Экзобарон

Глава 18

Противник значительно превосходил нас числом. Поэтому, как только мехарыцари Алонсо дали залп из орудий, я первым делом выпустил ловушки. Они рассыпались между нами, забирая на себя ракеты и снаряды. Другие пилоты сделали то же самое.

И всё же, часть боеприпаса нашла свои цели. Я принял на силовое поле три ракеты, от ещё пяти увернулся. Кучно палили, ничего не скажешь. Однако у нас имелось преимущество: мой Дар охотника. Значительно прокачанный за то время, которое я провёл на Авроре.

Так что, как только я навёлся на одного из мехарыцарей и дал залп, минимум два снаряда попали в цель. От магической атаки силовые поля не защищают. Только собственный симбионт одарённого способен на это. Поэтому вражеского рыцаря мгновенно разнесло на куски, разлетевшиеся во все стороны. Теперь они будут бороздить космические просторы, пока не упадут на планету или не окажутся сожжены какой-нибудь звездой. Ну, или сгинут в чёрной дыре. А может, их подберут поисковые корабли еретиков. Говорят, они ничем не брезгуют.

В меня попала ещё одна ракета.

— Уровень силового поля снижен на девятнадцать процентов, — бесстрастно сообщила Забава.

Ну, буду иметь в виду.

Прицелившись в следующего рыцаря, я выстрелил и тут же переместился вправо, чтобы избежать направленной в меня атаки сразу нескольких боевых машин.

Рыцарь, в которого попали два моих снаряда, взорвался, превратившись в груду обломков.

Я увернулся от роя ракет и множества нацеленных в меня лучей энергетического оружия, ушёл вниз, выпустил ещё ловушки и выстрелил в третьего рыцаря. Тот успел уклониться и остался невредим.

Тем временем другие пилоты сражались со своими противниками. На каждого получилось по два-три рыцаря, так что приходилось им нелегко. Но, как я и рассчитывал, усиленная апгрейдами изначальная мощь «фурий» давала некоторое преимущество. Вот уже две машины противника превратились в разлетающиеся по пустоте куски металлолома. А затем один из моих рыцарей взорвался.

Дело усложнялось ещё и тем, что по нам палили бортовые орудия ближайших кораблей. Так что мы находились меж двух огней, как говорится. Ну, или между молотом и наковальней, Сциллой и Харибдой.

Я расстрелял четвёртого рыцаря практически в упор и переключился на следующего. Оставалось надеяться, что сателлиты справятся с идентичными роботами противника.

Вскоре ещё две боевые машины Алонсо разлетелись на обломки. Мои пилоты демонстрировали неплохую сноровку. Они были явными профессионалами с опытом. Плюс управляли по-настоящему крутыми мехарыцарями.

Меня попытались взять в клещи. Три снаряда угодили в силовое поле, снизив его уровень до сорока двух процентов. Ничего, даже если оно отключится, останутся щиты и броня.

Я выстрелили в того рыцаря, который заходил справа. Он попытался увернуться, но я пальнул ещё и ещё. Один из магических зарядов угодил ему в корпус и пробил его. Кувыркаясь, машина полетела прочь.

На помощь ко второму рыцарю поспешил ещё один. Я рванул вверх, заложил немыслимый вираж, резко изменил направление, пропустив направленные в меня ракеты и энергетические лучи, а затем выстрелил сразу изо всех орудий. Обоих моих противников разнесло в щепки.

Я окинул «поле боя» взглядом.

Ещё две «фурии» пали. Мы остались втроём. Зато от вражеского отряда уцелело всего шесть машин. И они уже не могли действовать так же кучно и давить нас массой.

Я выстрелил в того, кто находился ближе. Он ушёл вниз, попытался развернуться, но второй заряд тут же догнал его и развалил пополам. Торс полетел в одну сторону, а ноги — в другую.

Силовые поля двух моих пилотов тревожно мигали при каждом попадании, сигнализируя о том, что запаса прочности у них осталось совсем мало.

По мне дали несколько залпов. Я избежал попадания большинства, но три ракеты и пара снарядов всё-таки достали «Апекса». Уровень поля упал до двенадцати процентов.

Мои парни разнесли ещё одного противника. Четверо оставшихся помчались к кораблю, чтобы оказаться под прикрытием его бортовых орудий. Я принялся палить им вслед. Одного достал практически сразу.

Теперь нас осталось трое на трое.

А значит, настало время для дуэлей.

Противники определились сразу. Чтобы не мешать, разлетелись подальше друг от друга. Благо, в космосе места предостаточно.

Доставшийся мне мехарыцарь ударил сразу изо всех орудий и сателлитов. Я рванул вверх, одновременно контратакуя. Попавшие в меня выстрелы истощили силовое поле, а последний угодил в выставленный щит.

— Повреждение восемнадцать процентов, — сообщила Забава.

Ничего, иридиевые щиты для того и нужны. Тем более, у меня их четыре.

Мой противник ловко увернулся от моей атаки. Надо отдать ему должное — это было проделано мастерски. Вот только, в отличие от меня, у него не было права на ошибку.

Он открыл по мне огонь, заходя на вираж. Я уклонился вправо и выстрелил из-за щитов. И снова мой враг избежал попадания!

В меня полетел рой ракет, за ними ударили лучи энергетического оружия. Они били спектром, чтобы не дать мне уклониться.

Я вытянулся горизонтально по отношению к ним, пытаясь уменьшить площадь попадания, выставил щиты, принимая на них атаку и, игнорируя посыпавшиеся сообщения о полученном уроне, выстрелил в противника, ушёл вниз и дал ещё залп, а затем ринулся ему навстречу.

Такого сближения он не ожидал. Попытался переместиться вправо, и тут я пальнул широким спектром, повторяя его маневр. Всего один снаряд угодил в цель, но этого оказалось достаточно: мехарыцарь разлетелся на обломки.

Наконец-то!

Я быстро огляделся.

Мои пилоты разделались со своими соперниками и направлялись ко мне, старательно уворачиваясь от выстрелов бортовых орудий корабля. Ни у кого из них не осталось силовых полей. У одного часть пушек была заметно повреждена, у другого от пары щитов торчали только жалкие обломки.

— Господин барон, какие будут дальнейшие приказания? — раздалось в кабине.

— Следуйте за мной.

— Принято!

— Принято!

Втроём мы устремились к обшивке корабля. Когда до неё оставалось метров сто, я дал залп из всех орудий. Снаряды и ракеты прорвали силовое поле гиганта, оставив в нём пробоину, достаточную, чтобы сквозь неё мог пролететь мехарыцарь. А затем устремились дальше и попали в корабль.

Я первым нырнул в отверстие в силовом поле, два других пилота последовали за мной.

По нам продолжали палить, но мы выпустили ловушки и через пару секунд уже оказались возле здоровенной дыры с рваными краями, проделанной магическими зарядами в обшивке корабля.

— Уничтожить бран-конвертор, — отдал я приказ. — Затем — отключить ИскИна.

— Я пойду! — отозвался один из пилотов и нырнул в отверстие.

На то, чтобы выполнить приказ, ему понадобится немало времени, ведь придётся прокладывать себе путь через внутренние переборки корабля. Пока доберётся до бран-конвертора, мы уже должны попасть в следующий звездолёт.

Когда мы отлетели от борта боевой махины, стараясь не попасть под огонь её орудий, стало видно, что отряд капитана Назира Ага прибыл и вступил в бой с кораблями Дома Алонсо. В этой суете на нас не должны были обращать особого внимания. Для вражеских «наёмников» мы всего лишь мелкие машины, не сулящие серьёзного урона.

Мы устремились ко второму звездолёту авангарда. Меня интересовали именно эти громадины. Их я с удовольствием присоединил бы к своему флоту. Но для этого требовалось лишить их возможности переместиться, уйдя в бран-пространство. Уничтожение ИскИнов лишит корабли боеспособности, ведь человеческого экипажа на них почти наверняка нет. Я бы, во всяком случае, не рискнул на месте Алонсо отправить сюда потенциальных свидетелей. Конечно, это странно: отряд наёмников без наёмников, но доказать ничего не удастся. В том, что бортовые журналы будут уничтожены во время гибели ИскИнов, превратив звездолёты в призраки, я не сомневался. Алонсо не дураки и просто не могли не принять меры предосторожности. Конечно, было бы неплохо заиметь подтверждение того, что именно они на меня напали, но это не принципиально. Ведь в любом случае все в Империи уверены, что эта атака — дело рук старинных врагов рода Коршуновых.

Князь, конечно, будет в ярости. Он-то рассчитывает объявить Дому Алонсо войну во имя мести. Но если я выживу, с этим возникнут проблемы. Придётся старику изобретать другой план.

Дав залп по силовому полю второго корабля, я пробил в нём брешь. Снаряды и энергетические лучи врезались в обшивку, прокладывая проход внутрь.

— Господин, отправляйтесь к третьему кораблю! — раздался в кабине голос моего спутника. — Дальше я сам справлюсь.

Очень хотелось на это надеяться. Возражать я не стал: чем быстрее мы выведем из строя авангард противника, тем выше вероятность победы.

Оставив пилота, я полетел к третьему кораблю. Проделав дыру в силовых полях, нырнул в неё и помчался к пробоине в обшивке, постоянно лавируя, дабы избежать попадания бортовых орудий. Благо, расстояние было совсем небольшое.

И вот я внутри!

Планы типовых кораблей были мною тщательно изучены за то время, что я поджидал незваных гостей. По моему приказу, другие пилоты мехарыцарей тоже тщательно изучили их — это входило в их тренировки. Они думали, что это нужно, чтобы эффективнее поражать критически важные конструкции и орудия, но на самом деле это требовалось для скорейшего поиска внутри звездолётов бран-конверторов и процессоров ИскИнов. Так что каждый знал, что делать.

И всё равно, очень быстро я понял, что перемещаться внутри огромного корабля длиной в несколько сотен метров совсем не просто. Даже имея перед глазами голограмму его плана с проложенным Забавой оптимальным маршрутом.

Благо, внутренние переборки отсеков звездолёта не являются бронированными. За исключением корпусов двигателей, но их я уничтожать не собирался: зачем ломать то, что я хочу сделать своим?

Так что «Пересвет Апекс» просто пробивал одну стену за другой, прокладывая себе путь к бран-конвертору. Из-за размеров корабля путь оказался неблизким. Но беспокоился я лишь о том, чтобы ИскИн не решил отступить, переместив боевую машину из сектора вблизи Авроры. Впрочем, если у него приказ атаковать, сам он этого не сделает.

В какой-то момент, когда я преодолел больше половины пути, оставляя за собой лишь разрушения, передо мной возникла голограмма — парящий в воздухе мерцающий силуэт мужчины в белой форме и фуражке. Старомодные усы делали его похожим на адмирала прежних времён.

— Предлагаю сдаться, — раздался в кабине мехарыцаря голос вражеского ИскИна. Аватар при этом открывал рот, так что складывалось ощущение, будто говорит он. — Ваши действия не имеют никакого смысла. Вы не наносите мне существенный урон.

Я проигнорировал обращение бортового компьютера. Если он считает, что у меня нет плана, это его проблемы.

— Даю последний шанс, пилот, — проговорил ИскИн. — Остановитесь и сдайтесь. Вам гарантируется жизнь.

Ага, конечно! Болтай больше.

Пробив очередную перегородку, я покинул секции трюма и оказался в жилой зоне. Здесь преград стало больше. Я разносил их одну за другой.

Аватар продолжал держаться впереди меня, плывя спиной. Его губы шевелились, но слова я уже не слушал. Они не имели значения, так зачем отвлекаться?

Ещё несколько преград остались позади, и мехарыцарь добрался до центра корабля, где располагался бран-конвертор. Его защищал прочный корпус, который я пробил всего лишь одним кучным залпом.

ИскИн вражеского корабля что-то заверещал и исчез. Видимо, сообразил, наконец, какова была моя задумка. Я выстрелил по тому, что осталось от хронотопического преобразователя после первого залпа, разнося конструкцию на множество обломков!

Есть! Теперь звездолёт не сможет покинуть пространство возле моей планеты.

Развернувшись, я пробил брешь в очередной стене и устремился к отсеку, в котором был заключён процессор ИскИна.

Он тоже находился в бронированной скорлупе, но против магии нет спасения, кроме другой, более сильной.

Когда я добрался до процессора, передо мной снова появился аватар. Он ничего не говорил. Просто смотрел на то, как я навожусь на его систему. Было в этом что-то величественное и трагичное. Он не просил пощады и не предлагал принять его сдачу. Понимал, что этого не будет. Да и, скорее всего, полученный им приказ не позволял капитулировать.

Когда мой залп уничтожил процессор, превратив его в груду осколков, аватар исчез — словно призрак, нашедший путь в небытие.

Огромный звездолёт превратился в груду мёртвого металла и прочих материалов, из которых был сделан. Его орудия смолкли, двигатели отключились. Вся боевая машина превратилась в колоссальный трофей.

Можно было возвращаться.

Я пролетел сквозь корабль примерно тем же путём, который проложил. Лишь пару раз делал новые бреши, чтобы сократить траекторию.

Когда оказался снаружи, то увидел, что ещё один звездолёт авангарда не подаёт признаков жизни. Значит, второй мехарыцарь тоже справился.

Третий ещё палил из всех орудий. Я попытался связаться с его пилотом, но корабль экранировал сигналы.

Пожалуй, придётся прийти на помощь. Как минимум — подстраховать.

Я направился к кораблю и почти добрался до его силового поля, когда орудия вдруг прекратили работу, а дюзы погасли.

Есть!

Все три боевые машины оказались в моей власти.

Осталось разделаться с остальными. Теми, которые продолжали сражаться с кораблями капитана Назира Ага.

Все они были раскиданы по сектору. Я направился к тому, что находился ближе. Силовых полей у него уже не было, корпус носил следы значительных повреждений. Но и корабль наёмников выглядел не лучше. Собственно, оба звездолёта самоотверженно вели бой на взаимное уничтожение. Ну, ИскИну Дома Алонсо был отдан приказ, который он нарушить не мог, даже если б захотел, а храбрость команды моих наёмников вызывала уважение.

Я открыл огонь по орудиям звездолёта противника. От моих магических зарядов их сносило напрочь.

Мелькнула мысль попытаться захватить и этот корабль, но он уже выглядел так, словно вот-вот рванёт. Да и ремонт, наверное, уже не имел особого смысла.

Словно в ответ на мои рассуждения, корпус звездолёта начал эпично разваливаться после порции очередных залпов.

Оставив его, я направился к последнему кораблю Алонсо.

Его расстреливали два мелких судна капитана Назира. Благодаря чуть большей маневренности им удавалось избегать части попаданий, но, пока я летел, одно из них всё-таки взорвалось — это было ясно по вспыхнувшей вдалеке крошечной искре. Проклятье! От отряда наёмников осталось всего ничего — лишь два корабля. Это просто капля в море, по имперским меркам. Остаётся надеяться, что экипажи уничтоженных машин успели хотя бы частично эвакуироваться в спасательных капсулах. Конечно, в звездолёте главное — ИскИн. По большому счёту, люди на борту вообще не нужны. Но кто-то же должен принимать нестандартные решения. Иначе бой может превратиться в тупую пальбу лоб в лоб.

Подобравшись к судну Алонсо, я промчался над ним, расстреливая самые крупные орудия. Затем пробил брешь в корпусе и уже собирался нырнуть внутрь, чтобы добраться до процессора ИскИна, когда вокруг звездолёта вспыхнуло дрожащее ледяное сияние, в котором исказилось всё, что находилось в зоне видимости — словно по космосу пошли расходящиеся волны.

Бортовой компьютер получил приказ отступить! Я рванул прочь.

Сильно повреждённый корабль начал растворяться и через несколько мгновений исчез, уйдя в бран-пространство.

Это была победа.

Вокруг ещё мелькали крошечный вспышки: мой флот, рыцари и орбитальные станции добивали оставшиеся автоматические боевые модули и брошенные на произвол судьбы вражеские сателлиты.

Ко мне подлетели один за другим два меха.

— Возвращаемся на базу, — проговорил я по интеркому. — Отлично поработали.

— Рады служить, господин барон, — ответил один.

— Рады служить, — повторил за ним другой.

Кабинет был освещён настольной лампой с синим абажуром. Я сидел справа от неё, внимательно слушая доклад Садко. Долговязый аватар возвышался передо мной, только что не касаясь безликой головой потолка.

— Три захваченных корабля противника отбукс-сированы на орбиту, — говорил Садко. В холодном свете лампы он казался странной статуей, зачем-то водружённой в центр помещения. — Я предварительно оценил повреждения и с-сумму, в которую обойдётс-ся ремонт.

— И? — спросил я, не питая ни малейшей надежды на то, что ответ окажется воодушевляющим.

— Ос-сновные с-статьи предс-стоящих рас-сходов — замена бран-конверторов и процес-соров, мой барон. Вы уничтожили с-самое дорогое, что находилос-сь на бортах звездолётов.

— Я в курсе. Это был единственный способ захватить их. Сколько времени и денег потребуется на ремонт?

Когда Садко озвучил сумму, я только что не присвистнул.

— И мы это потянем?

— Боюс-сь, это далеко не вс-се рас-сходы, которые предс-стоят, мой барон, — печально сказал аватар.

— Да, точно. Что ещё?

— Закупка или пос-стройка новых боевых орбитальных с-станций, ремонт кораблей капитана Назира Ага, выплаты наёмникам, а также компенс-сации за потерю их звездолётов, наградные за боевой вылет пилотам мехарыцырей…

Я поднял руку.

— Так, ладно, остановись! Я понял: нужна куча денег. Видимо, покупку крейсера снова придётся отложить?

— Боюс-сь, что да, барон. Нужно определитьс-ся с-с приоритетами.

— Чёрт! А я уж размечтался, что построю собственный завод по производству мехарыцарей. А там, глядишь, и орден получится основать.

— Мне жаль это говорить, но не думаю, что эти планы возможно ос-сущес-ствить в ближайшее время.

— Да, это я уже понял. В какие сроки мы сможем отремонтировать захваченные корабли и восстановить число боевых станций?

— В течение недели. Минимум.

Как будто не так уж и долго. Вот только станут ли пираты столько ждать? Если они явятся раньше… Возникнут существенные проблемы. Впрочем, новости до окраин доходят медленно, а корсары, как правило, промышляют на Галактических Фронтирах. И не так уж охотно покидают кормушки. Как говорится, лучше синица в руке, чем журавль в небе. Вот только журавль-то больно уж жирный, так что кто-нибудь да прилетит. Непременно.

— Какие будут приказания, мой барон? — осведомился Садко.

— Начинай с ремонта кораблей и станций.

— С-слушаюс-сь, барон. Ещё кое-что. Граф Уваров четверть час-са назад запрос-сил вс-стречу. Полагаю, он хочет обс-судить покупку корабля. С-срок, о котором вы договаривалис-сь, уже подходит.

— Думаю, он будет разочарован тем, что я не смогу приобрести звездолёт сейчас. Хотя… есть у меня одна идея.

— Какая, мой барон?

— Пока не буду говорить. Передай графу, что я с радостью его приму и приглашаю на ужин. Пусть накроют в зелёной столовой.