Горько. Одобрено нейронкой

Глава 19. Микула

Ясмина поправляет свои ровно остриженные по подбородок волосы, вспахивает их пальчиками на макушке и с интересом оглядывается, недобро посматривая на дверь.

Медленно оборачиваюсь, потирая шею.

Дверь как дверь.

Странно, что в ней НесмеЯсе не понравилось?

Вдруг оттаивает. Взвизгивает с восторгом на всю квартиру.

- Ну, какой ты забавный, Фунтик, - снова смеётся, разглядывая мелкого хряка в медведошапке.

Тот впечатывается розовым пятаком в хрупкую лодыжку, а потом вовсе наглеет, свинячья морда: закидывает свои недокопыта на симпатичные девичьи коленки и шумно дышит.

Извращенец, блядь.

Яся же словно харама не замечает. Подмигивает будущему шницелю.

- Ладно. Раз ты с этого дня медведь, то тебя можно и погладить, да?

А меня?

Меня погладить?

И пока я прикидываю, где бы раздобыть такой вот головной убор на свою башню, чтобы вызвать в жене хоть чуточку умиления, узкая ладонь опускается на жирную холку.

- Они разве такие и должны быть? - подняв глаза на меня, задумчиво спрашивает Яся.

- Какие такие и кто? - моя рука ныряет во встроенный в гарнитур ящик за канцелярским ножом, чтобы вскрыть подарок.

- Ну… волосы... Фунтика… - жена пропускает сквозь пальцы три жалких волосины. - Редкие они какие-то…

Ясмина недобро смотрит на мою голову. Типа претензия: себе так отрастил, а хряк бегает плешивый.

- Ни разу не замечал, - равнодушно пожимаю плечами, скидывая крышку с коробки. И ржу, мысль приходит: - Может, его к поросячьему трихологу сводить?

- А такие бывают? - Яся всерьёз задумывается и ежится, словно от холода, посматривая на закрытое окно.

- Не знаю.

Острые соски тоже реагируют, и мне тут же хочется их спасать, героически отогревая. В идеале - ртом, но можно и руками.

Осознание, что мы в квартире совершенно одни, и пещёрное убеждение, что Ясмина теперь моя жена, дико возбуждает, и это, извините, мозгу неподвластно, ибо по кирпичикам заложено на генном уровне. Вряд ли в эпоху палеолита существовали фиктивные браки, в которых раздавали пещёры напротив кладбища мамонтов, правда?

В общем, держаться трудно. Ещё один спасатель - в штанах - как по сирене поднимается.

Приходится предусмотрительно опуститься на стул, дабы мое стойкое желание помогать соскам не было замечено и признано харамом тяжким, тем более Яся, скрестив тонкие руки, обнимает себя за плечи.

Таким образом, проблема решается, но мы пока работаем в аварийном режиме.

И вообще…

Моя новоиспеченная жена… как бы это сказать… как ивушка: вся такая маленькая, гибкая, но удивительно стойкая и несгибаемая. А ещё я понял, что меня в ней смущает. Несмотря на муравейник, в котором она до сегодняшнего дня обитала, Яся выглядит… абсолютной одиночкой.

И в этом мы тоже совершенно разные, потому что я с четырнадцати лет живу самостоятельно, но одиноким себя ни дня не чувствовал. У меня много друзей и знакомых в городе и за его пределами. Даже в Москве.

- Посмотрим, что здесь, - первым делом открываю конверт. - «Дорогие Ясмина и Микула! Мы очень рады, что вы приняли наше приглашение и вступили в ряды осознанных семейных людей, и хотим поздравить вместе со спонсорами - нашими подрядчиками и местными производителями товаров и услуг. Также во время участия в проекте вам необходимо выполнять поставленные условия. Не забывайте об этом», - зачитываю быстро.

- Какие ещё условия? Что за новости? - Ясмина выхватывает у меня бумагу и хмурит черные брови.

Опускаю взгляд в коробку.

- Это что? - вытаскиваю… «кирпич».

А вернее, дорожный знак «Въезд запрещен». Слава богу, хоть без палки.

- Господи, это… они хотят сказать, что это подарок? - супружница моя в ауте.

- Может, и к лучшему, - ставлю на пол. - В городе-то эти знаки уже всех достали. Мы с тобой стольких людей от проблем избавили. Так, что там ещё?... Икра? Да… красная икра, - без энтузиазма кладу на стол стеклянную банку.

- Ой, я ее обожаю.

- Значит, будешь лопать, Малоежка, - пододвигаю поближе к ней.

- А ты?

- А я не люблю, - ухожу от ответа.

- Не любишь красную икру? - осторожно уточняет.

- Ага. Я… черненьких люблю, - подмигиваю, а Яся раздраженно фыркает и снова на дверь пялится.

Сбежать, что ли, хочет? Не понимаю.

На самом деле, лукавлю. Вообще-то, у меня на икру аллергия, но я ведь мужик. Русский. Негоже жаловаться. Пусть лучше Яся думает, что я зажравшийся, чем задохлик болезный.

- Давай дальше смотреть. Подушка… - вскрываю пакет. - В виде губ, что ли? Ещё и красная…

- Какая классная.

Хоть чем-то родная администрация угодила.

- Забирай. Здесь ещё сертификаты. На, читай, - вручаю. Пусть тоже радость от муниципальных подношений испытает.

- Сертификат на семейную терапию, - читает жена с карточки, - психолог высшей категории. Артем Григорьевич… Паничка.

- Чего? - ржу. - Он точно поможет?

- Паничка, - Яся повторяет, тоже отпускает смешок и облизывает губы по часовой стрелке. Мои зрачки делают полный круг. - Так, ещё сертификаты к астрологу, тарологу, регрессологу…

- Ну е-мое. Ничего нужного. А к трихологу нет? - смотрю на хряка. Правда ведь лысоватый.

- Свинячьему? - Яська хихикает, расслабляется, больше не мерзнет.

И аварийный режим у меня в штанах снят. Теперь работаем, так сказать, штатно.

- Микула, здесь ещё сертификат в загородный отель для взрослых, - жена мгновенно краснеет и смотрит на меня испуганно.

Кто ж так девственниц пугает?

- Не парься, Полторашка, - успокаиваю. - Отель для взрослых? Тебя все равно на порог не пустят. По росту. Так что там за условия от администрации? - напоминаю, пока она дуется.

Недовольно зачитывает:

- А… да. Вот они. Первое: мы с тобой должны посещать семейного психолога.

- Лады. Паничка - теперь наш первый друг.

Обмениваемся взглядами.

- Второе: за время проекта мы можем только три раза ночевать врозь. Здесь уточнение, что это не касается рабочих смен. Будет больше трех - выбываем.

- С этим, думаю, проблем не возникнет.

Это даже хорошо. На свадьбу, значит, со мной поедет. А я все кручинился, как же ее уломать.

Яся кивает строго.

- И третье, - задумчиво потирает пурпурную щеку, - за этот год мы должны обменяться любимыми увлечениями.

- Тоже ничего страшного, - окончательно успокаиваюсь. - Мое ты знаешь!...

- Эй! В воду я не полезу, - в ее глазах загорается протест. - Предупреждаю сразу!

- Так уж и не полезешь?

- Никогда!

- Нет… ну есть, конечно, ещё одно… увлечение, - весело подмигиваю.

- Какое?

- Секс, например. Чем тебе не хобби? Тут, кстати, - вытягиваю ленту, - и презервативы нам подкинули. Правда, я бы муниципальным не доверял. У них вечно трубы текут…

- Хватит! - Яся вскакивает и сжимает кулаки. Смотрит на меня странно обиженно и топает ногой.

- Ш-ш-ш-ш… - тянусь к ее талии, но получаю по рукам.

- Лучше вспомни, какое сегодня число! - тряхнув волосами, убегает.

Я смотрю ей вслед и хватаю телефон со стола.

Что это она все про число мне намекает?...

Сегодня двадцать первое сентября.

Во-о! Нашел!

День воинской славы, а вернее, День Победы в Куликовской битве.

- Отмечается в честь исторической победы русских полков во главе с Дмитрием Донским над войсками Золотой Орды, - бормочу. - И что это значит? - кричу. - Исторической победы! Над войсками… Золотой Орды, - теперь широко улыбаюсь. - Значит, победа будет за нами!