Хозяин Оков XII

Глава 24

— Поверить не могу! Не ты ли постоянно твердила, что люди — худшие существа, а мужчины в особенности⁈ — наседала на смущенную Лию Красная. — И Мрадиш — худший их представитель? Что мы предали наш эльфийский вид, потеряли всякую честь и достоинство? Что падать ниже уже некуда?

— К-хм, возможно… — пробормотала Высокая эльфийка, накручивая локон на палец. — Мы достигли дна, так что глубже нам не спуститься…

— Да что вы понимаете в мясных обрезках! Люди — властители Тардиса. Мы — доминирующий, самый сильный вид на планете. А Хоран Мрадиш — лучшая партия из возможных. Великий чародей, изобретатель, филантроп, работорговец, устроитель Ашурской резни. В общем, мужчина замечательный, с какой стороны не посмотри! — возмутился я.

— Да, не принижайте достоинства наставника! — поддакнула Лейна. — Но я тоже удивилась, когда Лия сделала… такое.

— Если не дать ему какую-то награду, он снова может свернуть на темный путь, — хмуро пояснила эльфийка.

— Об этом я не подумала. Мы и впрямь должны помочь наставнику… — протянула Эббот, размышляя.

— Выходит, ты делала это исключительно для моей мотивации? — обхватил я свои плечи руками. — Тебе на меня наплевать? Тебе нужно лишь мое тело⁈

— Хватит нести чепуху!

— Поматросила и бросила⁈

— Чушь!

— А сам-то доволен словно ксарг, нашедший мешок с зерном! — фыркнула Ниуру.

— Не спорю. Вот только маловато для истинной мотивации. Поцелуйчики и обжимания — это хорошо, но они не заменят звона золотых монет и блеска трофейных осколков, — протянул я философски.

— Этой похотливой скотине одного поцелуя мало, — скривилась Ниуру. — Стоило только другой эльфийке оголить ножку, как ты сразу же позабыл про нас с Ульдантэ!

— Никогда, моя горячая. Я прекрасно помню каждый изгиб вашего тела, каждую черту характера. И не надо считать меня гулящим бабником. Мой взор падает только на лучших дам. Самых красивых, самых сильных и самых достойных! — проговорил я уверенно.

Ульдантэ с интересом посмотрела на меня. Лиетарис склонила голову набок. Ниуру перестала кривиться. Всем троим комплимент очень понравился. Я выдохнул, наконец. Очень сложно лавировать между несколькими дамочками, особенно когда они те еще собственницы. Но, кажется, мне удалось немного сгладить острые углы. Большой семье с эльфо-женами быть! Ради такого можно и постараться.

— Хоран Мрадиш! — раздался голос с крепостной стены. — Наш славный Нирдхолд посетил сам организатор Ашурской Бойни. Миротворец поневоле…

Наверху стоял рослый рыжий мужик с полуседыми космами и бородой, собранной в аккуратные косички. Настоящий викинг. Не ожидал увидеть такого конунга. Типаж жителей Вольных Городов отличался от нуэзийцев. Мне показалось, что местные люди были выше и крепче соседей-имперцев.

— Миротворец? — зацепился я за последние слова. — О чем вы, уважаемый?

— Только недавно стало известно о намерениях империи Нуэз и Сумеречного Королевства заключить мир. Обе стороны ужаснулись потерям в битве при Ашурской Пади. Кровавая резня проняла что людей, что эльфов. Впервые за сотни лет они решили отложить мечи и сесть за стол переговоров. Поздравляю, Лучезарный маг: ты сумел сотворить настоящее чудо. Ни лучшим дипломатам, ни козням соседей не удавалось сломить многовековую вражду. Великое достижение! — раздались жидкие аплодисменты в мой адрес.

— Так ведь это замечательно! — обрадовалась Лейна. — Война — большое зло.

— Мрадиш Миротворец! Боги, как же я хорош, — смахнул я слезу умиления.

— Если только войной не заняты твои заклятые соседи, — хмыкнул правитель. — Заключив мир, они могут обратить внимание на другие земли, в том числе на Вольные Города. Поэтому мы не собираемся благодарить тебя за содеянное. Хотя и ценим тот кровавый урок, который ты устроил имперцам и эльфам, Лучезарный маг.

— Можете не благодарить, — махнул я рукой. — Только дайте отдохнуть хотя бы несколько дней в вашем гостеприимном городе. Нам надо пополнить припасы и залечить раны!

— Вы нарушили законы Нирдхолда, напав на гостей города, поэтому я, конунг Бьярнум, не могу впустить вас внутрь. В Нирдхолд могут войти лишь наши друзья. Те, кому мы можем доверять.

— Хорану Мрадишу можно доверять! Ладно, есть и другие Вольные Города, в конце концов. На Нирдхолде свет клином не сошелся… — отмахнулся я.

— Впрочем, если вы проявите себя и окажите услугу городу, я пересмотрю свое решение, — заявил конунг.

— Какого рода услуга? — заинтересовался я.

— Нирдхолд — центр животноводства. Мы выпасаем стада на окрестных склонах и полях.

— Мы не заметили никого в округе…

— Потому что поблизости завелся вредитель, нападающий на наш скот, — хмуро пояснил правитель. — Темный колдун, бывший когда-то уважаемым чародеем города, моим хорошим другом. К сожалению, маг подсел на черные осколки, и мы вынуждены были изгнать его из Нирдхолда.

— Даже казнить на месте не стали?

— Он многое сделал для города, поэтому мы дали ему шанс. Однако Раньеги пустился во все тяжкие. Озлобился на город и начал пакостить. Темный маг насылает на наших пастухов умертвий, уничтожает скот, убивает пастухов и охрану.

— Как вы пережили Гиблую Ночь?

— Слишком легко. Мы подозреваем, что Раньеги где-то проводит темные ритуалы и собирает у себя армию нечисти.

— Поэтому мы почти не видели упырей, когда ехали через степь? — протянул я задумчиво. — Значит, надо всего лишь уничтожить некроманта, и наши разногласия будут улажены?

— Нирдхолд всегда рад видеть тех, кто помог городу, — кивнул конунг.

— Выводите скотину на пастбища. Выманим темного колдуна из его норы! — решил я после некоторых раздумий. — Я и мои люди защитят скот.

Конунг посовещался с приближенными и выделил нам несколько стад от хозяев-смельчаков, которые решили рискнуть своей ценной скотиной. В основном здесь держали травоядных зверей, похожих на убитого нами буйвола. Только поменьше размерами. Вероятно, вывели определенный вид, который не был столь же агрессивен, как дикие аналоги. Напоминало отчасти коров, только местами покрытых более густой шерстью.

Магическое зрение показывало, что некоторые из особей выделяются на общем фоне. Имеют более высокие ранги, чем обычные звери. Оранжевые, вероятно. Нирдхолд ведь этим и славился. Благодаря точке высокого Резонанса люди и звери быстрее развивали свои ранги. Нормальный такой бизнес. Не просто на еду скот пускать, но еще и осколками торговать. С одной коровы полсотни золотых, не считая мяса и прочих ништяков. Понятно, почему город не бедствовал.

— Удивлена, что ты так легко согласился с этими презренными варварами, — хмыкнула Кшанти.

— Так это ведь практически первый мой нормальный квест на Тардисе! Я долго его ждал. Должны дать опыт и качественный лут. Легендарку, не меньше…

Ночная эльфийка посмотрела на меня как на умалишенного и не стала продолжать диалог.

Мы распределили охрану по нескольким стадам. Я отправился с Ульдантэ. Хотел было забрать себе в напарницы Лиетарис, но рыжая категорически воспротивилась такому распределению. Ниуру пошла с Лией, а Кшанти с Долврином. Лейна с Домовым и остальными отсидятся в тылу. Стада планировали держать рядом, чтобы успеть прийти друг другу на выручку. Нам также выделили по несколько бойцов для обеспечения безопасности. Не нашей, конечно, а скотины. Они для нирдхолдцев были важнее случайных гостей.

Ульдантэ была идеальной слушательницей. Мы рассекали на гурдах по полям и холмам неподалеку от города, следуя за пастухом вместе со стадом и охраной. Смотрели по сторонам, проверяли округу. Я, само собой, прошерстил спектры и нашел точку равновесия для Дисбаланса.

Я болтал о своих планах и мечтах, окрыленный внезапным вниманием. Что уж говорить, Лия мне нравилась с самого начала. Прошло столько времени, что я перестал пытаться как-то повлиять на Высокую. И вот, когда я уже бросил попытки, получилось добиться значительного прогресса. Не думаю, что Лиетарис из той породы дам, которых притягивает холодность кавалера. Чем меньше эльфийку мы любим, тем больше нравимся мы ей. Скорее, так сложились обстоятельства.

Ждать пришлось недолго. Уже спустя пару часов одно из стад атаковала насланная по их души стайка упырей. Причем, мощных мертвяков. Высоких рангов, если применять обычную терминологию.

Неслись они с безумной скоростью. Разрывали скотину на части. А ведь местные буйволы вполне могли дать сдачи, особенно оранжевых рангов. Некромант вывел какой-то особый вид усиленных упырей.

Охрана быстро стеклась к месту прорыва. Долврин с Кшанти задержали врага и отвлекли на себя. Пастухи начали отводить стада, охрана Нирдхолда тоже подтянулась, но на них большие надежды мы не питали.

Я врезал по одному из шустрых мертвяков обычным Дисбалансом. Твари поплохело, но она пережила удар. Осколок не срезонировал! Пришлось мне вливать больше маны и насылать усиленное заклинание. Второй Дисбаланс сработал как надо. Темный осколок пошел вразнос и разорвал тварь на куски всплеском Тьмы.

Мы с соратниками принялись долбить по мертвякам из всех стволов. Огненные разрывы тоже наносили достойные повреждения. Лия и Долврин сдерживали упырей. Я же выкашивал их издали Дисбалансом одного из другим.

Как вдруг откуда-то с холмов пришла темная волна, и мертвяки резко сменили тактику. Не жалея себя, насели конкретно на меня, избрав главной целью. Лия и Ульдантэ громили их, расплющивая и отрубая конечности, но крепкие упыри все равно перли в мою сторону.

Благо хоть я был верхом на Мякотке. С одной ногой отступить быстро бы точно не смог. Гурдиха умело раскидывала тварей в стороны, я бил Дисбалансом по откату. Промазать на короткой дистанции было сложно, так что каждая печать попадала в цель.

Мертвяки вскоре подошли к концу. Последовала очередная волна, и остатки упырей резко решили отступить. Мы добили удирающих, за исключением одного мертвяка.

— Не трогайте, — скомандовал я. — Он выведет нас к некроманту.

— Темный колдун должен скрываться где-то поблизости, — выдала Лиетарис.

Мы пустили гурдов вскачь и бросились в погоню. Мертвяк двигался очень быстро. Нам еле удавалось поспевать за ним, а ведь все наши гурды имели неплохие ранги. Я полагал, что мы наткнемся на некроманта уже за ближайшим холмом, откуда он за нами наблюдал. Однако черный маг решил отступить.

Мы неслись несколько минут, огибая скалы, штурмуя утесы и перепрыгивая через овраги. В мою голову начали закрадываться мысли о том, что это может быть ловушкой. Но отступаться не стал, рассчитывая, что у нас в рукаве достаточно козырей, чтобы справиться с шальным темным колдунишкой.

Внезапно упырь спрыгнул в отвесную расщелину, из которой несло чем-то темным и зловещим. Мы остановили гурдов и вгляделись вниз. Стоял вечер, последние лучи уходящего солнца еще освещали Вольные земли. Однако в расщелине словно бы клубилась едкая мгла, не дающая как следует рассмотреть дно.

— Зачем ты выбрал их сторону, маг? — донесся снизу скрипучий голос. — Они дадут тебе приют и предадут, как предали меня!

— Скажи спасибо, что тебя на костре не сожгли, поганый темный культист! — сплюнул я.

— Уничтожу! Уничтожу всех до единого! Тебя, Бьярнума, Нирдхолд. Каждую скотину, каждого ребенка! И построю собственный город, где все будут жить по моим законам! — выкрикнул этот психопат.

— И кто же будет жить в твоем городе, если ты всех уничтожишь, презренный? — хмыкнула Кшанти.

— Мои слуги! Разорвите их на куски!

Из расщелины на нас полезли полчища упырей, а в глубине зашевелилось нечто огромное.

— Гора Плоти! — поведала зоркая Лия. — Этот ублюдок собрал у себя упырей во время Гиблой Ночи!

— Сейчас мы ему врежем… — усмехнулся я и активировал Дисбаланс.

Заклинание сформировалось, однако войти в резонанс не смогло. Мы слишком далеко удалились от города, и магический фон поменялся.

— Уп-с, заминочка вышла, — проговорил я. — Мы пойдем, не будем вас тревожить…

Я развернул Мякотку и пустился вскачь. Соратники не отставали, понимая, что без меня их разорвут на куски. Ветер свистел в ушах, развевая накидки и шерсть на затылках. Сзади слышались рычание и скрежет наседающих на нас мертвяков. Земля стонала, а камни трескались, когда по ним прокатывалось хтоническое чудище. Гора Плоти следовала за нами на приличной скорости, почти не отставая.

Темный колдун находился прямо на вершине созданного им монстра, восседая на троне из костей и прогнившей плоти. Выглядело эпично, надо признать. Я даже немного завидовал чародею. Тьма давала весьма интересные способности. Некоторые получали возможность контролировать упырей, направлять их, соединять и создавать новые виды. Творить новые сущности. Будто темное Божество. Простор для фантазии и экспериментов огромный.

Однако про побочные эффекты забывать не стоило. Тьма влияла на рассудок, о чем я знал очень хорошо. И этому некроманту тоже досталось. Действовал он достаточно топорно. Хоть и сумел собрать кучу упырей, но все равно погнался за нами, словно растревоженный медведь, в чью берлогу забрел охотник.

Возле Нирдхолда нам обороняться будет намного сподручнее. Да и печать там у меня уже налажена. Главное, чтобы нас впустили в город.

Мякотка сама несла меня вперед. Я же оборачивался назад и яростно отстреливался от наиболее шустрой нечисти, всаживая иногда Цепную Молнию, иногда Звуковой Шар.

Гора Плоти двигалась, на удивление, быстро. Некромант смог создать улучшенную версию, которая была сильнее и шустрее той громадины, с которой мы сражались в Аванихчи.

Я заметил, что в наслоениях мертвечины виднеются свежие туши убитых буйволов. Похоже, колдун Раньеги пополнял запас упырей, собирая дань со стад местных фермеров.

— Вы кого привели к городу, ироды⁈ — воскликнул один из стражников на воротах.

— Вашего дорогого темного колдуна собственной персоной! — выкрикнул я. — Отворяйте, иначе мы оставим вас разбираться с ним один на один! И скажите спасибо, что выманили его сейчас, иначе бы тварь набралась сил из ваших стад и стала бы еще смертоноснее!

— Впустите их, — распорядился Бьярнум.

Ворота подняли, и мы на гурдах быстро прошмыгнули внутрь. Гиблая Ночь закончилась несколько дней назад, но не везде, как оказалось. Ушлый темный маг долго собирал нечисть по округе, вылепливая свое лучшее творение. Свой магнум-опус.

Гора Плоти выглядела настоящим монолитом. Защищенным костяными наростами перекатывающейся амебой. Вспахивала землю, словно дивизия тракторов с плугами. Да еще странный дребезжащий звук напоминал пикирующий бомбардировщик. Темный смрад окутал Нирдхолд первым. Монстр еще не приблизился вплотную, а вонь уже распространилась над стенами.

Штурмовать город внутри кратера с высоченными уступами и крепкими стенами будет тяжело даже такой темной дряни, но мы не расслаблялись. И противник сразу же сумел преподнести нам неприятный сюрприз.

Раньеги изобрел какой-то хитрый биомеханизм из мертвой плоти, мышц и сухожилий. Упыри взбирались на Гору Плоти, а затем темные мускулы распрямлялись и забрасывали нечисть за стены. Сам колдун сошел с трона и остался на безопасной дистанции от городских стен.

Первые выстрелы вышли пристрелочными, нечисть расшиблась намертво о каменные стены. Но затем колдун наладил прицел, и упыри начали падать нам на головы в прямом смысле.

— Сомкнуть ряды! Все на защиту Нирдхолда! — взревел конунг, подняв свой зачарованный топор.

А затем случилось то, чего я раньше никогда не видел. Не только стража, приключенцы и одаренные города вышли обороняться от внешней угрозы. Почти все жители, от мала до велика, повыскакивали из своих домов, вооруженные до зубов. Мелкие и старики орудовали из арбалетов и луков. На многих виднелись добротные кольчуги, люди носили щиты и копья. Женщины сражались наравне с мужчинами, хотя бравые вояки мужского пола так и норовили вылезти вперед.

Подобной прыти я не наблюдал ни в одну Гиблую Ночь. Да, иногда жители помогали отражать нападение, но это не носило массовый характер. Граждане Вольного Города меня приятно удивили. Становилось понятно, почему это боевитое племя так сложно подчинить или захватить. Нирдхолд обороняла целая армия.