Хозяин Оков XII

Глава 11

— МРАДИШ! НИЧТОЖНОЕ НИЧТОЖЕСТВО! Я ТЕБЯ РАЗДАВЛЮ!

Через фейхарнскую площадь разнесся крик, полный ненависти, ярости и безумия. Ренуати излишне близко к сердцу восприняла мою невинную шутку. Она и до этого меня не жаловала, так что круги гнева наложились друг на друга, вошли в резонанс и многократно усилились.

Я начал отступать в сторону резиденции своей госпожи:

— Помогите! Хулиганы зрения лишают!

Телохранители, повинуясь приказу хозяйки, закрыли меня своими телами. Каменные эльфы подняли щиты. Земляной эльф воздвиг барьер.

— Убейте человека! — прорычала Ренуати и бросилась в мою сторону.

Я активировал Сферу Уклонения, которую держал наготове. Для защиты собственной жизни мне вполне разрешалось колдовать, так что бороться с ошейником не пришлось.

В мою сторону полетели отравленные метательные ножи, стрелы и смертоносные заклятья. Солдаты попытались остановить Ренуати, но били не в полную силу. Все-таки она являлась Эмиссаром. Ночная эльфийка прорвалась через оцепление, пылая злобой и желанием убивать.

Вокруг нее клубились эманации Проклятья, с которыми мне бы очень не хотелось сталкиваться. Ведь даже легкий укус способен активизировать спящие внутри меня семена Проклятья, заложенные Королевой. К счастью, на дистанции сила Ренуати рассеивалась.

Разумеется, я на месте не стоял. Быстро ретировался поближе к Кшанти и ее подчиненным. Из гостиницы на шум высыпали солдаты, а следом подтянулась и сама госпожа главнокомандующая:

— Что здесь происходит? — строго вопросила Кшанти.

— Госпожа, помогите! Ренуати обезумела и вознамерилась меня убить! Из зависти к нашим с вами успехам!

— Наглая ложь! — вспыхнула моя мучительница. — Это ничтожное насекомое оскорбило…

— Достаточно! У меня нет времени на выслушивание ваших мелочных дрязг! — помассировала Кшанти переносицу. — Лучезарный маг важен для Сумеречного Леса. Разве Королева не говорила с тобой об этом?

— Да, но… — Ренуати начала постепенно терять запал.

— Эмиссар Ренуати, вы можете быть свободны. Направьте свою ярость на имперцев, а не на слуг Сумерек!

Ночная эльфийка сверкнула глазами в мою сторону и пробормотала:

— Когда-нибудь я тебя достану…

После чего развернулась, дала команду приближенным и удалилась вместе с бойцами.

Кшанти обратилась уже ко мне:

— Зачем ты подначивал Ренуати, Хоран? Чего ты хотел добиться?

— Злость — коварное чувство. Она заглушает глас разума. Ренуати ошибется рано или поздно. Так что ваше поручение будет исполнено, госпожа, — обозначил я поклон.

— Иногда мне кажется, что ты слишком опасен, чтобы держать тебя на привязи, — качнула она головой, затем громко проговорила собравшимся солдатам. — Готовимся к новым боям. Имперцы желают взять реванш за проигрыш. Мы покажем людишкам, кто хозяин Сумеречных земель!

— Во славу Королевы! — откликнулись ушастые.

Еще день мы просидели в Фейхарне. Разведка осматривала подходы, отдельные отряды зачищали остатки имперцев в округе. Нуэзийцы отступили южнее и сконцентрировали силы на достаточно открытой местности. Сумеречные войска, как я понял, стремились избегать масштабных сшибок. Эльфы старались бить исподтишка, использовать укрытия, расчленять вражеские войска и атаковать небольшими группами. Ночники-диверсанты пробирались в тылы ночью и насылали Проклятья на спящих. Иногда им удавалось дотянуться до высокопоставленных бойцов и одаренных. Такой подход постепенно изматывал, обескровливал вражескую армию.

Однако на этот раз командование решило иначе:

— Благодаря Лучезарному магу у нас будет преимущество на открытой местности. Мы дадим нуэзийцам большой бой, которого они так жаждут. Вот только презренным людишкам это не понравится! — приняла решение Кшанти.

Были попытки вернуться к привычной тактике, но моя хозяйка настояла на своем. Остальные Эмиссары были вынуждены подчиниться, ведь в этот раз именно Кшанти взяла бразды управления сборными войсками. Не все Ночные эльфы верили в мою силу, несмотря на предыдущие демонстрации. Но находились и такие, кто поддержал Кшанти.

Сумеречный Лес стягивал войска в один большой ударный кулак. Для эльфов было непривычно так кучковаться. Дисциплина порой страдала на местах. Те же Ночные часто ссорились с Каменными и Земляными, низшие цапались с высшими, Эмиссары устраивали стычки. Но в целом желание покромсать людишек сглаживало острые углы.

Я осознал, что Сумеречный Лес возник и мог существовать лишь благодаря нам — людям. Общий враг объединил таких разных эльфов. Без угрозы людей ушастые моментально перессорятся и разобьются на отдельные племена, воюющие друг с другом. Впрочем, для людей такое поведение тоже характерно. Вспомнить хотя бы многочисленные алгадские баронства. Но мысль показалась мне забавной: эльфов объединили люди.

Домовой был благодарен мне за помощь с печатями и за то, что я отдал все почести ему. По секрету чародей сообщил мне, что эльфы получили послание от имперцев, адресованное конкретно мне. Отправителем значилась Пепельная колдунья — Неллис. К сожалению, Кшанти не стала посвящать меня в детали и даже не упомянула о письме.

Я сделал попытку подговорить Домового, чтобы тот выкрал послание либо попытался просто прочесть, но чародей не стал рисковать. Да, он уважал Лучезарного мага и был благодарен мне, но предать клан Дзартен не мог. Слишком глубоко в нем укоренились почитание и послушание.

Хотя бы меня не сдал, и то хлеб. Мог бы ведь рассказать госпоже о моей помощи с печатями или об экспериментах с ошейником.

Неллис, видимо, хотела узнать, что со мной. Подозреваю, что остальные соратники: слуги и мои эльфо-жены — тоже переживали о моей судьбе. Но пока что у меня не было возможности связаться с ними. Домовой не станет передавать послания от меня.

В любом случае я чувствовал, что близок к единению со своим стержнем. Я мог все дольше сопротивляться давлению ошейника подчинения. Мне всего лишь требовалось активировать печать неподчинения, а это несколько секунд. Правда, я пока весьма смутно подозревал, как именно она действует, ведь в деле испробовать ее не успел. Ничего, разберемся.

В общем, на послании я настаивать не стал. Теперь важно подгадать правильный момент и все грамотно рассчитать. Ведь второй попытки мне не дадут. Жаль, что нельзя сохраниться и начать сначала, если что-то пойдет не так.

Я стоял перед непростым выбором. Проделать все тихо или уйти с помпой, громко хлопнув дверью напоследок?

Сумеречные войска выдвинулись из Фейхарна на юг и приблизились к войскам имперцев. Огромное эльфийское воинство двигалось по разбитому тракту. Я передвигался на Резвом, которого у меня так и не стали отбирать.

Если так прикинуть, то большие массы войск мало отличались друг от друга. Обозы провизии, гурды, солдаты, снабженцы и слуги: повара, гурдюшние, шлюхи. Скорость передвижения эльфийских войск тоже была низкой.

Сумеречная армия остановилась на ночь на некотором расстоянии от имперцев. Эмиссары решили дать войскам отдохнуть и набраться сил. Ведь в грядущем бою они им очень понадобятся.

Мне выпала большая честь — собственный шатер. Лишь Эмиссарам и другим особым бойцам высшей касты полагалась собственная палатка. Остальные эльфы ютились в общих шатрах либо просто располагались возле костров. Ночи здесь стояли относительно теплые.

Охрану мне выставили приличную. Госпожа опасалась, что Ренуати рискнет напасть ночью. Да и я не расставался с доспехами и держал фокусаторы наготове.

Лежа вечером на подстилке, я размышлял о том, когда именно начать действовать. Разумнее попытаться улизнуть, не поднимая лишнего шума. При переходе я мог бы в теории затеряться, хоть за мной и следили охранники.

Но затем я вспомнил о гнили Проклятья, которое в меня засунула Королева Сумеречного Леса. О мучениях в плену Ренуати, о постоянных унижениях и беспомощности. Обо всех тех трофеях, что проплывали мимо моих рук. А ведь я так старался! Заработал лишь посредственный секс и голубой осколок.

Злость поднялась в моей душе. Империя предала меня, но и Сумеречный Лес мне не за что было любить. Королева и Эмиссары решили, что способны удержать Хорана Мрадиша на поводке? Эльфы поплатятся за свою самонадеянность!

Никакого тихого ухода. Только хардкор, только бойня! И я знал, какой момент будет наилучшим.

Я встрепенулся и осмотрел помещение магическим взором. Домового либо других магов рядом, судя по всему, не было. Вокруг шатра прохаживались бойцы Кшанти, среди которых было немало одаренных. Но тонкую волшбу они почуять не смогут. Пожалуй, это подходящее время для экспериментов, если я хочу подойти к решающему этапу полностью подготовленным.

— Начнем с тебя, мой дорогой дружок… — схватился я за ремешок ошейника, давящего на мозг эфемерными нитями.

Я сел в позу лотоса, думая, что так будет правильно. Но быстро понял, что это неудобно и просто лег на лежанку на спину. Сосредоточился на своем стержне жадности. Подумал обо всех тех упущенных возможностях, о несправедливости и трофеях, которые я не получил. Хоть хозяйка и подарила мне голубой осколок, но эта подачка не изменила мой настрой в корне. Алчность захватила мой рассудок. Я специально подогревал эмоции, распаляясь все больше.

Думал не только о Сумеречных эльфах, но и обо всех прочих казусах в прошлом. Неудачных сделках, нападениях монстров, коварстве культистов, выходках орденцев, проделках Богов и иных случаях, стоивших мне состояния. Если бы все шло удачно, то я бы давно стал зажиточным купцом и архимагом высокого ранга!

Жадность Мрадиша достигла космических масштабов.

Я активировал заготовленную печать из фокусатора. Изо всех сил стараясь сосредоточиться на стержне алчности. Поначалу все шло хорошо, но вскоре мыслишки начали просачиваться через воздвигнутые барьеры. Ошейник спохватился и принялся постепенно усиливать давление на разум.

— Еще немного… — прошипел я сквозь сжатые зубы.

Головная боль усилилась многократно. Темнота накатывала. Ошейник бил в полную силу, стараясь предотвратить мое освобождение. Я почувствовал, что готов вот-вот потерять сознание.

Но затем вдруг ощутил облегчение. Боль пропала моментально. Будто отрезало. Я раскрыл с силой зажмуренные глаза. Пот пропитал одежду, сердце бешено колотилось, а легкие ходили ходуном. Но мигрени больше не было!

Я сфокусировался на магическом зрении и присмотрелся. Печать неподчинения активировалась, и вокруг меня плавали легкие эманации. Магия подчинения сама по себе была очень тонким, слабым конструктом. Поэтому и потребляла так мало маны. Это тебе не боевые заклинания.

Печать неподчинения тоже оказалась сама по себе слабонасыщенным, легким заклинанием. Казалось, чуть дунуть, и эманации развеются словно пердеж на ветру.

— Получилось? — пробормотал я, еще не веря в успех.

Цепкие коготки ошейника беспомощно плавали подле артефакта. Ошейник пытался вцепиться в мой разум, но словно бы не мог его обнаружить. Они потеряли ориентиры. Я был полностью свободен от магии подчинения, пока печать работала.

— Ха! Хоран Мрадиш — гений!

Сам себя не похвалишь, эльфо-жены точно не похвалят.

Я потянулся к ошейнику и снял с шеи ненавистный артефакт. Ошейник при этом не деактивировался. Он продолжал работать: щупы извивались в воздухе, стараясь добраться до моего разума. Словно стайка голодных угрей в поисках лакомства.

Почувствовалось огромное облегчение. Я обрел свободу! Больше ничего не давило на мой разум, не било болью, не мучило, не ограничивало. Настоящий кайф! Верно говорят, что начинаешь ценить, лишь потеряв. Имея свободу, я не думал о ней. И лишь обретя заново, начал понимать, что это довольно важная вещь. Нет, аболиционистом я становиться не собирался. Лига Без Оков — удел неудачников. Но немного проникся их мотивами.

Выбраться из центра охраняемого лагеря Сумеречных эльфов практически невозможно. Сходить отлить и попытаться удрать? Меня все равно будут провожать телохранители.

Как бы то ни было, решение я уже принял, так что убегать так просто не собирался. Эльфы поплатятся за свои прегрешения. Как и империя.

Я посмотрел на валяющийся ошейник. Если начну расхаживать без него, сразу возникнут определенные вопросы, а они мне пока ни к чему. Что ж, придется взламывать артефакт и перенастраивать. Муторное дело, но иного варианта нет. Беремся за расчеты!

Спустя время мне удалось повторить примерный клочок ауры госпожи и получить контроль над артефактом. Я перенастроил ошейник и просто деактивировал. При пристальном осмотре умелый чародей сможет заметить странности — отсутствие ментальных щупов. К счастью, таких магов в окружении Кшанти не было. Домовой не отличался умом, сообразительностью и магическими способностями. В теории можно было бы настроить ошейник на себя и активировать, но это шло вразрез с моими дальнейшими планами.

Я выглянул из шатра и обратился к охране:

— Приведите стрелков. Мне надо поработать над улучшенной Призмой.

— Сейчас? На ночь глядя? — хмыкнул боец.

— Низшего это волновать не должно! Завтра решающий бой с имперцами, заклинания должны быть отточены до идеала!

Солдат скривился, но не стал спорить:

— Хорошо, мы приведем стрелков. Позовите Домового, он присмотрит за колдуном…

— Да пусть отдыхает, бедолага. Намаялся за последние дни! — попытался я отбиться.

— Таков приказ госпожи Эмиссара, — хмуро обронил эльф.

Я понял, что спорить бесполезно, и попытался найти выход из ситуации:

— Тогда притащите нам кувшинчик хорошей выпивки!

— Пить накануне драки?

— Исполняй указ, низший, иначе я доложу госпоже, — проговорил я и задернул полог шатра.

Охрана выполнила все в точности. Привела Солнечных эльфов, притащила сонного Домового и раздобыла где-то емкость со спиртным. Качеством отвратным, но для дела сгодится. Солнечных эльфов я оставил пока снаружи, пригласив внутрь только чародея.

— Держи, Домовой. Выпьем! — разлил я выпивку по кружкам.

— Что это на тебя нашло?

— Отпразднуем взятие Фейхарна, мой грядущий новый ранг и твои успехи в целительстве! Завтра большой день, нечего упускать такую возможность!

— Разве что чуть-чуть… — с сомнением протянул маг.

Домовой пригубил алкоголь, и я незаметно активировал печать из кольца. Молниевое Копье пронзило чародея. Мужик выгнулся дугой, выронил стакан и рухнул на землю без сознания.

— У вас все в порядке? — вопросил охранник с той стороны шатра.

— В полном! Не отвлекайте! — откликнулся я.

Я облил Домового выпивкой, частично влил пойло в рот. Затем на всякий случай прислонил бессознательного чародея к стулу и зафиксировал, как мог, повернув боком ко входу. Если не приглядываться, то будет казаться, что Домовой просто сидит-медитирует. Мало ли кто-то из охраны решит меня проведать, либо заглянет в момент, когда полы шатры отдернуты в стороны.

— Пусть Солнечные заходят в шатер. По одному. Я скажу, когда надо позвать следующего! — распорядился я.

В шатер прошел первый одаренный Солнечный эльф. Хмурое лицо, обрезанные под корень светлые волосы, в глазах нет былого лоска. В плену многие теряют волю. Хотя бы кормили стрелков от пуза, ведь это ускоряло регенерацию маны.

— Вызывали, господин маг?

— Садись сюда спиной ко мне, закрой глаза и не задавай вопросов. Ты меня понял?

— Да…

Эльф явно заинтересовался тем, что происходит — все-таки раньше от меня таких указаний не поступало. Но задавать вопросы благоразумно не стал. Лишь покосился на Домового, расположившегося в несколько нелепой позе, и вопросил:

— Что это с ним?

— Немного перебрал. Не обращай внимания…

Я активировал печать неподчинения и направил эманации на шею эльфа. Щупы вылезли из разума стрелка, потеряв его из вида. Эльф захлопал глазами и принялся крутить головой. Явно ощутил мое вмешательство.

— Теперь слушай внимательно. Я временно освободил тебя от власти Эмиссара. Ты хочешь сбежать от Ночных эльфов?

— Да! — откликнулся он.

— Тогда будешь делать, что я скажу. Ошейник придется вернуть, поскольку иначе нас раскроют. Не переживай, я взломаю его и перенастрою. Тебе больше не придется служить мерзавке Кшанти!

— Как я могу доверять тебе, чародей?

— Не можешь. Но есть ли у тебя выбор?

Солнечный эльф помолчал, взвешивая все за и против.

— Лучезарный маг заботится о своих стрелках, — добавил я. — Вы — мое основное оружие. На другой чаше весов кровожадные Ночные эльфы, которые легко отправят вас на убой. Ты все еще сомневаешься, чью сторону избрать?

— Хорошо, — вздохнул блондин и выдал нехотя. — Я пойду за тобой, чародей…

— Вот и славно. Не мешай мне проводить расчеты. Основной слепок ауры у меня уже есть, но каждому ошейнику нужен свой ключ. Необходимо внести небольшие корректировки…

Спустя несколько минут ошейник эльфа был мной успешно взломан. Разумеется, я настроил артефакт уже на себя. Солнечный эльф стал моим слугой. Я дал стрелку общие указания: слушаться меня, но продолжать делать вид, что он служит Кшанти. Не раскрывать заговор раньше времени.

— Заводите следующего! — скомандовал я.

Охрана не задавала вопросов, поскольку не смыслила в магии. Бойцы рассчитывали на Домового, который лежал в отрубе в шатре. Процедуры повторялись одна за другой. Я немного сомневался, но, к счастью, проблем с Солнечными стрелками не возникло. Все рабы Ночных эльфов возжелали сбежать от Сумеречных мучителей.

Через несколько часов все Солнечные стрелки прошли через перепрошивку их ошейников, став моим личными слугами. Армия Хорана Мрадиша росла не по дням, а по часам!