Двойник 2

Глава 16 У КАЖДОГО СВОЙ ВЗГЛЯД И ЦЕЛИ

Глава 16. У КАЖДОГО СВОЙ ВЗГЛЯД И ЦЕЛИ

С Журбером поговорили продуктивно, поспорили, по некоторым вопросам остались при своем мнении, но, в общем и целом, пришли к общему знаменателю. Как бы мне не хотелось, а, похоже, придется взваливать на себя непосильную ношу. Черт! Даже не верится, где я, а где император! А скажи мне о таком не так давно, то и вовсе бы от души посмеялся. И даже не важно, где бы находился, в своем родном мире или уже став двойником сына герцога. Правда, я себя именно последним ощущаю, соскучился по родным, горевал о гибели отца. Сам путаюсь в ощущениях, когда одна реальность наложилась на другую. Нет, про родителей не забыл, но их вряд ли увижу. Впрочем, возможности высших магов древности впечатляли. В летописях упоминалось, что те путешествовали между мирами. Сумею ли этого достичь? Сложно сказать, а сделать еще труднее. Кстати, бывший глава тайной канцелярии использовал против меня мои же возможности. Точнее, он не стал скрывать, что в личной сокровищнице императора, куда вхож только тот, кого изберет магия правителя, есть множество древних книг с различными описаниями. Мол он лично передавал Волтуру найденные фолианты и летописи, в которых указывалось, как добиться нужного результата высшему магу. Вроде бы даже имеются описания процесса заклинаний высшего порядка.

— Но почему ими не воспользовались? — спросил я Журбера.

— А некому, — развел тот руками. — У императора в источнике от былого могущества предков оставались крохи. Будучи молодым, Волтур надеялся раскачать источник. Предпринимал немыслимые усилия и ему даже удалось увеличить резерв магии, но не глобально. Зато вы, получив магическое благословение артефакта правителя, и ознакомившись с теми книгами, наверняка кое-что сможете.

Купил ли он меня этим? Нет, это всего лишь один аргумент, далеко не такой важный, как кажется. Старый лис, как часто про себя называю Журбера, приводил различные доводы в пользу своего плана. Но больше всего меня впечатлил негативный прогноз в его исполнении.

— Допустим, Каршанская империя падет и ее поделят. Часть отойдет горшанцам. Что те сделают? Разумеется, установят собственные порядки. Население начнет вымирать от непосильной работы. Они вроде бы и не будут рабами, но это только номинально. На той части, где будут править ставленники северян и орков, окажется не лучше. Победители будут вправе на все, что угодно. Захотят кого-то казнить? Без проблем! Взять себе десятую или двадцатую жену на одну ночь? Никто и слово не скажет. Ну, если возмутятся, то те долго не проживут. И это будут как обычные бедные люди, так и аристократы. Впрочем, последних выгонят на улицы, лишат всего и большинство из них скатится на дно. Возникнут шайки, грабящие всех и вся. Страна окажется разорена. Это же касается и меня, твоих родных и знакомых. Спасутся лишь те, кто сумел заранее вывести накопления и сбежать в другие страны. Согласись, такие люди просто предатели, раз не сражались до конца.

— Все это осознаю, — признал я. — Но есть же еще и личные чувства.

— Иногда ими приходится жертвовать, — парировал Журбер. — И потом, что плохого в женитьбе на графине Вилар? Она не глупа, красива и обаятельна, а если иногда выходит из себя, то мы все люди, а не бесчувственные чурбаны.

Хм, кстати, откуда он узнал, что меня так Ишта назвала? Не удержался и об этом спросил. Старый лис рассмеялся, но все же ответил:

— А она тебя так неоднократно называла и не только такими словами. У графини сильные эмоции, ничего она с ними поделать не в силах. Хотя и пытается очевидное не признавать, как и вы, дорогой мой, граф!

Что он подразумевал, так и не объяснил, только улыбался. Ну, возможно, я бы его дожал или он сам рассказал, но нам Гунбарь помешал. Оказалось, что судно прибыло, на котором предстоит отправляться. Хорошие новости на этом закончились. Второй корабль получил повреждения, налетев на затопленное бревно. Поэтому-то отряд канцлера нас в дороге не сможет сопровождать, точнее, на борт возьмут не больше пяти северян.

— Все планы рухнули, — поморщился Журбер. — Даже если Северус с нами отправится, то он не повезет обратно молодую жену с такой малочисленной охраной, даже не смотря на свои способности.

Однако, на этом череда плохих новостей не закончилась. Канцлер северян пришел и сообщил, что ему необходимо уехать. Правитель отзывает, по каким-то вопросам, о которых он сказать не имеет права. Он не стал скрывать, что предлагал Сарике отправиться с ним, но та наотрез отказалась.

— С вами отправятся пятеро моих преданных воинов, они получат возможность говорить от моего имени. Их основная задача — охрана моей невесты, — мрачно изрек северянин.

Вот так, минут за пятнадцать, рухнули все стройные планы бывшего главы тайной канцелярии. Мало того, у него не оказалось запасного, о чем он мне признался. Предстоит действовать, полагаясь на удачу, чутье и собственные силы. Ну, нам не впервой, а когда окажемся в Айлевирском герцогстве, то будет легче. Время тянуть не стали, приняли решение немедленно собираться и отправляться. Северус аналогичные приказы отдал своим воинам. Я нашел Гаррая и выдал тому наставления и предварительный план, шитый белыми нитками. После общения с лейтенантом отправился к Иштании. Зурбу отослал собираться и помочь, если потребуется, Журберу, с которым у воительницы запутанные отношения.

Вошел без стука, размышляя о предстоящем пути и пытаясь мысленно проложить оптимальный маршрут до Эйлина. Стал невольным свидетелем, как графиня сама с собой разговаривает. Услышанному удивился и не удержался от вопроса:

— И чему вы улыбаетесь?

— Разве вас не учили стучать в номер к даме, прежде чем входить? — оглянувшись, холодно ответила та.

Легонько стукнул костяшками пальцев по дверному косяку. Ну, неправильно поступил, признаю, однако, раз графиня выбрала такой вариант общения, то ответил не то, что думал:

— Иштания, простите, но это как бы мой номер. Согласитесь, стучаться к самому себе как-то слишком. Не находите?

— Айлексис, вы издеваетесь? — полыхнула гневом аура девушки.

— Нет, — вздохнул, а потом подошел к ней. — Слушай, мы все в одной лодке и не время ее раскачивать. Ишта, ты на меня зла и обижена, но давай устроим перемирие. Нам надо, как минимум, отсюда выбраться и оказаться в безопасном месте, — произнес я, глядя в глаза графине, перейдя на ты, наплевав на этикет.

— Мы не ссорились.

— Разве?

— Граф, я живой человек, со своими эмоциями и чувствами. Вы же, — девушка запнулась, — не хотите признавать, что поступили неправильно. Признаю, сейчас не время и не место для выяснения мотивов, которые вас на это сподвигли, — она сдерживается, чтобы не сорваться, ее аура кипит от возмущения.

— Ишта, знаешь, такой ты мне еще больше нравишься. Жаль только, что беззаботность исчезла, как при первом знакомстве. Кстати, предлагаю наедине общаться коротко, без титулов и расшаркиваний. Как на это смотришь?

— Айлексис, вы меня совсем запутали, — сделала та шажок назад.

— Дело в том, что как бы вы не относились к планам Журбера, — вновь перешел на вы, — но нам предстоит ему подыграть. Окружение должно увериться, что все происходит на самом деле.

— И как далеко хотите зайти?

— Не знаю, — честно признался я. — Надеюсь сохранить свое герцогство и не дать погибнуть империи.

— Присядем? — кивнула Иштания в сторону кресел. — Разговор у нас серьезный. Нам есть, что обсудить.

Она меня удивила, резко стала собранной и внимательной, свое раздражение подавила и теперь передо мной не просто аристократка, а дочь императора, которая переживает за страну.

— Боюсь, — отрицательно качнул головой, — у нас нет времени.

— Пять-десять минут найдем, — твердо сказала девушка.

— Хорошо, давайте поговорим, — не стал спорить.

Мы сели рядом, словно прожили вместе десяток лет. При этом разговор она не спешит начинать, о чем-то размышляет.

— Айлексис, вы и в самом деле обрели высшие магические умения? — задала графиня неожиданный вопрос.

— Умения? — переспросил я. — Не совсем верно, скорее, возможности и способности. Источник имеет большой запас энергии, но заклинаний знаю мало. Если приходится задействовать магию, то пользуюсь ей грубо, следовательно, отток сил в разы больший, чем должно быть.

— Это как?

Я чуть задумался, а потом попытался объяснить:

— Ну, допустим, малое целебное заклинание, раньше вливал стандартное количество энергии, а теперь не получается такую малость использовать. Как ни пытаюсь, а из источника забираю больше, чем требуется.

— Поняла, — кивнула Ишта. — Это как в самом начале пробуждения силы, когда только учишься. Верно?

— Да, можно и так сказать.

— И вы способны выстоять против армии врага? — прищурилась графиня.

— Понятия не имею, — честно ответил я. — При возможности такого бы попытался избежать, но если деваться будет некуда, то выбора не останется.

— Принимаю и этот ответ, — потерла висок графиня. — Что насчет планов Журбера? Как вы его себе представляете? Заставите меня стать вашей супругой?

Девушка сидит словно натянутая струна. На меня не смотрит, а свою ауру всячески скрывает. Ее волнение выдал дрогнувший голос и побелевшие пальчики, которые она сцепила в замок.

— Разве такое возможно? — пожал плечами, но потом сам же ответил: — Нет, принудить кто-нибудь и сумеет, рычаги давления используются разные и зачастую очень грязные. Но, графиня, неужели считаете меня таковым? Нет, вашу волю никому подавлять не позволю, насколько это в моих силах. В том числе и клянусь, что сделаю все от меня зависящее, чтобы защитить и оградить от неприятностей. Повторюсь, до того момента, как окажемся в безопасности, пусть и условной, нам следует делать вид, что готовимся к брачной церемонии. Это для врагов империи, чтобы те сто раз подумали, а стоит ли продолжать войну. Дело в том, что свои способности намереваюсь продемонстрировать на поле боя при удобном случае. Если же все решат, что у меня окажется возможность получить благословение артефакта власти Каршанской империи, то получится другой расклад.

— Но если церемония венчания все же пройдет. Что тогда?

Хм, честно говоря, на этот вопрос у меня нет ответа. При этом понимаю, что Журбер именно к этому подводит и другого выхода не видит. Впрочем, бывший глава тайной канцелярии не скрывает, что и в таком случае все окажется далеко не так-то и просто. Получить власть полбеды, ее следует удержать и навести в стране порядок.

— Иштания, поверьте, ничего дурного в отношении вас не замышляю, — медленно произнес, глядя в глаза своей красивой собеседницы. — Готов даже принести магическую клятву, чтобы растопить лед сомнения. Если же у нас не найдется другого выхода, и вы согласитесь, подчеркиваю, согласитесь в трезвой памяти, а я это приму, и мы проведем свадебный обряд, то и в таком случае не буду вас в чем-то ущемлять, подавлять волю и принуждать.

— Почему?

— Что почему? — не понял я.

— То, о чем говорим, это своего рода династический брак, в странном его проявлении. Но, тем не менее, это так. В таком случае, когда-нибудь возникнет вопрос наследника. Или империя вновь окажется в таком же положении, как сейчас. Что тогда? Заставите меня лечь с вами в постель⁈ — она вновь начала заводиться.

Очень хотелось ее спросить, с чего она так себя ведет и неужели настолько ей противен. Но, промолчал, иначе опять разругаемся. Сам уже на взводе, всячески это подавляя.

— Всегда есть место бастардам или признанным детям, рожденным не в браке, — буркнул я.

— И как вы посмотрите на то, что такой ребенок будет моим⁈

— Убью, — вырвалось у меня.

— Кого⁈ Айлексис, как ты такое смог сказать! Дети ни в чем не виноваты!

— Всех убью, если кто-то к тебе прикоснется, если официально заявишь, что станешь моей, — помимо моей воли, словно кто-то такие слова диктует, произнес я.

— Вот и вся твоя сущность проявилась! Рассуждаешь о незаконнорожденных детях, собираешься иметь любовниц и фавориток, а мне значит ни-ни⁈

Сцепил зубы, сжал кулаки и мысленно заставляю себе успокоиться. Интересно, с чего это такая у меня реакция? Гнев в момент, когда графиня произносила слова про детей, затмил разум, а перед глазами красная пелена образовалась.

— Император волен иметь официальных фавориток, на случай если супруга страдает мигренью, — процедил я. — А вот про то, чтобы императрица изменяла нет ни в одном законе!

— Но негласные-то положения имеются, — хмыкнула та. — Или считаешь, что в династических браках, когда мужчина лет на шестьдесят старше, то именно он являлся отцом наследников? Это не выносится на всеобщее обсуждение, но другим способом зачать дитя еще не придумано! Даже магия бессильна в таком случае.

Еще бы немного и наши, если так сказать, переговоры с примирением потерпели крах. Находились на грани ругани. Графиня уже метала молнии из глаз, ее аура искрила, но нас спасла баронесса. Свения без стука вошла, осмотрела нашу парочку, хмыкнула и сказала:

— Шхуна готова к отплытию, меня об этом просил передать Журбер. Он уже заселился в одной из кают. Кстати, заранее предупреждаю, нам троим предстоит делить одно помещение, мест очень мало.

— Это еще почему? — нахмурилась графиня.

— Герцог сослался на свод правил и этикет, что высшие чины империи не вправе спать в одном помещение со слугами или подчиненными, — баронесса задумчиво нахмурилась и призналась: — Никогда о таком не слышала, но Журбер был очень убедителен.

— Но это вас обеих скомпрометирует, — медленно произнес я, поражаясь хитрости и настойчивости бывшего главы тайной канцелярии.

— Чем он объяснил такое решение? — поинтересовалась Ишта. — Почему не захотел сам с нами разделить каюту

— Тем, что молодежь ему помешает, — хмыкнула баронесса, а потом добавила: — При этом, за его спиной стояла Зурба и, мне показалось, светилась от счастья.

— Намекаешь… — прищурилась графиня, но фразу не закончила.

— Без комментариев, — покачала головой баронесса.

В общем-то, замысел герцога понятен. Если мы втроем не найдем общий язык, то переругаемся и вряд ли его план осуществится. Но, черт возьми, как в такой ситуации поступить? Может в трюме путешествовать? И потом, есть же еще Сарика, ее статус невесты канцлера позволяет не нарушить правил, которые, как подозреваю, Журбер выдумал на ходу. Хоть убейте, но такого не припомню! В карете путешествовать в разном обществе можно, а на корабле нет⁈ Бред! А еще следует вспомнить, как прибыла Иштания на галере в Пуртанск. Там тоже речь не шла ни о каких статусах. Или ошибаюсь? Удивительно другое, дамы не очень-то возмущаются, больше для проформы, при этом пару раз переглянулись и явно о чем-то негласно договорились.

— Пойдемте на шхуну, посмотрим, что там и как, — уклончиво предложил я.

По расчетам, корабль будет в пути пятеро-семеро суток. Столько без сна не выдержу. Мы покинули трактир, каждый думает о своем. Но ауры девушек светятся этаким предвкушением. А Иштания еще и под руку Свению взяла и о чем-то с ней зашушукалась. Не иначе что-то против меня замыслила! Капитан рыболовного баркаса, а корабль оказался именно таким, показал мне кубрик с подвесными гамаками.

— Организовали дополнительные места для отдыха. Как видите, тут мест нет, — как-то уж больно заученно объявил мне тот. — Свою каюту вам отдал, а в той, где проживал помощник, заселился герцог. В последней свободной, третьей каюте, по просьбе канцлера северян, разместили его невесту и белошвейку.

Судно не впечатлило, старое, местами требуется ремонт. Как бы оно не затонуло от небольшой волны.

В итоге, отчалили под утро, при этом местным за приют заплатили, а вещей почти не имелось, грузить толком ничего не пришлось. Но выход все время затягивался. То пара моряков где-то гуляла, то Сарика никак с канцлером перед расставанием не могли наговориться, то Журбер просил пару минут подождать, чтобы он какое-то поручение смог отправить. Спрашивать герцога, с кем ведет переписку я даже думал. Захочет — расскажет. Старый лис меня в курс дела вводил, когда выпадала свободная минутка. Давал характеристики тем, кто был приближенным к Волтуру и занимал высшие чины в империи. С первого, кого он начал — верховный маг. Именно его герцог обвинял в том, что началась борьба за трон.

— Айлексис, поверь, этот паук не успокоится, пока его голова на плахе не окажется и покатится на помосте на радость толпе. От Буржана необходимо избавиться всеми возможными путями, — внушал мне бывший глава тайной канцелярии.

— А если он принесет магическую клятву?

— На крови не станет, а остальные можно обойти. Еще никто не сумел учесть все обстоятельства. И, подумай, если захочешь, то создашь условия, когда магия воспримет твои действия правильно, но по факту ты все подвел к нужному результату и как бы измены не случилось, — Журбер хмыкнул. — Самый простой и элементарный пример — супружеская измена. Клятва дана в храме, заверена священнослужителями, даже получено божеское благословение. Но ее обходят, гуляют на стороне и никаких кар небесных или магических не происходит.

Честно говоря, с этой точки зрения никогда не рассматривал магические договора. Хотя, понимал, что в тексте необходимо исключить любые лазейки. А это практически невозможно. От случайностей мало кто застрахован.

— Молчишь? — усмехнулся Журбер. — А в столице уже давно существуют адвокатские конторы, которые готовы взяться за обход самого сложного магического договора. Да, это незаконно, но они свою деятельность не афишируют, берут дорого и далеко не каждый готов столько заплатить.

— Намекаете, что если я с Иштой проведем брачную церемонию, то она ни к чему не обяжет? — уточнил, догадавшись куда клонит мой собеседник.

— Верно, — подтвердил тот. — При этом брак будет самый настоящий, разумеется, после всех проведенных ритуалов.

— И много таких пар при дворе?

— Спроси лучше, кто заранее не предусмотрел лазейки, — хмыкнул герцог. — Ладно, это ты понял, сообразишь, если потребуется. Теперь к вопросу северян, — Журбер поморщился, словно от зубной боли. — Не вовремя Северуса отозвали, не удивлюсь, что правитель не доволен его действиями. Тем не менее, войска и племена орков медленно, но уверенно продвигаются вперед. И им не то, чтобы оказывали уж большое сопротивление, замедляет долгое снабжение и все большие открывающиеся территории. Возникают споры, тот или иной город брать в осаду, следует ли осаждать замок сейчас или захватить его позже.

— Вожди орков смуту вносят? — уточнил я.

— Да, но они лишь преследуют свои цели. Желают как можно больше получить трофеев, не хотят ничего упускать. Но есть у них и проблема. Оркские отряды так далеко не удалялись от своих земель, а добычу отправить с обозом опасаются. А вот горшанцы стараются как можно быстрее добраться до Каршанска. Такими темпами, сумеют через полгода захватить нашу столицу. Нет, они встречают ожесточенное сопротивление, часть герцогств объединилась и примкнула к армии. Но и тут не обходится без конфликтов.

— Не продолжайте, и так понятно, — отмахнулся я. — Если в отряде есть несколько равноценных командиров, которые никому не подчинятся, то успеха это не приносит.

Ну, честно говоря, ни разу не удивлен. Журбер не открыл для меня чего-то нового, ну, за некоторыми исключениями и подумать над этим необходимо. Вот только когда бы это сделать? Шхуна отплыла, на палубе делать нечего, ветер и начавшийся дождь кого угодно загонит под крышу.

— Могу войти? — постучал в каюту, которую предстоит делить с дамами.

— Конечно, — раздался уверенный голос графини.

Помещение с одним иллюминатором, тремя узкими кроватями, между которыми проход в полметра, не больше. Стол, три стула и два сундука. Тускло светит единственный магический светильник. Девушки под одеялами и даже не пытаются сделать вид, что спят. Обе на меня с интересом уставились. Ждут, что устрою стриптиз? А переодеться необходимо, одежда на мне сырая. Не следовало под дождем мокнуть! Но ведь и ситуация нестандартная, надеялся, что дамы уснут.

— Айлексис, не стесняйся, тут все свои, — ехидно произнесла Иштания.

На что это она намекает? Свения невозмутима, понять ее мысли невозможно. Сомневаюсь, что она рассказала подруге о том, в какую ситуацию со мной попала. От нас тогда мало что зависело, источники правили бал.

— Даже не думал, — вернул улыбку графине и стал расстегивать пуговицы на рубахе.

— Граф, вам следует найти время и позагорать, — буркнула баронесса и пояснила: — Кожа на спине неравномерного цвета.

— Или сходить к целителю, корректирующему внешность, — вставила свои пять медяков Иштания. — И не переживайте, мужчины там появляются ненамного реже женщин.

— Удивительно, откуда вы так осведомлены? — хмыкнул я, не спеша надевать сухую рубаху, делаю вид, что еще ее не отыскал в своем мешке с одеждой. — Графиня, у вас же природная красота, которая корректировке не подвергалась. Кстати, баронессу это тоже касается.

Чувствую, водное путешествие будет на редкость интересным и незабываемым. И чего на меня дамы взъелись? И ладно бы еще Ишта так себя повела, но ведь и Свения ей поддакивает. Хотя, с баронессой у меня тоже отношения не такие простые. Ладно, спать пора, впереди много задач, но основная — попасть домой и увидеться с родными. Еще предстоит официально вступить в права управления герцогством. А там проблем немало. Кстати, не отправить ли мне послание с чертежом баллисты? Было бы неплохо, если к моему появлению сделали десяток-другой, а тактику ведения боя уже лично объясню. С этими мыслями и заснул. Утром меня разбудила встревоженная баронесса. Она трясет меня за плечо и шепчет:

— Граф, хватит дрыхнуть. Похоже без вас не обойтись. Да вставай же ты, черт тебя подери.

Хотел возмутиться, но ладошка Свении зажала мне рот.

— Тихо, а то разбудишь Ишту. Той надо отдохнуть, она настолько морально истощена, что в любой момент в обморок грохнется. Вот зачем так ее доводить?

Лежу, толком ничего не понимаю, а баронесса продолжает:

— Нас преследуют две галеры, вывернули из какого-то протока. Словно ждали. Вперед смотрящий предупредил, что по курсу еще три корабля, но пока еще далеко. Капитан нашего судна не знает, что предпринять, а Журбер послал тебя разбудить.

Сон как рукой сняло! Мгновенно подскочил на кровати и в мгновении ока натянул на себя одежду. Похоже, канцлера не просто так вызвали к своему правителю. Но неужели Северус не мог что-то подобное предположить? Это уже не важно, особенно в свете того, что я разглядел на боевых галерах, когда выбежал на палубу, горшанские флаги.