Девочка Грешника

Глава 34. Добро пожаловать в Ад!

Не знаю, что у меня в моих отбитых мозгах перемкнуло, но я совершенно выдохлась, после жаркой стычки во флигеле. Зашла к себе в комнату, привалилась спиной к двери, сползла по ней вниз, а потом глаза вытаращила из орбит, поражаясь своим совершенно идиотским порывам.

Зачем-то поперлась к этому бородатому недоразумению и принялась настаивать на увольнении. В честь чего вообще? Мне что, заняться нечем, чтобы творить подобную дичь? Подумаешь водитель, подумаешь противный, и вдвойне подумаешь, что мне он не нравится! Какая разница? Водить умеет и защищать меня от неведомых угроз сможет, а остальное ну до лампочки же.

П-ф-ф…

А потому я подхватила сумку с вещами для терапии, поправила прическу, а затем вышла за дверь. Спустилась, молча кивнула бабуле и направляясь к машине, в которой меня уже ждал бородатый Роман.

Уселась на заднее сидение позади водителя. Пристегнулась. И тяжело вздохнула, испытывая в очередной раз приступ паники и страха. Воспоминания стерлись — белый лист. Но тело сигнализировало мне, что в этой металлической коробке опасно. Бам — и ты жалкая лепешка.

Неожиданный шорох полиэтиленового пакета отвлекает меня от моих тухлых мыслей, и я недоуменно смотрю, на протянутый мне мармелад.

— Что это? — хрипло спрашиваю и хмурюсь.

Почему? Блин, потому что это мои любимые конфеты. Там внутри сочный центр. Как он узнал? Бабуля сдала, чтобы меня подкупить?

— Мармеладки. Хочешь? — разворачивается на сидении водитель и сканирует меня своими неправдоподобными зелеными глазищами.

— Нет, — складываю я руки на груди и сглатываю.

— Будут здесь, если передумаешь, — и закидывает пакетик в подстаканник рядом со мной.

Затем заводит двигатель и трогается с места, медленно выезжая за пределы нашей виллы, а потом и всего поселка, выруливая по направлению к скоростному шоссе, ведущему в город. Едем молча, но я то и дело ловлю пристальный взгляд, обращенный ко мне, через зеркало заднего вида.

Это нервирует меня, и я стискиваю руки на коленях, пытаясь успокоиться и больше не опускаться до придурочных выяснений отношений. Пусть возит. Мне плевать.

Плевать!

Так, в абсолютной тишине мы и добираемся до города, где подъезжаем к большой частной клинике, которая специализируется на реабилитации таких пациентов, как я. Здесь работают профи, они в кратчайшие сроки помогли мне прийти в себя и позаботились о том, чтобы я не рвала на голове волосы от страха, что я не помню, ни себя, ни своих близких.

С тех пор много воды утекло. Зажили ссадины на теле, срослись переломанные кости на левой руке и не только, а воспоминания потихоньку начали возвращаться ко мне. Но меня тяготила вся эта медлительность, мне хотелось вспомнить все и сразу. Почему я села за руль, почему сделала это пьяная? Куда я направлялась и зачем? Столько вопросов и мне нужны были ответы, а семья мне их наотрез отказывалась давать.

Все отводили глаза, недовольно поджимали губы и говорили, что все случилось из-за сущего пустяка.

Пустяка?

Но разве же я дура, садиться за руль в совершенно непотребном состоянии? Очевидно, что так, вот только верить в это мне не хотелось.

На парковке Роман выходит вместе со мной, а затем провожает до самой раздевалки. Пытаюсь открыть дверь, но он опережает меня. Наши ладони соприкасаются, сталкиваясь на ручке и меня обжигает его горячая рука.

— Жесть, — его брови сходятся на переносице, пока он крепко обхватывает двумя руками мои пальцы.

— Отпустите, — шиплю я и тяну на себя руку.

— Какой тебе бассейн, Сонь? Руки вон ледяные! Хочешь простудиться?

— София Александровна! — щурюсь я недовольно и все дергаю на себя свою конечность, пока сердце в груди разгоняется до максимальных скоростей.

Бам-бам-бам!!! Уже гудит отчаянно…

— Простудишься, София Александровна, — чуть наклоняется ко мне и обдает меня своим мятным дыханием.

Как обухом по затылку. Сначала ступор, потом неожиданная нервозность на грани фола. Не выдерживаю, отвожу глаза, выдыхая в ответ зачем-то оправдания.

— Там вода индифферентная, перестаньте наводить панику.

Все-таки вырываю руку и ухожу в кабинет, где уже ждет меня мой лечащий врач и массажист. После непродолжительной беседы с доктором, я все-таки погружаюсь в ванну, где провожу ближайший час, заставляя себя отрешиться от проблем и забот, что окружают меня. Но, несмотря на все потуги, я, закрыв глаза, отчего-то начинаю прокручивать события дня.

Встречу с новым водителем. Его голос. Манеру хмуриться. А еще запах, которым пропах салон автомобиля. Его запах. В нем так много всего — бергамот, имбирь, грейпфрут, нетипичная для мужчины роза и герань, немного шалфея и все этот под отчетливой дымкой хвои и кедра. И этот аромат так понравился мне. Чертовски! Я же сидела и вдыхала полные легкие, накачивала им себя, прикрывая глаза и не понимала от чего меня так отчаянно вставляет.

И бесилась.

Нашла на чем зависнуть…

Отставить!

После сеанса гидротерапии и массажа, я сушусь, одеваюсь и выхожу из кабинета, тут же сталкиваясь в коридоре с Романом, который протягивает мне стакан с каким-то горячим напитком.

— Что это? — кошусь я, кусая щеку изнутри, чтобы не улыбаться.

Почему? Да черт его знает!

— Это имбирно-пряничный латте.

— Оу, — поджимаю губы, — вкусно, наверное.

И прячу руки в карманы джинсов, не принимая стаканчика. Чисто из вредности.

— Фаина Моисеевна попросила купить тебе, — делает шаг ближе и почти вплотную сует мне стакан.

А я от его пояснения вмиг скисаю, уже даже не обращая внимания на то, что он упорно мне тыкает.

— Бабушка? — принимаю стакан и хмурюсь. Я же думала, что это он. Увы…

— Ага. Едем?

— Да.

И мы идем к машине, которая встречает нас уже изрядно прогретым салоном и тихой музыкой из динамиков.

— А можно погромче? — спрашиваю я.

— Любимая группа? — добавляет громкости блондин.

— Кажется…да, — кусаю я губы, ловя картинки воспоминаний, — я ведь даже была на их концерте!

Словно ужаленная подскакиваю я на сидении и прикусываю костяшки пальцев, чтобы не закричать от радости. Я вспомнила! Хоть что-то, но у меня получилось.

— А с кем? — оборачивается ко мне блондин и буквально впивается в меня глазами.

Парализует. Замираю. Забываю, как дышать.

— С кем? — тушуюсь я и отчаянно напрягаю свои мозги.

— Да, с кем ты ходила на концерт?

— С…с подружкой? — прикусываю губу и отворачиваюсь, а сама впадаю в раздумья, напрягая память так, что в конце концов у меня начинает болеть голова.

— Или с парнем? — после продолжительного молчания спрашивает Роман, но я тут же качаю головой.

— Нет, думаю, что это маловероятно…

Остаток пути мы молчим и слушаем музыку, а я все думаю над его словами и верчу их в своей голове так и эдак. Пока мы не сворачиваем в наш закрытый поселок. Проезжаем пункт пропуска и дальше, пока не притормаживаем у ворот.

А дальше я слышу сигнал и вижу в небольшом отдалении от себя спортивный автомобиль нашего соседа, который с улыбкой машет и идет в нашу сторону.

— Остановитесь, Роман, — тут же командую я.

— Зачем?

— Затем, что я так сказала.

— Ок, — недовольно передергивает плечами.

— Вот и отлично, — киваю я, а затем поспешно выхожу из машины, не дожидаясь пока водитель откроет мне дверцу.

А еще я стараюсь не думать откуда во мне столько энтузиазма при встрече с соседом. Хотя, не спорю, он очень хорош собой, высок, с хорошей подтянутой фигурой, а еще откровенно подкатывает ко мне. И если раньше меня это напрягало, то сегодня я виртуозно переобулась в воздухе.

— София, доброго вам дня! — направляется ко мне мужчина, улыбаясь во все свои тридцать два зуба.

— Сергей, рада вас видеть, — киваю я и принимаю галантный поцелуй в тыльную сторону ладони.

— А я увидел вашу машину и решил дать о себе знать, поздороваться и…

— И? — улыбнулась я и вся вытянулась в струнку, слыша, что за моей спиной захлопнулась дверца нашего автомобиля.

— И пригласить вас в ресторан. Завтра? Что скажете?

— София Александровна, нам пора, — слышу я позади себя голос водителя и довольно улыбаюсь.

— Скажу, что согласна, Сергей, — согласно прикрываю глаза и киваю.

— О, это чудесно! Тогда до завтра, София, заеду за вами в шесть?

— Заезжайте, — благосклонно склоняю я голову на бок.

А затем разворачиваюсь и, высоко подняв голову шагаю в уже открытые ворота нашей виллы, не обращая внимание на перекошенную физиономию своего бородатого водителя.

Так-то у меня завтра свидание. Да, да…

— Как все прошло, милая? — ставит передо мной на стол стакан с молоком бабушка.

— Нормально, как будто бы и не было никакой аварии, только в голове пустота, — пожимаю я плечами и откусываю кусочек домашнего печенья.

— Твоя мама собирается приехать на длинные выходные в конце месяца, проведать тебя.

— Опять одни обещания, ба. Мы сколько раз это проходили?

— Не злись на нее, она пытается вернуть твоего отца.

— А дед что? — перевожу я тему, не желая говорить о родителях, что уже год как разводятся, да так и не могут преуспеть в этом нехитром деле.

— Прилетит в начале марта, уже взял билеты, — улыбается счастливо бабушка.

— Я тоже так хочу, — подпираю подбородок и мечтательно прикрываю глаза.

— Как так?

— Как вы с дедом, чтобы любовь на всю жизнь, — отвечаю и в миг грустнею, — только вот кому я теперь такая нужна?

— Не говори так!

— А разве я не права? Мало, что с головой проблемы, так еще и…

— Замолчи! — выпалила, но посмотрела на меня с жалостью.

— Меня сосед на свидание пригласил, — резко меняю тему я, чтобы тоже не разревется.

— Сергей?

— Ага.

— Он давно на тебя глаз положил. Солидный мужчина и семья бы его одобрила.

— И он вроде нравится мне, да? — нахмурилась я.

— Ну, этого я не могу знать, Сонь, — улыбается бабушка.

— Я согласилась и завтра он заедет на мной.

— Завтра же четырнадцатое февраля. Чем не чудесная дата, чтобы начать отношения с прекрасным молодым человеком, м-м?

— Да, — киваю я, хотя сама не верю, что идея эта стоящая.

— Вот и чудесно, внученька. Платье, прическа, макияж. И Романа не забудь с собой взять.

— А Роман мне зачем? — даже икнула я от неожиданности, но вмиг занервничала так, что даже губу прикусила.

— Ну как же, он же твой водитель и по совместительству охранник. А вдруг какая нештатная ситуация…

— Со мной же Сергей будет, — недоуменно развела я руками.

— Отец узнает, что я куда-то тебя одну отпустила без охраны и голову мне оторвет. И тебе тоже.

— Черт знает что! — взорвалась я, — Навели конспирацию! Нормально нельзя сказать зачем такие кардинальные меры, а?

— Так надо, Сонь.

— А-р-р…чертовы тайны мадридского двора! Секреты Полишинеля!

Погрозила кулаком и ушла к себе, а затем, полежав на кровати какое-то время совершенно бездумно, сорвалась и бросилась к гардеробной, где принялась перебирать платья, пытаясь найти то самое.

Ну, вы понимаете. Такое, от которого бы крышу сорвало. И не только у Сергея, но и у…

Так, стоп! Куда это меня понесло? Хотя, ну а что нет-то? Пусть бородатая чучундра тоже посмотрит.

Улыбнулась кровожадно и сняла с вешалки ярко-алое платье-футляр из плотного шелка. Идеально! Стильно. А самое главное элегантно.

Наверное…

Так, нужна помощь зала. Спустилась вниз и тут же застала бабушку за разговором со своей подругой, которая по совместительству работала у нас домработницей. Ее звали Галина, а ее муж Петр делал по дому всю тяжелую работу по сантехнике, мелкому ремонту, решал бытовые вопросы, а в летнее время занимался садом и чисткой бассейна. Они мне улыбались как родной, потому что работали на этой даче уже почти десять лет, а я совершенно их не помнила. Чужие люди, не более.

Но, несмотря на это, обе женщины одобрили мой выбор платья для свидания, а еще посоветовали собрать волосы в высокую прическу и надеть длинные серьги. На том и порешили.

А дальше время текло своим чередом. Днем я читала, затем по совету психолога рисовала на холсте какую-то мазню. Вечером помогала бабушке и Галине с ужином, а после…

Зависла у окна, наблюдая как бородатый Роман рубит на улице дрова. Без рубашки. В одних только джинсах, низко сидящих на узких бедрах.

И глаз не оторвать. Загорелый, мускулистый, стройный, словно вылепленный рукой безумного, но гениального скульптора. Идеально проработанные кубики пресса, бицепсы и трицепсы завораживали, вводили в какой-то транс. И я стояла и тупо таращилась на все это безобразие, пока испуганно не вскрикнула, так как рядом вдруг услышала тихое замечание бабушки.

— Простудится же, на улице всего градусов десять тепла.

— Ага, вот и я думаю, что простудится, — вру я, киваю, а затем уношусь к себе наверх, но и там, после долгих метаний, все-таки выглядываю в окно, но полуголого Романа уже там не застаю, только Петра, который проворно складывает нарубленные дрова в дровницу при бане.

Вот же свалилась чучундра на мою голову!

Но вопреки своему недовольству я всю ночь кручусь в кровати, вспоминая нагие телеса водителя. И злюсь непонятно на что. На него, на себя и свои неоднозначные реакции на этого бородатого мужика. А еще на то, что завтра утром придется опять добрых сорок минут ехать с ним в город, а потом столько же обратно и всю дорогу дышать его запахом, который мне так чертовски не нравится.

И он тоже! Весь! Вдоль и поперек!!!

Так и случается. Вот только помимо всего перечисленного, мне приходится еще и близко контактировать с ним. С раннего утра гололед и я неожиданно для себя поскальзываюсь уже у самого автомобиля, тихо вскрикивая. Но не падаю, а попадаю в руки к своему водителю, который зачем-то не просто поддерживает меня, но и крепко прижимает к себе так, что я утыкаюсь носом в мускулистую грудь, вдыхая его аромат в концентрированном виде.

Первые пару секунд в шоке просто дышу полными легкими и только потом прихожу в себя, пытаясь выпутаться из его рук.

— Роман! — выдаю хрипло, потому как неожиданно меня всю словно молниями прошибает. Лупит по нервам и рецепторам. Почти оглушает.

Жесть!

— М-м? — тянет он в ответ, пока его ладонь медленно проходится по моей спине.

— Вы как-то может уже отпустите меня? — прошу я, а сама удивленно замираю, так как слышу, как гулко и часто стучит его сердце.

— Да, только осторожнее, Сонь, тут очень сколько, — а затем он приподнимает меня и тупо несет оставшиеся расстояние до машины, а там уже и усаживает внутрь, от чего я совершенно тушуюсь, не зная даже, что и сказать.

Опять рычать на него, что он обращается ко мне неподобающе и на ты? Ну, так-то до него ни с первого, ни со второго раза не дошло, что толку пытаться снова, верно?

И я просто отмахнулась от этого всего, пытаясь не анализировать то, что почувствовала, пока была в объятиях Романа. Там помимо неприязни было что-то еще…

А, к черту! Надо было меньше вчера на его идеальное тело пялится. П-ф-ф, подумаешь презентабельный фасад. Но на самом деле я чувствую, что это за человек. Интуиция кричит мне держаться от него подальше. Так-то!

— Сонь, — обращается ко мне Роман, когда мы уже едем обратно после курса оздоровительного массажа и занятия с психологом.

— Роман, вот скажите мне, вы тупой или прикалываетесь? — хмурю я брови и смотря в его глаза через зеркало заднего вида.

— Пусть будет второе.

— Я не позволяла обращаться ко мне просто по имени.

— Я сам себе позволил.

— На каком основании? — прищурилась я.

— Мы ушли не туда. Я вообще-то хотел поговорить про твоего соседа, с которым ты собралась идти на свидание сегодня, — и каждое слово он буквально мстительно цедит.

— Вас это не касается, — небрежно отмахиваюсь я.

— Неправда. Я обязан предупредить, что твой этот Сережа в свои неполные тридцать лет уже трижды разведен и все три раза по причине своей супружеской неверности.

— Я не просила вас наводить справки, Роман.

— Работаю на опережение, Сонь, — и подмигнул мне, — ну так-то выходит, что никакого свидания с Сережей сегодня у тебя не будет.

— Это еще почему?

— А ты вообще слышала, что я сказал? Он бабник!

— А кто нет? — огрызнулась я.

— Я — нет.

— Оу…

— Если так хочешь сходить на свидание, то пошли со мной, только не с этим недоразумением!

— Что? — округлила я глаза, — Да, я вас терпеть не могу, какое свидание? Хотите, чтобы меня прямо в тарелку с салатом вытошнило?

— Сонь…

— Ой, не говорите со мной, вы меня бесите!

— Сонь!

— Вот прямо до трясучки!

— Послушай…

— Разговор окончен, встретимся в шесть, когда Сергей заедет за мной. Бабушка попросила вас присутствовать, хотя я решительным образом не понимаю зачем.

— Пиздец какой-то…

— Что вы сказали?

— Ничего, Сонь, все просто потрясающе!

— Не могу разделить ваши восторги, — сложила я руки на груди.

— Я тоже.

И остаток пути каждый из нас молчал, хотя я пару раз хотела ему еще кое-что высказать о том, какой он невозможный и вообще не охранник, а черт те что! Но сдержалась, а потом и умчалась от него подальше, не забывая напоследок кинуть в его сторону неприязненный взгляд.

А ровно в шесть вечера этого же дня я была во всеоружии. Платье, прическа, макияж и капелька любимых духов на запястье. И когда я вышла и показалась на глаза невозможному Роману, то улыбка сама собой расцвела на моем лице.

Ну, поехали…