История (не) Белоснежки

Глава 18 Секреты и решения

Я не отпускала его руку. Наоборот, сделала шаг ближе и обняла его.

Он замер. Потом его руки медленно легли мне на спину.

— Спасибо, — прошептала я, прижавшись лицом к его плечу. — За всё. За помощь. За терпение.

Он молчал, но его объятие стало чуть увереннее. Его эмоции отдавались во мне грустью и признательностью за объятия, за компанию.

— И мне жаль, — продолжила я тише. — Что ты здесь заперт.

Он мягко отстранился, чтобы посмотреть мне в лицо. Его перламутровые глаза в полумраке светились.

— Ты не виновата в моём заключении, Моргана. И… ты первая, кто вообще об этом сожалеет.

Мы стояли так, в тишине, и я чувствовала странную смесь эмоций, исходящих от него: давнюю горечь и что-то новое, непонятное.

— Ксил… — начала я, глядя ему прямо в глаза. — Есть ли способ освободить тебя?

Он смотрел на меня долго. Потом медленно покачал головой.

— Я думал об этом все эти долгие годы. Я не могу быть свободен, потому что это заклятье — часть наследственной магии рода Морганы. Заклинание было закреплено человеческой жизнью.

— Но должен быть выход, — настаивала я.

— Есть, — он произнёс это слово тихо. — Чтобы освободить, нужно заменить одно заклятье другим.

— Каким? — спросила я.

Он вздохнул.

— Ритуал, — сказал он медленно, взвешивая каждое слово. — Ритуал, в котором ты, последняя носительница этой магии, добровольно принимаешь часть моей сущности в себя. А я, в свою очередь, принимаю частичку твоей души. Это создание новой, добровольной связи-договора, которая заменяет старую — рабскую. Я выйду из зеркала, но моё существование в этом мире теперь будет связано с твоей жизненной силой.

Я слушала, затаив дыхание.

— А что нужно для ритуала?

— Самое главное — абсолютное доверие, — сказал он тихо. — Я должен добровольно доверить тебе свое Истинное Имя. Это станет кульминацией доверия между нами. Узнав Истинное Имя, ты получишь абсолютную власть надо мной… которую должна будешь тут же использовать, чтобы заключить новый договор.

Он помолчал.

— И ты… согласишься на такое? — прошептала я. — Отдать кому-то такую власть?

Ксил вздохнул.

— Старая Моргана, твоя предшественница, ни за что бы не согласилась на подобное. Потому что это сродни магическому браку, Моргана. Мы будем привязаны друг к другу — эмоционально, магически, физически. Смерть одного повлечёт за собой смерть или, в лучшем случае, тяжёлую болезнь второго. Риск огромен. И она была слишком эгоистична, слишком жаждала безраздельной власти, чтобы связывать свою жизнь с кем-либо, даже с демоном. Да и я… я никогда не доверил бы ей своего имени.

— А мне? — спросила я.

Он снова взял мои руки в свои.

— Я не знаю, — признался он. — Истинное Имя для демона это самая ценная вещь в его жизни.

Я кивнула.

— Я понимаю. Но я хочу, чтобы ты знал — я согласна. Я не хочу быть твоей тюремщицей. Но… На меня уже совершались покушения. Если мы будем связаны… ты тоже окажешься под ударом. Я боюсь за тебя.

Ксил молча посмотрел на меня. По нашей связи, созданной зеркалом, до меня донеслись его чувства — удивление, а затем что-то щемяще нежное, словно я сказала то, что он очень хотел, но не надеялся услышать.

— Знаешь, — прошептал он. — Обо мне уже очень давно никто не беспокоился.

Я осторожно погладила его ладонь большим пальцем, не зная, как еще передать свою заботу. Но, он, конечно, и так ее уже почувствовал, через связь.

— Спасибо, — сказал он. Его губы тронула нежная улыбка. — Именно теперь я точно уверен в своём согласии. Если ты беспокоишься о моей безопасности — значит, ты не станешь использовать её во вред. А что касается опасностей… я демон. Моя сила, пусть и немного ограниченная в этом мире, станет твоим щитом. И тот, кто попытается тебя убить, очень удивится.

От этих слов по спине пробежали мурашки. Не страха, а чего-то иного — предвкушения силы, которой у меня никогда не было.

— Когда? — спросила я. — Когда мы сможем это сделать?

— Ритуал требует подходящего момента. Силы звёзд, фаз луны. Через несколько недель, перед днём рождения Белоснежки, будет новолуние. Новая луна станет символом нового начала.

Я кивнула. День рождения Белоснежки.

— Хорошо. Через три недели.

— И… есть ещё одна, крайне важная деталь. Закрепить новую связь, сделать её прочной и вещественной, должны будут два кольца. Одно — для тебя, другое — для моей материальной формы после выхода. Они станут фокусом и якорем договора.

— Кольца? Какие? Простые золотые?

— Нет. Нужны не простые, а зачарованные, способные удерживать и проводить частицы наших сущностей. Их нужно будет изготовить специально для нас. И для этого нужен лучший мастер по работе с драгоценными металлами и магическими сплавами во всём королевстве. Его зовут Скромник. Он гном, живёт и работает в рудниках Синих гор.

— Скромник? — имя отозвалось в памяти глухим, далёким эхом. Сказка, которую я читала в детстве… или смотрела мультфильм? — У него… нет ли у него, случайно, шести братьев?

Ксил откровенно удивился. Его перламутровые глаза расширились.

— Братьев? Нет, — ответил он, и в его голосе прозвучало чистейшее изумление. — У Скромника нет родных братьев. Но… у него есть шесть ближайших друзей. Вместе они составляют знаменитую шахтёрскую семёрку, самую удачливую команду искателей руд и самоцветов во всём Олденире. Они добывают самые редкие самоцветы и выковывают лучшие магические артефакты в стране. Откуда ты… как ты можешь знать о них? Скромник и его команда — мастера-затворники, их имена известны лишь узкому кругу правителей и архимагов.

Вопрос повис в воздухе. Я медленно выдохнула, чувствуя, как реальность вокруг меня снова даёт трещину, обнажая абсурдную, сказочную подкладку.

— Ксил… я читала сказку. В своём мире. Там была злая королева, прекрасная падчерица по имени Белоснежка, отравленное яблоко… и семь гномов, которые спасли её в лесу. Одного из них звали Скромник.

В тумане наступила полная, оглушительная тишина. Ксил смотрел на меня так, будто я только что объявила, что небо зелёное, а трава синяя.

— Расскажи.

И я рассказала. Кратко, по памяти, опуская детали мультфильма, но сохраняя суть. Как злая мачеха приказала отвести Белоснежку в лес и убить. Как слуга пожалел её. Как девочка нашла в лесу домик, принадлежащий семерым гномам-рудокопам. Как они приютили её. Как королева, узнав от волшебного зеркала, что та всё ещё жива и прекраснее её, трижды пыталась убить падчерицу — шнурком, отравленным гребнем и, наконец, отравленным яблоком. Как гномы, вернувшись с работы, нашли её мёртвой и положили в хрустальный гроб. Как принц нашёл её, поцеловал, Белоснежка очнулась, и они поженились. А злую королеву заставили танцевать в раскалённых железных башмаках до смерти.

Я говорила быстро, срывающимся шёпотом, выплёскивая наружу этот кошмар, который преследовал меня с первого дня.

Ксил слушал, не перебивая. Его лицо было непроницаемым. Когда я закончила, он медленно покачал головой.

— Железные башмаки… — он произнёс это с какой-то ледяной, отстранённой усмешкой. — Жестоко. И глупо. Зеркало в той сказке… оно что, просто говорило, кто красивее?

— Да. И всё.

— Какая бесполезная трата демонической сущности, — заметил он, и в его голосе снова зазвучала знакомая горькая ирония. — Правда, старая Моргана частенько задавала мне глупые вопросы. Но всё изменилось.

— Потому что я изменила сюжет, — тихо сказала я.

— Значит, так, — решительно сказал Ксил, и его голос снова обрёл твёрдость. — Тебе нужно будет отправить тайного гонца в Синие горы. С письмом от меня — я дам тебе пароль и знак, которые он поймёт. Заказ должен быть сделан с максимальной секретностью и скоростью. Кольца — ключ ко всему.

— Я сделаю это завтра же, — пообещала я

Я вернулась в свою комнату, чувствуя лёгкое головокружение не только от важности принятого решения, но и от странного облегчения. Секрет, который я так долго носила в себе — знание о сказочной природе этого мира, — был наконец разделён. И не с кем-нибудь, а с самим «волшебным зеркалом», которое оказалось куда человечнее, чем в оригинале.

Перед тем как выйти к ужину, я задержалась у зеркала в прихожей. Белоснежка уже сидела за столом.

— Моргана? — тихо спросила она, когда я села. — Вам лучше?

— Гораздо лучше, спасибо тебе, — я улыбнулась ей. — Ты мне очень помогла.

Она покраснела, но выглядела довольной.

— И ещё, — добавила я, разливая суп. — Скоро твой день рождения. Я, конечно, позабочусь о платьях и празднике. Но я хочу, чтобы ты подумала и сказала мне, чего бы ты хотела особенного? О чём ты мечтаешь? Обещай, что подумаешь всерьёз.

Она задумалась.

— Я подумаю, — серьёзно пообещала она.

Впереди был день рождения маленькой девочки, которая только что впервые проявила заботу. И сложный, опасный ритуал, который навсегда изменит мою жизнь и жизнь того, кто стал моим самым странным и самым ценным союзником.