Хозяин Оков XII

Глава 18

[Адарис]

Судьба подарила Призывающей эльфийке необычный шанс сбежать из Сумеречного плена. Странный человеческий маг сумел взломать ошейники подчинения и устроил восстание, перебив сотни эльфов. К Сумеречным Адарис симпатий не испытывала, особенно к Ночным. Другие расы эльфов их недолюбливали.

Адарис переживала насчет того, отпустит их чародей или нет. В какие-то моменты ей казалось, что Мрадиш смилостивиться и расстегнет ошейники, в другие — что он продаст их на первом же невольничьем рынке или заставит таскаться за собой бесконечно. В любом случае они приняли решение поддержать Хорана, пока он не встретится с союзниками, поэтому ничего не предпринимали.

Ошейники создавали постоянное давление, так что их возможности были сильно ограничены. Но все же определенные проблемы хозяину можно создать, тем более если знать как. Поэтому дружественный раб и ненавидящий раб — две совершенно разные вещи. Лучше бы Хоран отпустил их на волю, иначе на своей шкуре познает, почему с Призывающими эльфами лучше не связываться!

Спустя несколько дней скитаний их атаковал отряд разбойников. Одаренных среди них было мало, так что подопечные Хорана вместе с самим магом быстро их разбили, пленив часть противников.

К людям Адарис не испытывала особых симпатий, но все-таки она была Призывающей, а не Ночной эльфийкой. Ей была свойственна эмпатия к любым живым существам, особенно разумным. Раз уж им пришлось столкнуться в битве, милосерднее будет просто оборвать жизнь врага вместо жутких мучений.

Действия Кшанти она не одобряла, но с помощью пыток удалось выведать важные сведения. Следом за дело взялся мастер.

Адарис не сразу поняла, что он собирается делать. Мрадиш упоминал стабилизирующие артефакты, Резонанс и проверку на подопытных. Но в каком виде она будет происходить, эльфийка не догадывалась.

— За дело! Этот пойдем первым, — указал маг на связанного пленника. — Тебе доверена великая честь, душегуб, послужить во благо магической науки! С твоей помощью мы откроем ценное заклинание, которое способно изменить жизнь на всем Шимтране!

— П-пощадите! — хныкал бандит, каким-то образом чуя, что ничем хорошим это не закончится.

— Адарис, жди моей команды. Сейчас, только сплету печать…

Чародей принялся формировать полупрозрачные узоры в воздухе, колдуя свое гудящее и искрящее заклинание. Под пульсирующим шариком снова появились странные завихрения и радужные отблески.

— Убей его, — скомандовал Мрадиш.

— Убить? — удивилась эльфийка.

— Это приказ!

Ошейник принялся насылать сильную боль, поскольку Адарис колебалась. Ей не нравилось чувствовать себя безвольной марионеткой и убийцей — карающей дланью людского чародея.

Выбора у эльфийки не было. Долго сопротивляться ошейнику она не могла. Адарис постаралась закончить мучения пленника быстро: вонзила зачарованный клинок в грудь разбойника и пронзила сердце.

Пленник захрипел и задергался. Смерть наступала не сразу. Несколько секунд организм еще боролся за выживание. Неприятное зрелище. Пускай перед ней и человек, да еще и грабитель с большой дороги, удовольствия ей это не доставляло.

Чародей же тем временем отправил магическую сферу прямо в тело умирающего. Искрящийся сгусток влетел в грудь пленника и растворился, разойдясь искрами по поверхности.

Мрадиш подался вперед с любопытством. В этом испорченном чародее не проскакивало ни капли сочувствия к мучающемуся умирающему сородичу. Немыслимое поведение для эльфа. Разве что Ночные бы не стали горевать по соплеменнику. Адарис бы оплакивала каждую утрату из рода Призывающих, что бы он ни совершил. Эльфов и так осталось слишком мало, чтобы гибнуть в бессмысленных кровопролитных распрях.

Другие пленники забились в истерике. Кто-то попытался уползти, несмотря на ранения, потерянные конечности и надежные веревки, стягивающие им руки и ноги. Исследования чародея вызвали в них ужас.

— Получилось… — пробормотал Мрадиш в предвкушении.

А в следующую секунду раздался глухой взрыв. Грудь умирающего разорвалась. Ребра вывернуло наружу, плоть и органы раскидало по поляне.

— Похоже, нет, — хмыкнула Ночная эльфийка.

— Т-ц, неужто я слишком рано ввел Звуковой Разряд? Сфера должна была защитить осколок от Резонанса… Ладно, тащите следующего!

Пленники скулили и слезно молили о пощаде, однако устроивший Ашурскую Бойню маг оставался неумолим. Человеческие жизни для него ничего не значили. Это стало понятно по тому, с какой страстью он уничтожал имперцев в сражениях и как наплевательски относился к пленным. Остальные слуги жалеть разбойников тоже не собирались.

Адарис понимала, что ее голос здесь ничего не значит, поэтому не вмешивалась.

— Убей! — кивнул Мрадиш на второго пленника.

Эльфийка подчинилась и точным ударом пронзила сердце дезертира. На этот раз Мрадиш немного подождал и отправил пульсирующее заклинание чуть позже, подгадав момент смерти более точно. Вот только и на этот раз ничего не вышло.

Раздался странный треск, и грудь павшего вмяло внутрь себя. Осколки при Резонансе могли источать самые разные аномалии. Чем мощнее силовой камень, тем серьезнее могли быть последствия. Пленные представляли из себя неодаренных людей. У некоторых из них осколки могли изредка достигать оранжевого ранга и даже выше, но в целом можно было не опасаться, что стоящего рядом заденет разрывом.

— Снова не вышло… Хорошо, попробуем сделать сферу размерами побольше… Коли, Адарис!

И эльфийка колола. Третья попытка снова вышла комом. Грудь разбойника покрылась ледяной коркой после гибели.

— Да что за напасть⁈ Так, теперь несколько Звуковых Разрядов по откату… Руби, Адарис!

И эльфийка рубила. Четвертая попытка не увенчалась успехом, хотя Мрадиш выпустил в тело испытуемого сразу несколько искрящихся шаров.

— Н-да, стабилизацией здесь и не пахнет… — проговорил маг разочарованно.

— И что тогда делает твое заклинание? — вопросила Кшанти.

— Слишком мало данных, чтобы говорить наверняка.

Адарис посмотрела в сторону последнего живого пленника. Штаны его были мокрыми, а сам он трясся от страха. Неприятно быть на его месте, но помочь ему эльфийка не могла.

— Остался последний пленный, — напомнила Адарис и подняла свой клинок.

— А знаешь, что? Попробуем иной подход, — склонил голову Мрадиш. — Пусть лежит смирно.

Лучезарный маг сформировал еще одну пульсирующую сферу. Завораживающее зрелище. Молния со Звуком пели в унисон, создавая прекрасную картину, которую дополняли дивные эффекты в виде искр и вибрации. Так еще и радужные завихрения привлекали взгляд. Пожалуй, это было одно из самых красивых людских заклинаний, которые Адарис когда-либо видела.

Мрадиш выпустил сферу в живого пленника, которому никто не наносил смертельных ран. Молние-Звук окутал торс бандита. Он задергался и захрипел. А спустя всего пару секунд из груди его вырвался небольшой сгусток пламени. Прямо из того места, где должен находиться осколок.

Огонь опал, и Адарис взглянула на бедолагу внимательнее. Даже покопалась кончиком клинка в ране, дабы убедиться.

— Он мертв. Осколок уничтожен, — резюмировала она. — Стоили ли смерти того?

— Конечно, стоили! Наконец-то мы получили результат. Правда, совсем не тот, на который я рассчитывал. Мне удалось создать не стабилизирующее заклятье. А наоборот — дестабилизирующее. Звуковой Разряд устраивает осколкам внеплановый Резонанс…

— Выходит, именно ваше заклинание разрушало осколки и убивало пленных… — поняла Адарис.

— Это же прекрасно, мастер! — хлопнул в ладоши Домовой.

— Это просто ужасно! — пригорюнился Мрадиш. — Я хотел научиться сохранять осколки, а не уничтожать их! Это самое отвратное заклинание во всем моем арсенале. Не буду его использовать!

— Но, если его потренировать… — начала было Кшанти.

— Нет. Я не могу смотреть на то, как золото утекает от меня словно вода сквозь пальцы. Это заклинание меня разорит!

— Но ведь… — подал голос Домовой.

— Достаточно! Я — спать. Обыщите утырков. Утром поищем их лагерь. Надеюсь, хотя бы там будет, чем поживиться… — скомандовал Мрадиш.

Чародей, очевидно, растерял весь свой запал. Настроение Мрадиша мгновенно упало, как только он увидел результат своих трудов. Адарис плохо разбиралась в людском колдовстве, но увиденное ее тоже заинтриговало. Похоже, Лучезарный маг остался недоволен итогами своих изысканий. Его интересовали в первую очередь доход и добыча, а остальное было делом второстепенным.

Что ж, убеждать колдуна никто из слуг не стал. Они обыскали убитых, сгребли тела в яму и сожгли останки не без помощи магии Солнечных эльфов. Мрадиш к тому времени спал крепким сном.

[Хоран Мрадиш]

Полное фиаско! Мои надежды на скорейший заработок жестоко обломались о суровую реальность. Что ж, научные открытия не всегда ведут в ту сторону, которую ты ожидал. Магия — штука коварная.

Нет, я все равно был доволен изобретенным заклинанием, просто рассчитывал на большее. Зря начал строить грандиозные планы. Если ничего хорошего не ждать, то и расстраиваться не придется.

Впрочем, совсем отказываться от Звукового Разряда я не собирался. Заклинание решил переименовать для краткости в Дисбаланс. Плетение хорошо проникало через однослойные защиты и разносило осколки Резонансом, что являлось смертью для носителя.

Пока что неясно, как Дисбаланс будет работать в реальном бою, а не на безоружных пленных. Будет ли броня стопорить заклинание, как поведет себя Дисбаланс при контакте с Туманом или Тьмой, сможет ли ввести в Резонанс одаренных высокого ранга? По идее у таких осколки должны выдерживать более серьезные нагрузки. Вопросов много. Лишь практика покажет, будет ли толк от заклинания.

Выходит, Дисбаланс работает только на Шимтране, и при этом мне необходима подготовка в новой местности. Сначала надо найти правильную точку равновесия, иначе резонанса двух стихий и планетного магического поля не случится. Подземные эманации Тардиса отличались от места к месту, а для Дисбаланса необходим точный расчет.

В общем, пока что заклинание выглядело крайне сомнительно. Куча возни, эффективность неясна, плюс потери в виде осколков — все камни уничтожит Резонанс. Явно не тот эффект, который хотелось бы видеть Хорану Мрадишу. Мой стержень жадности пребывал в крайнем неудовлетворении результатом изысканий. Советовал вообще навсегда забыть про заклинание, выкинуть все фокусаторы и стереть варианты из гримуара.

Но все-таки разум подсказывал, что плетение может быть полезно. Посмотрим, как Дисбаланс покажет себя в критической ситуации.

Как и подозревал, ни с разбойников, ни с их лагеря, который мы осмотрели утром, ничего ценного добыть не удалось. Забрали добра на несколько десятков золотых от силы, при этом основную ценность составлял зачарованный кинжал, имевшийся у одного из дезертиров.

Что ж, они не хотели воевать с эльфами, отчего очутились по другую сторону закона. И в итоге карма все равно настигла беглецов. Могли ведь умереть как герои от моих рук в Ашурской Пади, а в итоге об их смерти никто не узнает. Родственники не будут ими гордиться, а лишь насылать проклятья. Таков их выбор. Зато на благо науки послужили.

За день пути мы, наконец, приблизились к Аванихчи. Немного проплутав, ибо никто из нас не разбирался в местных ориентирах, достигли предместий города.

Уже в наступившем вечере мы осторожно пробирались в сторону Аванихчи, стараясь петлять через лесные массивы и рощи. Наконец, мы вышли на опушку. Я не видел ни зги. Даже Кайя на этот раз не показалась, отчего окружение с заходом солнца погрузилось в темноту. Голубая луна вызывала у меня лишь положительные чувства. Долгое время я ждал появления полной Кайи с нетерпением. И хотя сейчас с потенцией у меня все в порядке, привычки остались.

— Что-то не так, — обронила Кшанти, вглядываясь во мглу.

— Я ничего не чую, — заметил я.

— Слишком тихо, — покачала головой Ночная эльфийка, намного лучше меня ориентирующаяся в темное время суток. — Я могу разведать обстановку, если Скрыт все еще держится на мне.

Я прикинул все за и против. Доверять Кшанти у меня не было большого резона. Да, ошейник заставлял ее подчиняться, но у подобных артефактов всегда имелись лазейки, что я познал на собственном опыте.

— Лесная, — позвал я слугу. — Пойдешь вместе с Ночной. Не лезьте на рожон. Если заметите засаду, сразу докладывайте.

— Да, мастер, — откликнулась ушастая.

Лесная и Ночная эльфийки двинулись вперед через траву, быстро испарившись в зарослях. Что им показывали эльфийские органы чувств, я представлял слабо, будучи ограниченным людскими ощущениями. Плюс Проклятье довлело, ухудшая слух и немного зрение.

Пока эльфийки отсутствовали, я прошерстил небольшой диапазон спектров близ прошлой точки равновесия. Спустя несколько минут нашел новые параметры, подходящие данной конкретной области. Внес корректировки в фокусатор, настроив Дисбаланс. На всякий случай подготовил боевое заклинание для использования. Хотя столь расточительную печать, уничтожающую осколки, следовало использовать только в крайнем случае.

Судя по тестам, зона для настроенного заклинания могла составлять сотни шагов, если нет существенного перепада высот или других геологических аномалий. Магический фон в таком случае держался на одном уровне, поэтому Дисбаланс не требовалось перенастраивать. Если же сместиться на большую дистанцию, придется заново искать точку равновесия и править фокусатор. Муторное занятие. И не факт, что полезное. Но я решил перестраховаться. Посмотрим, какую роль Дисбаланс сыграет в бою.

Спустя некоторое время Лесная с Ночной вернулись к нам. Кшанти выглядела довольной, а на ее мече виднелись кровавые разводы. Лесная же эльфийка выглядела слегка обеспокоенной.

— Что произошло?

— Мы вышли на Туманника под таким же Скрытом, как и у тебя, — поведала Кшанти. — Я обнаружила его первой. Смогла подкрасться и нейтрализовать.

— Я же просил не вступать в бой, — вздохнул я.

— Простите, мастер, — покаялась Лесная.

— Но ведь все прошло успешно? Мы не подняли тревогу, — пожала плечами Кшанти.

— Значит, вокруг Аванихчи полно Туманных братцев… — пробормотал я, не став заострять на инциденте внимание. — Как бы нам разыскать моих соратников и не выйти на Чистильщиков?

— Их могли уже схватить, — заметила Кшанти.

— Могли. Но мне кажется, что Лиетарис не попалась бы в эту ловушку. Сдается мне, они нашли себе укрытие где-то неподалеку от Аванихчи. В людском городе эльфы бы чувствовали себя словно в ловушке, — принялся я рассуждать.

— И мы, и они прячутся от имперцев и Туманников, — резюмировала Адарис. — Как нам выйти друг на друга?

— Дилемма… Хорошо, попробуем порыскать по округе. Рано или поздно выйдем либо на своих, либо на чужих. Кшанти, ты будешь прокладывать маршрут. Ночь — твоя стихия.

— Непременно. Презренные Туманники не смогут обнаружить меня, если я того сама не захочу, — усмехнулась она, после чего вдруг взглянула на небосвод.

Я тоже запрокинул голову и посмотрел наверх:

— Что там?

— Похоже, сегодня ночью нас ждет более интересное развлечение, нежели блуждания по лесу, — проговорила Кшанти.

— Штард⁈

— Гиблая Ночь на пороге, — кивнула эльфийка.

Из-за туч, скудности освещения и Проклятья я черной луны не видел от слова совсем. Не доверять зоркому Эмиссару у меня причин не было.

— Как невовремя! — поморщился я. — Аванихчи словно притягивает Черную Луну…

— Необходимо найти укрытие, госпожа! — подал голос Домовой. — Ваше Проклятье плохо действует на мертвых…

— Зато клинок хорошо разит прогнившую плоть, — проговорила Кшанти воинственно.

Я осмотрелся. Темнота давила со всех сторон. Ветки нависали, похожие на крючья и чьи-то длинные конечности, лианы напоминали петли висельников, а завывания ветра походили на гомон упырей. Жуть, одним словом. Я не знал, как Дисбаланс сработает на нежити.

Нас было слишком мало, чтобы держать нормальную оборону во время Гиблой Ночи. Солнечные эльфы смогут проредить упырей, но без Призмы придется тяжко. На Адарис и Кшанти особо надеяться не стоит. Их способности ничем особым не выделялись.

Решение следовало принимать срочно. Если промедлить, нас могут растерзать восставшие упыри.

— А может, и вовремя, — оскалился я, поменяв мнение. — Двигаем прямиком в Аванихчи! Живее! Воспользуемся перемирием Гиблой Ночи!