Двойник 2

Глава 9 ПРОЙТИ ПО ГРАНИ

Глава 9. ПРОЙТИ ПО ГРАНИ

События глазами лейтенанта Гаррая.

Чьи-то заботливые пальчики гладят мое лицо, затылок пульсирует болью, дикая сухость во рту, слабость такая, что даже веки открыть нет сил. А еще в ушах стоит гул и не получается разобрать голос, который что-то ласково говорит и даже просит. Из ушей ушел гул и сразу же в мою голову ворвался мягкий голос Свении:

— Ты сильный, красивый и смелый. Не смей покидать меня и оставлять одну. Если только уйдешь за грань, то никогда этого не прощу. Учти, умрешь, то отыщу тебя на том свете и за все спрошу!

На мой нос что-то упала, какая-то капелька. Она скатилось и оказалось на моих губах. Слеза? Баронесса плачет? Распахнул глаза и увидел девушку, у которой все лицо заплакано.

— Гос… гхм… Свения, что с вами? — прошептал, а хотел ведь подскочить и наказать обидчика или обидчиков баронессы.

— Вы очнулись? Господи, спасибо! — сквозь слезы улыбнулась девушка.

Так, а собственно, где это мы? Почему свет тускло пробивается и лежу на полу? Немного осмотрелся. Размеры помещения угадываются плохо. Провел ладонью по стене, та неровная. Подо мной каменный пол, ни люстры, ни кровати, ни какой-либо другой мебели не наблюдается. Баронесса сидит рядом, не задумываясь, что пачкает платье, а моя голова на ее коленях.

— Где мы? — задал вопрос и смог наконец пошевелиться.

— Лежи, у тебя голова пробита, — попыталась остановить мое движение Свения.

Не послушал, приподнялся и к стене привалился.

— Последнее, что помню — вы ушли в дамскую комнату, ко мне подошел подавальщик и поставил на стол кружку с морсом. Я еще удивился, мы его не заказывали. Но парень сказал, что это их фирменный напиток и его всем подают. Что если не попробую, то обижу владельца. Ну, сделал пару глотков и сразу провал. Хотя, нет, почувствовал, как на затылок обрушился удар, — произнес я, а потом добавил: — Мы в подвале? Нас взяли в плен?

— Да, в ловушку угодили, — вздохнула Свения. — Журбер просил переговорить со своим информатором, а на его месте оказался граф Артон, как потом оказалось.

— Кто это такой?

— Какой-то дальний родственник Волтура, решивший поучаствовать в охоте за трон. Ну, или кому-то помогает, точно не разобралась, — задумчиво произнесла Свения и добавила: — Сомневаюсь, что захотевший стать императором, ввязался бы в такое дело, как устранение препятствия в виде нашей миссии. Если только у него на Иштанию нет определенных планов.

— Надо отсюда выбираться, — произношу и пытаюсь встать. Не получается, перед глазами начинает троиться и накатывает слабость. — Баронесса, а вы не могли бы меня подлечить? У вас же руки золотые, многим раненым помогли.

— Мой источник пуст, как и ваш. В этом подвале какие-то минералы, вытягивающие магическую энергию, — ответила та и грустно улыбнулась. — У Артона много наемников, боюсь, на этот раз нам не повезло. Как бы Иштанию не поймали, тогда и вовсе будет плохо.

— Граф не позволит, — ни грамма не сомневаясь, сказал я. — Уверен, он дочь императора защитит и нас не бросит. Это не в характере Айлексиса.

— Но ему не справиться, — нервно сказала баронесса. — От нашего отряда почти ничего не осталось, а союзники, в лице контрабандистов, не представляют угрозы для хорошо обученных и подготовленных наемников.

— Командир разберется, — твердо ответил я и, нет, даже не успокаиваю девушку, верю тому, кто вел наш отряд и с кем плечом к плечу сражался.

Словно в подтверждении моих слов, раздался грохот, потом что-то взорвалось. Дрогнули стены, поднялась пыль, и мы с баронессой стали чихать. Запахло гарью, а стены еще пару раз тряхнуло. Что-то обрушилось, затрещало, а через пару минут в дверь кто-то нанес мощный удар, и та влетела внутрь, словно пушинка. На пороге, покачиваясь, в обгоревшей одежде, стоит Айлексис и криво улыбается. В его плече и из живота торчат болты, по щеке стекает кровь, в глазах бешенство. У графа в одной руке меч, а на ладони второй медленно вращается полупрозрачный шар, по контору которого пробегают небольшие молнии и языки пламени.

— Идти можете? — хрипло выдыхает граф и прищуривается. — Вот же гадство. Сволочи, даже медицинской помощи не оказали и магии лишили. Что б им пусто было! Ничего, все будет хорошо.

От Айлексиса отделилось два потока магии, которые окутали нас с баронессой. Мне стало намного легче, источник мгновенно наполнился энергией, рана на затылке затянулась, больно потянув слипшиеся от крови волосы.

— Ко мне, под купол, надо уходить!.. Быстрее шевелитесь!.. У нас мало времени, долго магию проконтролировать не получится!.. — отрывистыми, рублеными фразами приказал Айлексис.

Мы с баронессой и не подумали ослушаться. Граф в каком-то трансе и с ним лучше не спорить. Невероятно, как он может стоять на ногах⁈ Вблизи увидел, что под лохмотьями рубахи у Айлексиса ожоги, по вискам струится кровь и заливает лицо. А вот глаза как-то неестественно светятся.

— Уходим, — развернулся Айлексис и направился на выход из подвала.

Очередной треск, на нас сыплются камни и сломанные балки, но их не пропускает защита командира. Баронесса задает нашему спасителю какие-то вопросы, но тот не отвечает.

— Он в магическом боевом трансе, — догадавшись, прошептал я с восхищением и испугом за графа.

В древних летописях доводилось читать, что во времена магических войн, отчаявшиеся маги впадали в транс. Такие люди на какое-то время становились чуть ли не всемогущими. Могли горы свернуть и противостоять армии врага. Но длилось такое состояние не больше часа, после чего маг оказывался выгоревшим и вскоре умирал. Неужели граф на такое отважился? При этом он серьезно ранен, но не отступил и нас не бросил.

Мы уже проходим через разрушенный зал трактира. Алексис двигается уверенно, но его движения замедляются, защитный купол, в котором находимся, начинает мерцать и в итоге лопается, как мыльный пузырь. Однако, мы уже на улице, к нам подбегают подручные Загора и что-то эмоционально говорят, машут руками, но смысл не могу уловить. Граф начинает заваливаться, и мы его с баронессой подхватываем.

— К пролетке! Надо уходить! Скоро тут будет стража! — тащит меня за руку Ваха, который недавно охранял Ишту.

— Что с графиней? — задает ему вопрос Свения.

— Она в порядке, уже наверняка отправилась в столицу. Так потребовал Айлексис, — кивнул горец на нашего командира, потерявшего сознание.

Ваха смотрит на графа очень уважительно, даже с какой-то робостью и страхом. А для гордых горцев это лучшее признание.

События глазами Айлексиса.

Небытие или полная пустота, когда нет ни мыслей, ни желаний и ты паришь в каких-то облаках. Что со мной? Зачем я здесь и почему? Такие вопросы мелькают и растворяются. Но в душе какая-то заноза, что-то свербит и смущает. Не получается наслаждаться полетом. Необходимо о ком-то заботиться и выполнить то, что должен.

— С чего бы? — задаюсь вопросом и перед глазами возникает магический договор.

Нет, текст не понимаю, только то, что могу лишиться частички себя и уже не обрету покой. А еще, мне необходимо помочь одной особе, которая сама-того не желаю сыграла в моей жизни главную роль. Или ее уже упустил? Нет, не совсем понимаю, что не дает раствориться в невесомости.

— Потеря? — пытаюсь прошептать потрескавшимися губами, но такое простое действо не получается.

Во рту сухо, болит горло, возникает пожар в груди и животе. Ощущаю, как источник магии внутри меня готов исчезнуть, но этого ни в коем случае нельзя допустить. Почему? Ответ очевиден, если лишусь магии, то исчезну и из этого мира, в котором еще есть дела. Память, она возвращается и стремительно несусь из мягких и обволакивающих теплом облаков. Удар и окончательно оказываюсь в собственном теле. И вот тут-то наваливается боль, нет, не боль, а БОЛЬ, когда все буквы в этом слове заглавные. Меня выворачивает, чуть не захлебываюсь рвотой. Зато на губах появляется солоноватая и металлическая жидкость. Кровь? Ее много, она идет через каждую пору в коже. Ощущения такие, что кости скелета кто-то дробит и перемалывает. Внутренности завязываются узлами, растягиваются, а потом рвутся. Кости черепной коробки сдавливаются, а мозги начинают плавиться.

— Это иллюзия, с такими травмами не живут, — хриплю и обращаюсь к своему источнику.

А тот бушует, энергии почти нет, но всполохи такие, что даже внутренним взором смотреть больно.

— Простите, я сделал все, что мог, — доносится чей-то голос. — Граф уже неделю в таком состоянии и ему становится хуже. Боюсь, ему осталось совсем немного.

— Сколько? — с грустью спрашивает какая-то девушка, с очень знакомым голосом.

Пытаюсь сосредоточиться на ауре говорящих, при этом начинаю увещевать источник успокоиться и помочь. Немного утихает головная боль. Нет, череп того и гляди лопнет, но мысли все яснее и уже узнал баронессу. А стоящий рядом с ней целитель, судя по его ауре, незнаком.

— Час или два, максимум, — доктор запнулся, но потом твердо сказал: — До рассвета он не доживет.

— Но до восхода солнца осталось чуть больше двух часов! — возмутился Гаррай. — Господин целитель, сделайте что-нибудь! Возьмите и влейте в графа мою кровь или жизненную силу. Мы заплатим, не подумайте, деньги найдем, за нас же поручился Загор.

— Молодые люди, — вздохнув, развел руками целитель, обращаясь к лейтенанту и баронессе, — ни за какие деньги вашему другу не помочь. Это никому не под силу, поверьте моему опыту.

— Не согласен, — хрипло произнес я, а потом искривил губы в улыбке и шепнул: — Не дождетесь, не надейтесь. Шучу.

— Айлексис! — подбежала ко мне Свения. — Ты очнулся⁈

Засуетился целитель, загремел склянками и меня опутал какой-то поток магии. Вроде бы он целебный, но кожа и кости подождут, мне необходимо успокоить источник. Поэтому-то без раздумий захватил такую легкодоступную энергию и направил в себя.

— Ему необходим сон, — бубнит целитель и что-то вливает мне в рот.

Последнее, что слышу перед тем, как провалиться в объятия Морфея, как лейтенант, радостным и торжествующим голосом, спрашивает:

— Господин, а каков теперь ваш прогноз?

Ответа не услышал, да и не очень-то хотелось. Провалился в сон, в котором замелькали картинки прожитой жизни. Все знакомо, немного удивился тому, как действовал перед тем, как оказался на грани жизни и смерти. Пришел спасать Свению и Гаррая. Стоял в трактире окруженный наемниками и ухмыляющимся графом Артоном. Он посчитал меня неопасным, разговаривал свысока. Все изменилось, когда я ударил круговой воздушной волной. В тот момент еще опасался причинить строению непоправимый вред. Рассчитывал действовать тихо. За это и поплатился. Не учел того, что из дальнего коридора появился наемник, который выстрелил из арбалета. Еще двое спускались по лестнице и от них в меня тоже устремились болты. Эти три выстрела парировал щитом, который выдержал удар молнией и разлетелся от воздушного кулака. Артон в это время, на четвереньках, пытался сбежать. В него я швырнул ледяное копье. Внутри все кипело от негодования, и магия легко слушалась.

— Убить его! — проорал Артон, которого осыпали ледяные осколки от выпущенного мной магического удара.

Какой-то артефакт или амулет графа изменил полет копья, но оно отклонилось всего на пару десятков сантиметров. На меня накинулось сразу семеро наемников, среди которых оказалось двое орков. Пришлось отбиваться, парировать удары и жалить магией. Наверное, так бы и продолжалось, но Артон вновь проорал:

— Пленников в подвале уничтожить! Мне они больше не нужны!

Вот тут-то внутри у меня все вскипело, пришли на помощь стихии закручивая источник в некое подобие смерча. Удар огненным шаром растекся по моей груди, чей-то клинок отскочил от кожи. Сила переполняет! Клинок в моей правой руке невесом и порхает, а с левой ладони швыряю молнии и шары огня. Не нужны даже заклинания, достаточно потянуться к стихиям, которые меня окружают. И, тем не менее, какие-то удары пропускаю. Скорее всего, бьют боевыми артефактами. Бой длился от силы десять минут, а может и того меньше. Балки перекрытий трещат, вот-вот обвалятся и их пожирает огонь. Каменные стены в трещинах, плитка на полу превратилась в крошево. Я же иду к бледному как полотно графу, выставившему перед собой меч. Артон пытается активировать какие-то заклинания. Вот в меня полетела очередная молния, отмахнулся от нее рукой, и она ударила в потолок.

— Не подходи! — завизжал тот, кто все это затеял.

— Ничего личного, — хмыкнул я, отбил выпад меча и ударил левой между глаз своему врагу. — Перестарался, — резюмировал, осматривая сбитые костяшки, на которых выступили капли крови. — Хотел же с ним поговорить. Зачем в удар магию воздушного кулака вложил? — посмотрел на мертвого графа, в глазах которого застыл ужас.

Моим ударом ему смяло переносицу и раздробило лобную кость, последние достали до мозга. Артон умер мгновенно, а должен был ответить за все, что сделал. Журбер меня точно за такое не похвалит. У герцога бы этот гад долго мучился и рассказал все, даже то, что слышал и забыл! Ну а дальше, я направился в подвал трактира. Выломал пару дверей, пока не обнаружил Свению и Гаррая. К моему облегчению, баронесса с бароном не сильно пострадали. Зато трактир разваливался, пришлось создать защитный купол и уходить. В тот момент уже двигался на морально-волевых, магии почти не осталось в источнике, последние крохи в защиту вливал. Стали беспокоить раны, почти ничего не соображал, но мы вышли.

— И все же, что случилось, когда стал стихиями швыряться, как снежками после первого снега? — задался вопросом, при этом точно понимая, что нахожусь во сне.

Проснулся поздним вечером, на столе горит лампадка, в кресле дремлет незнакомка. Попытался привстать, плечо и живот прострелило болью. Какое-то неприятное ощущение на спине и стянута правая половина лица. Осторожно ощупал свое тело и пришел к неутешительным выводам. Получил ожоги, ранения не залечены и организм ослаблен. Зато источник заполнен где-то на четверть, а значит не все потеряно. Не выгорела во мне магия, а остальное заживет, точнее, залечу. Странно другое, что целитель не справился с поверхностными повреждениями. Или пострадали внутренние органы и на них заклинания уходили? В общем и целом, если не двигаться, то чувствую себя более-менее. Потребности организма тоже ощущаю, хочется посетить ванную комнату, а потом закинуть в желудок чего-нибудь существенного. Проблема еще в том, что не понимаю, где нахожусь. Скорее всего у Загора гощу, но это только предположение. Если разобраться, то я помог контрабандисту укрепить влияние. Его люди возле трактира мелькали и именно на них падет подозрение, что они разобрались с наемниками.

— Надо встать, — прошептал я и применил пару малых целебных заклинаний.

На удивление, они мало помогли, пришлось отключить болевые рецепторы в плече и животе. Конечно, потом буду дольше восстанавливаться, но сейчас следует действовать. Существует ничтожный шанс, что попал к врагам, необходимо его исключить.

— Смешно, — чуть слышно буркнул, сделав пару шагов.

С меня градом пот льется, ноги и руки дрожат. О каком сопротивлении может идти речь, если рядом недруги? Сейчас со мной даже малолетка справится. Я сумел-таки оказаться в ванной комнате, при этом сиделка не проснулась. Девушка во сне чему-то улыбалась и делала губы бантиком. Похоже, ей снился любимый, с которым она целовалась или мечтала об этом. Разве мог ее от такого сновидения оторвать? Смеюсь, намереваюсь действовать осторожно.

— Ну и рожа, — произнес я, рассматривая свое лицо в зеркало.

Недельную или около того щетину принял, а вот ожог мою внешность сильно подпортил. Боюсь, маги, занимающиеся коррекцией внешности, на мне озолотятся. А с учетом повреждения груди, живота и спины, то денег запросят столько, что останется их внукам, а то и правнукам. Ну, платить-то не собираюсь, могу и сам себя подлатать. Кстати, есть абсолютная уверенность, что самолечение в моем случае лучший и быстрый способ встать на ноги и не пугать своей физиономией прохожих.

— Или все же заняться плечом и животом? — потрогал тугую повязку.

Как только прекратит действие заклинания болевого порога, то меня сразу скрутит. Вот и думай, лицо восстанавливать, а потом в постели валяться или от ранений избавиться. Нет, раздумывал недолго, внешность важна, но только когда сам твердо стоишь на ногах.

— И кто так повязки наложил? — ругнулся с трудом развязывая узел, а потом осторожно разматывая толстый слой ткани вокруг своего живота. — Неприятно, — смывая сочившуюся кровь, констатировал я.

Пока заклинания исцеления не применяю, замыслил его сразу сделать мощным и одновременно направить на живот и плечо. Ткань-то мог бы не снимать, но тогда она могла оказаться под новой кожей, если сработает исцеление.

— Приступим, — встал напротив зеркала и дал команду источнику начать с повреждения плеча.

Прямо-таки на глазах отверстие от болта затянулось тонкой кожицей, а потом она стала обычной толщины. Различия только в том, что в месте попадания нет загара, но это мелочь. С повреждением брюшной полости все оказалось еще проще. Внутренние органы все целы, работают в штатном режиме.

— Другое дело! — отозвав обезболивающее заклинание, сказал сам себе. — Теперь надо бы разобраться с личиком, а то в темноте мне сразу начнут кошельки отдавать. Хм, могу неплохо на этом подзаработать, — пошутил и задумался.

Как удалить шрамы и волдыри на половине лица? Про все остальное тело речь не идет, вряд ли хватит запаса магии. В источнике-то уже процентов десять осталось. Что-то расход не радует. Вроде, как и умения подпрыгнули, возможности удивительные, но жрут энергии много. Это как спортивная, большая и классная машина в моем предыдущем мире. Скорость впечатляет, мотор мощный, но топливо жрет, как не в себя. Так и в моем случае, надо озаботиться пополнением магии, но об этом потом поразмышляю и поэкспериментирую. Ладонью накрыл поврежденную щеку и представил, как кожа восстанавливается. Жжется, нервы дергают, зубы почему-то разболелись, а из моего источника происходит стремительный отток магии. Еще и электрические импульсы стали кожу колоть, а потом ее как будто до мясо содрали и начали заново приклеивать. Зачесалось страшно, прямо-таки зуд! А заклинание никак не завершится и прерывать его нельзя. Лбом ткнулся в зеркало, происходит расход жизненной силы, чего никак не ожидал. Ноги затряслись и даже попытался ладонь от лица убрать, но та словно приклеилась. Минуты три так простоял, а потом все резко оборвалось.

— Вот черт, — ругнулся, рассматривая себя в зеркало.

Нет, ожога нет, кожа как у младенца, ни грубостей, ни естественных складок, ни намека на щетину, естественный загар тоже отсутствует.

— Перестарался, — потер затылок, понимая, что не учел многие факторы. — Интересно, щетина-то будет расти? Или вторую половину лица такой же сделать? Нет, этак и вовсе за пацана-переростка начнут принимать.

Пришлось исправлять ошибку, но на этот раз восстановительная процедура оказалась почти безболезненной и быстро завершилась. На радостях полез в ванну, так как присутствует знакомая сантехника, есть горячая и холодная вода, то нетрудно догадаться, что нахожусь в поселении. Похоже, меня все же из города увезли. И как только рискнули? Я же в плохом состоянии находился. И, кстати, почему сиделка незнакомая? Или меня поместили в другой дом, а не трактир Гуршаба? Ну, чуть позже узнаю. Сейчас очень хочу смыть с себя остатки крови и пота. Уже вытираясь банным полотенцем, услышал крики, беготню и чью-то брань. В магической карте увидел знакомые встревоженные ауры, находящиеся в комнате, где недавно очнулся. Подошел к двери и прислушался.

— Как, как ты могла уснуть⁈ Где теперь графа искать⁈ Что если его враги похитили⁈ — возмущенно обращается к кому-то Загор.

— П-п-простите меня, — заикаясь, пролепетал девичий голосок. — На секундочку глаза прикрыла, а когда их открыла, то раненый исчез.

— В доме его нет! На улице никто не видел! — доложил чей-то незнакомый голос. — Чужаков не было, ни один сигнальный контур не нарушен.

— Чертовщина, — произнес глава контрабандистов.

А вот аура баронессы успокоилась, Свения о чем-то догадалась.

— Айлексиса не только сложно убить, он продолжает нас удивлять. Уверена, с графом все в порядке, — произнесла племянница Журбера.

— Не факт, — нервно сказал лейтенант. — Мы его чуть не потеряли, он был на грани и могло произойти все, что угодно.

— Печально, что ты в меня не веришь, — заявил я, входя, с трудом сдвинув в бок дверь ванной комнаты. — Доброго утра всем, простите, что доставил хлопот.

Немая сцена! Больше всего порадовали глаза Загора, которые чуть из орбит не вылезли. Контрабандист даже пару раз моргнул, а потом меня обошел и в ванную комнату заглянул.

— Это что такое? — задал вопрос вслух глава контрабандистов.

— Ванная комната, нет? — ответил я ему очевидную на мой взгляд вещь.

— Но ее тут отродясь не было, — растерянно произнес Загор и зачем-то пощупал стену. — Господин Айлексис, как вы ее создали? Вам доступны утерянные знания и высшая магия?

— Ничего не создавал, — я отрицательно покачал головой. — Проснулся, захотел освежиться и сюда, — кивнул в сторону комнаты, — зашел.

— Может при строительстве дома эту комнату замуровали? — предположила баронесса.

Кстати, неплохой вариант, я-то точно ничего не делал. Или спросонья непроизвольно что-то сотворил, не отдавая себе в этом отчета? Нет, это бред, такое никому не под силу. Но почему-то однозначно уже утверждать не возьмусь. Загор как-то на меня с опаской смотрит, Гаррай восторженно, а баронесса хмурится и о чем-то задумалась.

— Ладно, потом с этим разберетесь, — махнул я рукой. — Почему не вижу Журбера и Иштанию, они не пришли меня проведать и не переживают?

В ответ тишина и почему-то все потупились. Как-то мне это совсем не понравилось. Похоже, пока валялся в отключке, что-то произошло и явно не из разряда хороших новостей.