Группа Грифон. Дебют

Глава 20: Хаос и тишина

xаос и тишина

Как только я забрал свой рюкзак с ленты багажа — слегка помятый, но целехонький, и с новой бумажной наклейкой, — я ринулся на поиски магазина сотовой связи. Задумываться об этом раньше не приходилось, но сейчас я осознал, что у меня уже не просто руки чесались, а зубы сводило от невозможности выполнить на смартфоне простые действия, и это приводило к сильнейшей ломке: открыть почту, посмотреть карту, проверить входящие в телеграме, полистать инстаграм — я без этого больше не мог.

Окей, до инстаграма мне дела особо не было, но вот без карты в Лондоне я потеряюсь быстро.

В британской столице я пару раз уже бывал, еще до ковида: сначала в качестве студента-туриста, который увлекался всем английским. Увлечение продлилось ровно до того момента, как я не увлекся всем французским — что, впрочем, как раз характерно для англичан. Потом, после окончания университета, я угодил на работу в модный русско-английский финтех-стартап, где рисовал окошки, таблички, циферки и игрался с шрифтами для финансового мобильного приложения. Спустя год после моего появления там у одного из фаундеров обнаружился интерес к проведению дорогостоящих исследований по увеличению продолжительности жизни (в первую очередь — своей), ради чего он нанял целую команду микробиологов, генетиков, и фармацевтов, потратив почти все инвестиции нашего финансового стартапа втайне от второго фаундера. В конце концов разыгралась драма, в процессе которой мне и еще трем десяткам сотрудников пришлось искать новую работу. По моим последним сведениям об итогах этого мероприятия единственное, что команда ученых смогла установить экспериментальным путем, это то, что деньги инвесторов заканчиваются быстрее, чем становится возможным говорить о прорывах в области человеческого долгожительства.

К чему это: пока я там работал, я успел еще несколько раз побывать в Лондоне и обзавестись местным банковским счетом, который меня должен был сейчас очень выручить. Совсем не пользоваться пластиковой карточкой я не мог, но я решил подстраховаться и избрать меньшее из зол: в процессе поисков магазина со спасительными смартфонами сделал паузу у банковского автомата, сняв три раза по пятьсот фунтов. Допустим, на первое время — до следующего банкомата — хватит.

Я стоически смирился с тем, что, вне зависимости от того, какой смартфон я себе возьму, и насколько осторожно я буду им пользоваться, местные спецслужбы при желании смогут меня отследить. Возможно, — если мы предположим, что все же моя работа была как-то связана с иностранными государствами, или даже с чем-то секретным или военным — именно это они и решат сделать, на что мне намекали уже и Соломон, и Сергей. Вот только я не верил, что я должен был как-то этому препятствовать: наоборот, пусть наблюдают за мной, пусть поймут, что я не представляю угрозы (как будто они могли подумать как-то иначе), и что я просто хочу оказаться в безопасности.

Ну и может быть разобраться, в какую переделку угодил. Тут, однако, лучше, как говорят англичане, to play it nice, потому что если меня заподозрят в попытках от них скрываться, то точно захотят как можно скорее познакомиться поближе.

А так был шанс, что меня пока не будут трогать, даже если я вдруг достаточно важен для того, чтобы за мной присматривать.

Что касается ФСБ — кажется, им было совершенно наплевать, какой у меня смартфон в Британии. Они вон Сергея отрядили, а он, судя по первому впечатлению, везде пролезет и из-под земли кого угодно достанет. Попутно еще расскажет пару занимательных историй из своего прошлого.

С айфонами в Станстеде было не очень, так что пачку блеклых бумажек с королевой я выменял на стильную черную коробочку с надписью “Самсунг”. Устроился в небольшой кафешке с совершенно отвратительным кофе, то и дело озираясь по сторонам, распаковал смартфон, зарядил его свежекупленной карточкой от провайдера “Гиффгафф” с мобильной связью и интернетом, и тут же провалился во временную петлю, потратив часа полтора на то, чтобы настроить новый телефон.

И нет, я удержался и не полез в инстаграм проверять, как там чувствовали себя мои приятельницы-дизайнерши и пара актеров и писателей (Генри Кэвилл и Джо Аберкромби, если хотите знать), на которых я был подписан.

Тут, знаете ли, немного не до развлечений: сейчас у меня в руках был буквально инструмент для моего выживания, и я, пожалуй, впервые осознал, как много от него зависит. Первым делом я озаботился самыми простыми мерами предосторожности: конечно, по сигналу от сотового оператора меня легко отследят серьезные ребята, но совсем уж идиотом, который направо и налево трубит о каждом своем шаге, быть тоже не хотелось: я удалил все предустановленные приложения Гугла, установил приложение Tor для браузинга в интернете и приложение VPN, которое переправляло весь мой интернет трафик через маленькую страну в западной Европе, родине ролексов и альпийского шоколада. Дальше — коммуникация: Телеграм и Сигнал. Любые производные фейсбука — в топку, лучше не рисковать, проживу без них. И закрывала троицу жизненно необходимых функций смартфона геолокация — поставил Мэпс. ми для оффлайн карт, Ситимэппер, чтобы не потеряться в городе, и, после небольшого исследования, остановился на неприглядной OsmAnd в качестве более детализированной и точной GPS-карты — на местных туристических форумах ее расхваливали как самый безотказный аналог бумажных карт, на которых нанесены даже небольшие тропы в горах. В горы я не собирался, но карта Лондона в ней грузилась отлично.

В завершение моего путешествия, в которое я проник через кроличью нору японского чуда электроники, я поставил Убер и вызвал себе такси, ткнув наобум куда-то в центр города в качестве точки прибытия.

Наобум — это потому, что Алекс не отвечал на мои звонки.

Я продолжал свои попытки вызвонить его уже сидя на заднем сидении Убера под растерянными взглядами водителя-пакистанца (ну или индийца) в черной футболке и позолоченной цепи поверх нее — я прямо чувствовал, как, не будь я занят бесплодными попытками поговорить со своим воображаемым коллегой, он бы начал рассказывать мне о том, что таксует по зову сердца, а на самом деле у него подкаст на ютубе.

Зашел в Слак — и там тишина.

Отправил сообщение по смс: “Алекс, дружище, привет, это Антон, звоню тебе с нового номера, возьми трубку, как сможешь.”

Наконец, как только мы вырулили на трассу и, в окружении пасторальных холмов с вырастающими из них деревенскими домиками, немного разогнались, мой телефон ожил ритмичной трелью входящего звонка.

— Аллоооу! — услышал я по ту сторону трубки голос Алекса, который доносился будто бы из немецких казематов под Аушвицем — даром что он был поляком.

— Алекс, привет! — выдохнул я. — Ты не представляешь, как я рад тебя слышать! Хочешь удивлю тебя новостью? — я выдержал небольшую паузу, услышал лишь молчание, посчитал это приглашением продолжить. — Я в Лондоне, прикинь! Прости, что не предупредил заранее, ну то есть я же говорил, что приеду, ха, встречай теперь! Дружище, слушай, а как далеко ты от города? Дело в том, что я сейчас еду прямо в центр на Убере, наверное на ночь где-то остановлюсь, но вообще я хотел бы с тобой поскорее встретиться. У тебя какие планы на завтра или даже на сегодня вечер?

— Алло? — повторил Алекс.

— Планы, говорю, какие, дружище…

— Алло, плохо слышно, это ты, Антон?

Вот черт.

— Алекс, слышишь меня? Это Антон!

— Антон, да, привет! Тут связь плохая, я в горах, я… — тут я не разобрал, и понял только конец фразы, — … приедешь, говори.

— Не расслышал, повтори! Я в Лондоне уже!

Пауза на той стороне, но пауза не из-за плохой связи — я слышал дыхание собеседника. Он, кажется, призадумался.

— Ты в Лондоне?! — переспросил он наконец так, как будто мы договаривались, что я ни за что не приеду.

— Да, да, говорю же — еду из аэропорта! С тобой можно встретиться?

— А ты надолго? — мой вопрос он проигнорировал. Невежливо, конечно, но, может, он и его не расслышал.

— Не знаю, Алекс, нам надо встретиться для начала, я для этого и прилетел. Хочу обсудить работу, есть большие вопросы, — начал я, но Алекс меня перебил.

— Я не в Англии сейчас, Антон, я в горах.

— Ну в каких горах, давай я к тебе подъеду, в Уэльсе, что ли?

— Я в Польше!

— Оу, — только и сказал я. — А когда ты обратно?

— Не знаю, я тут пока.

Я замолчал, судорожно пытаясь сообразить, что же делать. Алекс был единственной причиной, по которой я приехал в Британию — никого из нашей команды я так хорошо не знал, и никому не смог бы доверить даже просто информацию о том, что у меня есть какие-либо вопросы насчет нашей работы.

В Польшу мне, конечно, совершенно не хотелось, но нужно попробовать.

— А где ты, в Варшаве?

— А? Что? Нет, я далеко, я в горах.

Да черт возьми, ты можешь просто сказать, как тебя найти?

— Нам надо поговорить, Алекс, — попытался еще раз докричаться до него я. — Я могу прилететь в Варшаву, если ты будешь там завтра или послезавтра!

— Нет! — мне даже показалось, что он замахал руками, лишь бы не позволить мне сесть на самолет до Польши. — Ты что, зачем? Я далеко, я в походе, меня не будет в Варшаве. Ты в Лондоне надолго?

Да что ж это за разговор слепого с немым-то! Мой таксист все более тревожно поглядывал на меня в зеркало заднего вида — видимо, пытаясь понять, не стоит ли меня высадить прямо у знака “Госпиталь Св. Маргариты — направо” и ударить по газам от греха подальше.

— Алекс, я приехал с тобой встретиться, надо обсудить важный вопрос при личной встрече, — я очень надеялся, что в этот раз он услышит хотя бы ключевые слова. — Я могу подождать тебя в Лондоне.

— Точно, да-да, будь в Лондоне, хорошо, — согласился он. — Ты где жить будешь?

Неужели прогресс?

— Я не знаю пока, Алекс, мне негде жить. Когда ты вернешься?

— Что?

— Когда вернешься в Англию?

— Не знаю, недели через две или три.

И как только мою беспокойную душу покинули последние остатки веры в братьев-славян, я услышал:

— Да ты не парься, поживи пока у меня! Скину адрес смской, — сказал он и отключился.

Через пару минут мне действительно пришла смс с адресом в Лондоне. Алекс следующим сообщением пояснил:

“Моя вторая хата, там ремонт, но жить можно наверху, пустая комната рядом налево от лестницы. Ключ в щитке электроэнергии. Располагайся. Созвонимся дня через три, когда у меня связь получше будет.”

На этом закончилось мое общение с Алексом, ради которого я прилетел в столицу западного мира. Что же, придется работать с тем, что есть.

Когда я разобрался с картой, пробил адрес, и выглянул, наконец, в окно автомобиля, оказалось, что мы были уже… на месте?

— Приехали, босс! — объявил таксист и обернулся ко мне, заговорщически подмигнув. — С корабля на бал, да? Вам вон туда надо свернуть, на Бик Стрит, и второй поворот налево ваш, сразу увидите.

— Увижу? Что увижу?

— Магазин.

— Какой магазин?

— Ну вы такси куда вызвали? — он улыбнулся. — Единственный и неповторимый в своем роде, венец Сохо — и я сейчас не о гей-барах, ха-ха, — официальный магазин Касио ДжиШок, пятьдесят шесть Карнаби Стрит! Я сразу вижу трушного поклонника марки, — он кивнул на меня, видимо, намекая на то, что одет я был, как путешественник со стажем. — Я вот тоже люблю их, — с этими словами он потряс запястьем, на котором были огромные ярко-красные часы с надписью G-Shock. — Но я больше по понтам, хаха!

— Воу, круто, — проговорил я, соображая, что делать дальше.

Вообще нелепая сложилась ситуация: по ходу дела, я думал, что ткнул просто в рандомную улицу в центре Лондона, когда впопыхах заказывал Убер, а получилось, что попал прямо в магазин часов.

Учитывая, что это в Сохо, у меня и вправду было гораздо больше шансов попасть в гей-бар, так что мне еще повезло.

И ведь нужно было теперь просто сказать “извините, я ошибся”.

Просто “извините, я ошибся, вот новый адрес”.

Но то ли из-за того, что меня воспитывали на литературе девятнадцатого века, где принято быть вежливым, то ли это проявляла себя изнаночная сторона моего дипломатического образования, но я просто не смог себя заставить разочаровать своего нового друга, который уже загорелся рассказами о своих джишоках и не мог остановиться.

— Мадмастер, знаешь? Тебе такие пойдут, вообще кайфовые, выглядят — космос! И расцветка на разный вкус есть. Или тебе что-то более практичное нужно? Знаешь, этим, морским котикам выдают такие черные, круглые джишоки на солнечной батарее? Они вечные, чувак! И вообще неубиваемые! Ты какие себе хотел взять?

— Вот как раз их, да…

— О, мужик, крутой выбор! Ну я сразу так и понял, ты чел непростой, одет как из леса вышел, а сам-то звонки, перелеты! Ладно, извини, давай помогу.

Он выскочил из машины, открыл мне дверь, услужливо подождал, пока я выберусь из салона и вытащу следом свой рюкзак, снова мне подмигнул, вручил мне свою визитную карточку (“я не болтун, так что если понадоблюсь — пиши, могу следовать за авто, могу просто довезти, в другой город — тоже договоримся”), сказал что-то еще про модель часов, которая мне совершенно точно была теперь нужна, прыгнул обратно в машину и легко растворился среди десятков других.

Ну как тут было поступить иначе?

Поборов соблазн зайти в тот самый магазин часов, я открыл на телефоне Ситимэппер — главную карту-путеводитель по Лондону — и проложил путь к адресу, который мне прислал Алекс. Забавно, но он и вправду оказался недалеко от Хемпстеда — дорогого района, который я назвал наобум таможеннику только чтобы доказать, что знал, куда еду.

Добрался на метро. Из примечательного — кажется, не встретил по пути ни одного англичанина. Ну или одного. Мультикультурная столица, она такая. По пути купил два холодных бутерброда в супермаркете с оранжевой вывеской и даже не подавился.

Дом был двухэтажный и представлял из себя то, что тут называется semi-detached — такой длинный коттедж с несколькими как бы подъездами, на деле — отдельными входами в свой “отсек”, который включает в себя помещения на обоих этажах. Я обошел его вокруг — тут было очень спокойно, вдали от основной дороги, — заглянул в окна к соседям (никого не оказалось), и с максимально скучающим выражением лица, как будто проделывал этот трюк каждый день из года в год, наклонился к электрощиту сбоку входной двери.

Ключи оказались на месте.

Внутри был, конечно, хаос — Алекс не обманул, когда сказал, что тут происходил ремонт. Правда, выглядело все так, как будто рабочие еще недели две назад перестали верить в свои силы, решительным жестом все побросали — кто валик для побелки, кто электродрель, — резко встали и ушли. Мне, однако, было достаточно того, что, когда я захлопнул дверь и глубоко вздохнул, то потревожил лишь пару пауков между подоконником и полкой для обуви. Самый наглый из них даже не скрылся из виду — отсутствие людей в доме явно пошло на пользу его чувству собственного величия и неприкосновенности.

Я прислушался.

Никого.

Замечательно.

На верхнем этаже все было чистенько — видимо, ремонт тут сделали раньше. В моей комнате обнаружился небольшой столик и японские татами вместо кровати. Что и говорить, мультикультурность тут выглядела уже поприятнее, чем в столичной подземке.

Я сбросил рюкзак. Бросил взгляд в окно. Принял душ. Полежал на татами.

Ожил.

И, конечно, полез проверять сообщения.

От Алекса больше ничего. В Слаке — по-прежнему тишина, но на днях Маттиас, который руководил нашей группой, вроде обещал что-то сообщить, так что ждем.

А вот от смс-сообщений остались, мягко говоря, смешанные впечатления.

Первое, от Олега.

“Ты как там, друже? Надеюсь, все хорошо. Помним про тебя. Даша волнуется. Вот ее номер, если захочешь написать: <…>”

Еще одно, снова от Олега.

“Бред, наверное, но Сева, когда мы с ним расставались уже, начал болтать про то, что за тобой отправили какого-то жуткого типа. Плел что-то нам про Пальмиру. Я ничего не понял, но давай там осторожнее. Пиши.”

И от Виктора.

“Антон. Не расслабляйся.”