Хозяин Оков XII

Глава 13

[Кшанти Дзартен]

Эмиссар не питала иллюзий. Человеческие самцы по природе своей — похотливые животные, не способные на глубокие чувства. Но если близость сможет привязать Лучезарного мага, то она обязана была попытаться. К тому же таков указ Королевы. Она презирала правительницу. Будет иронично, если благодаря своему же приказу Королева Сумеречного леса возвысит своего будущего убийцу.

Но уже через пару дней стало понятно, что с выстраиванием чувственных отношений с Мрадишем ничего не выйдет. Человеческий самец пустился во все тяжкие. Устроился в фургоне и приказал вести к нему всех рабынь клана. Домовому она устроила взбучку на месте, с Хораном решила повременить.

Войска империи стояли неподалеку, а Лучезарный маг ей нужен в добром здравии и с не разрушенной психикой. Вот после боя можно будет им заняться вплотную.

— Если ты не разбираешь, в кого совать свое хозяйство, лучше избавить тебя от него… — пробормотала она, узнав о скверных новостях.

Этот мерзавец унизил Эмиссара Ночных эльфов, предпочтя ей каких-то жалких рабынь низших видов. Подобное нельзя оставить безнаказанным!

Тем не менее Мрадиш не занимал все мысли Кшанти Дзартен. Впервые Эмиссар управлялась со столь огромным воинством. Армия являлась живым организмом. Постоянно случались драки, различные инциденты, в том числе ссоры между другими Эмиссарами. Кшанти на правах старшей приходилось их разнимать и постоянно решать различные вопросы: снабжения, размещения, дисциплины, состава войск. Ей было не до разборок с похотливым чародеем.

Сумеречная армия достигла Ашурской Пади, на юге которой расположились войска империи. Эльфы заняли северные позиции. Кшанти моталась с одного фланга на другой, решая различные вопросы.

Мрадиш также развел бурную деятельность. Маг командовал эльфами, активно прокладывал фортификации и траншеи. Сумеречные не привыкли рыть ямы прямо на поле боя. Да, они умели делать подземные ловушки и подкопы. Но в прямых столкновениях предпочитали быстрый наскок. Хоран обозвал это позиционной войной.

Кшанти относилась к его задумкам скептически, но мешать не стала. В итоге эльфы окопались на множестве направлений. Укрытия из земли, валы и траншеи изрешетили северный берег Ашурской Пади.

Время шло, а имперцы так и стояли на своих позициях. На некоторых флангах шла вялая перестрелка. Противники обменивались стрелами и заклинаниями. Никто не решался идти в бой.

Подобное поведение нуэзийцев нервировало многих Эмиссаров, в том числе и Кшанти. Эльфы привыкли атаковать первыми. Набрасываться и разить врага в самое сердце. Они не умели терпеливо выжидать, тем более, когда неприятель находился в прямой видимости.

Мрадиш долгое время бездействовал. Кшанти казалось, что он при штурме Фейхарна бил на такую дистанцию, но сейчас медлил. Однако на прямой вопрос госпожи он дал однозначный ответ. Эльфийка не почуяла фальши.

Терпение Эмиссаров подошло к концу, Кшанти больше не могла сдерживать войска. Когда командующая уже готова была отдать приказ о наступлении, случился один инцидент.

Стрелки Лучезарного атаковали вражеского офицера, укрытого за Пепельной завесой. Высокопоставленный имперец пал. Нуэзийцы отреагировали достаточно быстро. Презренные людишки бросились в наступление! Что шло вразрез с планами Эмиссаров, предпочитающих агрессивную тактику.

— Мрадиш, ты что творишь⁈ — выдала она слуге со злостью в голосе.

Однако Лучезарный во все глаза смотрел на надвигающиеся войска. Чародей поглотил голубой осколок, и его лицо приняло полубезумное выражение:

— Пошла жара!

Хоран принялся плести одну ледяную заготовку за другой и передавать их наводчикам.

— Ты должен был проредить одаренных, а не охотиться на презренных офицеров!

— Не переживайте, госпожа! Так даже лучше. Мои стрелки уничтожат имперцев с легкостью. Пусть летят ко мне, словно мотыльки на огонь. Кши-ши-ши-ши!

Лучезарный маг звучал как настоящий сумасшедший фанатик из какой-нибудь темной секты. Кшанти решила не трогать чародея, благо он свое дело делал — снабжал Солнечных своими Призмами. Скрещенные лучи пронзали пространство, резали гурдов, прошибали барьеры, вспарывали животы и взрывали черепушки презренных людишек. Да и Сумеречные эльфы бились отчаянно, обороняясь от наступающих имперцев.

Бойня выглядела славно! Кшанти ощутила азарт и жажду крови. Ей хотелось самой врубиться во вражеские порядки, напоить свой клинок свежей кровью и обдать проклятьем зарвавшихся нуэзийцев. Однако Ночная эльфийка была вынуждена курсировать между флангами, давать указания и направлять подкрепления на сложные участки.

Сражение при Ашурской Пади стало самым сложным и напряженным испытанием для Кшанти Дзартен. Она старалась изо всех сил, понимая, что на кон поставлено многое. Сумеречные эльфы очень редко участвовали в столь масштабных битвах. Если они проиграют, то Королевство не скоро оправится. Кшанти, скорее всего, ждет смерть в таком случае. Кланы и Королева не простят провала.

Поэтому Эмиссар сражалась не только ради славы или желания отомстить презренным людишкам, она сражалась за свою жизнь.

Поначалу дела шли отлично. Эльфы сдали несколько позиций, в паре мест отступили под натиском имперцев. Но центр держался достойно. Яркие лучи поливали наступающих, отправляя презренных к праотцам. Лучезарный маг отрабатывал каждый вложенный в него медяк. Возможно, она даже пожалеет его после резни и не станет лишать мужского достоинства. Должна же у чародея остаться хоть одна радость в жизни?

Кшанти воодушевилась, глядя за разгромом нуэзийцев. Имперцы дрогнули.

Но затем вдруг интенсивность Солнечных обстрелов снизилась. Стрелки Мрадиша атаковали врага с перерывом. Имперцы вдохновились, получив передышку, и снова полезли вперед. Сумеречных эльфов начали теснить.

— Почему вы снизили темпы стрельбы⁈ — рявкнула Кшанти, подъехав к основному Солнечному расчету.

— Семена проклятья активизировались, госпожа! — взмолился Мрадиш. — Похоже, голубой осколок и переход на новый ранг начали перестройку ауры, и проклятые миазмы стали вредить моей магии!

— Что? Такое возможно? Проклятые семена не должны на тебя действовать!

— Я не знаю, госпожа. Но печати снова сбоят. Я ведь долгое время ходил с проклятьем, поэтому представляю, как именно оно действует на заклинания…

— Т-ц, соберись, презренный! Ты же Лучезарный маг!

— Да, госпожа! Мы покажем поганым имперцам! — резво откликнулся чародей.

Кшанти снова двинулась на объезд позиций, прикрываясь щитом из эманаций проклятья. По ней лупили вражеские маги и стрелки, но их снаряды редко достигали цели. Либо проклятый барьер выручал эльфийку. Эмиссар была сильна. Недаром она считалась и до сих пор считается фаворитом на пост Королевы Сумеречного Леса. Она владела стихией Проклятья мастерски.

Дела на фронте шли с переменным успехом. То имперцы наступали и продавливали их позиции, то Сумерки давали отпор и отбивали удобные точки. Скрещенные лучи то затихали, то разгорались с новой силой. Мрадиш напоминал дирижера оркестра, который управлял ходом боя.

Кшанти было не до размышлений о пленном слуге. Лучезарный трудился, не покладая ауры, поэтому и Эмиссару следовало приложить все силы. У нее имелось множество забот, так что проследить и как следует обдумать подмеченную закономерность она не успела. Возможно, если бы она более пристально следила за действиями Лучезарного мага, исход сражения мог быть другим…

Волны людишек наваливались одна за другой, то наступая, то откатываясь назад. Ни люди, ни эльфы не могли достичь четкого преимущества. Потери были огромными с обеих сторон.

В один из периодов затишья имперцы под прикрытием Пепельного облака прорвались по центру к основным укреплениям, где в том числе находился и Лучезарный маг со Стрелками.

Кшанти успела заметить, как прорвавшийся скоростной Воитель отсек голову одного из Солнечных эльфов Мрадиша, что было тяжелой утратой для всего расчета. Лучезарный вместе со стрелками неуклюже отступал по траншеям назад. На них насело сразу множество одаренных. Воители, уворачивающиеся от атак. Чародеи, прикрывающиеся Барьерами. Эльфы, бьющие издали. Презренные предатели, перешедшие на сторону людишек.

Терять такой актив как Лучезарный маг она не имела никакого права. Кшанти бросила гурда в галоп и, прикрывшись Проклятым щитом, быстро достигла точки прорыва. Эмиссар пронеслась мимо рядов имперцев, словно черная молния.

Жгуты проклятья били на несколько шагов, поражая одаренных одного за другим. Да, дистанция была невелика по меркам стрелков, но по этому показателю Кшанти все равно являлась одной из лучших во всем Сумеречном Лесу. Разве что Королева ее превосходила теперь, что и неудивительно. Она поглотила столько ценных осколков, что давно превзошла Кшанти в рангах. Будь Дзартен на ее месте, могла бы разить чуть ли не на дистанцию лучника. А это многое меняло в раскладе боя.

С десяток одаренных имперцев стали жертвами ее Проклятья. Хоть они и выжили, но, по сути, выпали из сражения. Многие лишились магических способностей, либо они сильно сбоили. Другие получили разные физические увечья. У кого-то отказали ноги, другие потеряли зрение. Проклятье действовало случайным образом.

Вояж Кшанти не остался без последствий. Ее задело ледяным шипом и сильно обожгло огненным шаром. Щит не смог справиться со всеми ударами врага. Любимый гурд эльфийки получил множественные ранения. Питомец вынес хозяйку из зоны поражения, но в итоге его силы кончились. Гурд склонился к земле и припал вниз.

Шипя сквозь зубы проклятья, Эмиссар скатилась с павшего зверя и скрылась за насыпью.

— Домовой! Быстро тащи сюда свою задницу!

— Да, госпожа!

Отсиживающийся в тылу целитель двинулся в сторону хозяйки. Ей требовалось лечение.

Кшанти взяла передышку, надеясь, что войска справятся без нее. Она и так полностью выбилась из сил даже без последнего рискованного забега. Эмиссары могли командовать самостоятельно на своих участках фронта.

Вскоре к ее укрытию вылез и Мрадиш с Солнечными стрелками, отступившими с передовой позиции. Два слабых расчета находились на других участках фронта. Центральная семерка эльфов пострадала. Их осталось лишь шестеро, к тому же один из стрелков был ранен. Тем не менее шестерых Солнечных вполне хватало для мощного концентрированного луча, который резал все живое.

— Спасибо, госпожа! Вы буквально спасли наши шкуры!

— Просто защищала свое имущество, — выдохнула она безразлично.

— Но как вы поразили нуэзийцев на таком расстоянии⁈ Я думал, что Проклятья действуют только на близкой дистанции!

— Зависит от силы Ночного эльфа, — пояснила Кшанти, отдыхая. — А твоя госпожа, скажу без ложной скромности, сильнейшая в Сумеречном Лесу! Если бы поганый клан Зангрис не пропихнул свою презренную дщерь… То я бы сейчас восседала на троне!

— Вот как? Интересно… Всегда питал слабость к сильным эльфийкам… — еле разборчиво протянул чародей.

— Ты что несешь, Мрадиш? Уничтожай врага!

— Будет исполнено, ваше почти величество!

Лучезарный маг взялся за дело с новыми силами, делая призмы одну за другой. Похоже, проклятье Королевы отступило ненадолго. Скрещенные лучи прорезали имперцев словно по расписанию.

Домовой наложил несколько целительских печатей, и Кшанти отчасти восстановилась. Не дожидаясь полного излечения, Ночная эльфийка двинулась проверять положение Сумеречных войск.

Дела снова выровнялись, а затем и вовсе эльфы начали теснить презренных людишек! Стрелки Мрадиша выкосили множество одаренных, плюс сама Кшанти вывела из строя нескольких.

Имперцы дрогнули. Офицеры Нуэз отдали приказ об отступлении. Людишки принялись — кто дисциплинированно, кто хаотично — отступать и бежать с поля боя.

Сумеречные войска были серьезно потрепаны, но успех следовало закреплять.

— Вперед, верные дочери и сыны Леса! — выкрикнула она. — Раздавим презренных людишек. Во благо Сумерек. Во славу Королевы!

— Во славу!

Эльфы бросились следом за убегающими имперцами, развязав настоящую резню. На Ашурской Пади остались лежать тысячи трупов, и еще множество раненых валялись по кустам и укрытиям. Но стало очевидно, что империя проиграла сражение.

Кшанти обозревала поле боя с возвышения с мрачным удовлетворением. Они превзошли имперцев. И хотя Сумерки также потеряли большое количество войск, главное — это победа!

Раздавшийся вдруг разрыв привлек внимание Эмиссара. Да, вокруг что-то постоянно грохотало, лязгал металл, ржали гурды, стонали раненые, взрывались заклинания и свистели стрелы, но этот звук показался есть отчасти странным и знакомым.

Она посмотрела в сторону, где находился один из Солнечных расчетов Мрадиша. Людей рядом не наблюдалось. Неужели враг смог закинуть заклинание на такое расстояние?

Затем вдруг случилось еще два разрыва, послабее. Один на западном участке, другой — на восточном. Примерно там, где находились два других Солнечных расчета, численностью поменьше, чем основной. Им ледяные заготовки таскали слуги. Не с таким ли звуком разрывались призмы Лучезарного, если за ними не уследить?

Лучи Мрадиша смолкли на несколько секунд. Ничего не происходило. Кшанти хмуро следила за позициями и уже было собиралась двинуться на проверку, как вдруг обстрел Солнечными лучами возобновился.

Вот только радость Эмиссара оказалась недолгой. Наводчики вдруг избрали иные цели. Скрещенные лучи ударили… прямо в спины Сумеречных эльфов! На глазах Кшанти ее сородичей прошивало, резало на куски и разрывало на части!

Она поверить не могла в происходящее. Слуга в ошейнике подчинения не мог свершить подобную дерзость! Случилось нечто ужасное. То, чего она не могла предвидеть!

— МРАДИШ! — рыкнула Эмиссар. Ее глаза налились кровью.

Не до конца вылеченное ранение перестало ее беспокоить. Гнев затмил рассудок Кшанти.

Ночная эльфийка двинулась к позициям Солнечных стрелков, держа Проклятый щит наготове. Она спустилась в одну из выкопанных траншей и зашла с тыла к основной позиции эльфов Мрадиша.

— Ну здравствуй, дорогая госпожа! А я тут решил избавить вас от конкурентов из других кланов!

— Что ты несешь⁈ Прекрати стрелять по эльфам! Это приказ!

— Слушаю и повинуюсь! — издевательски проговорил Хоран, после чего стащил с себя ошейник подчинения и бросил в ее сторону.

Артефакт упал неподалеку в стылую землю.

— Как тебе удалось… Не имеет значения. Я уничтожу тебя, ублюдок!

— Попробуй, сучка Ночная!

Кшанти вместе с несколькими эльфами предприняла попытку прорваться, однако сразу наткнулась на серьезное сопротивление. Несколько эльфиек в ошейниках сгрудились перед Мардишем, защищая того. Так вот для чего он водил рабынь в свой фургон! Жаль, что осознание пришло так поздно.

Кшанти ударила Проклятьем по чародею, но тот прикрылся Барьером и щитом из Тумана. Ослабленные из-за расстояния эманации не смогли достичь Мрадиша. А ведь тому требовалась всего лишь небольшая капля. Кшанти двинулась вперед и нанесла новый сокрушительный удар, рассчитывая на этот раз покарать слугу и активировать семена Королевы.

Вот только Проклятье прилетело по внезапно выскочившему откуда-то комку из слепленных растений. Призывающий эльф на стороне Мрадиша!

— Спасибо, Адарис, — поблагодарил он. — Валите Эмиссара!

Наводчик сместил турель, прошелся скрещенным лучом по Сумеречным эльфам и ударил в Проклятый щит Кшанти. Эмиссар держалась дольше союзников, но и ее барьер оказался пробит. Луч прошелся по броне, проплавляя металл, защитные пластинки и плоть. Кшанти ощутила сильную боль. Как физическую, так и горечь из-за предательства слуги. Каким-то образом Лучезарный маг сумел избавиться от ошейника. Они недооценили чародея.

— Стоять! — вдруг скомандовал Мрадиш. — Она слишком интересный экземпляр ушастых, чтобы ее убивать…

Луч стих, перестав калечить эльфийку. Кшанти опала на насыпь, страдая от чудовищных ожогов. Краем глаза Эмиссар заметила крадущуюся сбоку Ночную эльфийку. Ренуати. Она двигалась в сторону Мрадиша с явным намерением уничтожить подонка.

Кшанти не могла ничем помочь дочери, кроме как отвлечь Лучезарного мага.

— Чего ты желаешь, Хоран? — прохрипела она. — Пощади меня, и получишь все мыслимые богатства…

— Замечательное предложение, но я в последнее время стараюсь работать над собой. Ведь именно жадность и лишила меня свободы. В любом случае мне сейчас не до тебя. Еще куча недобитых эльфов и имперцев бегает вокруг. Отдохни пока…

Чародей поднял руку и пронзил лежащую эльфийку фиолетовой молнией. Тело Кшанти выгнулось дугой. Сознание померкло, но она сделала что смогла — отвлекла мага и стрелков. Хоть эльфийка и ненавидела свою дочь, в данной ситуации она оставалась ее единственной надеждой. Мрадиш стал тем кровным врагом, благодаря которому они отложили семейные споры в сторону. Темнота окутала разум, но в Эмиссаре теплилась надежда, что Ренуати сумеет добраться до презренного чародея…