Фракиец. Экспансия

Глава 7

Битва. Часть 2.

Только сейчас я заметил, что в небе кроме алого солнца находилось еще какое-то белесое пятно. Я падал, кувыркаясь в воздухе. Мир вокруг мелькал багровым небом и черными скалами. Грохот взрыва все еще глухо отдавался в костях, смешиваясь с навязчивым звоном в ушах. Доспех стонал тревожным писком. Сообщения, выводимые на забрало, мерцали кроваво-красными письменами:

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Критический перегрев корпуса.

Целостность структуры: 87 % (локальные деформации, сектор 4).

Системы охлаждения: ПЕРЕГРУЗКА. Стабилизация…

Сфокусировался на контроле гравитации, пытаясь хоть как-то смягчить падение. Вес тела уменьшился, но ударная волна от взрыва была чудовищной. Каменистая земля приближалась с пугающей скоростью.

Я врезался в растрескавшуюся землю. Подскочил, перевернулся в воздухе и с силой вновь грохнулся, подняв тучу пыли. Боль пронзила левый бок, что-то тут же кольнуло меня в спину, и практически сразу боль притупилась.

С кряхтением поднявшись, я увидел финал своего подвига. Исполин рухнул навзничь, раздавив не успевших отскочить урукхаев. Вверх взметнулась туча черной пыли, ненадолго скрыв меня от взглядов вражеского войска. Его грудь была разворочена изнутри, из зияющей раны валил густой сизый дым, сопровождающийся искрами. И несмотря на то, что его подрубленная рука ещё судорожно дёргалась, он был уже повержен.

Усилием воли я призвал из браслета камень маны, и он проявился у меня сразу во рту. Мана начала волнами вливаться в моё тело.

Рев наших воинов донесся сквозь звон в ушах. Нестройный, дикий, полный облегчения и ярости.

— Фламмифер! Фламмифер! — уловил я свое имя, подхваченное десятками, а потом и сотнями глоток. Словно вновь вернулся в бытность свою гладиатором. А толпа, удовлетворенная кровавым зрелищем, приветствовала меня.

БАМ! БАМ! БА-БА-БАМ!

Но битва еще не закончилась. Правый титан, обликом напоминавший обрубленную птицу, взмыл вверх в гигантском прыжке вверх и вперед. И, зависнув в воздухе над нашими рядами, он разродился яростным залпом, заглушив вопли ужаса снизу. Его снаряды с воем пронеслись мимо защитного полога альвийки и обрушились на позиции наших воинов.

Под его массивными ногами и в районе кургузой спины вырывались струи яркого пламени.

Строй урукхаев колыхнулся в мою сторону. Сквозь рыжий туман проступили первые силуэты зеленокожих, которые рванули в атаку с диким ревом. Их возгласы и топот сотрясали землю, сливаясь с грохотом канонады второго гиганта, пикирующего на головы легионеров.

БАМ! БАМ! БА-БА-БАМ!

Снаряды «птицы» рвали строй легионеров где-то позади меня. Визг металла, вопли, звон щитов — все смешалось в безумную какофонию.

Отступать было некуда. Урукхаи рванули с удвоенной яростью. Первый, в чешуйчатых латах, опередивший всех и вооруженный широким мечом, уже был в двух шагах. Его желтые глаза пылали ненавистью, оскаленный рот брызгал слюной.

Юнит. Урук-хай. 2 уровень.

Я призвал из карты ромфею взамен взорвавшемуся тесаку.

Клинок вспорол воздух с низким свистом. Два шага и желтоглазый уже обрушивал на меня свой меч. Его клыки еще больше обнажились в оскале, брызги слюны летели из распахнутой пасти.

Я рванулся чуть в сторону, уклоняясь от его замаха и разворачиваясь. Я был намного быстрее. Ромфея ударила снизу вверх. Сталь вошла в незащищённую подмышку урукхая, отсекая руку, как остро отточенный нож пластает молодой сыр. Синеватая кровь брызнула во все стороны. Крик зеленокожего прервался, когда я, продолжая разворот и движение клинка, рассек ему шею.

Внимание! Вы получили 12 ОС.

(185/340)

Я оттолкнул ногой падающее тело на набегающих зеленокожих и едва увернулся от топора второго врага. Его лезвие просвистело мимо головы, вскользь пройдя по наплечнику.

И в ответ засадил клинок прямо в распахнутую пасть, сбивая шлем с его головы.

Внимание! Вы получили 24 ОС.

(199/340)

БА-БА-БАМ!

Новый залп «птицы» донесся из-за спины. Земля содрогнулась. Предсмертные вопли пронзили грохот.

Я продолжал отступать спиной вперед, опасаясь споткнуться. Передо мной стеной встали еще несколько зеленокожих. Они видели, как пал их исполин, и теперь жаждали мести.

Я усилием воли ускорил движение клинка, одновременно ускоряясь вместе с ним.

Первый урукхай, попытавшийся принять мой удар на щит, лишился его вместе с рукой. Сила, дарованная Зевсом и усиленная доспехом, воистину творила чудеса. Второй, находившийся справа, вскинул копье, и ромфея, описав размытый полукруг, разрубила ему горло. Удар, слишком сильный и быстрый для противника, разорвал хрупкие звенья кольчужной сетки, свисавшей с черного железного шлема.

Внимание! Получено 24 ОС.

(223/340)

Третий, самый массивный, в латах из грубых стальных пластин, рванул ко мне, размахивая двуручной секирой. Я отпрыгнул назад и призвал из пространственного браслета автоматический пистолет. Без прицеливания, от бедра полоснул перед собой волной свинца.

Град пуль прошил сгущавшуюся передо мной стену из зеленой плоти и стали. Урукхаи, не ожидавшие такого, чуть отпрянули, заревев от боли и ярости. Один рухнул, схватившись за пробитый живот, другой скорчился, уронив топор из-за простреленного плеча. Синеватая кровь запестрела на черных камнях.

Но паузы не было. Очередной воин, пригнувшись за щитом с намалеванной чудовищной харей какого-то монстра, рванул вперед, пытаясь опрокинуть меня тараном. Оттолкнувшись мощным пинком от щитоносца, я отскочил назад на добрых десять локтей, одновременно увернувшись от ловкого и поджарого мечника. Низкорослый, одетый лишь в кожаную броню урукхай, сжимая пару изогнутых клинков, метнулся мне сбоку, обогнув с фланга.

Воздух наполнился их хриплыми боевыми кличами и смрадным дыханием.

Я отпрыгнул еще раз, возвращая разряженный пистолет в пространственный браслет. Спиной к нашему войску, откуда раздавались громкие команды легата.

Ромфея свистнула, отбивая выпад одного из кривых мечей поджарого. Сталь звякнула, высекая искры. Второй клинок тут же метнулся к моему горлу, я едва успел отклониться, ощутив, как лезвие скользнуло по воротнику доспеха. На забрале мелькнуло синеватое предупреждение:

Локальное повреждение в секторе 1.

Массивный секироносец, воспользовавшись моментом, взревел и обрушил свой двуручный топор сверху. Я не стал блокировать, лишь сместился в сторону. Секира с оглушительным грохотом врубилась в камень там, где я стоял мгновение назад, разбрызгивая каменные осколки и несколько искр.

Быстрый росчерк моего клинка вскрыл секироносцу шею, будто он раззявил громадную кровавую пасть, чтобы, булькая и хрипя, вцепиться в меня.

Внимание! Вы получили 36 ОС!

(259/340)

БАМ! БА-БА-БАМ!

Грохот разрывов слился с лязгом металла и душераздирающими криками. Я мельком оглянулся, успев заметить, как самоход Лоотуна развернулся и один за другим вгонял свои снаряды в гиганта практически в упор. При этом он ранил своими разрывами легионеров, кому посчастливилось уцелеть после того, как исполинская птица приземлилась в наши стройные ряды.

Я снова сделал шаг назад, частично прикрываясь падающим секироносцем. Но полукольцо яростных зеленокожих, казалось, сужалось всё уже и уже. Их глаза, полные ненависти и азарта, уже видели во мне трофей — труп убийцы их исполина.

Их рев смешивался с общим гулом боя, с воплями умирающих, с грохотом канонады «Птицы». И теперь уже и с яростными командами Марка Туллия, доносившимися сквозь гул битвы и мелькавшими на интерфейсе манипулы:

— Когорты! В стороны! Левое крыло! Огонь по Зеленомордым! Лучники! Стрелять поверх голов! Все остальные, убейте эту курицу переростка! Пелит! Молниями бей!

Я отпрыгнул от очередного выпада клыкастого мечника, ощущая, как его кривой клинок скользнул по броне бедра. На забрале вспыхнуло предупреждение:

Локальное повреждение, сектор 4. Целостность: 84 %

Заметив какое-то смазанное движение слева, я рванул ромфею навстречу мелькнувшему клинку. Сталь встретила сталь с оглушительным лязгом. Я парировал тяжелый удар двуручного меча, который пытался раскроить мне череп сбоку. Мгновение усилия воли и пси, и моё лезвие прорезало вражеский клинок вместе с доспехом. Но, судя по тому, что нимб над урукхаем не погас, рана была далеко не смертельной.

Сделав новый прыжок назад, я одновременно ударил молнией с левой руки в зеленокожих.

Ослепительно белая молния прошила плотную группу зеленокожих, рвавшихся следом. Не менее десятка ближайших урукхаев вздрогнули. Из-под их чешуйчатых лат повалил белесый дымок, а клыкастые пасти распахнулись в немом крике, прежде чем рухнуть наземь.

Мелькнула мысль, словно вспугнутая птица: «Столько ОС потеряно зря. Неужели нет навыков, позволяющих поглощать энергию после убийства магией. Хотя что-то подобное есть для лучников и прочих стрелков. Если я, конечно, правильно помню услышанное от жреца».

Неуместные мысли прервались залпами из-за моей спины.

Свинцовый ливень обрушился на уже не защищенных магическим барьером урукхаев. Пули цокали по щитам, вгрызались в латы, сшибали с ног, заставляя спотыкаться о собственных павших. Вынудили вражеское войско приостановиться.

И следом на остановленных винтовочным огнем зеленомордых обрушился град черных стрел. Тяжелые наконечники со свистом впивались в незащищенные шеи, лица, пробивали стыки доспехов. Воздух наполнился хрипами, новыми воплями боли и ярости. Плотная атака урукхаев захлебнулась, превратившись в хаотичную давку под перекрестным огнем.

Из-за спины вновь раскатисто бахнуло орудие Лоотуна. И в тот же миг, повинуясь слепому наитию, я призвал из пространственного браслета трехствольный пулемёт. Так же, как и во время тренировок, он проявился у меня в руках. Готовый к этому, я ловко поднырнул под него, одевая сбрую пулемета на себя. Плечи ощутили тяжесть, а руки намертво сжали рукояти. Ещё миг, и я нажал гашетку…

Практически в упор поток свинца и пламени обрушился на зеленокожих. Оглушительный стрекот перекрыл рёв урукхаев и слился с грохотом битвы. Пулемёт вздрогнул в руках, но тело, усиленное как скафандром, так и божественной магией, поглотило отдачу. Синяя прицельная метка на забрале сжалась в точку, так как до урукхаев было не больше десяти локтей.

Веер свинца косил плотную массу ошеломлённых урукхаев, как пахарь серпом срезает созревшие снопы, но намного, намного быстрее. Каждая выпущенная мной пуля пробивала насквозь не менее двух тел, прежде застрять в очередном зеленокожем.

Там, где мгновение назад была стена чешуи, щитов и оскалов, вспыхнул сапфировый кровавый вихрь. Пули рвали плоть, крушили кости, сносили головы, отрывали конечности. Синеватая кровь взметалась фонтанами, смешиваясь с клубами пыли и пороховой гарью. Зеленокожие падали снопами. Их атака сменилась их бойней. Крики ужаса и боли тонули в рёве моего оружия и грохоте боя.

Трах-тах-тах… клик.

Как-то внезапно и буднично, пулемёт захлебнулся пустотой. Последние гильзы звякнули о камни. Грохот сменился пугающей тишиной, нарушаемой лишь навязчивым шуршанием вращающихся стволов.

Передо мной лежала кровавая жатва — поле, усыпанное переломанными и стонущими телами урукхаев…

И в этот же миг очередной залп Лоотуна отозвался оглушительным взрывом. Оглянувшись назад, там, где яростно бушевал последний гигант, я увидел огненный шар в обрамлении черного дыма.

Взрывная волна раскатилась кольцом, выжигая землю и сметая всё на пути. Щиты, кричащих легионеров, обломки самохода Лоотуна, слишком близко подошедшего для рокового выстрела. Жар докатился до меня волной. Казалось, я сквозь броню ощутил его силу.

На забрале мелькнула синеватая надпись:

Опасность: Ионизирующее излучение.