Год моего рабства

Глава 59

Я замерла, будто меня парализовало. Горела, словно ошпарили. А сердце разгонялось дробным пугающим ритмом. Кровь пульсировала в ушах, оглушая. Бежать или ждать? Я не могла решить, что лучше. Но если побегу, вальдорцы гарантированно поднимут тревогу. Спокойствие давало хоть какой-то шанс… или нет?

Ноги будто пристыли к камню, а огромная невидимая рука дергала и толкала, вынуждая действовать. Что делать? Есть ли вообще в моем положении правильное решение? Я покосилась на навигатор, чтобы точнее прикинуть расстояние до поворота в скрытый коридор, но с ужасом увидела, как изображение дрогнуло, зеленая кривая погасла — ходы Кольер меняли расположение. Кольеры все решили за меня.

Вновь голос за спиной:

— Куда ты идешь?

Я стиснула зубы, задрала голову так высоко, как могла. Медленно развернулась, стараясь выглядеть уверенной и невозмутимой. Почему я за всю свою жизнь не научилась толком врать?

Не лепетать… Не опускать глаза… Держать расслабленными руки.

Я с трудом разомкнула губы:

— Выполняю поручение своего господина.

Тот, что был шире в плечах, приблизился на шаг. Массивный и сероватый, как каменная глыба.

— По какому поручению? В какой сектор направляешься?

Я поджала губы:

— Я должна отчитаться перед тобой о делах своего высокородного господина? Ты в своем уме? Ваше дело — следить за рабами, а не выведывать тайны господ держателей.

Вальдорец колебался, это было заметно даже по его неказистому грубому лицу.

— Кто твой господин?

Я презрительно скривилась, выдержала паузу:

— Господин Кондор, разумеется. И не говори, что ты не узнал его мантию, подаренную мне, как милость. Я хочу, чтобы все ее видели. Отныне я не отношусь к тотусу Кольер, а принадлежу лично господину Кондору.

Я бросила быстрый взгляд на навигатор: сигнал стабилизировался, и ломаная зеленая линия вновь указывала путь к спасению. Я не позволю этим двоим уродам все испортить! Не позволю! Я буквально чувствовала, как вживаюсь в роль, будто видела себя со стороны. Мантия должна убедить вальдорцев — иначе и быть не может. Разве они могут допустить, что рабыня взяла ее без разрешения? И так нагло посмела надеть?

Вальдорец кивнул, вытянув губы:

— А ты изменилась… говорливая стала.

Я задрала подбородок еще выше, буквально раздуваясь от важности:

— Потому что теперь я не рядовая рабыня — я обрела влиятельного покровителя из господ держателей. — Я видела перед глазами Финею. Ее мечтательные горящие глаза, ее улыбку, когда она говорила о покровителе. Я старалась перенять ее жесты, ее интонации, ее взгляды. — И очень скоро я стану свободной и займу здесь соответственную своему положению должность. Не хуже этой сучки Пальмиры.

Рабы переглядывались, не понимая, как поступить. Нужно было помочь им принять правильное решение. Как можно скорее.

— Если господин Кондор поинтересуется, почему я потеряла столько времени, а он обязательно поинтересуется, потому что не любит своеволия, я обязательно доложу о вас. Напомните ваши имена, чтобы мой благородный господин точно знал, кого следует наказать.

Вальдорец потупился, медлил. Наконец, махнул рукой:

— Иди, давай… Никто тебя не держит.

Я смерила его презрительным торжествующим взглядом, медленно развернулась и не спеша пошла к нужному повороту, который теперь сдвинулся на несколько метров вперед. Не дышала, не чувствовала ног. Будто ослепла и оглохла и продвигалась в плотном вязком сгустке. Наконец, завернула в нужный коридор, держась за стену, спустилась по крутой узкой лесенке, миновала еще один короткий переход и остановилась, прислонившись спиной к стене. Меня точно опустошили, спустили воздух.

Я дышала так, будто долго бежала, сердце заходилось до боли. Мне вдруг стало так страшно, что подвело живот. Я словно трезвела, с ужасом понимая, что именно наделала в угаре бреда. И я не верила, что пару минут назад была собой. Я бы за это не поручилась… Мое место неожиданно занял кто-то хладнокровный, расчетливый, наглый… смелый. Я никак не могла поверить, что этим кем-то была я. Я сама. Даже в своих мечтах я никогда не была такой. Кто-то другой, но не я.

Говорят, смелый боится лишь до или после поступка. А когда приходит время действовать, отметает страх безвозвратно. Я вновь и вновь «отматывала» назад и понимала, что в тот момент страха действительно не было. Азарт и неуемное желание выбраться. Значит, я смелая?

Это было открытием, которое поразило меня. Осознание собственного поступка отзывалось бурлением в крови, будто я вновь хлебнула алисентового вина. И вдруг показалось, что все не напрасно, что все получится. Эту удачу я сочла добрым знаком.

Я утерла взмокшее от волнения лицо ладонями, с усилием выдохнула, стараясь прийти в себя. Сейчас не время и не место расслабляться. Я отдохну только тогда, когда выйду за эти проклятые стены.

Я вытерла влажные ладони о черную мантию, оглядела себя. Я совершила ошибку, все сделала не так. Теперь мне казалось, что не будь на мне приметной мантии, вальдорцы даже не подумали бы останавливать меня. Я бы слилась с множеством других рабов, которым позволено самостоятельно передвигаться по Кольерам. Но у меня тогда не было сил об этом думать. Какая же я ду… Нет! Не дура! Я просто не успела об этом подумать, а сейчас сделаю так, как надо.

Я стащила мантию и аккуратно сложила. Расчесала пальцами волосы, заплела косу и смотала в тугую шишку. Пригладила макушку. Оправила платье, взяла мантию и уложила на ладони навигатор. Теперь я была похожей на рабыню, посланную за какой-то вещью.

Я глубоко вздохнула и зашагала по коридорам: время — мне не союзник. Каждая лишняя минута приближала меня к провалу, а неведение сводило с ума. Оставалось лишь надеяться на то, что лигур все еще был без сознания. Мне почему-то казалось, что как только Кондор очнется, Кольеры сотрясет сигнал тревоги.

Путь представлялся бесконечным, но зеленая линия на экране навигатора, все же, сокращалась. Медленно, но стабильно. Мне даже повезло: когда Кольеры вновь перестроились, мой путь стал немного короче и круто пошел вниз. Ноги поднывали — я слишком мало двигалась в последнее время. Бесконечный спуск по крутым лестницам уже давался с ощутимым трудом. Но это были последние минуты.

Наконец, я спустилась на приземный ярус Кольер — навигатор показал это прямой горизонтальной линией. Сектор 0020D. Оставалось еще два поворота, и я должна буду выйти к приемнику торгового шлюза. Пальмира говорила, что там многолюдно, и до ушей уже доносился гул. Голоса, двигатели, подъемники, скрип и лязг. Как же давно я не слышала нормальных живых звуков…

Я прокралась к последнему повороту и с огромной осторожностью выглянула. В проеме галереи виднелся просторный ангар, полный грузовых судов и мельтешащих людей. Меня бы спасло, если бы одновременно выгружались несколько поставщиков с разными группами рабов, но чтобы осмотреться, как следует, нужно было подойти ближе. И раздумывать не было времени…

Я вновь выглянула и заметила у самого портала пустующую парящую тележку. Больше никаких идей не было. Либо я рискую, либо никогда отсюда не выйду. Я нервно сглотнула, сделала шаг в галерею и тут же зажмурилась от резкого звука. Гулкие своды огласил пронзительный писк сирены, стены окрасили красные всполохи сигнальных фонарей. Я с ужасом запрыгнула в свое укрытие и прижалась к стене.

Неужели чудовище очнулось?