Интерлюдия

В центре сибирского мегаполиса целый квартал занимало здание регионального управления ФСБ и МВД. В недрах этого серого бетонного куба скрывалось немало такого, о чём гражданским знать было не положено в силу отсутствия допусков к информации секретной, совершенно секретной и не очень секретной, а просто для служебного пользования.

По одному из коридоров массивного здания широким шагом шёл полковник Санин, сверкая лысиной в ярком свете светодиодных ламп. В левой руке Егор Борисович нёс коробку с тортом, правая была занята объёмистым портфелем. В лишённый окон коридор выходило множество дверей. Некоторые были открыты, из них доносились голоса, звяканье лабораторной посуды, лёгкий шум лабораторных машин, шорох клавиатур. Другие двери были закрыты, и ни звука не просачивалось сквозь них. Возле одной из закрытых дверей полковник остановился, поставил портфель на пол и коротко постучал. Дождавшись разрешения войти, Санин открыл дверь, поднял портфель, шагнул внутрь. В кабинете полковника встретила коротко подстриженная седая дама в белом халате.

— Здравствуйте, Ольга Леонидовна.

— Здравствуйте-здравствуйте, товарищ полковник. Что-то давненько вы к нам не захаживали. Проходите. Мы тут как раз чаёвничать собирались.

— Помню ваше расписание, даже вот, тортик к чаю принёс.

— Ой, ну что вы, не стоило… Надеюсь, сегодня вы к нам присоединитесь?

— Каюсь, сегодня опять не получится.

— Ну, вот всегда вы так, тортики носите, а есть их не помогаете. Приходится бедным женщинам за вас, мужиков, отдуваться.

— Виноват. Как есть виноват. Прошу не судить строго. Но служба наша трудна, опасна и совершенно не оставляет времени на чай с тортиками.

— Ой, да хватит вам уже службой прикрываться. Чай, не в районную поликлинику пришли. У меня, между прочим, тоже погоны под халатом, и звёзды на них покрупнее ваших будут. Так что, вот вам нож, режьте торт, а я чашки организую. За чайком и расскажу, что с ребятишками, которых волкодавы ваши притащили. Или вам кофе?

— Нет-нет, чай вполне пойдёт. Чёрный, обычный, без добавок.

Десять минут спустя.

— Так что с адептами, Ольга Леонидовна? Что нам их родителям сказать?

— А всё хорошо с ними. Сейчас проведём детоксикацию, недельку подержим под наблюдением и по домам. Если у вас на них других планов нет.

— Вот так просто?

— Да, слава современной фармакологии. Вы про массачусетское отделение «Фарматека» что-нибудь слышали?

— Естественно. Мне по должности положено знать главных поставщиков химии для спецслужб.

— Так вот, ребятишек этих накачали именно их продукцией. «Коктейль № 15», как они его называют. Подавляет критическое мышление и сопротивляемость внушению, вызывает управляемые галлюцинации. Если человеку под воздействием этого препарата показать карандаш и сказать, что это роза, он не только увидит розу, но и почувствует запах. Препарат относительно безвреден, не вызывает привыкания, через тридцать-тридцать пять часов после последнего приёма перестаёт действовать, через трое суток полностью выводится из организма, через неделю его следы невозможно обнаружить без специальных тестов. Так что, выйдут ваши адепты отсюда живыми и здоровыми. Под наблюдение клинического психолога.

— Получается, наш террорист действительно шёл воевать с демонами?

— Да. Они все были готовы идти искоренять «мировое зло», искренне веря, что родной город захвачен тёмными силами. Химия плюс гипноз — страшная сила, я вам скажу.

— Вы всё это отразите в заключении о результатах экспертизы?

— Да. И моё заключение поможет этим ребятишкам избежать заключения. Забавный каламбур, не находите?

— Куда уж забавнее… Террорист, находясь под воздействием психотропных препаратов и гипноза, чуть не угробил полгорода, но сам оказался жертвой и, вместо пожизненного, получит курс лечения согласно условиям страховки.

— Кстати, о террористе. Я уже сообщила специалистам «Лесного» о своих выводах. Это поможет в его лечении. И не делайте такое лицо, Егор Борисович, я действовала строго в рамках своих полномочий. Если помните, персонал данного медцентра отнюдь не на сто процентов гражданский.

— Ну что вы, Ольга Леонидовна, и в мыслях не было вас упрекать. Просто мне категорически не нравится появление этого «Коктейля № 15». Теперь любой террорист сможет в сжатые сроки подготовить боевую группу готовых на всё камикадзе. Причём сделать это практически у нас под носом. По сути, нам очень повезло, что в этот раз обошлось без жертв. Вы даже не представляете, какое невероятное стечение обстоятельств помешало террористу довести дело до конца. Чудо. Даже два чуда.

— Вы меня заинтриговали. Просветите, или это секретная информация?

— Секретная, конечно, но не с вашим уровнем допуска. Если вкратце, то рядом с террористом оказался студент-химик, вслепую работавший на военную разведку. Так получилось, что сей молодой человек знал, с какой начинкой был «термосок» в руках террориста. Чёрт, даже неудобно этого мальчишку теперь террористом называть. Это было первое чудо. Вторым чудом стало то, что мальчишка решил взорвать устройство рядом с фонтаном. Если бы поблизости не было воды, то первое чудо не сработало бы.

— Забавно. Я так понимаю, этот ваш студент-химик — тот самый Олег Хромов, по поводу которого со мной консультировались из «Лесного»? Кстати, он ведь сын Севы Хромова?

— Да, это он.

— Хороший мальчик. А знаете, я с ним знакома, мы ведь с его отцом старинные приятели. Когда-то я была у него научным руководителем в… Впрочем, это уже не ваш уровень допуска. Забавно, но Сева жаловался на сына, дескать, молод, горяч и постоянно лезет воевать за справедливость. И знаете, очень обиделся, когда я намекнула ему на наследственность. Хромов-старший в молодости был точно таким же. Но извините, я отвлеклась. Вы сказали, что Олег вслепую работал на разведку.

— Да. Под видом ополчения Прибалтийской Конфедерации группа таких же «слепых» агентов, точнее, боевиков, обнаружила и рассекретила лабораторию, в которой производились химические боеприпасы.

— Каунас?

— Клайпеда. В Каунасе была другая группа.

— Хм… А у мальчика интересная биография. Вы ведь в курсе, чем он занимался в Таджикистане?

— Да, успел поинтересоваться.

— И, что думаете?

— Надо его забирать к нам. Как восстановится, пойду вербовать. Или даже раньше. Пока смежники не подсуетились.

Загрузка...