Идеальный мир для Химеролога 7

Глава 1

Родовое поместье Богатовых, Петербург

Граф Аристарх Богатов стоял перед бронированным стеклом, за которым в магнитном поле висело его главное сокровище — Ядро. Теперь оно уже не было таким тусклым, как в начале эксперимента, а переливалось всё более ярким светом.

— Ваше сиятельство, — раздался позади почтительный голос Вениамина, его главного советника. — Сводка за последние три часа… Группы работают на пределе возможностей, но результат превосходит все наши ожидания. На данный момент в накопитель доставлено двести четырнадцать единиц биоматериала. Ещё две группы на подходе с «грузом».

Двести четырнадцать химерологов — источников Дара, которые скоро станут топливом для его возвышения.

— Отлично, — кивнул граф. — Но этого мало. Ускорьте их. Пусть берут всех подряд, не разбираясь в рангах.

— Будет исполнено, — Вениамин поклонился. — Хотя, должен заметить, шум в городе стоит невообразимый. Канцелярия роет землю, полиция сбилась с ног. Мы ходим по очень тонкому льду…

— Лёд треснет только тогда, когда я ему позволю, — отрезал Аристарх. — Продолжайте работу.

Когда советник вышел, граф подошёл к своему рабочему столу, налил в бокал коллекционного коньяка и достал из хьюмидора толстую сигару. Щёлкнула гильотина, вспыхнула зажигалка… Аристарх выпустил густую струю дыма в потолок и опустился в кресло.

Он прекрасно понимал, что перешёл черту. Начал играть грязно, без присущей аристократам изящности. Похищения среди бела дня, налёты на клиники, исчезновения сотрудников прямо с рабочих мест… Да, это была игра ва-банк, но ставка явно того стоила.

Ядро — это не просто батарейка, а ключ к абсолютному контролю над Дикими Землями. Если его теория верна (а она верна, ведь учёные подтвердили расчёты), то, напитавшись силой сотен Одарённых, артефакт сможет генерировать волну подчинения. Не на одну-две твари, как это делают жалкие приручатели, а на целые легионы.

Он станет повелителем Орды.

Империя задыхается в борьбе с монстрами? Ну так он решит эту проблему. Или, наоборот, усугубит её, если Император пойдёт на попятную. Тот, кто контролирует угрозу, контролирует и спасение. А значит, контролирует всё.

Ему нужна была абсолютная, безграничная власть. Неугодные умрут, их просто растерзают «дикие» звери, случайно прорвавшиеся в поместья. Конкуренты разорятся. А он, граф Богатов, станет спасителем нации и новым правителем.

Он сделал глоток, чувствуя, как тепло разливается по телу. Сердце дракона в груди отозвалось довольным гулом.

Аристарх скривился. Этот проклятый Император со своими реформами всё испортил. Указ о репутации химерологов, реестры, баллы… Это спутало все карты. Раньше эти специалисты были никому не нужны, их можно было выцеплять по одному, тихо и без лишних визгов. Два-три человека в неделю — никто бы и не заметил. Он мог бы копить силу годами, спокойно и методично.

Но теперь каждый химеролог на счету. Они стали ценным ресурсом, за ними следят, их охраняют. Контроль усилился многократно. Времени на долгую игру не осталось. Пришлось форсировать события, рискуя.

— Нетерпение — порок, — прошептал он, глядя на тлеющий кончик сигары. — Но иногда это единственная добродетель.

Он был готов ко всему, даже к провалу. Граф посмотрел на неприметную панель в стене, замаскированную под элемент декора. Там, за панелью, находился пульт управления системой самоуничтожения.

Всё поместье было заминировано магическими зарядами, заложенными в фундамент, и термитными смесями, установленными в перекрытиях… Если ищейки Императора подойдут слишком близко и прорвут периметр…

Один код — и здесь останется только оплавленный кратер. Ни улик, ни тел, ни Ядра, ни самого графа. У него были подготовлены пути отхода — новые документы, внешность, счета в заграничных банках…

Но до этого не дойдёт, он был уверен.

Система похищений работала идеально. В исполнители брали только наёмных бандитов, самых отмороженных, готовых работать вслепую. Они получали заказ через анонимные каналы, хватали цель, глушили её и доставляли в «слёпые зоны» — гаражи, заброшенные склады, тупики… Там они оставляли «груз» и уходили.

Затем появлялись его доверенные люди — гвардейцы рода, преданные лично ему, которые забирали бессознательные тела и везли их сюда, в лабораторию.

Исполнители получали деньги через закладки. Никаких личных встреч, никаких имён. Если кого-то из них поймают, они ничего не смогут рассказать. «Заказали по телефону, привёз, оставил, забрал деньги под камнем». Нить обрывалась в пустоте.

Аристарх докурил сигару и затушил её в пепельнице.

Всё шло по плану. Двести четырнадцать «батареек» уже подключены к системе жизнеобеспечения в нижнем ярусе. Ещё несколько на подходе. Этого должно хватить для первичной активации.

Трущобы Кировского района

Конспиративная квартира

Шестнадцать наёмников сидели в просторной квартире на последнем этаже заброшенной высотки. Снаружи это место выглядело как нежилая груда бетона, но внутри всё было оборудовано по высшему разряду.

— Эту тварь должно было испепелить на месте! — проворчал боец с перевязанным бедром. — Мы в неё разрядили «Зевса».

Техник, сидевший за столом с паяльником, поднял защитные очки.

— На минуточку, эта граната стоит целое состояние. Не хухры мухры, а экспериментальная разработка корпорации «АрмаТек»! Я вообще не думал, что мы потратим хоть одну за всё время.

Он кивнул на металлический кейс, где в поролоновом ложементе лежала ещё одна такая же ребристая сфера, пульсирующая синим светом. «Зевс» — дорогое оружие против химер высшего класса. Его берегли для особых случаев, для защиты груза в дороге, но сегодня пришлось применить в какой-то вшивой ветеринарке.

— Плевать на гранату, — отмахнулся командир группы, здоровяк по кличке Шкипер. — Мы своё взяли.

Он вывел на экран карту города. Восемь целей по основному контракту. Ещё трое — по программе «свободной охоты». Одиннадцать химерологов упакованы и отправлены заказчику. Гонорар за эту неделю превысил их заработок за последние три года.

— Собираемся, — скомандовал Шкипер. — Мы уезжаем.

— Почему? — удивился снайпер, протиравший оптику. — Тема жирная. Можно ещё пару дней поработать.

— Потому что поступил звонок от Куратора. В городе становится слишком тесно. Кроме нас, заказ получили ещё тридцать групп.

По комнате пронёсся недовольный гул.

— Император выпустил указ, — пояснил Шкипер. — Химерологи теперь как национальное достояние, ключ к победе над тварями. Риск засветиться с грузом слишком велик. Так что валим отсюда.

Бойцы начали молча паковать снаряжение. Спорить с Куратором было вредно для здоровья, а с Императором и вовсе смертельно. В любом случае, деньги уже заработаны, так что жадничать не стоит.

А потом в дверь постучали. Все шестнадцать человек так и застыли на месте.

— Мы кого-то ждём? — одними губами спросил техник.

Шкипер отрицательно качнул головой и сделал жест рукой. Группа мгновенно рассредоточилась, занимая позиции за мебелью и углами. Сектора обстрела перекрывали весь коридор.

Один из бойцов, специалист по зачистке по кличке Химик подошёл к двери и достал из кармана небольшой чёрный баллончик с длинной тонкой трубкой. Это был его личный козырь — выжимка из желёз тридцати двух видов парализующих химер, усиленная алхимией. Эта дрянь вырубала даже Одарённых с активной защитой. Минус был только один — антидота не существовало. Тот, кто вдохнёт эту смесь, останется статуей навсегда. Его мышцы и суставы костенели, превращая человека в живой манекен.

Химик просунул трубку в щель под дверью и нажал на клапан. Раздалось тихое шипение. Едкий, чуть уловимый запах миндаля пополз по лестничной площадке.

Он выждал десять секунд. Этого было достаточно, чтобы свалить кого угодно. Затем резко открыл дверь, вскидывая пистолет с глушителем.

Перед ним стоял молодой парень… Вот именно почему-то стоял, а не лежал на полу или застыл в неестественной позе, как это должно было случиться… Нет, он просто стоял и смотрел.

— Мы никого не ждали, — быстро произнёс Химик и нажал на курок.

Пуля, выпущенная практически в упор, должна была превратить голову парня в кровавое месиво. Но вместо брызг крови воздух наполнился облаком тёмных перьев. Из ниоткуда, прямо на линию огня, выскочил попугай, появившийся так быстро, как будто его швырнули под пулю телекинезом. Птицу разорвало в клочья.

Парень даже не моргнул. Он смахнул с плеча окровавленное пёрышко и тяжело вздохнул.

— Ну вот, — произнёс он спокойным голосом, от которого у Химика по спине пробежал холодок. — Сначала вы похитили моего администратора. Теперь убили моего попугая. Угадайте, насколько больно вам будет умирать.

Парень сделал шаг вперёд и смазанным, нечеловечески быстрым движением перехватил руку Химика с пистолетом. Раздался звук ломаемых костей, парень не просто вывернул руку, а завязал её узлом. Локтевой сустав вылетел наружу, предплечье изогнулось под прямым углом, но пальцы наёмника, сжатые чужой волей, продолжали держать оружие.

— А-а-а… — заорал Химик, но крик застрял в горле.

Парень развернул сломанную руку наёмника. Ствол пистолета упёрся Химику снизу-вверх в подбородок.

— Обычно я добрый человек, — глядя ему в глаза, произнёс парень. — Но не в этот раз. Если кто-то в этом мире и попал по-крупному, то это вы. Уверяю вас.

Его палец лёг поверх пальца наёмника и надавил.

Раздался глухой выстрел.

Я вошёл в квартиру.

Встретили меня не хлебом с солью, а свинцом. По меньшей мере десять стволов загрохотали одновременно, пытаясь превратить меня в решето. Пули вгрызались в моё тело, рвали куртку, били в грудь и голову…

Я шёл через этот шквал, даже не замедляя шага. Защитные атрибуты, которые я активировал перед входом — «Панцирь Носорога», «Кинетический Щит», «Уплотнение Эфира» — работали безупречно. Я чувствовал удары, но они были не сильнее, чем тычки пальцем. Свинец сплющивался об мою кожу и падал на пол жалкими лепешками.

Находившиеся в квартире продолжали палить, их глаза уже выпучились от ужаса, но пальцы продолжали судорожно жать на спусковые крючки.

— Вы бы хоть в глаза целились, — посоветовал я, вытряхивая застрявшие в одежде пули. — Так, возможно, будет больше шансов. Ну, хотя бы теоретических.

Они перезаряжались и снова стреляли. Грохот стоял такой, что мне пришлось снизить чувствительность барабанных перепонок.

— Этот шум мне мешает, — громко произнёс я. — Я не услышу ваших криков из-за него. А мне важно слышать нюансы.

Моя правая рука трансформировалась. Кожа пошла чёрной рябью, мышцы удлинились, и из ладони выстрелили толстые, похожие на жгуты смолы, щупальца. Биомасса рванула вперёд, преодолевая расстояние за долю секунды.

Жгуты обвили ближайших стрелков, спеленали их, как мух в паутине, и с чудовищной силой швырнули в противоположную стену. Хруст костей и глухой удар тел о бетон на мгновение даже перекрыли стрельбу.

— Он чудовище! — заорал кто-то из глубины комнаты. — Его нужно убить! Любой ценой!

У кого-то в руках блеснул интересный предмет — граната со сложной энергетической структурой. Кажется, точно такой же снаряд вывел из строя Рядовую. Смесь технологий и магии, причём довольно качественная, явно не кустарного производства.

Мой организм, разогнанный медитацией и стимуляторами до предела, работал сейчас как ядерный реактор. Я знал, что завтра меня ждёт жесточайший откат, что я буду валяться пластом сутки, но это будет потом. Сейчас я был на пике.

Граната взорвалась в метре от моего лица. Мощнейшая электрическая вспышка, смешанная с парализующим заклинанием, должна была выжечь мне нервную систему. Но…

Я вдохнул эту энергию.

Моя аура раскрылась, как пасть голодного зверя, и просто поглотила взрыв. Электричество пробежало по моим венам, подзаряжая каждую клетку. Парализующая магия распалась на компоненты и впиталась, став топливом.

— Удивительно, — я рассмеялся, чувствуя, как сила распирает меня изнутри. — Вы только что атаковали меня атрибутами, которые засунули в эту гранату. Ну, спасибо за подпитку.

Я шагнул вперёд. Разряженный огнестрел они уже побросали. Теперь в ход пошли виброклинки и зачарованные ножи. На меня набросились сразу четверо.

Я даже не стал доставать своё оружие. Зачем? Если моё тело сейчас было лучшим оружием. Я уклонялся, блокировал удары предплечьями, ставшими твёрже стали. Удар — уход, выпад — блок…

Один из них, самый шустрый, всё-таки достал меня. Его клинок, окутанный красным свечением, пробил мою защиту и вошёл в плечо на пару сантиметров. Я посмотрел на рану. Кожа вокруг пореза вздулась, забурлила. Мышцы сократились, выталкивая лезвие, и рана затянулась мгновенно, не оставив даже шрама.

— Плохо точите, — заметил я.

Резким ударом ребра ладони я переломил клинок пополам. А затем, не останавливаясь, ударил ногой по колену нападавшего. Сустав хрустнул и выгнулся в обратную сторону. Человек упал, воя от боли.

— Я же действительно не люблю это делать, — сказал я, отшвыривая следующего врага мощнейшим пинком в грудь. — Но вы посмели воспользоваться моей временной слабостью и глупостью. Я ослабил бдительность, каюсь. А вы этим воспользовались и причинили вред дорогому мне человеку. И сейчас мне нужен ответ на один важный вопрос: где она?

Сзади на меня прыгнул боец с кинжалами, метивший мне в почки. Я развернулся, перехватывая лезвия его отравленных ножей. Яд, капающий с клинков, впитался в мою кожу, и я почувствовал, как он растекается по венам, пытаясь остановить сердце, вызвать некроз, причинить боль…

Но мне было плевать. Я был оголённым нервом. Боль сейчас была всего лишь информацией и топливом для моей ярости. Я испытывал подобные состояния сотни раз в своих экспериментах.

— Я же сказал, — я сжал лезвия так, что они сломались. — Мне нужен ответ. Где она?

— Да убейте же вы его! — прохрипел один из них, побледневший от ужаса.

— Неправильный ответ.

Я ударил нападавшего лбом в лицо. Его голова дёрнулась назад, тело обмякло и сползло на пол.

— Мне достаточно будет одного из вас, который знает ответы, — громко объявил я, перешагивая через бессознательное тело.

Оставшиеся сбились в кучу у дальней стены, выставив перед собой бесполезное оружие. Судя по животному страху и вх глазах, они уже поняли, что столкнулись с чем-то, что им точно не по зубам.

— Не подходи, чудовище!

— Не хотите говорить? — я остановился. — Ну, это ваши проблемы. Но вы всё равно будете говорить, уж поверьте. Мои методы убеждения весьма… разнообразны. А ещё я хочу вас с кем-то познакомить. С одной особой, с которой вы не успели даже толком пообщаться, когда забирали мою сотрудницу.

Я повысил голос:

— Ты можешь войти!

В комнату вошла Рядовая в своей полной форме. Костяная броня покрывала её тело сплошным панцирем, шипы на плечах проскребли по косякам. Глаза моей химеры загорелись белым огнём ярости, когда она узнала их — запах тех, кто причинил ей боль и забрал Валерию.

Она издала рык, от которого задрожали остатки мебели, и бросилась на них.

Я не вмешивался. Просто стоял и смотрел, как моя химера ломает их оборону. Хруст костей, крики, мольбы… Рядовая работала жёстко, но у неё был чёткий приказ: не убивать. Пока что.

Через минуту все валялись на полу, изломанные, в соплях и слезах, держась за перебитые конечности. Я подошёл к ним. Достал из кармана спичечный коробок и вытряхнул на ладонь маленьких, белых червячков, похожих на опарышей.

— Удивительные существа… — задумчиво произнёс я, играясь с червячками, которые извивались на моей ладони. — Они такие маленькие, глупые и созданы только для того, чтобы причинять страдания. Питаются ментальными слепками боли, страха и агонии… Чем живому организму больнее, тем им вкуснее.

Все затихли, глядя на червяков.

— Живут недолго. Но могут убить даже достаточно сильную химеру, если проникнут в неё. Что ж они могут сделать с людьми? Да обычно ничего не могут. А знаете почему? Ну, конечно нет, откуда вам знать. Всё дело в том, что они просто не выживают в организме человека. Вся их природа построена так, чтобы действовать только на таких же существ, как они, то есть химер.

Я поднёс червячков ближе к лицу одного из лежащих.

— Я про них читал. В этом мире они описаны как те, кого создали, чтобы бороться именно с химерами. Якобы какой-то местный химеролог создал, за что получил множество премий, финансирования и всяких других ништяков.

Я усмехнулся.

— А знаете, что самое смешное? Это червяки существуют во многих мирах. Они изначально были. Никто их не создавал в том понимании, которое тот выпендрёжник выдал. Он просто их нашёл, или лучше сказать, открыл. Так вот, они не могут причинить людям вред, потому что просто не выживают в человеческом организме. Но я их для этой цели немножко «исправил»…

Я погладил одного червяка пальцем, и он тут же изогнулся.

— Именно эти — могут. Интересно, сколько бы мне дали грантов, премий и финансирования, если бы я такое представил бы? Наверное, много. Но у меня же есть совесть, чтобы такое не испытывать на людях. Но, правда, вам не повезло. Вы — отдельное дело.

Я присел перед ними.

— Есть такое поверье, что чем тише человек живёт и чем добрее он относится ко всем, тем больше зла ему пытаются принести. И это меня научило, что добро должно быть с кулаками. Никак иначе, знаете. Ведь однажды у тебя могут попытаться забрать всё. И вот вы, уроды, это сделали.

Я выявил среди их группы старшего и пристально посмотрел на него.

— А теперь объясните мне, зачем вам моя Валерия? Она всего лишь администратор. На кого вы работаете? Кому она нужна? Или вы затеяли всё это только ради того, чтобы выйти на меня?

Старший зарыдал и схватился за голову, расчёсывая кожу ногтями до крови. У него была паническая истерика.

— Мы… мы не знали! — завыл он. — Мы ошиблись! Нам нужен был главврач! Заказ был на химеролога! Мы пришли… она документы подписывала… печать ставила… Сказала, что она и владелец, и главврач! Мы пробили — по бумагам всё на ней! Мы думали, это она! А это ты… ты… Мы должны были тебя…

— Значит, перепутали? Из-за каких-то бумажек… Ирония судьбы. Я переписал на неё бизнес, чтобы защититься от налоговой, а в итоге подставил под удар.

Я схватил его за волосы и рывком поднял голову.

— Где она?

— Я не знаю! — закричал он, брызгая слюной. — Мы её продали! Сразу же! Заказчику!

Внутри меня что-то оборвалось. Контроль, который я удерживал всё это время, лопнул. Моя аура вырвалась наружу, заполнив комнату тяжёлым, давящим маревом. Стёкла в окнах лопнули, мебель жалобно затрещала…

— Продали⁈.. Мою Валерию⁈..

Черви на моей ладони забились в экстазе, чувствуя мою ярость.

— Не верю, — сказал я. — Ни одному вашему слову не верю. Это просто неправда. Значит, не хотите говорить. Ну, раз так, то я сам добуду с вас информацию…

Я схватил двумя пальцами одного червяка и поднёс к уху наёмника.

— И да, перед тем, как вы умрёте, я получу ваши воспоминания за последних два-три дня. Но этот процесс будет очень мучительным. А потому приготовьтесь.

Червь скользнул в ушную раковину, и наёмник истошно заорал. Я положил ладонь ему на лоб, начиная считывание через боль. Картинки, всплывающие перед моим внутренним взором, не вызывали ничего, кроме бешенства.

Обычно я не сторонник пыток. Боль затуманивает рассудок, страх искажает информацию. Но в этот раз пришлось сделать исключение. И, судя по увиденному, поступил с этими ублюдками даже слишком мягко.

Память наёмника услужливо подкидывала эпизоды их «работы».

Вот загородный дом, вечер… Пятеро парней отмечают предстоящую свадьбу друга. Смех, музыка, звон бокалов… Мальчишник.

Стекла разбиваются, и внутри врывается группа захвата, действуя максимально безжалостно — без каких-либо требований или разговоров стреляют в упор. Четыре тела падают на пол. Цель — молодой парень, жених — скручен и брошен на пол. Ему ломают нос ударом приклада, просто чтобы не дёргался. А потом, используя специальные смеси, они поджигают дом и спокойно смотрят, как огонь пожирает строение вместе с трупами.

Они были чужаками в этом городе, которым плевать на местные расклады и правила. Группа зачистки, приехавшая выполнить контракт, забрать деньги и исчезнуть, оставив за собой только сломанные судьбы и пепел. Теперь этот отряд перестанет существовать.

Я разорвал ментальный контакт. Тело наёмника обмякло, оборвав последнюю нить жизни.

Потом я проделал то же самое с остальными. Но, где Валерия, так и не увидел. В их памяти был только момент передачи «груза» заказчику, но лицо принимающего было скрыто, а местом встречи служил стандартный ангар-отстойник.

Когда всё закончилось, мне нужно было проветрить мозги. Я вышел на улицу и поплёлся по лабиринту трущоб. Ночной воздух показался сейчас самым чистым на свете по сравнению с душной атмосферой злополучной квартиры.

Остановился посреди грязного двора, приводя своё тело в порядок. Посмотрел на звёзды. Где-то здесь, в огромном городе, держат моего администратора — девушку, которая стала мне так дорога. И я обязательно её найду.

Из темноты подворотни вынырнула группа силуэтов. Четверо парней, явно местных обитателей, искателей лёгкой наживы и приключений. Увидев меня, они замедлили шаг и расплылись в хищных ухмылках.

— Слышь, мужик! — окликнул один, поигрывая ножом-бабочкой. — А ты чё здесь такой красивый забыл? Райончик попутал?

Я медленно опустил взгляд с неба на них. Внутри всё ещё клокотала тьма, поднятая чужими воспоминаниями.

— Парни, — тихо произнёс я, — вот не советую сегодня лезть. У меня не самый лучший денёк выдался.

В их позах читалась готовность к драке, желание отмудохать заезжего фраера и вывернуть его карманы. Но они посмотрели мне в глаза и увидели там то, от чего уличные псы поджимают хвосты и скулят.

Они увидели спокойную, усталую и безразличную смерть.

Главарь шайки сглотнул. Конечно, он был конченным отморозком, но даже у таких имеется инстинкт самосохранения.

— Ну, раз плохой день… — пробормотал он, пряча нож. — … то держись, братан, — он махнул своим. — Пошли, парни.

— Э-э-э… А чё… А в смысле⁈ — удивился один из его дружков, самый тупой на вид.

— В коромысле, ёпт, — главарь отвесил ему подзатыльник. — Пошли, я сказал. Не нужно к нему лезть. Ничего хорошего из этого не выйдет.

Они растворились в темноте, оставив меня одного.

Я даже не успел добраться до машины, как воздух над головой рассекли знакомые хлопки крыльев. Кеша спикировал мне на плечо.

— Хозяин! Есть контакт! — прохрипел он, тяжело дыша. — Одна крыса видела! Знает, где Валерия!

Я резко остановился.

— И насколько этой крысе можно верить?

— Я слетал, проверил! — быстро затараторил попугай. — Всё подтверждается. Там отчётливый запах нашей Лерочки. И не только её. Туда людей свозят, как скот. Большой особняк, охрана, забор… Всё серьёзно.

— Замечательно, — кивнул я. — Едем сначала в клинику, а затем назад. Забирать своё.

Сборы заняли не больше десять минут. Я взял всё необходимое, загрузил свою гвардию в «Тушканчик» и вдавил педаль газа в пол.

Мы прибыли на место через полчаса. Особняк располагался в уединённом месте, окружённый высоким каменным забором и вековыми соснами. Я предусмотрительно заглушил двигатель в лесополосе, не доезжая до ворот.

— Выходим.

Рядовая вылезла из машины, достала из багажника моё любимое рабочее кресло, взятое из кабинета. Псих выпрыгнул следом. Хомяки быстро рассыпались по территории. Кеша занял позицию на плече.

Мы подошли к забору. Трёхметровая стена, колючая проволока, камеры…

Я присел, напитал ноги силой и перемахнул через преграду. Псих перелетел следом. Рядовая, несмотря на стул на своих плечах, тоже преодолела препятствие с грацией, которой позавидовал бы любой паркурщик.

Мы оказались на огромной территории. Ухоженный парк, фонтаны, статуи… И ни одного охранника. Точнее, охрана была. Я видел будку, где скопились патрульные. Сейчас они были заняты проверкой камер видеонаблюдения, слышались приглушённые матюки.

— Надо же какое несчастье, — покачал головой я. — Система безопасности заглючила из-за хомяков, которые перебили проводку…

Мои диверсанты сработали на пять баллов. Камеры отключились, датчики движения сошли с ума, и вся охрана сбежалась к центральному пульту, пытаясь понять, почему их суперсовременная электроника приказала долго жить.

Мы прошли через парк, оставаясь в тени деревьев. Громадный особняк из стекла и бетона возвышался впереди, сияя огнями. Я остановился на широкой лужайке, метрах в трёхстах от главного входа. Отсюда открывался прекрасный вид на фасад.

— Вот здесь.

Рядовая аккуратно поставила кресло на траву. Я сел, закинул ногу на ногу и положил руки на подлокотники. Оглядел свою армию.

Двадцать хомяков в чёрной спецназовской форме выстроились в шеренгу. Псих сел у правой ноги, Рядовая встала за левым плечом, положив лапы на рукояти катан. Кеша приземлился на спинку кресла.

Я смотрел на имение перед собой. В окнах мелькали тени. Где-то там, внутри, была Валерия. И те, кто посмел её забрать.

— Знаете, — произнёс я, глядя перед собой, — вы меня расстроили. Да, вы меня расстроили, — я перевёл взгляд на своих питомцев. — Пусть в большей степени здесь виноват я, что не уследил, но ваш косяк тоже неоспорим. Вы допустили, чтобы её забрали. Я рассчитываю, что сегодня вы это исправите. Всё понятно?

Мне никто не ответил. Все просто смотрели на дом, и в их глазах горела та же холодная злость, что и у меня.

— Ну, раз понятно, то действуйте.

Команда прозвучала как выстрел стартового пистолета.

В следующий момент двадцать пушистых комочков рванули вперёд, сливаясь с травой. Псих превратился в чёрную молнию, стелющуюся над землёй. Рядовая, обнажив клинки, побежала к зданию широкими скачками. Даже Кеша не издал ни звука и полетел к крыше.

Я остался сидеть в кресле, глядя на фасад особняка.

Прошло меньше минуты. В глубине дома что-то грохнуло. Зазвенело разбитое стекло. В окнах первого этажа замелькали вспышки выстрелов. Послышались крики — сначала удивлённые, затем испуганные, и наконец полные ужаса.

Свет в окнах начал гаснуть, комната за комнатой, этаж за этажом. Тьма поглощала особняк, и в этой тьме раздавались звуки, от которых у любого нормального человека случился бы приступ инфаркта.

— Ну вот, — тихо сказал я, обращаясь к той, кто пока меня не слышал. — Потерпи ещё немного. Скоро всё закончится…