварюшки, пусть и мелкие, но летающие стаей… нет, не моё.

Зато в этот раз нашлось задание, словно под меня сделанное. Костолом. Шестиногий мутант-переросток, чем-то похожий на росомаху. Мощный. Средний вес — пять — шесть центнеров. Бронированный. И при этом — в меру быстрый.

Обычное стрелковое оружие против такой Твари применять почти бесполезно. Можно рассчитывать лишь на «золотой выстрел», практически чудо, попав ему в глаз максимально удачно, чтобы задело мозг. Ещё РПГ может помочь, или крупнокалиберный пулемёт, а лучше чтобы их было три — четыре, но тогда овчинка выделки не стоит.

Костолом — тварь хитрая. В чистом поле мишень из себя изображать не станет. Ведёт ночной образ жизни. Днем предпочитает глухие места — буреломы и урочища.

Когда в селе Покровка, что находится примерно в сорока километрах от Уссурийска, в сторону китайской границы, пропали за неделю три коровы, местные взвыли.

Костолом приходил ночью огородами, а потом просто выламывал бревенчатую стену скотного двора и утаскивал в ближайший лес очередную бурёнку.

Вот на этот заказ я и подрядился.

Не, ну а чо? Тридцать пять тысяч от села. Пятьдесят от государства и сто баллов к рейтингу от Гильдии. Ещё и тушкой мутанта можно потом торгануть.

— И, кстати, весьма неплохо, — оценил я цены на трофеи с ещё не убитой россомахи, — Ещё полтинник, как минимум, подниму, а её сердце мне самому пригодится. Так-то и его можно за тридцатник продать, но «заметно способствует прокачке каналов и развитию резерва Силы». То, что мне нужно!

Если что, это цитата из Бестиария Гильдии. Доступна на их сайте всем зарегистрированным членам.

Как всё вышло?

Гораздо проще, чем я ожидал. Костолом реально охренел от своей безнаказанности, видимо заметив, что люди не преследуют его по следам. Так что ещё днём, через духа определив, куда ведут следы, я начал готовиться. Не поверите, но самым сложным этапом подготовки стала площадка с освещением и нормальным подъездом к ней. Но и это место нашлось, пусть и после часовых поисков.

Дальше всё было просто. Я построил пентагон. Обычный правильный пятиугольник, ограниченный двойными миниатюрными порталами. Для меня, чернокнижника, который специализировался на магии Пространства — это как школьная задачка для третьего класса.

Отчего порталы двойные? Тут моя лень сработала. Или избыточное трудолюбие и перфекционизм.

А по сути всего лишь захотелось, чтобы ноги и туша сами по себе разделились ещё по пути к площадке погрузки. Мне же меньше хлопот будет с разделкой.

Сработало, но так, что я остался не очень доволен. Когда над логовом нажравшегося Костолома бахнула Оглушалка — этакое заклинание наподобие светошумовой гранаты, разве чуть мощней, примерно раза в три, Костолом ломанулся… Угу, прямо в Порталы, но они оказались маленькими. Первыми прибыли его лапы, а потом и туша шмякнулась. Разделывал я её… правильно, той же магией Пространства. А чем ещё шкуру этой скотины можно было взять? Ну уж никак не ножом…

Вроде компактно всё получилось. Разделанные куски пошли в плотные мусорные мешки, а потом и в пространственный карман. На виду одна башка осталась. Ценных ингредиентов в ней нет, а как доказательство выполненного заказа — нормально. Когда все выплаты получу, обработаю её по-своему, как таксидермист, и повешу у себя в комнате на стену. Трофей так себе, но размер клыков впечатляет.

Пока возился с разделкой и упаковкой, начало светать. Сельские жители рано встают, так что я без особого зазрения совести набрал старосту села, чей контакт был в контракте и, посоветовав ему разбудить Савельича, который у него заночевал, подъехать и убедиться в том, что Тварь, терроризирующую их Покровку, я прикончил.

Примчались они довольно быстро. Мы больше времени потратили на оформление бумаг и пересчёт денег.

— Александр, ты же не станешь возражать, если я у тебя вместо оплаты за поездку попрошу десяток килограммов мяса? — с каменной мордой лица высказался Савельич, руля Орликом на обратном пути.

— Что, так нужно?

— Тут, паря, такое дело. Омолаживает их мяско, во всех смыслах, а у меня завелась одна по соседству… Впрочем, тебе про это рано знать! — вдруг вспомнил он про мой возраст, — Считай, я для Стрелки попросил. Очень оно ей пользительно станет, и ты, свою Белку подкорми. Недели на две запас обеспечь! Увидишь, как собака в статях подымется.

— Ну, если ради Стрелки… — хохотнул я, прекрасно оценив его оговорки, — Савельич, тебе одной лапы от Твари хватит? Она кило на тридцать с лишним потянет, но неразделанная. Впрочем, как приедем, я её быстренько обдеру. Кожа с когтями мои — остальное твоё, — предложил я свою помощь, так как иначе мужик бы намаялся, и вовсе не факт, что даже топором смог прорубить шкуру этой Твари, по всей поверхности укрытую хитиновыми бляшками неимоверной прочности.

Их пуля из автомата не берёт, а это аргумент!

— Ты хоть кого уговоришь, — вывернул наизнанку Савельич жест моей доброй воли.

Угу, а то я не понял, кто и кого уговаривал.

Я уже успел узнать, что и сколько стоит. Впрочем, где расчёты, и где мужская солидарность? Если старик задумал какую-то милфу из соседей удивить, так и пусть. Меня он, как водитель и опытный таёжник абсолютно устраивает. Грех жлобиться, чтобы такого кадра потерять.

Продать мне удалось всё, и почти удачно. Пожалуй, с когтями промахнулся, можно было бы и больше запросить, слишком уж их лихо разобрали, за десять минут! Зато…

Ну, да. Есть у меня одна идея, связанная с детдомом и магией.

Всё думал, как бы к ней подойти комплексно, а тут решение само пришло.

Распылители маны. Этакий эрзац-вариант того, что имеют некоторые аристократы, с их личными Родовыми Источниками. Я долго сомневался, что он сработает, но…

Если это дело стимулировать жратвой, к примеру, тем же мясом Костолома. К слову, считающимся весьма достойным, в плане магии.

Скажу честно — особого эффекта я не ожидал. От силы рассчитывал на двух — трёх новых слабеньких Одарённых, и то, если повезёт.

Хрен там!

Сработало! Да ещё как!

У одиннадцати ауры заблестели, а у четверых, так и вовсе не хило! И это только в первые два дня!

На четвёртый день, когда эксперимент был закончен, я собрал у себя четырнадцать парней и девчонок. В основном, из младшаков, что не удивительно. Удивило, как Катька и Тамарик в это число вписались. Мне словно сам чёрт мне наворожил. Или они просто в меня верили. Оттого и прорвались. Тут попробуй, угадай.

Блонды, те нет, но у них ещё будут попытки, и больше двух — трёх. Теперь я это дело без внимания и поддержки не оставлю. Раз процесс работает, то грех им не попользоваться.

Разумеется, без афиширования. Ибо чревато. Как-то я не сильно вижу себя в каком-нибудь эксклюзивном лицее, в котором с меня начнут требовать результат! Не взирая на способности и предрасположенности детей, а чисто из-за денег, которые пришлось заплатить из родителям.

Что могу сказать. Я в восторге! По крайней мере через месяц — другой у нас появятся собственные операторы Поясов.

Так-то Цех сейчас принимает заказы на Пояса на три (патроны, вода, еда/лекарства), четыре и пять ячеек. Вопрос лишь в том, что их заполнять могут лишь Одарённые, вливая ману в каждый карман, перед тем, как туда что-то засунуть. Зато вытаскивать — да хоть кто. Достаточно откинуть предохранительную клипсу и сдёрнуть ремешок с крупной кнопкой. А там контейнер, размером с патронный цинк, сам собой выпадет на землю.

Остались мелочи.

Ну, на первый взгляд.

И тут-то на белый свет вылезла обычная обыденная сермяжная правда — другими словами, статистика.

Оказывается, за весь прошлый год в Уссурийске было обнаружено и официально зарегистрировано семь Одарённых.

Семь, Карл! А у меня их уже в два раза больше! Причём, все проживают компактно, в отдельно взятом детском доме! Это ли не палево⁈

Это было палево. То самое, перед которым меркнут все прошлые мои «недоразумения». Четырнадцать одарённых в одном месте, да ещё и в детдоме, который и так уже маячил на радарах у всех, кому не лень. Если эта информация просочится — а она просочится, потому что скрыть столько подростков с внезапно засветившейся аурой невозможно — на нас свалится всё и сразу.

«Цезарь», узнав, что под боком вырос собственный инкубатор магов, кинет все силы, чтобы нас либо купить, либо уничтожить. «Феникс» и «Медведевы» захотят прибрать «таланты» к рукам, а при сопротивлении — раздавить. ФСБ начнёт расследование о незаконных экспериментах над несовершеннолетними. Гильдия… Гильдия просто запаникует. Четырнадцать за раз — это статистическая аномалия, на которую обязаны отреагировать их «волкодавы» из отдела безопасности.

Я сидел в своей комнате, глядя на список имён. Катя, Тома, ещё двенадцать… их глаза в тот момент, когда они впервые увидели мир в магическом спектре, были полны восторга и страха. Я подарил им чудо. И тут же поставил на них знак жирной мишени.

Нужно было действовать быстро и жёстко. Но не так, как раньше — точечными ударами. Нужна была система. Камуфляж.

Первым делом я собрал всех новоиспечённых Одарённых в подвале котельной — месте глухом, защищённом от случайных ушей и магического сканирования.

— С сегодняшнего дня вы — не Одарённые, — начал я без предисловий. Их глаза округлились. — По крайней мере, для внешнего мира. Ваши ауры нужно срочно скрыть. Я научу вас простейшему приёму — «Внутреннему замку». Это не заклинание, а навык. Вы учитесь чувствовать свою энергию и… не выпускать её наружу. Как сжимать кулак. Пока вы не научитесь, вы будете носить это.

Я раздал им тонкие, похожие на медицинские, браслеты из чёрного пластика. Внутри каждого был микроскопический осколок «Слезы реальности» и гравировка, создающая постоянное, слабое поле подавления магического фона. Для сильного мага — помеха, как шум за окном. Для случайного сканирования — невидимость. Для специалиста… Тот найдёт и увидит. Но нужно знать, где искать.

— Эти браслеты не снимать. Никогда. Они скроют ваш фон. А вы будете учиться контролировать себя так, чтобы в них не было нужды. Понятно?

Они кивали, серьёзные, напуганные моим тоном. Катя сжимала свой браслет так, что костяшки пальцев побелели.

— Второе. Никакой демонстрации способностей вне стен детдома. Ни вспышек энергии, ни попыток что-то подвинуть силой мысли. Ни слова об этом своим старым друзьям, даже самым близким. Это вопрос вашей безопасности. Того, кто проболтается, я сам вышвырну отсюда и вряд ли при здравом уме. Чтобы спасти остальных. Всё понятно?

Тишина была красноречивее любых слов.

— Третье. С завтрашнего дня начинаются занятия. Не в магии — в основах. Медитация, контроль дыхания, теория энергий. Проводить её будет… — я сделал паузу, — Вести будет Тамара.

Все ахнули, включая саму Тамару, которая стояла в стороне.

— Она лучше всех освоила «Замок» за эти пробные дни. И у неё есть то, чего пока нет у вас — дисциплина и осторожность. Все вы её слушаетесь как меня. И помните — осторожность! Дар легко потерять, особенно в первое время!

Теперь внутренний камуфляж был запущен. Но этого было мало. Нужно было создать внешнюю легенду, объяснение для любопытных глаз. И тут мне пригодились мои «старики» и их связи.

Через дядю Стёпу из БТИ я оформил на детдом «лицензию на проведение оздоровительных и профориентационных практикумов для подростков группы риска» — бумагу абсолютно легальную, но такую скучную и бюрократическую, что её вряд ли кто-то станет читать внимательно. Через деда Пахома и его свата в ЖКХ «задним числом» были проведены «плановые проверки вентиляции и радиационного фона», которые, естественно, «не выявили нарушений». Создавался бумажный след, объясняющий любое странное оборудование в здании и повышенное внимание к здоровью детей.

Но самый главный ход был связан с «Цехом». Я позвонил Всеволоду.

— Мне нужна ещё одна услуга. Официальная.

— Опять? — в его голосе сквозил уже привычный усталый фатализм.

— На этот раз — вполне легальная. Я хочу зарегистрировать учебно-производственный центр при детском доме. Для обучения подростков рабочим специальностям: оператор ЧПУ, швея, сборщик радиоэлектронной аппаратуры. С возможностью последующего трудоустройства. Со всеми бумагами, проверками, квотами. Чтобы всё было чисто.

Всеволод задумался.

— Это… на удивление разумно. И прикроет многое. Ладно. Займусь. Но, Александр… если среди твоих «учеников» вдруг объявятся не совсем обычные таланты… ты понимаешь, это привлечёт внимание уже других отделов. Не моих, — то ли намекнул, то ли дал понять куратор, что ему уже что-то известно.

— Понимаю. Я к этому готовлюсь. Просто дайте мне время. Месяц. Два.

Легенда создавалась. Теперь следовало позаботиться о безопасности. Одной «Зыби» и Щитов уже было мало. Мне нужно нечто большее — система защиты всей территории. И я знал, где взять для неё ресурсы.

Ночью я, под прикрытием «Призрака» — того самого артефакта полного отсутствия, над которым я бился последние недели, — проник на территорию складов «Цезаря». Те самые, где после рейда ФСБ теперь дежурила новая, бдительная охрана. «Призрак» сработал безупречно — я был не просто невидимкой. Я был пустотой, пробелом в реальности, который не фиксировали ни камеры, ни датчики движения, ни магические барьеры, которые я с трудом, но различил своим зрением. Они были сложными, профессиональными. Но и у них была ахиллесова пята — они реагировали на вторжение магии или материи. «Призрак» на секунды выводил меня за рамки и того, и другого.

Внутри склада, в сейфе, который был заперт обычным, но очень дорогим замком, я нашёл то, что искал. Не контрабанду и не оружие.

Папку с документами. Схемы охраны периметра, коды доступа, графики патрулей. И самое главное — список «специального оборудования, рекомендованного к закупке для объектов категории "Альфа»«. В списке значились генераторы маскировочных полей, датчики слежения за магическим фоном, портативные подавители заклинаний. То, что "Цезарь» готовился поставить сюда, чтобы превратить Уссурийск в свою неприступную крепость. Заодно я и документ на китайском заснял. Оказывается, за Уссурийск могли заплатить. И не просто дорого, а очень и очень дорого. Фантастически дорого.

Я не стал ничего забирать. Это было бы обнаружено. Я сфотографировал всё на специальный кристалл-носитель, который не оставлял цифрового следа. Теперь у меня была карта их обороны и список их инструментов, ну, и их договор, само собой. А значит, я знал, как их обойти, и что им противопоставить тактически, а остальное…

Через три дня на периметре детдома, в самых неожиданных местах — в дупле старой берёзы, под крышкой люка, в кирпичной кладке забора — появились неприметные камушки с едва заметным свечением. Это были не просто датчики. Это были «узлы» будущей сети. Каждый содержал осколок «Слезы» и был настроен на резонанс с остальными. Вместе они должны были создать над территорией слабое, но постоянное пространственное искажение — своеобразную «рябь», которая делала бы магическое сканирование извне бесполезным, а любое вторжение с магическим компонентом — мгновенно заметным.

Система была сырой, требовала тонкой настройки и огромного количества энергии. Но это был фундамент. Фундамент нашей будущей крепости. Электричества для неё я не жалел.

Вечером того же дня ко мне зашёл Гришка. Он выглядел необычно серьёзным.

— Санчес, к тебе просьба от пацанов. От всех.

— Какая?

— Мы хотим не просто кататься и быть глазами. Мы видели видяху, как ты с Костоломом разделался. И как ты новых… ну, этих… готовишь. Мы хотим научиться. По-настоящему. Не чтобы баловаться. Чтобы защищать. Чтобы быть не обузой, а… силой. Настоящей силой. Для нашего Цеха.

Я смотрел на него, на этого цыганёнка с горящими глазами, в котором уже не осталось и тени детдомовской затравленности. Он хотел быть не разведчиком, а солдатом. Бойцом. И за ним стояли ещё пятнадцать таких же. Да, вот столько он успел собрать.

И я понял, что создал не просто убежище. Я создал «школу». Школу выживания, магии и войны в одном флаконе. И мой первый выпуск уже рвался в бой.

— Ладно, — сказал я. — Завтра начнём. Но предупреждаю — будет в десять раз тяжелее, чем любая ваша работа до этого. И тот, кто сдастся, назад, в обычную жизнь, уже не вернётся. Решайте.

Гришка только твёрдо кивнул.

— Мы уже решили.

Ну-ну. Посмотрим, как их решимость изменит первая же Печать. Чертовски болючая. Для начала, на Силу. Чтобы впечатлить новобранцев результатом.

Он вышел, а я остался сидеть в темноте, слушая, как за окном воет осенний ветер. Четырнадцать одарённых. Команда подростков, готовых на всё. Арсенал артефактов. Начинающаяся крепость. И враги, которые рано или поздно всё это увидят.

Я погладил Белку по голове. Она прижалась к моей ноге, издав тихое урчание.

Как я её понимаю. Наша уютная конура нуждается в защите!

— Ну что, девочка моя, — прошептал я. — Похоже, мы с тобой только что перешли Рубикон. Обратной дороги нет. Осталось только двигаться вперёд. И победить. Кстати, а ты созрела на ночной дожор аномального мяска?

Мог бы и не спрашивать, не увидел бы собачьи прыжки выше моей головы!

Всегда готова!