Хозяин Оков XII

Глава 5

Впредь я старался не допускать подобных промахов, поскольку сидение в древесном карцере мне не понравилось. К жителям империи я какой-то ненависти не питал. Как и к эльфам Сумеречного Леса. Они не плохие и не хорошие. Да, среди Ночных эльфов встречалось много психопатичных личностей, но мой опыт общения с ушастыми говорил о том, что это тоже все индивидуально. Не существует злых или добрых рас.

Вот определенные сообщества могли быть отвратными. Какие-нибудь культы, ордена, фанатики темных богов. Некоторые организации было бы неплохо стереть с лица Тардиса. В этом мире расизм был в порядке вещей. Те же Лия с Ниуру тоже яро ненавидели людей. Но все-таки я был родом из более прогрессивного общества и прекрасно понимал, что это все полная туфта. Незачем уподобляться отсталым аборигенам, с трудом освоившим систему канализации.

Поэтому за собой никакого предательства я не ощущал. Якобы переметнулся со стороны людей к эльфам. В этой войне не было ни правых, ни виноватых. Вернее, обе стороны были виновны в затянувшемся конфликте. И раз они избрали такой путь, кто я такой, чтобы их останавливать. Разве я похож на рыцаря в сверкающих доспехах? Мое дело как следует нажиться на войне. Выйти отсюда с прибылью.

Правда, положение мое в одночасье рухнуло с высоты особого мага императора до жалкого раба эльфийской заразы, но я не был бы Хораном Мрадишем, если бы не извлекал выгоду из любого положения. Кши-ши-ши!

Тем более мой статус стремительно улучшался день ото дня. Мне разрешили колдовать. Под надзором местного чародея, но все же. Домовой, к слову, разбирался в магии скверно. Я на его фоне казался дипломированным магистром волшебных наук, хотя мои знания тоже были неполны. Домовой мог худо-бедно определить стихию готового заклинания, распознать некоторые контуры. Но в целом я мог плести любую дичь, и прислужник эльфов не сможет догадаться, что именно я конструирую.

Организм мой пришел в норму после сеанса лечения и на хорошей пище. Я снова начал потихоньку тренироваться. Старался держать себя в форме. Ибо для побега могут понадобиться все мои силы. Вот будет хохма, если я смогу снять ошейник, но запыхаюсь во время бега, и меня снова поймают.

Мне разрешили два раза в день выходить из камеры наружу. Это время я использовал для тренировок на свежем воздухе. В каморке пленника особо не побегаешь. Восстанавливал форму и улучшал свою выносливость. Тзариул отказывался становиться моим спарринг-партнером, так что фехтовальные приемы я отрабатывал на воображаемом противнике воображаемым же мечом.

В клановом квартале имелся хороший полигон как для силовых тренировок, так и для стрельбы с дистанции. Бойцы Дзартен регулярно бегали по стадиону и активно тренировались. Эльфам тоже было необходимо поддерживать свою форму и развиваться.

На меня глядели с презрением. Бросались оскорблениями и по возможности старались как-то задеть. Ссориться с Кшанти мало кто решался, так что всерьез ко мне не лезли. Разве что бойцы Ренуати позволяли себе больше остальных, но я считал это некоей тренировкой в условиях, приближенных к боевым.

С Кшанти пересекался редко. Хозяйка порой наблюдала за мной с балкончика Небесного Столпа. Да присутствовала при проверке новых Солнечных эльфов, которых доставляли из других уголков королевства. В том числе снимали с приграничных крепостей и застав, где одаренных стрелков тоже использовали.

Я действительно занимался улучшением Ледяной Призмы, как и обещал хозяйке. Искал новую конфигурацию и спектр ледяной болванки, которые бы позволяли поставить в строй больше стрелков.

Тренировал и силу воли, сражаясь с магией подчинения ошейника. Мана у меня не была бесконечной, а пилюлями меня снабжали неохотно, так что долго заниматься магией не получалось. А вот с ошейником побороться можно было всегда. Если только чудовищная мигрень меня не доконает.

Прогресс в первые дни был небольшим. Скорее уловка, нежели реальная борьба с магией подчинения. Я постепенно учился мыслить особым образом. Многие действия ведь не шли напрямую во вред хозяйке и не вели к побегу. Главное — думать в правильном направлении.

Например, я начал параллельно работать над печатью неподчинения, которая так и не покорилась пропойце Марбинсону. Вдруг с ее помощью получится сбежать?

Первое время я просто не мог заставить себя трудиться над печатью. Ведь подсознательно я понимал, что вожусь с ней только ради побега из плена. Ошейник мгновенно считывал мой настрой и бил сильной болью. Работать было невозможно.

Но спустя несколько дней мне удалось отстраниться от вредных мыслей.

— Необходимо любой ценой защитить хозяйку от Подчиняющих Воронов… — бормотал я про себя мантру.

Слова создавали нужный настрой, и я переставал думать о побеге. Разум — штука коварная, и иногда мысли о снятии ошейника проскакивали в голове. Артефакт сразу активизировался, насылая мигрень. И тогда я повторял про себя эту мантру как заведенный. Превращался в робота, перед которым поставлена конкретная задача.

В таком ключе и проводил магические изыскания. Формировал контуры, близкие к слепку, полученному от чародея в столице, перебирал различные варианты компоновки, настраивал спектр. Муторные исследования, которые не факт, что приведут к какому-либо результату. Печать вообще могла быть пустышкой либо плохо списанной с оригинального артефакта. Расшифровать контуры заклинаний древних чародеев — та еще задачка.

В один из дней на полигоне произошел небольшой инцидент. Подопечный Ренуати тренировался с луком и «совершенно случайно» выстрелил мне в голову. Я же на всякий случай держал Сферу Уклонения, так что успел отклонить снаряд. Наконечник чиркнул меня по лысине, оставив кровавую борозду.

Однажды ночью неизвестный выстрелил по нашему старому Небесному Столпу подожженной стрелой. Пожара удалось избежать, но осадочек остался, как говорится.

Очевидно, это была своеобразная месть за мой выстрел лучом по Столпу Ренуати. Кшанти с ней провела беседу, но прямых обвинений той она предъявить не могла.

Семейные страсти накалялись, и Лучезарный раб оказался в эпицентре событий. Оставалось надеяться, что в клановом квартале Дзартен я пробуду недолго. Все-таки Кшанти взяла меня как оружие, а значит, скоро мы должны будем направиться к пограничным землям с империей.

Пока же старался обходить Ренуати стороной, а при виде ее приближенных на всякий случай активировал Сферу Уклонения. Береженого Боги берегут.

— Ты что творишь, низший⁈ Испачкал мой сапог! — взревел боец клана Дзартен, когда ему на обувь пролилась какая-то зеленоватая вязкая жидкость из чана.

Бедная Земляная эльфийка с трудом тащила здоровенную бадью с то ли плодовыми отходами, то ли фруктовым пюре. Без пинты эля в эльфийской кухне не разобраться. Не удержав равновесие, она уронила емкость, и часть жижи попала на обувь солдата.

— Простите великодушно, высший. Сейчас я все сотру! — бросилась она к Каменному эльфу, одаренному, к слову.

Я понаблюдал за сценкой во дворе. Еще один штрих к жизни в Сумеречном Лесу. Эльфы делили граждан на сорта: на высших и на низших. Воины, одаренные, члены клановых династий, важные чиновники — все они относились к высшему сословию. Обычные эльфы или пленные люди составляли низшую касту. Как и я, впрочем. Правда, благодаря моим умения я все равно относился к особой категории.

Низшие эльфы имели меньше прав и вынуждены были во многом подчиняться высшим. Собственно, ничего удивительного я здесь не увидел. В большинстве государств на Тардисе схожий уклад жизни. Просто не везде сословиям давали названия. Аристократы и крестьяне, придворные и смерды. И так далее.

Единственное, Сумеречное общество показалось мне более закостенелым. Выбраться из низшего сословия в высшее сложнее, чем у людей. У нас на многое влияли деньги. Богатый купец почти равнялся по статусу родовитому аристократу или одаренному. Здесь же, если у тебя не было магии и ты родился в простой семье, шансов выбраться на вершину было крайне мало.

Единственный доступный вариант — это армия. И многие эльфы выбирали данную стезю. Единой структуры в войсках не было. Каждый клан набирал народ самостоятельно, плюс гвардия самой Королевы. Я нередко наблюдал картину приема новобранцев в клан Дзартен. На войне они могли прославиться, получить звание и стать полноправными членами клана. Перейти в высшие. Пока же они являлись обычным мясом, их гоняли и в хвост, и в гриву.

Кшанти активно набирала войска, понимая, что мне понадобится прикрытие. Судя по слухам, ранее Эмиссар проигрывала конкуренцию, поэтому количество войск у нее оставляло желать лучшего. Но сейчас она бросила клич о том, что мы сможем отомстить имперцам, нанести им разгром. Так что эльфы повалили. Плюс Королева подсуетилась, отправив бойцов.

Армия Кшанти росла день ото дня. В Небесном Столпе стало многоэльфно. Все бойцы не помещались. Рядовой состав размещали в казармах с более простыми условиями содержания. Тренировки на полигоне шли полным ходом.

Я тоже не отставал. Работал как над собой, так и подгонял Солнечных стрелков. Разъяснял им базовые тактики, учил окапываться, натаскивал наводчиков. Последними выбрал неодаренных Ночных эльфов. У них со зрением и меткостью было лучше всего.

В Сумеречном Королевстве с одаренными Земляными эльфами дела обстояли в целом хорошо, хоть многие и полегли во время боевых действий. Возможность быстро выкопать окопы или нарастить защитный вал дорогого стоила. Мы учились работать в связке с Земляными эльфами. Быстро устанавливали защищенные точки для стрельбы. Укрытия для Солнечной пушки.

Плюс с гурдами тоже поработали. Кшанти смогла достать пару десятков конелосей высоких рангов. Мы отобрали животин, которые не боялись сильной магии. В общем, постепенно восстановили Летучий отряд Лучезарного мага. Правда, теперь прикрытие состояло из эльфов, а не людей. Я все так же рассекал на Резвом. Гурд скучал по хозяину, но меня слушался.

Хозяйка была довольна прогрессом. Больше оплошностей я не совершал, так что и наказывать меня было не за что. Никогда не умел терпеть боль, да и рисковать своей шкурой не хотелось. Все же лучше умереть в своей постели в окружении внуков, чем удобрять землю в каком-нибудь Богами забытом поле приграничных земель. В этом плане Хоран Мрадиш воззрения викингов не поддерживал. А еще лучше найти какой-нибудь магический эликсир вечной жизни и прожить сотни лет.

Прибывающие с других городов одаренные Солнечные эльфы пополняли расчеты. В итоге удалось нарастить один расчет до пятерых стрелков и еще два по четыре эльфа. К каждому из империи можно будет добавить еще бойцов, но это если агенты Сумерек сумеют их найти, выкупить и провезти через границу. Щекотливое дельце.

В любом случае пятеро стрелков — уже солидная мощь. Будет чем вжарить по имперским псинам!

Ледяную Призму мне удалось немного улучшить. Слегка видоизменил форму граней, поэкспериментировал со спектром. В итоге получилось самую малость расширить диапазон спектров стрелков. Ненамного, но одного дополнительного эльфа в расчет добавили, а это неплохая прибавка. Правда, болванки жили чуть меньше, чем прошлые, но не критично.

Да и с печатью неподчинения наметился прогресс. Кажется, я стал лучше понимать ментальную стихию, опробовав ее на себе. Удалось заставить часть контуров работать. Печать все еще сбоила, если пытаться активировать ее целиком, но мне показалось, что я на правильном пути. Математические расчеты помогли расшифровать скрытые контуры.

Я уже немного попривык к своему положению и даже где-то научился получать удовольствие. Ощущал себя в армейской учебке. Еда и тренировки по расписанию, повсюду тренируются солдаты, тебя шпыняют будто молодого духа, аскетичная обстановка и жесткая койка. Никаких баб. Ни эльфо-жен, ни наложниц. Кшанти, думаю, это для красного словца добавила. Вряд ли она пошлет ко мне жриц любви, даже если я проявлю себя как настоящий герой.

Что касается самой Кшанти, то я ее как особь женского пола особо не воспринимал. Красивая, конечно, но вокруг бродило много симпатичных эльфиек. И все смотрели на меня как на низший мусор. Нафиг оно мне надо. Кшанти я рассматривал в качестве начальника и командира.

Главное — выбраться отсюда и забыть о Ночных эльфийках как о страшном сне. Особенно об одаренных Ночных эльфийках, к коим относились Ренуати и Кшанти. Мне одного проклятья хватило за глаза. Незачем рисковать снова и уж тем более совать свой детородный орган внутрь существа, способного отравить твою жизнь мерзким проклятьем.

— Завтра мы отправляемся в Зендограссу, — поведала мне Кшанти, вызвав к себе. — Крепость у южных границ. Там сейчас собираются Эмиссары, наносящие удары по нуэзийцам.

— Уже? Всех ли Солнечных эльфов удалось нам проверить? — вопросил я.

— Достаточно. Дополнительных стрелков вытащим из империи. Хоть с этим и возникли трудности, наши специалисты справятся.

— Трудности?

— После предательства Лучезарного мага, о чем объявили официально, Унзар издал запрет на свободную торговлю одаренными Солнечными эльфами, — поведала Кшанти. — Отныне требуется особое разрешение, выдаваемое в столице. Поэтому приобрести законным путем одаренных Солнечных эльфов стало в разы сложнее. Но для наших агентов нет ничего невозможного. Они изыщут способ.

— Отлично!

— Королева возжелала лично встретиться с тобой. Я пришлю портного, чтобы он подобрал тебе более презентабельный наряд, — осмотрела она меня с брезгливостью.

Одежду мою никто не стирал, да и она поизносилась в ходе битв и тренировок. Обычный походный наряд. Практичный и немаркий.

Портной подобрал мне парадные одежды, отчасти на эльфийский манер. Плотно облегающие штаны, сапоги и сюртук с длинными полами. Все в зеленовато-коричневых тонах, напоминающих о лесе.

Меня привели в божеский вид и посадили в карету — напротив Кшанти. Гурды покатили экипаж. Большая честь для низшего ехать в одной карете с высшей, да еще и целым Эмиссаром. Кшанти отнеслась к подобному пренебрежению традициям спокойно. Возможно, она во мне и не видела низшего, хоть и называла иногда презренным. Все-таки я достойно проявил себя в ходе боев, а Сумеречные силу уважали. Как-то странно после этого относить меня к низшему сословию.

Кшанти подробно инструктировала меня насчет поведения во время встречи с Королевой. Нельзя поднимать взгляд и смотреть ей в глаза, нельзя первым начинать разговор, только отвечать на ее вопросы. И все в таком духе. Я послушно кивал и краем глаза смотрел в окно, любуясь столичными видами. Первый раз ведь меня вывели из кланового квартала, а в городах Сумеречного Леса было на что посмотреть.

Между некоторыми близко растущими Небесными Столпами были перекинуты мостки, позволяющие передвигаться между верхними этажами. Без необходимости спускаться вниз. В некоторых местах подобный подход образовывал настоящий лабиринт из переплетений веток, переходов и мостков.

Королева обитала в Небесном дворце — огроменном скопище Небесных Столпов. Большое количество исполинов словно бы слепили воедино. Похоже, их специально выращивали рядом с основным стволом, постепенно наращивая новыми наслоениями. Сколько же времени потребовалось ушастыми, чтобы сформировать это древесное чудо света?

Насколько же сильны в Сумеречном Лесу традиции, раз даже Королева вынуждена проживать внутри ствола, будто какой-нибудь дятел в дупле. Хотя для эльфов подобное сравнение было равнозначно смертельному оскорблению. Главное не ляпнуть ничего лишнего во время визита.

Мы миновали несколько залов, прошли мимо нарядов вымуштрованной стражи, имевшей явно высокие ранги. Во дворце служили в основном Воители либо одаренные эльфы. Ни одного человека среди персонала или охраны не заметил. Все сплошь остроухие.

Кшанти поторапливала меня, так что полюбоваться на интерьер толком не дали. А ведь некоторые эпические полотна, гобелены и резные узоры могли поведать весьма интересные истории.

Размах Небесного дворца впечатлил меня. Да и с Королевами я не каждый день общался. Волнение постепенно охватывало мое естество. Про правительницу Сумеречного Леса ходило множество противоречивых слухов. Жила она закрыто, в другие страны визиты не устраивала, гостей приглашала редко. Кто-то называл ее даже Королевой-Богиней. Собственного божества, которое бы покровительствовало им, жители Сумеречного Леса не имели. Так что Аурифи или Шукхур меня здесь вряд ли достанут.

Не имел ни малейшего представления, чего ждать от встречи с правительницей Сумеречного Леса. Но где наша не пропадала! Хоран Мрадиш способен найти общий язык даже со змеюкой подколодной. Справлюсь и с дорвавшейся до власти ушастой царицей!