Чернокнижник из детдома 2

Глава 4 Гильдия

— Как хорошо себя чувствует чернокнижник, если он не ограничен в средствах и над его опытами Дамокловым мечом не висит безденежье! — эту простую и понятную истину я сам себе озвучил после того, как отодвинул в сторону ноутбук с доброй дюжиной оплаченных заказов.

Что заказываю? Естественно — кристаллы, сразу по две — три штуки. Ты самые «морковки» разного цвета от разных производителей. Кроме рубинов в заказах у меня були* из сапфира от голубых до бесцветных.

* Буля (от англ. boule) — монокристаллический слиток, изготовленный синтетическим способом.

Все они разного качества, расцветок и прилично отличаются по цене. Смысл этого множества заказов — найти те, которые окажутся максимально эффективными и в меру бюджетными, хотя это второстепенно. Да, я выбираю себе поставщика, а лучше — двух. Желательно, из разных регионов, а то и вовсе, одного из Китая. Форс-мажоры всякие бывают, а я под серьёзные контракты начинаю подписываться. Прервись снабжение с центральными областями России или случись ещё какая-нибудь ерунда — я не должен остаться без сырья!

Так что на сегодня моя основная задача — выявить максимально качественные кристаллы и приобрести их на всю партию тех изделий, под которые я подписался.

Следующий, и весьма редкий ингредиент — Осколки Сердца. К счастью, ценный он лишь для меня.

Местные мастера артефактов так и не поняли его основную фишку — управление магией Пространства. Вместо этого они, через умодробительную систему рунных «костылей» приспособили Осколки под артефакты, способные незначительно снизить вес предмета. То есть, частично использовали вторичную возможность Пространственного Кармана. И впору начать аплодировать, но не хочется. Энергии их артефакты потребляют столько, что практического применения для столь ущербных изделий оказалось найти не так-то и просто. Говоря по-простому: «Я могу вес вашей штанги в сто килограммов уменьшить вдвое на три минуты, но для этого мне нужно подключить её к артефакту с аккумулятором весом в двести килограммов.»

Примерно так могло бы прозвучать их коммерческое предложение.

Нет, покупатели всё же нашлись. И первым был флот. Та же тонна оборудования на борту судна для них вес незначительный, а вот облегчить на полтонны взлёт и посадку разведывательного самолёта — уже вполне себе достижение.

Впрочем, моряки мне не конкуренты. Мы в разных весовых категориях. Одно лишь обидно — лучшие Осколки Сердца уходят на те же нужды флота, а работают они там с эффективностью… пожалуй, меньше процента. Не по назначению их используют, только и всего.

Это я к чему стенаю — задал вопрос на форуме Охотников, где я в новичках. Простенький такой вопросик: «Где бы мне Осколков полведра купить на эксперименты?»

Можете представить моё огорчение, когда я узнал, что охотники зачастую эти ингредиенты, из-за их низкой приёмной цены, даже не всегда собирают!

— Недорогие вы мои! — не стал я спешить со своим предложением, чтобы сгоряча что-то не так написать, — Сейчас я вас подстегну!

Не дожидаясь предупреждений от админа, который следит за сообщениями на Форуме, я ушёл в нужный раздел «Обмен всем».

Мой план был иезуитски прост и в то же время прямолинеен, как оглобля. За его внешней простотой скрывался мой грандиозный вид на будущее.

— Три ведра крупных Осколков Сердца за ярчайший диодный фонарь, с датчиком движения и прочими приблудами, и с гарантией его работы в Аномалии не меньше четырёх часов, а по факту — восьми, — выписал я своё первое предложение в разделе обмена, снабдив его ссылками на первоначальную модель фонаря и актом его испытаний, проведённых в Пробое «Болото-12».

На следующее утро я увидел шесть ответов. В четырёх, правда, уточняли размер Осколков, которые я считаю крупными. А так… Потенциально у меня намечается весьма выгодная сделка, которая позволит надолго снять проблему с поставкой Осколков — моих любимых носителей частицы магии Пространства.

Про одного шпиона, а точней сказать, шпионку, мы почти что всё выяснили.

Ольга, из старшачек. Стаж посещения бань — около года.

Мне самому пришлось, через Малого Духа, выслушивать, как и о чём ей задавали вопросы в машине. Судя по бесцеремонности спрашивающих, «стучит» Ольга давно. Не первый раз. Но и с ней особо не церемонятся. Что и было доказано в последующие полчаса.

Самое смешное — после получасовой, весьма фантазийной вакханалии, эти два типа на полном серьёзе выдали ей двести пятьдесят рублей.

Недорого нынче «услуги» шпионок ценят. Придорожная шлюха и та им дороже встанет.

На этом я и решил сыграть. Ольгу допрашивала Светка, демонстрируя ей пряник — тысячу рублей одной купюрой в качестве приза за сотрудничество, и кнут, про который рассказывать не стану. Там даже для меня чересчур жёстко. Когда до него дошло, «шпионка» через пару минут сломалась, стоило ей увидеть, что слова не просто слова, а к их приведению в действие всё готово.

К моему удивлению знала она много. Не от того, что ей что-то рассказывали. Просто успевала слушать, когда с ней обращались, как с надувной куклой.

Иван Матвеевич, тот из Охотников, с кем я раз стаскался в «учебный» Пробой, позвонил мне не вовремя. Как раз в это время Светка «расколола» Ольгу, и та просто фонтанировала ценными сведениями.

Пришлось найти вакантный телефон у девчонок и поставить его на запись, лишь после этого я принял звонок от представителя гильдии Охотников.

— Александр Сергеевич, у меня для вас хорошие новости! — начал он восторженно, — Я сумел найти для вас серьёзнейшего заказчика. Один из самых больших Кланов в нашей гильдии проявил заинтересованность в ваших разработках.

— Отличная новость, Иван Матвеевич! Предложения мной уже выставлены на вашем форуме, так что пусть они формируют заказ, а о сроках его выполнения и итоговой сумме мы попробуем договориться, — легко нивелировал я его восторг и попытку примазаться к заказу на уровень, близкий к нолю.

— Боюсь, вы не понимаете! Это один из сильнейших Кланов, известный своими отрядами с мощной магической поддержкой. За последний год у них не было ни одной потери в личном составе. И это при всём том, что они за это время закрыли десятки не самых простых Пробоев.

— Вы сказали, что это большой Клан. Насколько он велик?

— Точной цифры не назову, но Одарённых у них больше пяти десятков. Вполне можно предположить, что неодарённых бойцов раз в десять больше, — ничуть не удивил меня гильдейский своей арифметикой.

Десяток неодарённых на одного мага — классика! Особенно, если маг прошёл обучение в военном училище. Тогда он не только выступит, как магическая поддержка десятку бойцов, но и как их командир. Очень действенная фигура получается: кого надо, успеет Щитом прикрыть, усилит голос магией, чтобы его все слышали, а в самый нужный момент сработает не хуже любого гранатомёта.

Сказать честно, в недалёком будущем я собирался под себя собрать такой десяток огневой поддержки. Больно уж убедительны в этом мире достижения в их огнестрельном оружии.

— И что это за Клан?

— Медведевы. И я готов им дать ваш телефон, — замер Иван Матвеевич на той тонкой ноте, где любое движение в сторону могло стать ошибкой.

Я мог сказать нет, и заполучить недоброжелателей в ответ. И в лице клановых, и у гильдейца.

Или да, но такое сразу понижало порог моей первоначальной переговорной позиции. Своим ответом я передал бы им прямо в руки всю инициативу в ведении переговоров.

— Прямой контакт? Я всего лишь хотел воспользоваться форумом и внутренним рынком гильдии, — покачал я головой, сам порой замечая, что такие действия собеседник улавливает даже по телефону, — Давайте пока придержим коней. Сначала я переговорю со своим куратором, а потом вам перезвоню. А может, и нет, если мне это запретят.

— Простите, я правильно понял что куратор у вас… — замялся Иван Матвеевич.

— Угадали. Оттуда, — завершил я звонок нажатием кнопки.

Во… Теперь пусть дальше думают. Чем больше будут думать, тем страшней себе всякого надумают.

Трубка в моей руке зажужжала снова минут через пять. На дисплее — Иван Матвеевич. Я дал телефону пропеть три гудка, собираясь с мыслями. Этот человек только что получил мощный ментальный удар, и теперь его реакция будет очень показательной. Поднимать трубку или нет? Если подниму — покажу, что ждал его звонка, что для меня это важно. Если сброшу — проявлю неуважение к гильдии, а это сейчас ни к чему. Лучший выход — спрятаться за авторитет.

— Иван Матвеевич, — сказал я, не давая ему заговорить. — Мой куратор, как и ожидалось, высказался против прямых контактов на данном этапе. Все предложения — общаться дальше через форум гильдии. В установленном порядке. Это, кстати, и вас обезопасит от лишних вопросов.

На том конце провода послышалось короткое, нервное дыхание.

— Понимаю, Александр Сергеевич. Полностью понимаю. Я… я просто хотел помочь, установить взаимовыгодные связи. Клан Медведевых действительно серьёзный. Они щедро платят и ценят качество.

— Тем более они должны оценить ваши процедуры, — парировал я. — Пусть оформляют запрос через биржу гильдии. Как все. Мои условия по срокам и предоплате указаны. Если их всё устраивает — начнём диалог.

— Но… они хотели бы предварительно обсудить нюансы. Возможна ли кастомизация? У них есть специфические пожелания по энергоёмкости, массогабаритным характеристикам…

Вот оно. Нахождение слабого места. Попытка вытащить меня в пространство «особых условий», где можно давить, торговаться и в конечном итоге свести цену к минимуму, раздувая объём работы.

— Все технические вопросы — после принятия заявки и внесения предоплаты, — сказал я ледяным тоном. — Чертежи и ТЗ будут предоставлены для согласования. Это стандартная практика. Иван Матвеевич, вы же выступаете, как гильдейский брокер. Вы должны эти нюансы знать лучше меня.

Он замолчал. Я почти слышал, как в его голове шестерёнки лихорадочно крутятся, пытаясь понять, где он ошибся в расчётах. Он ожидал увидеть алчущего выгодного заказа одиночку — артефактора, а наткнулся на каменную стену загадочного ведомства и бюрократию собственной гильдии.

— Хорошо, — наконец выдавил он. — Я передам. Но… позвольте один вопрос, не по делу. Вы на форуме спрашивали про Осколки Сердца.

Мои пальцы непроизвольно сжали телефон. Вот это поворот.

— Да. Есть проблема с поставками.

— У Клана Медведевых… есть доступ к одному старому и очень своеобразному Пробою. Там, по слухам, такие Осколки не редкость. Но зона сложная, с сильными пространственными искажениями. Они готовы рассмотреть вопрос о выделении вам квоты на сбор в обмен на… скажем так, эксклюзивные условия по артефактам.

Иезуитский ход. Ударили по самому больному. Они где-то вычислили, что Осколки для меня критичны. Или просто блефуют, проверяя реакцию. Но старый Пробой с пространственными аномалиями… Это звучало правдоподобно. Именно в таких местах и рождаются самые чистые Осколки Сердца.

Я сделал вид, что раздумываю, хотя мысль уже метнулась, как шипящая змея.

— Интересное предложение, — сказал я медленно. — Но, опять же, не в моих правилах вести двойные переговоры. Пусть оформляют официальный запрос через биржу. В рамках этого запроса они могут указать возможность бартера частью оплаты — сырьём опредёленного типа и качества. Моя лаборатория проведет экспертизу их образцов. Если качество устроит — будет что дальше обсуждать.

Я почти физически ощутил, как Иван Матвеевич на том конце провода облегчённо выдыхает. Наконец-то он получил хоть какую-то зацепку, хоть маленькую уступку, чтобы нести что-то обратно своим «медведям».

— Понял. Образцы, экспертиза, официальный запрос. Передам дословно. Спасибо, Александр Сергеевич.

— Не за что. И, Иван Матвеевич?

— Да?

— Насчет того фонаря на обмен. Вы не хотите поучаствовать? У вас же наверняка имеются связи среди искателей. Три ведра Осколков — и у вас в руках артефакт, который может спасти отряд в кромешной тьме Пробоя. Думаю, это повысит ваш статус в гильдии. И вашу… комиссию с будущих сделок.

Я позволил своему голосу стать чуть более тёплым, почти заговорщицким. Дать ему не только кнут неведомого «куратора», но и пряник личной выгоды. Пусть работает на меня, а не только на «Медведевых».

Он сглотнул. Звук был отчетливым.

— Я… я посмотрю, что могу сделать. Спасибо за совет.

На этот раз он положил трубку первым. Отлично. Значит, ушел обдумывать новую конфигурацию игры. А у меня появилось время.

Я отложил телефон и вернулся к записи допроса Ольги. Светка сделала свое дело блестяще. «Шпионка», рыдая, выкладывала всё: имена, места встреч, суммы, характер вопросов. Выяснилось, что интерес к баням у её кураторов был не праздный. Они искали следы «несанкционированной магической активности», связанной с очисткой и укреплением аур. Видимо, кто-то из «клиентов» Светки проболтался о необычном эффекте, и это попало в уши тем, кому не следовало.

Но самое главное — Ольга слышала обрывки разговоров о каком-то «проекте Феникс». Что-то связанное с рекрутированием молодых Одарённых из маргинальных слоев. Из детдомов, притонов, улицы. Искали «самородков», которых можно было бы взять под контроль, пока они ещё не окрепли и не нашли себе покровителей. Меня передёрнуло. Слишком знакомый почерк. Слишком близко к дому. Ко мне.

Я остановил запись. В голове складывалась тревожная мозаика. Клан «Медведевых», обладающий ресурсами и жаждущий эксклюзивных артефактов. Неизвестная контора, шпионящая за банями и вербующая сирот. Иван Матвеевич, пытающийся быть мостом между Кланом и гильдией.

Возможно, это были разные силы. А возможно — щупальца одного и того же спрута.

Если да — то это серьёзно.

Я подошёл к окну. За ним темнел вечерний город, в котором магия и технология сплетались в причудливый, часто уродливый узор. У меня были деньги. У меня скоро будет сырьё. Но Дамоклов меч безденежья сменился другим, куда более острым — мечом внимания. Внимания сильных мира сего.

«Маг из детдома» вышел из тени. И теперь этой самой тени ему отчаянно не хватает. Нужно срочно укреплять тылы. И, возможно, придётся искать не двух, а трёх — четырёх поставщиков кристаллов. Одного — из самого дальнего, самого непредсказуемого Китая, но благодаря морю и Владивостоку — он для меня намного ближе, чем тот же Петербург. Китай — на случай, если игра станет слишком опасной, и мне придётся вновь исчезнуть, чтобы продолжить свои опыты уже в совершенно ином месте.

Но сначала — эти три ведра Осколков Сердца. Они стали ключом не только к контрактам, но и к моей личной свободе. С их помощью я мог создать нечто большее, чем просто артефакты. Нечто, что позволило бы мне уйти от любой слежки, от любого давления.

Магия Пространства… Кто с ней умеет работать лучше, чем я, чернокнижник?

Я сел за ноутбук и начал составлять новый пост на форум Охотников. Предлагать не просто обмен, а целый тендер. «Предлагаю к обмену на качественные Осколки Сердца партию из пяти диодных фонарей-артефактов с улучшенной защитой от магических помех. Опытный образец доступен для тестирования в зоне „Болото-12“. Доставки нет. Оплата по факту проверки».

Пусть дерутся за мой «пряник». А я пока буду готовить новый «кнут». Из рубинов, сапфиров и осколков Пространства, добытых из Сердца Пробоя.

Форумная биржа гильдии сработала с обидной медлительностью казенной почты. Мой тендер на фонари висел уже третий день, обрастая комментариями, уточнениями и предложениями, которые сводились к одному: «А можно в рассрочку?» или «А доставку вы не организуете?». Ответ был неизменным: «Нет. Нет».

Но пока я строчил отказы, уведомление о новом сообщении в личном кабинете гильдии замигало красным. Не в публичной ветке, а именно в личке, доступной только верифицированным членам. Отправитель: «Клановый Представитель (Статус: Платиновый)». Текст был лаконичен:

— «Уважаемый Артефактор. Клан „Медведевых“ готов обсудить бартерное предложение. Для оперативного согласования технических деталей просим выйти на аудиосвязь через защищенный канал гильдии (ID конференции: 7Х-Медведь-42) сегодня в 20:00. В случае вашего согласия система автоматически создаст заявку с предварительными условиями.»

Интересно. Они всё же пошли по формальному пути, но умудрились встроить в него «оперативное обсуждение». И, что самое главное, создали юридическую заглушку в виде автоматической заявки. Какие же хитропопые бурые. Я нажал кнопку «Подтвердить».

Ровно в восемь вечера ноутбук издал сдержанный щелчок, и на экране появилось окно видеочата. Картинка была слегка зернистой, с эффектом лёгкой дымки — признак магического или технологического скремблирования. В кадре сидел мужчина лет сорока пяти. Не Иван Матвеевич, нет. Этот был другого замеса. Лицо квадратное, обветренное, стрижка под ноль, взгляд спокойный и тяжёлый, как булыжник. Он сидел в кресле, похожем на пилотское, а за его спиной угадывались стеллажи с аккуратно уложенным снаряжением.

— Артефактор? — его голос был низким, без особых интонаций.

— В эфире, — ответил я, следя, чтобы у меня в кадр не попало ничего лишнего, кроме нейтральной стены. — Представитель клана Медведевых?

— Можно просто Медведев. Кирилл. Экономить время будем?

Он не стал представляться полным именем и отчеством. Прямой намёк на панибратство. Я кивнул:

— Экономим. Вы получили мои условия по бартеру?

— Получили. Три артефакта из пяти за партию Осколков. Качество — по вашему протоколу. Вопрос: что за «улучшенная защита от магических помех»? Конкретика.

Человек-булыжник. Мне это даже нравилось.

— Стандартные диодные матрицы в Пробоях с высоким эфирным фоном слепнут или начинают мигать, создавая стробоскопический эффект, — начал я. — Моя доработка включает экранирующий контур на основе порошка из сапфира. Он гасит паразитные колебания, но съедает около десяти процентов светового потока.

— Приемлемо, — тут же отрезал Медведев. — Следующее. Вы упомянули «образцы для экспертизы». Мы готовы предоставить. Десять килограмм. Куда везти?

Вот это да. Десять кило Осколков просто так, на пробу. Щедрость, граничащая с наглостью. Они либо купаются в этом сырье, либо очень хотят меня зацепить.

— В черте города есть нейтральная площадка — складской комплекс «Северный вокзал», — сказал я, заранее продумав этот момент. — Я вышлю вам номер бокса и код. Положите образцы туда. В течение суток дам заключение.

— Устроит. Теперь наш вопрос, — Медведев слегка наклонился к камере. — Наши инженеры смотрят на ваши чертежи щитовых генераторов. Им не нравится схема теплоотвода. Говорят, при пиковой нагрузке плата поплывет через три цикла.

Я едва удержался от усмешки. Так вот куда они клонят. Не просто артефакты купить, а вытащить технологию. Или хотя бы мои разъяснения, дающие понять, как это работает.

— Вашим инженерам, — сказал я медленно, — Стоит обратить внимание не на радиатор, а на резонансную частоту кристалла рубина в цепи стабилизации. Если она смещена хотя бы на полпроцента, вы получите не контролируемый нагрев, а моментальный термический пробой. Моя схема теплоотвода рассчитана именно на корректную работу кристалла. Без этого — да, поплывёт. Но это уже не моя проблема, а проблема ваших камнерезов и их контролёров

На лице Медведева мелькнуло что-то вроде уважительной искорки. Он что-то быстро записал на планшете.

— Конструктивный комментарий. Примем к сведению. Теперь о главном. Эксклюзив.

— Я не продаю эксклюзивные права на конструкции, — тут же парировал я. — Только на конкретные партии.

— Мы это поняли. Наш запрос иной. Мы хотим право первого заказа на все ваши новые разработки в классе защитного снаряжения. Взамен — приоритетный доступ к сырью из наших Пробоев. Вы нам — технологии, мы вам — Осколки и ингредиенты. Долгосрочно.

В голове зазвенели всё более тревожные звоночки. Это было уже слишком серьёзно. Слишком по-семейному.

— Это уже больше похоже на предложение о партнёрстве, а не на разовую сделку, — заметил я. — У меня, как у подрядчика, есть и другие клиенты.

— Мы не против других клиентов, — сказал Медведев, и в его голосе впервые прозвучала металлическая нотка. — Мы против того, чтобы наши конкуренты получали доступ к тому, что может спасти жизни именно нашим бойцам. Мы платим не только деньгами. Мы платим приоритетом, защитой и ресурсами. В вашей… ситуации, как мы понимаем, это может быть критически важно.

Тишина повисла, как тяжёлое покрывало. Он намекнул. Прямо и недвусмысленно. Они что-то знают. Или очень хорошо прощупали почву.

— Моя ситуация находится в ведении моего куратора, — холодно ответил я. — И все вопросы стратегического партнерства решаются на том же уровне. Моя задача — техника и артефакты. Некоторая свобода в отношении посторонних заказов, вроде вашего, может служить поводом для обсуждения.

Медведев медленно кивнул, как будто получил ожидаемый ответ.

— Договорились. Тогда работаем по плану. Образцы будут доставлены на склад завтра к полудню. Ждем вашего вердикта. И, Артефактор…

— Да?

— Не связывайтесь с «Фениксом». Это не ваш уровень. И не их. Это болото, в котором тонут тигры. Медведь в болоте — все равно что медведь. Он его просто иссушит и вытопчет. Подумайте об этом.

Связь прервалась. Я откинулся в кресле. Вот чёрт. Они что-то знают про «Феникс» и пытаются меня предупредить о том, что не знаю я. И предупредили. Но предупреждение прозвучало скорее как угроза: «Не лезь на нашу территорию».

Раздался легкий стук в дверь. На пороге стояла Томка с двумя кружками чая в руках. По её лицу было видно, что она слышала большую часть разговора.

— Ну что, шеф, — сказала она, ставя кружку передо мной. — Предлагают стать придворным кудесником у медведей?

— Что-то вроде того, Тамарик. Что-то вроде того. Но придворные кудесники часто кончают жизнь на колу, когда у хозяина меняется настроение или появляется более умелый конкурент.

— А мы что, не конкуренты? — она хитро прищурилась.

Я взял кружку и ухмыльнулся.

— Мы, свет мой, не конкуренты. Мы — стихийное бедствие. Тихая, локальная катастрофа. И пока медведи думают, как приручить ураган, этот ураган будет собирать свои три ведра Осколков с каждого отряда и готовить сюрпризы. Кстати, как там наша «гостья»?

— Ольга? — Томка махнула рукой. — Уснула. Рыдала, рыдала, да и вырубилась. Дали ей твой седативный чай. Думаю, когда проснётся, будет очень сговорчивой. Особенно если дам послушать ей, как её «друзья» на самом деле о ней отозвались в том самом разговоре в машине, когда она вышла.

— Отличная мысль. А знаешь, что нам нужно?

— Что, шеф?

— Нам нужно свое, маленькое, частное болотце. Чтобы не ходить на «Болото-12» как на работу. Чтобы тихо, без лишних глаз, испытывать новые штуки. И чтобы никто, даже очень умные медведи, не знали, где оно находится.

Тамарка задумалась, а потом её лицо озарила хитрая улыбка.

— А я, кажется, знаю одно место… Старая торфяная выработка, недалеко от деревни Бабкино. Местные её обходят за версту, говорят, там «кикимора болотная светильники ворует». Это не Осколки Сердца, случаем?

Я посмотрел на неё с неподдельным восхищением.

— Тамарик, ты гений! Завтра, сразу после проверки медвежьих образцов, едем смотреть на твою кикимору. И берём с собой самый яркий фонарь. Надо же ей что-то предложить в обмен!