Идеальный мир для Химеролога 7

Глава 3

Поместье Новиковых

Личные покои графини

В спальне горел только мягкий свет ночника. Агнесса Павловна Новикова, глава рода и владелица многомиллионной корпорации, сидела перед трюмо и занималась тем, на что у неё обычно не хватало времени — собой.

На лице застывала зеленоватая субстанция — та самая маска по рецепту Виктора, обещавшая вечную молодость или хотя бы отсутствие кругов под глазами на утро. Поверх маски, на веках, лежали два кружочка огурца. Агнесса откинулась на спинку мягкого пуфа, наслаждаясь редкой тишиной.

День выдался сумасшедшим, но продуктивным. Акции росли, конкуренты кусали локти, Миша спал в своей комнате здоровым сном… Всё шло по плану.

Она потянулась к баночке со специальной мазью для рук, тоже из «коллекции» Виктора. Химеролог оказался настоящим кладом. Его странные, пахнущие то лесом, то озоном смеси работали лучше любой элитной косметики.

Внезапно тишину ночи разорвал резкий звонок телефона.

Агнесса вздрогнула, один огуречный кружочек отклеился и шлёпнулся на шёлковый халат. Она недовольно поморщилась, стряхивая овощ, и потянулась к аппарату.

На экране светилось имя: «Виктор».

— Неужели я понадобилась ему в три часа ночи? — пробормотала она, нажимая на кнопку ответа. — Да, Виктор… Ты видел, который час…

Когда он повесил трубку, Агнесса так и застыла с телефоном в руке. Маска на лице уже начала подсыхать, стягивая кожу, но она этого не чувствовала.

Она смахнула с экрана меню вызова, открыла ссылку геолокации и приблизила карту. И почувствовала, как пол уходит из-под ног. Точка находилась в элитном районе, за высоким забором, который знала вся аристократия столицы…

Родовое поместье графа Аристарха Богатова.

— Да твою же мать… — выругалась Агнесса, вскакивая с пуфа. Банка с мазью полетела на пол.

Богатов… Один из самых опасных и влиятельных людей Империи. Человек, который держал в страхе половину Совета. Влезть к нему на территорию — это чистое самоубийство. А судя по звукам из телефона, Виктор не просто перелез через забор, но и устроил там полноценную войнушку.

В голове Агнессы закружился вихрь мыслей. Если она сейчас вмешается, это будет означать открытый конфликт с Богатовыми, полноценную войну родов с применением гвардии, тяжёлой техники и боевых химер. Император будет в ярости. Её род, только начавший подниматься с колен, может быть уничтожен ответным ударом.

Это безумие!!! Логика, здравый смысл, инстинкт самосохранения — всё кричало о том, что нужно выключить телефон и сделать вид, что она ничего не знает.

Она посмотрела на своё отражение в зеркале. Зелёная маска, растрёпанные волосы, испуганные глаза.

А потом она подумала о бегающем по саду Мише… Новых контрактах… Уважении партнёров… Деньгах, которые потекли рекой…

Всё это дал ей Виктор, странный ветеринар из клиники на окраине города. Он ни разу её не подвёл. Каждое его слово, даже самое бредовое, оказывалось правдой. Каждый его шаг приносил ей выгоду.

Она была ему должна. И не деньгами, а жизнью.

Агнесса схватила салфетку, быстро стирая с лица остатки маски.

— Ну и ладно, плевать, — прорычала она. — Плевать на Богатова!

Она не будет начинать войну первой. Она не станет штурмовать поместье в лоб. Но она вытащит Виктора оттуда, живым или мёртвым.

Палец нажал на быстрый набор.

— Макар! Тревога по гарнизону!

Начальник охраны ответил мгновенно, будто в три часа ночи только и ждал этого звонка.

— Слушаюсь, госпожа!

— Поднимай всех. Вообще всех! Тяжёлую технику, штурмовые группы, химер поддержки. Полная боевая выкладка.

— Какая цель?

— Мы выдвигаемся немедленно к поместью Богатова.

В трубке повисла долгая пауза. Макар, несмотря на свой возраст, был уже опытным воякой и понимал, что это значит.

— Госпожа… но это война…

— Это спасательная операция! — отрезала Агнесса, срывая с вешалки свой полевой комбинезон. — Виктор там. И он, судя по всему, разносит особняк графа по кирпичику. Мы должны его вытащить. Если кто-то встанет на пути, открываем огонь на поражение.

— Понял. Время готовности — пять минут.

Агнесса бросила телефон в карман, застегнула молнию, проверила пистолет в кобуре. Её руки больше не дрожали. Решение уже принято.

Она вышла из спальни и быстрым шагом направилась к гаражу, где уже заводились двигатели броневиков.

Риск был колоссальным. Но если Виктор выживет… если они выберутся… этот союз станет несокрушимым.

А если нет… Ну что ж, по крайней мере, они уйдут громко.

Поместье Новиковых

Кабинет финансового управляющего

Тихон Николаевич Мальцев стоял у окна, слегка отодвинув тяжёлую бархатную штору. Его пальцы нервно теребили дорогую ткань, а глаза жадно впитывали происходящее во дворе.

Внизу творилось какое-то безумие…

Это напоминало не сборы на привычные рейды, а эвакуацию перед концом света. Броневики рычали двигателями, гвардейцы в полной выкладке бегали туда-сюда, загружая ящики с боеприпасами. Тяжёлые ворота были распахнуты настежь.

— Идиотка… — прошептал Тихон с презрительной улыбкой на губах. — Какая же она всё-таки идиотка…

Он видел, как Агнесса, одетая в полевой комбинезон, запрыгнула в головную машину. Следом за ней, в защищённый фургон, охрана погрузила Мишу. Даже мальчишку забрала! Последнего наследника, гаранта стабильности рода… Она увозила его в какое-то пекло.

И главное — она уводила с собой почти всю гвардию.

Машины одна за другой выезжали за ворота, оставляя после себя облака выхлопных газов и пустоту. Поместье, эта неприступная крепость, сердце империи Новиковых, осталось практически голым.

На постах осталось человек двадцать: старики, новички, да пара контуженных ветеранов, которых не взяли в рейд по состоянию здоровья.

Тихон Николаевич отпустил штору и бросился к столу. Его руки дрожали, но не от страха, а от предвкушения. Это был его шанс, тот самый «золотой билет», которого он ждал столько лет.

Он вытащил из потайного отделения в кейсе «чистый» телефон и набрал номер, который знал наизусть.

— Да? — раздался в трубке голос.

— Это я, — быстро заговорил Тихон. — Слушайте внимательно… Ситуация кардинально изменилась. Новикова ушла.

— Куда?

— Не знаю, но, судя по сборам, на войну. И она забрала всех. Вообще всех! Поместье пустое, защиты нет. Только дежурная смена и автоматика. Даже мелкого увезла, — он облизнул пересохшие губы и продолжил: — Вам нужно действовать сейчас! Срочно собирайте войска. Прямо сейчас можно зайти и взять всё тёпленьким. Лаборатория, склады, архив… всё брошено! Это подарок судьбы!

В трубке помолчали.

— Мы приняли информацию к сведению, — наконец ответил голос, в котором не было ни капли того энтузиазма, на который рассчитывал Тихон. — Я передам высшему руководству.

— Какому руководству⁈ — взвизгнул Мальцев. — Тут решать надо, а не передавать! Пока вы будете совещаться, она может вернуться! Или кто-то другой пронюхает! Поднимайте людей, чёрт вас возьми!

Голос на том конце провода стал ледяным:

— Послушай меня, счетовод… Ты слишком много на себя берёшь. Твоё дело — смотреть и стучать. А решения принимают люди, чей статус тебе даже не снился. Не забывай своё место, крыса. Сиди и жди.

В трубке послышались гудки. Тихон отшвырнул телефон на диван.

— Уроды… — прошипел он, наливая себе коньяк трясущимися руками. — Высокомерные уроды! Я им империю на блюдечке приношу, а они нос воротят.

Но он знал: они придут. Жадность всегда побеждает осторожность.

Прошло четыре часа. А может, и все пять. Тихон уже успел выпить полбутылки и успокоиться, убеждая себя, что всё идёт по плану.

И тут послышался рёв двигателей. Он снова метнулся к окну.

По подъездной аллее, поднимая пыль, двигалась колонна. Не такая пафосная, как у Новиковых, но тоже внушительная. Броневики, грузовики с пехотой, даже пара лёгких штурмовых шагоходов.

Тихон прищурился, разглядывая гербы на бортах машин.

— Так… Это не Дубаровы, — пробормотал он разочарованно. — И не Горбуновы.

Он ожидал увидеть элиту, а увидел вассалов.

Два герба: «Стальной Кулак» и «Ядовитый Шип» — два клана средней руки, известные своей жестокостью и тем, что выполняют самую грязную работу для великих родов.

— Ну, тоже неплохо, — решил Тихон. — Значит, главные решили не марать руки лично и послали шестёрок. Умно.

Колонна остановилась у главных ворот. Из головной машины вышел парламентёр. У ворот засуетились остатки охраны Новиковых. К парламентёру, скрываясь за высоким пуленепробиваемым щитом, вышел начальник смены — капитан Зорин, седой усатый мужик, который обычно заведовал складами.

Тихон приоткрыл окно, чтобы слышать разговор.

— Какого хрена вы тут делаете… — донёсся бас Зорина. — Вы что творите… У нас с вами нет войны… Это частная территория!

Парламентёр, молодой наглый парень в дорогой броне, усмехнулся.

— Считайте, что ситуация изменилась. Война объявлена пять минут назад.

— У вас нет права! — заорал Зорин. — Я вызываю подмогу!

— Вызывай, — равнодушно бросил парламентёр. — Только пока они доедут, мы уже будем пить вино в вашей гостиной. Сдавайтесь, и сохраните жизни.

Зорин попятился, давая знак своим людям занять оборону.

— Огонь на поражение при попытке прорыва! — скомандовал он.

Тихон понял: пора выходить. Он поправил галстук, пригладил волосы и, напустив на себя вид человека, несущего тяжкое бремя власти, вышел из особняка.

— Отставить! — крикнул он, спускаясь с крыльца. — Прекратить панику!

Гвардейцы обернулись. Зорин нахмурился.

— Тихон Николаевич? Вернитесь в дом, здесь может быть опасно.

— Я сказал — отставить! — Мальцев подошёл к воротам, стараясь держаться уверенно, хотя поджилки тряслись. — Я только что связался с госпожой Агнессой, она в курсе ситуации. Это недоразумение будет улажено дипломатическим путём. Нам приказано сложить оружие и впустить гостей, чтобы избежать ненужного кровопролития и разрушения имущества.

По рядам гвардейцев пронёсся шёпот, Зорин недоверчиво прищурился. Сложить оружие и впустить врага?

— Бред, — отрезал Зорин. — Госпожа никогда бы такого не приказала. Сдать родовое гнездо без боя?

— Вы смеете сомневаться в моих словах, капитан? — Тихон повысил голос, добавив в него истеричных ноток. — Я — финансовый управляющий! Я второе лицо в этом доме после госпожи! Вы хотите взять на себя ответственность за гибель людей и уничтожение поместья? Если вы сейчас начнёте стрельбу, Агнесса Павловна лично сдерёт с вас шкуру!

Зорин колебался. Он был солдатом, привыкшим исполнять приказы. А Мальцев действительно был важной шишкой. Но тут вперёд вышел сержант, молодой парень с телефоном в руках.

— Капитан… Связи нет… Вообще. У них, — он махнул рукой в сторону ворот, — глушилки работают.

Зорин медленно повернул голову к Тихону, его взгляд стал тяжёлым.

— Связались, говорите? По телефону?

— Д-да… У меня спутниковый… — начал было врать Тихон, но осёкся.

— Спутниковый тоже лежит, — покачал головой сержант. — Глушат весь спектр. Вы не могли с ней связаться, Тихон Николаевич. Вы врёте.

— Да как вы смеете⁈ — взвизгнул Мальцев, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Я приказываю!..

— Вы не имеете права приказывать гвардии в боевой обстановке, — холодно произнёс Зорин. — Арестовать его.

Двое бойцов шагнули к управляющему и заломили ему руки за спину.

— Вы совершаете ошибку! — орал Тихон, пока его тащили обратно к дому. — Вас всех убьют! Идиоты! Я пытался вас спасти!

— Я беру всю ответственность на себя, — громко сказал Зорин, обращаясь к своим людям. — Мы не сложим оружие. Мы — гвардия рода Новиковых, никогда не сдаёмся. Увести предателя и запереть в его покоях.

Тихона заволокли в его же кабинет и заперли дверь на ключ. Он подбежал к окну.

Внизу уже завязалась перестрелка. Но нападающие не спешили лезть на рожон. Они заняли позиции за машинами и деревьями, ведя плотный огонь по окнам и бойницам. Гвардейцы отвечали редко, но метко.

Штурма как такового не было. Враги действовали осторожно, даже вяло.

Тихон налил себе ещё коньяка и, сделав глоток, всё понял.

— Идиоты… — прошептал он, глядя на Зорина, который бегал, раздавая команды. — Какие же вы тупые идиоты…

Они готовились умирать героями. А врагу не нужны были их смерти. Врагу нужно было поместье вместе с производственными линиями в подвалах, складами с ингредиентами и архивами с рецептами. А ещё антикварная мебель, картины и артефакты… Всё это стоило миллиарды.

Если начать штурм с применением тяжёлой магии или артиллерии, всё это превратится в пыль. А заказчикам нужны активы, а не руины.

— Да они вас просто измором возьмут, — усмехнулся Тихон, — или газом вытравят…

Он понимал: для рода Новиковых это конец. Агнесса где-то там сгинет в бою, поместье падёт. Но для него, Тихона, это было начало новой жизни.

Он довольно погладил свой кейс, в котором лежали доступы к офшорным счетам, куда он годами перекачивал деньги корпорации.

Я спустился по крутой бетонной лестнице в подвал. Вдоль стен тянулись клетки с людьми в бессознательном состоянии. В дальнем углу валялась пара мёртвых охранников. Моя штурмовая группа зачистила это место ещё до моего прихода.

Я прошёл вглубь помещения и остановился, глядя на открытую клетку, в которой сидела Валерия. Живая, целая, хоть и бледная. А вокруг неё, на коленях и просто на полу, расположился мой спецназ.

Хомяки в чёрных костюмчиках лежали кверху пузом, блаженно прикрыв глазки, а Валерия по очереди чесала им животики. Один из грызунов, кажется, командир отряда, даже дрыгал лапкой от удовольствия, забыв про суровую воинскую дисциплину.

— Ну, ё-моё, Лера! — громко сказал я, подходя ближе. — Это боевые хомяки-спецназовцы, элита моего войска! Они сами выбрали себе такую суровую роль. Почему ты силам быстрого реагирования сейчас гладишь животики? Это же подрывает боевой дух!

Валерия вздрогнула и подняла голову. Увидев меня, она замерла на секунду, не веря своим глазам. Хомяки, почуяв начальство, тут же перевернулись, вскочили на лапы и приняли суровый вид, поправляя сбившуюся амуницию.

— Вик! — крикнула девушка, сорвалась с места, подбежала ко мне и, не говоря ни слова, прыгнула на шею. Она повисла на мне, уткнувшись лицом в плечо, и её плечи мелко затряслись.

Я обнял её, чувствуя, как она дрожит.

— Ну всё, всё… Я же говорил, что найду.

Она всхлипнула, отстранилась и, вытирая слёзы, посмотрела на вытянувшихся в струнку хомяков. Ей явно нужно было что-то сказать, чтобы сгладить неловкость момента.

— Ну, извини, — пробормотала она, шмыгая носом. — Может, они сейчас и крутые спецназовцы, но я прекрасно помню, как минимум двое из них три дня назад у меня на столе нагадили. Прямо на квартальный отчёт, представляешь? Так что я их помню с другой стороны, а не как спецназ.

Я посмотрел на бойцов. Те виновато опустили глаза.

— Это маскировка, — пояснил я. — Вхождение в роль обычного тупого грызуна. В простой жизни они обычные хомяки, чтобы враг не догадался. Или просто у каждого свои минусы есть, что поделаешь. Организм-то живой.

В этот момент в подвал, прихрамывая, спустилась Рядовая. Вид у неё был потрёпанный. Костяная броня в нескольких местах треснула, на шкуре виднелись подпалины и следы от пуль, но держалась она бодро.

Обезьяна подошла к нам, осмотрела Валерию и убедилась, что хозяйка цела. С ней самой всё было нормально — регенерация уже работала.

— Как ты… как ты вообще сюда попал? — спросил Валерия, всё ещё не разжимая объятий. — Тут же охрана, стены…

— Не переживай, — я погладил её по волосам. — Всё будет хорошо. Сейчас я тебя отсюда вытащу, а потом вернусь и разберусь с этим местом основательно.

Я легко подхватил её на руки. Валерия тихонько вскрикнула от неожиданности, но тут же обхватила меня за шею покрепче. Мы двинулись к выходу. Хомяки и Рядовая шли следом, прикрывая тыл.

— Кстати, Лера, — сказал я, поднимаясь по лестнице, — у меня есть ещё одна новость.

— О, мне сейчас хорошие новости точно не помешают, — тихо отозвалась она, положив голову мне на плечо.

— Твой оклад повышается в два раза. Считай это бонусом за допущенную мной ошибку и компенсацией за стресс. Я же должен был тебя защитить…

Валерия подняла голову и посмотрела мне в глаза.

— От этих? — она кивнула назад, где остались сломанные судьбы и тела надзирателей.

Я остановился у выхода на улицу. Ночной ветер ударил в лицо.

— Да хоть против всего мира, — серьёзно ответил я. — Тот, кто работает на меня, имеет мою полную защиту, любой ценой…

Я на секунду замолчал, глядя на её уставшее лицо.

— … в особенности ты.

— М? — она удивлённо моргнула, не совсем понимая интонацию.

Я улыбнулся и шагнул в темноту ночи.

— Ладно, не бери в голову…