Измена. Ты (не) узнаешь о нас

Глава 37

Вадим

— Че тебе тут надо⁈ — взвываю, глядя на физиономию этого докторишки.

Хватаю за грудки этого недомерка. Кто он нахрен такой, чтоб постоянно таскаться рядом с Олей? В груди все бурлит от ярости или это…

Нет. Не может быть! С чего бы мне ее ревновать? Она же всего-навсего моя жена по контракту.

Именно. Это исключено, но в животе змеей скручивается тупая собственническая ревность. Я хочу, чтобы Оля была только моей. Она обязана всецело принадлежать мне.

— Хватит, — выкрикивает Оля, вынуждая меня отпустить докторишку. — Прекрати себя так вести. Миша единственный, кто знает, как лечить Марусю! Или ты хочешь сказать, что твоя гордость выше, чем ее жизнь?

Словно грозовое облако, над нами повисает гнетущая тишина. Она права. Кто я такой, чтобы вмешиваться в лечение ее ребенка? Но стальные тиски ревности все сильнее сжимаются в области груди.

— Хорошо, — отступаю на шаг назад и набираю в легкие побольше кислорода, чтобы успокоиться. — Делайте как считаете нужным. А ты, — утыкаюсь пальцем в этого недомерка, — только попробуй не спасти Марусю. Ясно тебе? Я с тебя три шкуры сдеру за нее.

Не в силах находиться рядом с ними, покидаю стены больницы. Мне нужен свежий воздух. Пары глотков будет вполне достаточно, чтобы привести мозги в порядок и смириться.

Нет. Даже не так. Осознать, что этот утырок реально важен для Оли и ее дочери, но какого черта на его месте не я?

Руки так и чешутся сгонять в магазин за пачкой сигарет, но я продолжаю набирать в легкие побольше свежего воздуха и стараться успокоиться. Никотин еще никогда не действовал людям на пользу.

— Надеешься, что так сможешь вернуть Олю?

За моей спиной раздается, до скрежета зубов, знакомый голос. Вот его мне сейчас еще не хватало.

— Что тебе надо? — оборачиваюсь, стискивая зубы до скрежета.

Докторишка стоит, облокотившись о колонну больницы, и непринужденно осматривается вокруг.

— Хотел помочь дружеским советом, но, по всей видимости, тебе это ни к чему.

— Выкладывай, чего хотел. Ты ж явно пошел за мной не для того, чтобы лекции почитать.

— А ты догадливый, — раздражающая улыбка появляется на его губах. Стараюсь держать себя в руках и не двинуть ему по физиономии. За такое меня точно четвертуют. Одна конкретная девица.

— Так и будешь тянуть кота за яйца?

— Ладно, не ори. Вот. Почитай. Это карта Маруси.

— Ты че, иммунолог, раз ставишь ей диагнозы и занимаешься лечением? — злюсь, но карту все же беру. Да, здесь столько страниц за ее крохотную жизнь, сколько в моей карте.

Листаю одну за другой, каждый раз натыкаясь на новые и новые сведения о ее болезни.

— Нет, я не иммунолог, но я врач. Лечащий врач Маруси не может постоянно ездить за нами, но он мой хороший друг и мы всегда с ним на связи.

— Значит, Оля доверяет даже не тебе, а какому-то другому врачу, но при этом отказывается от моей помощи? Ты наверное в курсе, сколько стоит лечение в этой клинике?

— В курсе, но также я знаю, что здесь любят выкачивать бабки из мажоров вроде тебя. А еще ездить им по ушам и вообще, взятки здесь приветствуются в любых проявлениях.

— Разве это имеет значение, если по итогу тебя все равно вылечат?

— Или отправят на тот свет. Не забывай, что ты здоровенный мужик, а Маруся совсем кроха. Ты вообще в курсе, сколько ей потребовалось сил, чтобы пройти этот путь? Посмотри карту внимательнее. Её дочь нуждается в лечении. Ей нужна пересадка костного мозга. Она больна, а ты устраиваешь истерику из-за приступа ревности. Я понимаю, почему Оля так вспылила. Ее дочь в опасности, она может умереть от любой, казалось бы, незначительной простуды, и это не преувеличение. Чуть больше четырех месяцев Оля должна её беречь как зеницу ока. В три года Марусю примут на операцию.

— Кто ты такой, что лезешь не в своё дело? Откуда у тебя вообще столько информации о них? Кто ты? блядь? — ярость, как страшная пелена, затуманивает рассудок. Почему он так хорошо осведомлен?

— Я тот, кто был рядом с ними с самого начала. Тот, благодаря кому сердце её ребенка бьется. С того самого дня, когда Оля впервые попала ко мне на прием. Мы дружили с ней с детства, пока судьба не раскидала нас по разным городам. Мы пошли разными дорогами, но так же, по воле судьбы, мы встретились вновь. Кто-то бы сказал, что я тот идеальный человек, который должен быть рядом с ней и держать ее руку, но я прекрасно осознаю, что это не так. Она все время тянется к тебе. Как бы сильно ты ее ни отталкивал, она вновь идет за тобой. Даже сейчас. Ей не стоило принимать твое предложение, но она приняла его. Знала, что будет трудно, но согласилась. Да, бабки многое решают в жизни, но поверь. Дело здесь не только в них.

Три года. Марусе три года. Ольга наверняка мне изменяла. Сука! От этого осознания кишки сворачивает. Почему? Зачем она так со мной поступила? Или я чего-то не вижу? В груди зарождается неприятное сомнение. Я чувствую, что здесь не хватает какой-то детали, но какой именно, не могу понять. Она будто лежит на раскрытой ладони, но я никак не могу ее увидеть.

— Что за пургу ты несешь? — поднимаю голову, встречаясь с его встревоженным взглядом.

— Она собиралась сделать аборт.

Мир вокруг меня рушится. Он явно врет. Оля не могла пойти на аборт, она бы никогда в жизни даже не задумалась о таком. У нее же первая отрицательная группа крови. Ей нельзя. Она прекрасно знает, что это может повлечь за собой тяжелые последствия.

Или у нее были куда более веские причины для такого шага?

— Не пудри мне мозги, говори как есть.

Кажется, я совершенно ее не знал, когда она исчезла. И сейчас у меня есть шанс во всем разобраться.

— Тебе не понравится то, что ты услышишь.