Хозяин Оков XII

Глава 12

Время стояло позднее, плюс я потратил прилично сил и маны, так что решил закончить на этом. Понимал, что в дальнейшем мне будет сложно вербовать сторонников и взламывать ошейники, но иных вариантов не просматривалось. Поразмыслил о том, чтобы попробовать сбежать ночью из своего шатра и поискать других рабов, но решил, что это слишком рискованно. Охраняли меня крепко.

Отчасти сам виноват, что подкинул дровишек в костер ненависти Ренуати и госпоже пришлось усилить охрану. Бойцы вокруг моего шатра патрулировали без перерывов, да и сами они имели высокие ранги. И ксарг мимо не проскочит. Что уж говорить о целом чародее. Разве что найти Земляного эльфа в ошейнике и приказать ему делать подкоп, но… слишком низки шансы на успех этой затеи.

Если же я начну водить к себе других рабов, это сразу вызовет вопросы. Эльфы все же не полные кретины. С Солнечными стрелками я занимался регулярно, так что их визит не вызывал подозрений. С остальными подобный трюк не прокатит.

— Утро вечера мудренее… — пробормотал я, потянулся и зевнул.

Взлом ошейников и заклинание неподчинения измотали меня за несколько часов работы. Я уложил Домового на подстилку, вложив кувшин из-под выпивки в руку, да сам устроился на лежанке.

— Моя голова… что стряслось… — утром вывел меня из ночных грез скрипучий голос старика. — Мы ведь решили выпить…

— Просто кто-то не знает меры, — пробормотал я.

— Но я ведь никогда не напивался раньше… Госпожа бы не одобрила!

— Не переживай. Я никому ничего не скажу, так что и ты помалкивай.

— Угу… Спасибо, господин Лучезарный маг…

Я вышел из шатра и посмотрел на восходящее солнце, задернутое сумеречной дымкой. День обещал быть ясным.

— Мне надоело отбивать зад на клятом гурде! — вспылил я перед бойцами госпожи. — Найдите мне фургон, где я смогу вытянуть ноги! Поживее, низшие создания!

Прислужники Кшанти нехотя исполнили мою просьбу и подыскали мне подходящий фургон, который предназначался для кого-то уровня Эмиссара. Внутри имелась койка и немного простой мебели. То что надо для передвижного укрытия.

— Эй, Домовой! — обратился я к прихвостню.

— Да, господин?

— Я хочу немного развлечься перед тяжелым боем. Приведи мне сексуальную красотку. Но обязательно в ошейнике. Люблю, когда они покладистые!

— Мне надо испросить у госпожи… — покачал он головой в удивлении.

— Что ты все бегаешь к госпоже, словно дитя к мамочке. Своей головы на плечах нет?

— Таков порядок.

— Если не приведешь рабынь, я расскажу госпоже о том, как ты наклюкался вчера…

— Что⁈ Но, господин Лучезарный! Хорошо, — вздохнул Домовой и воровато оглянулся. — Я попробую кого-нибудь отыскать…

— Желательно одаренных, крепко сбитых, высоких рангов. Я достаточно разборчив в постели, поэтому первая встречная замухрышка не подойдет!

— Понял, господин…

Домовой обошел рабынь, принадлежащих госпоже Кшанти и клану Дзартен. Таковых было относительно немного. Либо обслуживающий персонал, занимающийся готовкой, гурдами и удовлетворяющий все прочие нужды солдат, либо одаренные и пехота, использующиеся в сражениях. Меня интересовали, само собой, наиболее сильные бойцы. Чаще всего это были эльфы других видов, захваченные где-то или купленные. Иногда и люди встречались.

Вскоре в фургон проскочила темноволосая эльфийка средних лет, относящаяся к Высоким. Либо Призывающим, как их называли на Шимтране. Не особо разбирался, есть ли между ними различия, ведь по идее, если эльфы живут на разных территориях с разным магическим фоном, то полностью идентичными не будут. В любом случае эти исследования пусть проводят ученые.

— Вызывали… господин маг? — помявшись, вопросила брюнетка.

— Присаживайся! — пригласил я девицу на кровать.

— Если вы позвали меня ради… — поджала она губы.

— Садись! — строго приказал я.

В голосе моем не было похоти. Эльфийка подчинилась. Не тратя времени, я активировал печать неподчинения и временно освободил гостью от оков ошейника.

— Сбежать от эльфов хочешь?

Долго Высокую эльфийку уговаривать не пришлось. Ушастая ненавидела Ночных всеми фибрами души. Даже больше, чем людишек. Звали ее Адарис. Высокая и тощая, черные словно уголь волосы и светло-зеленые, салатовые глаза. Эта эльфийка стала ценным приобретением. Она сразу же прониклась моими планами и стала размышлять, как нам набрать больше сторонников в кратчайшие сроки:

— Я могу дополнительно поговорить с другими рабынями. Домовому никто не поверит, к моим словам же прислушаются.

— Отлично. Время поджимает. Собирайте всех доступных рабынь с округи, начиная с одаренных. Нельзя вызвать подозрения раньше времени.

— Да, мастер, — хищно оскалилась она, предвкушая веселье.

Я выглянул из фургона и крикнул Домовому:

— Кого ты ко мне привел⁈ Эта не подходит! Веди другую! Пшла отсюда!

Я вытолкнул Адарис из фургона. Высокая эльфийка вылетела из проема фургона, ловко перекатилась и поднялась на ноги:

— Убогий колдунишка! — погрозила она мне, после чего скрылась среди повозок и гурдов.

Постепенно нам удалось наладить конвейер. Адарис с Домовым приглашали рабынь в мой фургон, я перепрошивал ошейники. Дело продвигалось медленно. Спустя время я сумел обработать многих одаренных рабынь клана Дзартен.

Жаль, что рабов на войну эльфы привели мало. В Сумеречном Лесу считалось, что лишь свободный может сражаться в полную силу. Рабы только мешали. Целителей да иногда стрелков брали с собой, либо полезных чародеев вроде меня.

Так что большой армией таким методом не обзавестись. В моей задумке мог пригодится каждый, поэтому мы не брезговали даже одаренными низких рангов.

— У других кланов я просить не могу, — покачал головой чародей.

— Неплохо-неплохо! Я немного утолил свой голод, — поведал я Домовому. — Теперь веди рабов. Хочу и с ними развлечься!

— Господин Лучезарный маг, так вы… не только по женщинам⁈ — ужаснулся чародей.

— В этой жизни надо все попробовать, особенно перед решающим боем!

Домовой покачал головой и выдал:

— Я почему-то подозревал нечто такое. Уж слишком странно вы себя ведете…

Вот же поганец. Нормально я себя веду!

— Постойте, а вчера, когда я перебрал, вы ведь не… — потянулся он с опаской к своей задней части, побледнев.

— Спокуха! Друзей не трогаю, — успокоил я.

— Как-то это не по-божески, что ли, — скривился Домовой. — Нет уж, рабынь вам должно хватить!

— Не будь таким скрягой!

— Мрадиш, что у вас здесь происходит? — подъехала вдруг Кшанти на высокоранговом гурде. — Мне сообщили, что твой фургон посещают другие эльфийки?

— Злопыхатели завидуют успехам Лучезарного мага, госпожа! — нервно откликнулся я, не придумав уместного оправдания.

— Не испытывай мое терпение, Хоран, — сузила она глаза. — Нам предстоит обстоятельный разговор после боя. Тебя ждет весьма изощренное наказание. Лучше тебе не пережить сегодняшнюю битву, ведь в ином случае ты сильно пожалеешь!

Кшанти была явно недовольна моими выходками. Ночная эльфийка пребывала в холодной ярости. Ведь я должен был испытывать влечение лишь к ней одной. Кувыркаться с другими, а тем более с рабынями — это сильный удар по ее самолюбию.

М-да, не свезло. В любом случае рабынь из других кланов я бы обработать не смог. Жаль, что рабов мужского пола не успел перепрошить. Среди невольников клана Дзартен встречались умелые одаренные. Сначала Домовой уперся рогом, пуританин доморощенный, потом и Кшанти все планы обломала.

Ладно, придется прорываться с помощью бабской армии, плюс мои Солнечные стрелки, конечно же. Если все сложится удачно, этого должно хватить.

Кшанти не стала меня трогать перед важным противостоянием с имперцами. Очевидно, Эмиссар заготовила мне серьезное наказание после боя, так что лучше поторопиться. Вот если бы это было приятное наказание да с Ночной эльфийкой… но интуиция мне подсказывала, что меня ждут боль, унижения или нечто похуже. А боль я очень не любил.

Я пересел на Резвого из повозки. Некоторые охранники посматривали на меня с уважением. Все-таки столько рабынь прошло через мой фургон. Адарис и другие эльфийки периодически подходили ко мне, чтобы перекинуться парой слов. Следовало обговорить несколько моментов и подготовиться к грядущему противостоянию.

Основной проблемой являлись наводчики. Сейчас ими служили свободные эльфы, которые не станут мне подчиняться во время восстания. Так что пришлось в темпе вальса обучать нескольких рабынь методам обращения с Ледяной Призмой. Как держать, как наводить, через какое время менять. Плохо, что придется воевать с совершенно неопытными наводчиками, но другого варианта не просматривалось.

Войска достигли Ашурской Пади — низины меж двумя холмистыми грядами. Когда-то здесь протекала полноводная река Ашур, но по неясным причинам она пересохла, превратившись в хилый ручей.

Имперцы обосновались на южном краю Ашурской Пади. Сумеречный Лес пребывал с северной стороны. Войска выходили на позиции и закреплялись на удобных возвышенностях.

Сходиться в сшибке стороны не спешили. Нуэзийцы медлили, давая эльфам возможность подойти и распределить силы. Видимо, считали, что заманивают их в ловушку, ведь преимущество в масштабных сражениях раньше всегда оставалось на стороне имперцев. Вот только на сей раз у Сумерек имелся я — великий и ужасный Лучезарный маг. Правда, они еще не догадывались о том, что я стану одновременно как их героем, так и их палачом…

— Ройте траншеи, Земляные кроты! — командовал я. — Окопы — основа позиционной войны! Делайте укрытия для моих стрелков в нескольких местах! Вон на той возвышенности впереди, на флангах и в тылу!

— А в тылу зачем? Разве ваши стрелки оттуда достанут?

— Кто его знает, вдруг придется отступать? — заметил я.

— Сумеречный Лес не отступает! — возразил мне один из командиров по фортификациям.

— Ага, видел я, как вы из Фейхарна не отступали — только пятки сверкали, — хмыкнул я. — Работайте, ксарги. Подготовка — ключ к победе!

После взятия города и других подвигов Сумеречные эльфы зауважали меня. Былая слава имперского цепного пса померкла. Теперь с моими словами считались. Близость к Эмиссару Кшанти позволяла мне отдавать команды рядовым бойцам. Не сказать, чтобы меня здесь любили или ценили. Скорее, опасались и немного уважали. Эльфы почитали силу в общем смысле этого слова, так что смертоносные чародеи получали свою долю славы.

А вот в Нуэз происходило обратное. Жители убедились в версии Туенгоро. Я действительно стал предателем, как и говорил генерал. Эльфийским Мясником, уничтожившим тысячи солдат. Обо мне слагали страшные сказки, жуткий отступник-чародей снился детям в кошмарах.

Впрочем, Хорану Мрадишу не привыкать.

Чего греха таить, я немного прикипел к Нуэз. Строил планы о том, чтобы осесть здесь. Наладить связи при дворе, проявить себя перед императором. Возможно, породниться с внучкой Унзара. Однако теперь данный путь закрыли передо мной. Дженнифер точно не выдадут замуж за Эльфийского Мясника. Ну да Боги с ней. Мне эльфо-жен за глаза хватает. Я всего могу добиться сам, и никакие принцессы мне для продвижения не нужны. Я сам по себе ценный приз и почти что Лучезарная принцесса. Да! Это за мою руку должны биться красавицы со всего Тардиса, а не я стоять в очереди, словно бездомный за миской похлебки.

К ксаргам Нуэз. Тардис велик, так что найду себе новый дом. Или построю собственный с блэк-джеком и Лунными эльфийками. В магии я поднаторел, так что смогу устроиться. С Богиней бы еще разобраться. Ведь Аурифи-Локдар меня в покое не оставит. Но рано мне грезить о сытых временах. Сначала освобождение и месть!

Войска занимали удобные позиции по обе стороны долины, стараясь отбить возвышенности. Мы со стрелками также пробрались по вырытым Земляными эльфами траншеям к укрытиям — выемкам в грунте и плотным утрамбованным насыпям. Противники начали вялый обстрел друг друга, когда кто-то подходил на дистанцию атаки.

Мы со стрелками окопались на одном из центральных пятачков, откуда хорошо просматривались и простреливались передовые части имперцев. Не зря я дорабатывал Ледяную Призму под дальнюю дистанцию. И здесь обновленная печать пригодится. Некоторых мы могли достать, но я медлил. Нельзя потратить свой козырь на мелочевку. Поняв, что мы можем дострелить до них, нуэзийцы отступят или окопаются сами.

— Чего ты ждешь, Лучезарный маг? Твои стрелки ведь могут добить до имперцев? — вопросила подъехавшая Кшанти.

— Никак нет, о великая госпожа! Дистанция слишком велика для прицельной стрельбы! — солгал я.

— Ты уверен в этом? Если есть возможность уничтожить одаренных — стреляй сразу!

— Так точно, госпожа! Будет исполнено! — отсалютовал я.

Кшанти покрутилась рядом и двинулась проверять другие участки фронта. Сумеречные эльфы редко участвовали в грандиозных сшибках, поэтому у Эмиссаров возникло много забот.

Ошейник я деактивировал, поэтому мог врать, сколько душе моей угодно. От вранья госпоже испытывал настоящий кайф и легкий азарт. Просто потому, что я мог делать, что захочу, без принуждений и жуткой боли. Спустя недели мытарств, наконец, обрел долгожданную свободу!

Я следил за передвижениями имперцев в подзорную трубу. Один из офицеров выехал на гурде перед залегшими строями солдат. Присмотревшись, я узнал Туенгоро по некоторым признакам. Генерал выехал на открытую местность, на которой мы могли достать его! Ради такого вполне можно раскрыть свой козырь.

Вот только не успел я отдать команду, как впереди возникла Пепельная завеса. Вихри скрыли всадника с наших глаз. Генерал перестраховался и попросил Пепельную колдунью прикрыть его. Серая буря встала заслоном, и наводчики не могли высмотреть цель.

И зачем Туенгоро выехал вперед, покрасоваться решил? Возможно, компенсирует свой трусливый побег из вверенного ему города? Назначенный императором губернатор ведь позорно бежал из Фейхарна, бросив часть войск. О нем пошла дурная молва, вот он и решил показать нуэзийцам, что у него еще осталось подобие яиц.

Я выжидал подходящий момент для нанесения удара. Туенгоро должен быть уничтожен. Если не смогу достать его сейчас, то потом может стать сложнее. Генерал редко рвался на рожон и чаще отсиживался в тылу. Магических способностей он не имел, в бою не участвовал, плюс сбегал сразу, как только запахнет жареным.

— Готовьтесь атаковать! — скомандовал я Солнечному расчету.

Наводчик повернул прицел турели с Призмой примерно в ту сторону, где мог находиться всадник:

— Но ничего ведь не видно из-за Пепла! — возразил он.

— Не торопись, — усмехнулся я. — Почему-то я уверен, что в Пепельной завесе может вдруг открыться просвет…

В империи из Пепельных осталась лишь Неллис. В прошлый раз она помогла мне с Велариосом. Может, сейчас подставит и Туенгоро. Не удивлюсь, если это из-за нее генерал и поперся вперед. Эта брюнетка хорошо умела водить за нос падких на фигуристых дам мужиков.

— Сейчас! Огонь! — махнул я рукой, заметив, как Пепельная завеса вдруг начала развеиваться.

Ненадолго показался силуэт всадника. Туенгоро на секунду остановился и взглянул в сторону эльфийских порядков с недоумением. Похоже, он не понимал, почему Пепел вдруг резко расступился. Самое время ударить по поганому предателю!

Скрещенный луч пронзил пространство, ударив в грунт возле имперских солдат. Потрескивающее гудение мощного энергетического всплеска звучало как музыка для моих ушей. Наводчик повернул турель, навел прицел прямо на голову всадника и пронзил череп. Генералу начисто снесло башню от таких поворотов. Наездник рухнул с гурда, и Пепельные хлопья скрыли тело от нас.

— Потому что никто не смеет обижать Хорана Мрадиша! — выкрикнул я, довольный свершенной местью. — Ксаргу ксаргья смерть!

Мне было, безусловно, приятно увидеть торжество справедливости, но большой радости от смерти генерала я не испытывал. Все мое внимание концентрировалось на конспирации и окружающей обстановке. Меня больше волновали собственное освобождение и план побега. А смерть Туенгоро отпразднуем потом, когда выдастся такая возможность.

Неллис — умничка. Грамотно подгадала момент, открыв генерала на нужный для нанесения удара срок. Завеса закрылась за ним, словно бы ничего и не было. Будто бы случайный порыв ветра на мгновения развеял Пепельную бурю, случайно дав нам возможность для удара. И мы воспользовались удобным моментом.

Надеюсь, нам не придется сойтись с ней в бою насмерть лицом к лицу. Не хотелось бы иметь Неллис в своих врагах. Да, в прошлый раз мне удалось победить ее и пленить, но такое ощущение, что бывшая адептка Аурифи после перерождения стала хитрее и смертоноснее. Да и стихия Пепла, которую она обрела с моей помощью, могла создать множество проблем. Хорошо, что чародейка на моей стороне.

После убийства Туенгоро в рядах имперцев возникло резкое шевеление. Прокатилось волнение, раздались крики ярости, в нашу сторону полетели проклятья.

И вдруг командиры нуэзийцев дали своим команду в наступление. Имперцы двинулись вперед под прикрытием тяжелых щитов и сверкающих Барьеров, словно желая отомстить за уничтоженного генерала. Со стороны казалось, будто смерть Туенгоро запустила цепную реакцию.

В чем я лично сомневался. В армии Нуэз служили прагматичные сволочи, и смерть одного генерала ничего кардинально не меняла в расстановке сил.

— Мрадиш, ты что творишь⁈ — раздался взбешенный голос подъехавшей Кшанти.

Похоже, ей развитие событий не слишком понравилось. Но, по мне, так оно и к лучшему. В моей душе из глубин поднимался кровожадный азарт. Сердце разгоняло свой бег. Туман слегка ворочался в моей ауре, ощущая восхождение темных эмоций. Пущай имперцы наступают. Лучезарный маг уничтожит всех!

Я поглотил подаренный голубой осколок и сразу же почувствовал существенный прилив сил:

— Пошла жара!