Диагноз: так себе папа

Глава 14

На следующее утро

Маргарита

- Марго, вы чертовски красивая, - шелестит над ухом.

Улыбнувшись сквозь сон, я поворачиваюсь на бок, обнимая подушку. Зажмуриваюсь, чтобы «досмотреть» до финала эротические фантазии при участии мужчины, которого наяву отвергла.

Медленно сгораю в несуществующих объятиях, но...

Меня слегка напрягает, что ощущения становятся слишком реальными. По руке будто перышко порхает, щекоча кожу и поднимая волоски дыбом, частое, дробное дыхание проникает в ухо и вызывает мурашки по всему телу. Что-то тычется мне в губы колючими кудрявыми усами, больно царапает шею и грудь….

Минуточку! Воронцов за ночь усики и когти отрастил?

Нехотя открываю глаза, подозревая, что мне не понравится увиденное. Образ горячего, мускулистого, обнаженного по пояс Власа растворяется.

На подушке напротив моего лица сидит…

Крыса!

Живая. Неестественно пушистая, будто завивку сделала в салоне красоты для грызунов. Она так близко, что я вижу свое отражение в ее черных глазах-бусинках.

Я смотрю на крысу - она смотрит на меня. И шевелит кучерявыми усами.

Мы обе не двигаемся. Буквально доли секунды изучаем друг друга, а потом…

- А-а-а-а! - раздается детский вопль. - Кы-ы-ыса!

Испугавшись визга Любочки, серое чудище не придумывает ничего лучше, чем с разгона нырнуть под мое одеяло.

И теперь… кричу я. Громко, на весь номер, протяжно, будто дьявола призываю:

- Вла-а-а-ас!

Я в панике дрыгаю ногами, путаюсь в постельном белье и под приглушенный крысиный писк вылетаю из кровати, как катапультировавшийся летчик. Приоткрытая дверь распахивается настежь, я врезаюсь в голый мужской торс, машинально отскакиваю от него и хватаю на руки малышку, забившуюся в угол.

Любочка плачет. Я ничего не соображаю спросонья. Обнявшись, мы дрожим вместе.

- Утро добрым не бывает с вами, Марго, - ворчит Влас, лениво заходя в комнату и озираясь по сторонам. - Что на этот раз?

- Ужасный отель! - вскрикиваю возмущенно. - Ещё одна крыса! И прямо сейчас она ползает по нашей постели!

- Не переживайте, это та же самая, - легко отмахивается он, заглядывая под одеяло.

- Что-о-о? - настороженно протягиваю. - Воронцов, объясните, какого черта вы вчера не избавились от грызуна, как обещали?

- Хм-м-м, - не смотрит на меня. - Обстоятельства непреодолимой силы вынудили меня изменить планы.

- Влас!

- Фил попросил, - бубнит виновато.

В этот момент в нашу спальню забегает взъерошенный сын, суматошно рыщет по кровати, находит крысу и… прижимает к себе, как котенка.

- Фу-у-у, - кривляется Любочка.

- Сама ты «Фу», мелкая! Мам, познакомься, это Рататуй, - радостно заявляет Фил. - Если хозяева не найдутся, он будет жить с нами…

- Нет, не будет! - строго перебиваю его.

- Ну, ма-а-а-а! - капризно фыркает он, спрятав грызуна под футболкой. - Дядя Влас мне разрешил!

Я бросаю гневный взгляд на Воронцова. Смотрю матом, как умею, а он теряется на секунду и косится на Фила. Они ведут себя как проштрафившиеся хулиганы в кабинете директора. Переглядываются, пеняют друг на друга - и синхронно опускают головы.

О нет! Это не школа, а детский сад! Ясельная группа.

Передо мной два пацана, которые притащили в дом крысу со свалки. Ещё и имя ей дали! Если Филу в одиннадцать лет ещё простительно такое легкомысленное поведение, то Влас не устает меня удивлять.

Взрослый мужчина, бизнесмен. О чем он думает?

Я хватаю ртом воздух, задыхаясь от злости и возмущения.

- Твой дядя Влас рискует занять место этой чертовой крысы и отправиться…

- На ресепшн? - он выгибает бровь. - Или сразу на усыпление?

Вдох. Выдох.

Крепче обнимаю шмыгающую носиком Любочку, поглаживаю ее по спине, а меня саму трясет от стресса. Это было самое жуткое пробуждение в моей жизни.

- Как повезет, - цежу сквозь зубы.

- Никогда не полагаюсь на удачу, - Влас пожимает плечами. - Предлагаю позавтракать. На сытый желудок переговоры проводить приятнее. Я закажу что-нибудь в номер.

- Ку-шать хо-чу, - всхлипывает малышка, уронив голову мне на грудь. - Можно блин-чики?

- Конечно, зайка, - ласково успокаиваю ее, целуя в макушку.

Воспользовавшись минутной заминкой, Воронцов хватает увлеченного крысой Фила за футболку и аккуратно выталкивает его из комнаты. Подмигивает Любочке на прощание, как своей сообщнице, но спотыкается о мой грозный взгляд - и нагло захлопывает дверь.

- Я убью его, - обреченно вздыхаю.

- И я папу люблю, - вторит мне малышка, неправильно расслышав мое шипение. - Тетя Рита, идем к папе? Он нас покормит.

Не дожидаясь моего ответа, она спускается на пол и шлепает босыми ножками в гостиную, оставляя меня одну. За дверью раздаются бодрые голоса, милые перепалки и смех.

У Власа талант - меньше чем за сутки он всех детей на свою сторону склонил. Я рискую оказаться лишней на этом празднике жизни. Чтобы не остаться за бортом, мне приходится тоже выйти к завтраку.

Самое сложное - не придушить за столом самопровозглашенного главу семейства.

*****

Влас

- Она не кусается? - с опаской уточняет Любочка.

В этот момент к завтраку присоединяется Марго... Выходит степенно и грациозно, как Афродита из пены морской, с распущенными волосами, перекинутыми через плечо. И плевать, что она только из постели, без макияжа и в белом махровом халате, но при этом похожа на модель с обложки журнала для взрослых. Окидывает царским взглядом наш скромный стол - и хмуро врезается в меня, будто выбрала главное блюдо.

- Хотелось бы верить, - ворчу себе под нос, хватая чашку горячего кофе с подноса. Обжигаюсь, но все равно делаю глоток - с Мегерой та же история.

- Да она ручная! - возмущенно спорит Фил. - Погладь.

- Как же, - вздыхаю, не сводя глаз с Марго.

Тем временем ее пацан поднимает крысу и держит на вытянутых руках, как мандрил новорожденного Симбу над краем обрыва. В голове невольно начинает играть «Круг жизни», но мелодия перебивается тихим писком Любочки. Она переползает ко мне на колени, выставляет ладони перед собой в знак защиты и отрицательно взмахивает растрепанным хвостиком, который я ей наспех завязал с утра.

- Ой не, она какая-то страшная, - морщится малышка, обнимая меня за шею крохотными ручками.

- Ссыкуха, - отмахивается Фил, ревностно спрятав Рататуя себе за пазуху.

Он берет горсть арахиса из пачки, подкармливает питомца, ласково приговаривая при этом, что тот у него самый красивый и умный. Крыса ни черта не понимает, но жрет за двоих.

- Сдохнет ваш Рататуй от соленых орешков, - как бы невзначай бросает Марго, устраиваясь на диване рядом со мной. - Нельзя ему. По пути домой надо в зоомагазин заехать за кормом, а ещё не помешало бы его ветврачу показать.

Мы шокировано переглядываемся с Филом, а затем синхронно поворачиваемся к ней. Прищуриваемся с подозрением. В ее словах должен быть подвох. Двойное дно. Какой-нибудь нюанс, из-за которого ее непослушный сын в итоге попадет в угол, я - в пожизненное рабство, а бедный Рататуй сам слиняет в приют для животных.

Я терпеливо жду, когда она проколется, но Фил сдается быстрее.

- То есть ты разрешаешь забрать его домой? - с восторженным придыханием произносит он.

Марго выдерживает паузу, бесшумно помешивая сахар в чашке маленькой ложечкой. Именно ей она в случае чего медленно, с чувством, толком и расстановкой будет ковырять остатки моих мозгов. И не поморщится.

- Не совсем. Мы оставим свои контакты администратору, чтобы настоящие хозяева могли связаться и забрать своего грызуна у нас. Скажем так… - постукивает пальцем по точеному подбородку, а я неосознанно фокусируюсь на ее губах, которые целовал этой ночью. - Мы берем грызуна на передержку. Временно! - повышает тон, заставив меня поперхнуться.

Мегера. Но шикарная. Во всех смыслах.

Вчера была возможность оценить.

- Да никто за Рататуем не вернется! - огрызается Фил. - Бросили его!

- Совсем необязательно. Посмотри, какой он, - скривившись, Марго подбирает наиболее лояльное определение, и это дается ей с трудом, - шустрый. Может, сам сбежал?

- Что сбежало, то пропало! Нормальный батя дитя не бросит. Ну, ма-а-ам! Ночью Рат коробку прогрыз, в которой я его закрыл, но я же все равно его нашел.

- По нашим с Любочкой воплям. Это было несложно, - парирует Марго, прижимая ладонь к груди. Стараюсь не смотреть туда, но фантазия сама все дорисовывает. - В общем, это мое последнее слово. Или на передержку, или никак.

- Маленькая победа лучше, чем ничего, - аккуратно намекаю ему уступить матери.

- Ла-а-адно, - отмахивается, отпуская крысу бегать по дивану.

- Домашний крыс!

Осмелев, Любочка тычет в него пальчиком, решается аккуратно погладить по кучерявой спинке. Стоит Рататую обнюхать ее, как она вскрикивает и отдергивает ладонь.

- Рада, что нам удалось договориться, - улыбается Марго.

Смягчившись, она наклоняется к Любочке и в несколько легких движений превращает ее кривой хвостик в аккуратную косу. Завязывает изящный бантик из простой ленты.

Туше, Воронцов. Из нее выходит мать получше, чем из тебя отец.

Мы по-семейному завтракаем вместе. Она сидит так близко, что я ловлю запах женского тела и постоянно касаюсь ее то рукой, то бедром. Жена бы из нее тоже неплохая получилась. Днем - пила с моторчиком, зато ночью…

- Тц, черт, - ругаюсь, зацепив коленом тележку с завтраком.

Посуда звенит. Кажется, не только она.

Любочка перебирается к Марго на руки, а я жадно тянусь за своей чашкой. Залпом выпиваю обжигающий глотку кофе, как воду.