Фракиец. Экспансия

Глава 6

Битва.

На забрали промелькнула информация поверх прицела и почти тот час исчезла.

Сила тяжести меньше стандартного на 17 %.

Ресурс: 100/100 — Прогноз автономии: 3 часа 23 минуты.

Повышенноя содержание кислорода.

Внешняя среда — пригодна для дыхания.

— Огонь, сучьи потрохи! — разнесся голос легата над нашими головами, явно усиленный системным навыком.

В двух стадиях впереди, у подножья багрового храма, мы увидели многочисленный строй зеленокожих урукхаев (стадия — около 180 м.). Передние ряды были закованы в темные доспехи, их фигуры, ощетинившиеся копьями, мечами и укрытые щитами, оказались не главной угрозой.

Исполины. Чудовищные. Непостижимые. Они высились перед вражеским строем, как скальные утесы. Всего двое. Но выше самого высокого дерева, что я видел когда-либо. Их угловатые силуэты резали багровое небо, нависая грозными темными башнями. Совершенно лишённые гибкости живого существа, они казались выкованными целиком из черно-серой стали. Левый выглядел словно гигантская уродливая статуя, а правый — как будто непомерно крупная птица с обрубками вместо крыльев.

Похоже, что они что-то вроде того механоида, который был подчинён ледяному герою. Но намного, намного больше.

Изумленный рокот, изданный нашими рядами, стих. Прожив лишь пару мгновений, он обрубился. Легионеры замерли в напряженной звенящей тишине…

Недолго. Мои пальцы сжали гашетку, закрутившиеся стволы извергли свинец и пламя перед собой, нарушив эту смертельную тишину. Краем глаза я увидел, как передние ряды легионеров опустились на колено и начали обстреливать ряды урукхаев.

Я увидел, как мой шквал огня рванулся к левому исполину, ударил прямо в грудь, туда, где у живых существ бьется сердце. Пули не пробивали броню, лишь рассыпались на свинцовые брызги. Их рикошеты визжали, разлетаясь в стороны, как обезумевшие шершни. Ни единой вмятины. Ни трещинки. Броня исполина поглощала ярость моего огня, как бездонная пучина. С проклятием я рванул стволы в сторону, перенося огонь вглубь. Туда, где кишели зеленокожие орды, спрятавшись за спинами гигантов. Но и там меня ждала преграда.

Воздух за исполинами мерцал и искажался, будто бы находился над раскаленными углями. Пули, долетавшие туда, внезапно тормозились в яркой вспышке, теряя убийственную силу. Лишь некоторые, едва ли одна из десятка, прокрадывались сквозь дрожащую пелену, где находили жертву.

Практически синхронно с первыми нашими выстрелами обе горы адского железа вздрогнули. Сквозь грохот боя пробился низкий, леденящий душу гул. Чудовищные руки, каждая толще моего туловища, с оглушительным скрежетом взметнулись вверх.

Вместо кистей конечности железных чудовищ зияли огромными жерлами орудий. Черные широкие пасти с оглушительным грохотом начали изрыгать в нашу сторону губительные огненные росчерки.

Полупрозрачная мерцающая стена Лаксиэль вспыхивала болезненно-белыми сполохами, останавливая вражеские снаряды, что с ощутимым даже на расстоянии звуком падали на растрескавшуюся землю.

Перекрывая грохот битвы, над нами раздался голос Пелита, искаженный странными вибрациями. Он звучал так, как будто шел глубоко из-под земли:

О многочтимый Зевес, о Зевес, не губимый вовеки,

Ты нам — свидетель, ты — наш избавитель, ты — наши молитвы!

С каждым словом щит альвийки как будто становился толще и прочнее. Его мерцающая ткань сгущалась на глазах, а ослепительные сполохи от огненных ударов гасли быстрее.

Не прекращая стрелять, через интерфейс манипулы я попробовал передать мысленное послание Марку Туллию:

' Винтовочные пули не пробивают защитную стену!'

В этот же момент, переплетаясь с моим посланием, раздалась тихая мысль Лаксиэль:

' Маны хватит еще секунд на 20, не больше.'

И, похоже, легат в полной мере осознал оба наших послания. Над полем боя раздался громогласный крик Марка Туллия, продублированный и через интерфейс манипулы.

— Прекратить огонь! — грозный рёв обрушился на легионеров, чьи винтовки, словно споткнувшись, начали замолкать.

И тут же через интерфейс манипулы ударили четкие команды, лишенные паники:

' Лоотун! На тебе правый!'

' Рыжий! Прикончи левого!'

Легко сказать «прикончи». Как убить то, чему не причиняют вреда огненные очереди пулемёта. Но эта мысль посетила меня лишь на миг. Сейчас единственным шансом победить я посчитал всесокрушающий удар мечом. Надеясь, что он сможет пробить то, что не под силу свинцу.

Я рванулся вперед, возвратив пулемет в пространственный браслет. Доспех едва слышно взвыл, реагируя на резкое движение. Плазменный тесак, призванный из карты, был готов вспыхнуть пламенем в моей руке. Стремительно я помчался к левому исполину. Справа раздалась громоподобная очередь: — БАХ! БАХ! БАХ…

Краем глаза заметил, как от нескольких попаданий правый гигант немного покачнулся. На его мертвенно-серой броне, куда пришлись попадания, возникли глубокие вмятины, опоясанные трещинами.

Используя навык контроля гравитации, я не столько уменьшил свой вес, сколько использовал её неуклонную силу, чтобы подтолкнуть себя в спину. Земля под ногами превратилась в смазанный серый поток. Я мчался, как сорвавшийся с вершины воз, тело едва успевало за мыслью, а ноги лишь мелькали, на мгновение касаясь камней и грозя на каждом шагу предательски подломиться. А над головой лился свист и рев, багровые трассы огня от орудий гигантов рвали воздух в клочья. Поймаю один шальной снаряд, и останется лишь уповать на магическую защиту, что я активировал перед боем, надеяться на крепость иномирного доспеха и на удачу умереть достаточно быстро, дабы успеть воспользоваться шагом назад.

Сквозь кромешный грохот боя прорывался речитатив жреца, больше похожий на звучание голоса Кронида:

С помощью, царь наш, твоей головы на свет появились

Матерь богиня земля и гор вознесенные кручи.

Я успел пробежать уже не менее стадии, когда гигант решил обратить на меня внимание. Огромное жерло на его руке, еще миг назад грозившее нашему строю и щиту альвийки, как показалось, взглянуло мне прямо в глаза.

Мысль опередила снаряд. Сделав резкий рывок всем телом вверх, я подтолкнул себя, уменьшив вес, насколько было возможно, и успел пропустить смертоносные снаряды под собой. Немного сместил в сторону свой полет и тут же отключил навык. Меня резко швырнуло вниз. Я кувыркнулся через голову, погасив скорость перекатом. Камни били по броне, просаживая магическую защиту.

И тут раздался благословенный грохот! Справа из клубов дыма рванула очередь самохода Лоотуна, редкая и размеренная:

— БАМ! БАМ! БАМ!

Снаряды впились в корпус моего исполина. Лоотун все понял без слов, сквозь грохот боя. Перенес огонь, чтобы отвлечь чудовище. Дать мне шанс! На броне гиганта, там, куда пришлись попадания, вспухли черные вмятины, полыхнуло оранжевым огнем коротких вспышек. Исполин вздрогнул, его орудие дёрнулось, сбившись с прицела.

Я снова сорвался с места. Сделал рывок, от которого скрипнули сочленения доспеха. В тот же миг, как по единой незримой команде грянуло эхо. Прокатились два глухих раскатистых удара с позиции Лоотуна:

— БУМ! БАМ!

Огромные снаряды впились в уже израненный бок исполина.

До гиганта оставалось не больше сотни локтей, когда я вновь взмыл в воздух. Намереваясь в этот раз не столько увернуться от выстрелов, сколько добраться до бронированной башки, чтобы вонзить тесак в щель между броневыми плитами.

Но в этот раз удача гиганта оказалась более весомой, нежели моя. Один из исполинских снарядов вскользь прочертил по моему левому боку, разворачивая в воздухе.

Запас маны просел на две трети. И я вновь почти полностью отключил навык контроля гравитации и обрушился вниз.

Грохнулся на колени. Камни заскрежетали по броне. И тут же новые снаряды, рванувшиеся с орудия гиганта, взвыли в воздухе, нацеливаясь в точку моего приземления. Оттолкнувшись руками от растрескавшейся каменистой земли, я рванул в сторону, спасаясь от нового попадания. Рывок рвал мышцы, каждый вдох обжигал горло, но ноги уже несли в сторону проклятого гиганта, спасая от багровых трасс смерти, прошивавших камни там, где я был лишь мгновение назад…

А над полем боя, прорываясь сквозь грохот разрывов и скрежет металла, гремел древний гимн. Слова Пелита, слившиеся с громовой мощью самого Кронида, разносились вокруг:

Море и прочее всё, что под небом широким воздвиглось.

О скипетродержец Кронид, низвергатель, могучий душою.

Внимание! Получено божественное благословение!

И в тот же миг кровь запела в жилах. Мышцы напряглись, как крепчайшие канаты. Сознание пронзила ледяная ясность.

Мельком взглянул в интерфейс.

Благословение ' Дуновение Зевса '.

Все ваши характеристики увеличены на сорок процентов.

Продолжительность: 21,23 минуты.

Краем глаза я увидел, что над стройными рядами урукхаев взметнулось чёрное облако. Мириады стрел, затмившие багровое небо, взвились вверх. Описав смертоносную дугу, они устремились в сторону наших войск. А вот дрожания защитной пелены я, наоборот, уже не заметил. Защита зеленокожих не была непроницаемой с обеих сторон! И для стрельбы их шаманы были вынуждены снять защиту.

Мысленно я коротко обратился к Марку Туллию:

' Их защита пала!'

Находясь уже в нескольких локтях от гиганта, я активировал Шаг через пламя, но исполин совершенно на него не отреагировал.

Одновременно с обращением к легату я сделал прыжок вверх. Рука впилась в массивный выступ на бронированной ноге исполина. Мышцы работали без усилий, наполненные нечеловеческой мощью благословения Кронида. Мощный толчок ног, усиленных доспехом и облегченный ослабленной гравитацией, и я взмыл вверх, как выпущенная из лука стрела.

Со стороны легионеров начали раздаваться нестройные залпы. Я не видел, куда именно приходятся залпы, зато с радостью слышал приглушённые ругательства урукхаев.

Левая рука с хрустом впилась в массивный выступ на бронированной ноге исполина. Рывок! И мое тело полетело вверх легко, словно перышко. Ещё миг, и я взобрался до середины торса, зацепившись за шов между плитами.

Легким усилием мысли перегнал энергию, дарованную божественной Верой в Волю, и активировал силовой тесак. Клинок вспыхнул тлеющим алым сиянием, как остывавшие угли от мехов кузнеца.

И в этот миг исполинская рука метнулась ко мне. Чудовищный ствол двигался с ужасающей скоростью, намереваясь смести меня. Я не уворачивался. Вместо этого я сделал рывок навстречу! Усилив свой удар Волей и Пси, я всем сердцем пожелал рассечь этот исполинский черный ствол.

Удар!

Раскалённый клинок врубился в сталь, будто рубил воду. Раздался взрыв ослепительных искр и раскалённых брызг. Послышался скрежет, смешанный с шипением испаряющегося металла.

Затаенно опасаясь, что ствол может взорваться, когда почувствовал, что полностью его разрубил, то в тот же миг я отпрянул в сторону. И тут же взметнулся вверх, оттолкнувшись от бронированной пластины и запрыгнув на искалеченную лапу гиганта.

Исполин резко взмахнул второй рукой, словно хотел прихлопнуть меня, как назойливую муху. В последний миг я прыгнул назад на торс. За мгновения я облегчил вес руки с тесаком, разгоняя скорость удара, и тут же увеличил вес клинка, вонзив его в щель между пластинами брони. В это время чудовищная рука с оглушительным лязгом и грохотом врезалась в обрубок орудия, туда, где до этого находился я. Толстая сталь смялась, словно сухой пергамент. Фонтаном вокруг взметнулись искры.

В памяти вспыхнула битва с Вечным и, чуть размахнувшись, я со всей силы ударил бронированной ногой в рукоять плазменного тесака, в надежде его сломать. И волна взрыва отбросила меня, сжирая почти полностью запас маны, сжигая пламенем мою магическую защиту. Доспех застонал от перегрузки. На забрале мелькнули красным предупреждающие надписи.

Уже находясь в воздухе и чуть замедлив падение контролем гравитации, я увидел, что грудь исполина будто вздыбилась изнутри, и он начал заваливаться назад…