Кафедра-4

Глава 14

Особняк купца Болдина, поражающий своей дороговизной и безвкусицей, находился не в самом Петербурге. И этот факт меня сильно порадовал. Изначально хотел в него идти, вызвав к себе Чпока. Но случай с похищением полковника Краснова заставил немного пересмотреть планы. Решил, что пора обкатывать Дуньку в деле.

Тёмной безлунной ночью вместе с мёртвой девкой мы отправились в гости к Болдину. Открыто доехав на извозчике до окраины Петербурга. Далее пошли на своих двоих, обходя полицейские посты на дороге. И мне, и Дуне не составляло труда видеть в темноте, так что особых проблем пеший путь не вызвал.

Добредя до купеческого дома, остановились у забора, за которым слышался лай собак. Наличие сторожевых псов я не учёл. Пришлось действовать экспромтом. Включив ускорение, мы перемахнули через забор и буквально через пару секунд очутились у двери, ведущей на кухню. Осторожно проскользнули мимо храпящего истопника, судя по амбре, хорошо принявшего на грудь, и взлетели по лестнице на второй, хозяйский этаж.

Думал, что на нём окажется хотя бы зачатки охраны. Но на удивление, коридор был пустым. Расслабился Николай Болдин! Видимо, считал себя уже до такой степени важной неприкасаемой фигурой, что не удосужился никаких постов выставить.

Спальня купца нашлась достаточно быстро. Ещё быстрее мы спеленали ничего не понимающего Болдина. Экспресс-допрос я провёл по всем правилам. Моя жертва изначально хотела было кричать, но приставленный к его горлу острый Дунин серп быстро утихомирил купца.

Размяк Болдин за последнее время! Не знаю, был ли он раньше «крепким орешком», но спокойная жизнь за спинами влиятельных покровителей явно разбаловала его. Хватило пяти минут, чтобы купец стал заливаться соловьём.

Все необходимые нам бумаги оказались в тайнике, оборудованном под половицами в кабинете. На время оставив Болдина, мы переместились туда. Но документы забирать не стали.

— Дуня, — приказал я служанке. — Прочитай и всё запомни.

— Запомнила, Родион Иванович, — через минуту отчиталась мёртвая девка.

— Молодец. Теперь сложи их в том же порядке, в котором доставали, и верни в тайник. Чтобы ни у кого не возникло подозрений в том, что информация попала не в те руки.

Вернувшись в спальню, я задумался. Изначально хотел из купчишки тупо выбить схемы транспортировки оружия, а потом устроить пожар. Но уж больно гладко прошла наша вылазка. Нет ни трупов, ни следов борьбы. Жёсткое дознание я провёл тоже аккуратно, исключительно воздействием на болевые точки, без всякого мордобоя.

— Дуня… А вклей-ка в нашего друга бутылку с водкой. Будет сопротивляться — прирежь.

Услышав последнюю фразу, Болдин впечатлился и, кажется, даже с удовольствием вылакал одну из бутылок, что заполняли его обширный бар. Вскоре мужик окончательно окосел и вырубился.

Отточенным движением свернув шею бывшему подельнику Тёмного Князя, я открыл окно. Поставив на подоконник пепельницу, положил в неё прикуренную папиросу. Ну, а дальше тело Болдина совершило полёт со второго этажа.

Дуня же по моему приказу быстро уничтожила в комнате все следы недавно разыгравшейся «трагедии». Теперь я бы почти уверен, что смерть купца примут за несчастный случай. Мол, нализавшись, решил выкурить папироску. Открыл окно и, не удержавшись на заплетающихся ногах, грохнулся вниз. Немудрено после почти литра водяры. Надеюсь, люди Тёмного Князя так всё и воспримут. Тем более сложно заподозрить иное, так как все знали о пагубном пристрастии покойного, а важные бумаги оказались на своих местах.

Не став искушать судьбу, мы через это же самое окно на ускорении покинули усадьбу. Вернувшись в город, я изобразил пьяного в умат барчука, дорвавшегося до свободы. А Дуня — мою служанку, пытающуюся доставить сопротивляющегося хозяина к родителям. Уверен, что извозчик именно так и решил. Высадившись за несколько кварталов от дома, через несколько минут осторожного бега в ускорении добрались до нашей квартиры.

— Как прошло? — вопросом встретила нас встревоженная Вера.

— Замёрз немного, но всё отлично, — успокоил я подругу. — Сделай мне горячего чаю, пока Дуняша вспоминает и записывает добытую информацию.

Уже через час не осталось никаких сомнений, что наша ночная вылазка не прошла зря. Есть схемы движения и даты ближайших караванов с оружием! Осталось лишь наведаться в Москву, чтобы прикарманить и стволы, и денежки!

Немного поспав, отправился в Академию. После занятий меня перехватила княгиня Ярина и отвезла в свой дворец, где уже поджидал полковник Краснов, привычно замаскировавшийся под извозчика. Вместе с Алтайской Ведьмой он долго изучал бумаги покойного, а потом поделился и своей свежей информацией.

— Красиво ты, Родион, всё проделал. Полицейские чины уже облазили дом купчишки и пришли к однозначному выводу, что Болдина неуёмные возлияния погубили. Выпал из окна пьянчужка да расшибся в назидание всем, меры не знающим. Теперь осталось понять, когда в Москве начинать куролесить.

— Ближайший караван в Белокаменную должен прибыть через четыре дня вечером. Ещё два — на следующий день после этого, — пояснил я. — Дальше намечается трёхнедельное затишье в поставках. Первые три партии однозначно прибудут по уже утверждённой схеме, а вот дальше оружейные бароны могут изменить планы доставки. Не исключено, что решат подстраховаться после гибели Болдина, так что медлить не стоит.

— Резонно. Кого с собой возьмёшь? Или опять в одиночку направишься?

— Прикинул и понял, что без помощников не обойтись. Возьму с собой разбойников из Кузьминок. Они и доставят оружие обратно в Петербург. Вот только как быть с тем караваном, что вы задержать должны? Моих людей нельзя вязать, а то всем станет ясно, кто к московским нападениям руку приложил.

— Значит, дадим им сбежать. А вот парочку мелких сошек из организации Тёмного Князя подкинем. Якобы убиты при задержании. Жирненький такой след оставим для братков московских.

— Прекрасно, — улыбнулся я. — Только после этого придётся устроить зачистку в Кузьминках. Разбойники — народ ненадёжный, поэтому рано или поздно кто-нибудь да проболтается об операции с оружием. Только баб в живых оставим. Хоть и бандитские подстилки, но крови на них нет. К тому же нужны будут свидетели того, что на деревню напали чужаки… Наши местные недруги или московские — ещё не решил. Посмотрим по обстановке.

— Родион, опасно привлекать к такому людей полковника, — нахмурилась Ярина.

— Значит, справлюсь собственными силами. Пора приучать кафедру к крови. Всех студентов, конечно, не возьму, но самым сильным и надёжным устрою боевое крещение. Кстати, Светлана Кузьминична! Я недели на полторы выпаду из учебного процесса, поэтому необходимо прикрыть меня в Академии.

— Поезжай, Родя, — отмахнулась Алтайская Ведьма. — Ректору скажу, что заболел серьёзно. Заодно выбью себе дополнительные часы на преподавание. Уж мне-то академик Горенёв не откажет.

— Спасибо. Значит, прямо сейчас покидаю столицу. Времени в обрез. Ещё и отряд из Кузьминок с собой тащить придётся…

— Ты только не геройствуй там сильно, — на всякий случай дал напутствие Краснов. — А то ведь знаю я тебя! Любишь на грани действовать! Если что сорвётся, улепётывай из Москвы не оглядываясь. Нам тут живые герои нужны, а не там мёртвые.

Заскочив домой и предупредив Веру о долгой отлучке, я направился в Кузьминки. На этот раз меня встретили без неприятных неожиданностей.

— Как дела обстоят? — сразу же потребовал я доклада у Витька.

— Держу в узде, но палку сильно не перегибаю, — ответил он. — Только, Родион, всё сложнее сдерживать народец, привыкший к определённой вольнице. Пока, благодаря Чпоку, мужики ведут себя достаточно тихо. Но, как пить дать, скоро опять бунтовать начнут. Уже на нервяке пару раз поножовщины между собой устраивали.

— Ничего, Витя, недолго им мучиться осталось. Сегодня идём на Москву.

— Надеюсь, не на рынок за калачами? — встрепенулся от моих слов белкогад. — А то, хозяин, я уже со скуки помереть готов! Драки хочется! И колбасы тоже! Копчёной, городской! В ней же не только мясо, но и кости с хрящами перемолотые! Вкуснота…

— Будет вам драка, — пообещал я. — Ну, а с колбасой, Чпок, немного повременить придётся.

Вскоре в доме собрались все представители криминального мира Кузьминок.

— Ну что, братки, застоялись? — сразу же закинул я удочку.

— Есть такое, господин Жук, — ответил один из инициативных под общий поддерживающий гул. — Скоро обабимся совсем.

— Так и думал. Короче, мужики, пора идти на дело, которое я вам давно обещал. Вот только не у нас, а в Москве погулять придётся.

— Отчего ж так далеко переть, господин Жук?

— Куш больно хороший. Там и деньги, и оружие имеются. Не могу сказать, что беспризорные, но когда нас подобное останавливало. Хотя… Кто не желает, тот может дальше коровам хвосты крутить.

Желающих вести мирный крестьянский быт, как я и предполагал, не оказалось. Поэтому только и оставалось, что разбить разбойников на несколько групп, самостоятельно добирающихся под видом крестьянских обозов в Москву. Скопом тащить почти сорок человек подозрительной наружности было бы верхом беспечности. Обязательно на одном из полицейских постов остановят да проверят содержимое саней. А в них под сеном различные стреляющие вещицы спрятаны.

С одной группой отправляюсь я. Другую ведёт Витёк. На третью я поставил одного из наиболее адекватных мужиков. Правда, отдал приказ Чпоку, чтобы тот сопровождал беспризорный обоз и в случае чего вмешался, ликвидировав провалившихся разбойников.

Останавливаясь исключительно для того, чтобы дать лошадям отдых, мы за три дня добрались до Москвы. К счастью, все группы без приключений. Раскидав разбойников по нескольким постоялым дворам и дав им время на отдых, я вместе с Витьком и Чпоком пошли на разведку. Как и ожидалось, все места будущих преступных сделок находились не в самом городе, а на его окраинах. Какие-то пакгаузы и безлюдные полузаброшенные склады.

Вернувшись, составили примерные планы нападений. К сожалению, в них нельзя было учитывать белкогада, так как раны на телах должны быть естественными, нанесёнными людьми, а не зубами непонятной твари. Но наш численный перевес не оставлял никаких сомнений, что справимся с любыми сложностями.

Первый захват каравана с оружием и денег прошёл без сучка и задоринки. Окружив нужный нам склад, подождали, покуда в него прибудут и купцы, и покупатели. Дальше, привыкшие к скрытности мои мужики быстро вырезали всю охрану. Чпок отпер внутренние засовы.

Тут и настал и мой черёд проявить себя во всей красе. Влетев на склад, увидел с дюжину человек. Одни пересчитывали деньги, а другие выгружали из настоящих почтовых карет оружие.

Войдя в ускорение, своим незаменимым Тараканом уничтожил большую часть противников. Старался первыми вырубать тех, кто держал в руках стволы. Лишний шум выстрелов нам не нужен. Вбежавшие следом за мной разбойнички тоже не сплоховали. Хватило пятнадцати секунд, чтобы в живых остались исключительно члены моей команды.

— Деньги при мне побудут, — пояснил я Виктору. — А оружие перегрузи из карет в наши сани. И тела столичных тоже забирай. Оставим только местных бандитов, чтобы сложилось впечатление, будто бы их питерские порешили. Да! Лишние лужи крови уберите! Кареты с собой прихватим!

— Дык, — задумчиво почесав макушку, вклинился один из разбойников, — как же мы одних от других отличим?

— Тупень ты! — ответил Витёк. — Глянь на одежду. Столичные прибыли на почтовых каретах, поэтому одеты в соответствующую форму.

— А ежели кто не был одет?

— Посчитают за естественные потери во время боя, если признают в жмуре чужака. Митяй! Хватит тут умничать! Выносим трупы и ящики, пока лишние глаза поблизости не нарисовались!

Следующий день оказался сложнее. Обе сделки хоть и проходили в одно и то же время, но в разных местах. Пришлось разделиться. Чпок отправился с группой Виктора. А я со своей остался без замечательного открывателя дверей. Проблема…

Конечно, справлюсь с ней, но на это потребуется время. Уверен, торговцы оружием его терять не станут и откроют стрельбу. Народ они резкий, поэтому на каждую опасность реагируют моментально и жёстко.

Выход нашёлся достаточно простой. Я заранее проникаю на склад и заставляю своих подельников забросать меня всяким мусором около выхода. Дожидаюсь воя собаки, обозначавшего, что все наружные посты ликвидированы. Далее тупо выскакиваю, срываю засов на двери, дав нашим доступ на склад, и начинаю резню.

Укутавшись в тёплый тулуп, почти три часа пролежал в своём схроне. Пожалуй, это была самая тяжёлая часть акции. Несмотря на весь свой Дар, при двадцатиградусном морозе постепенно начал превращаться в сосульку. Если бы торговцы задержались хотя бы на час, точно замёрз на фиг!

К счастью, этого не произошло. В назначенное время послышался звук открываемой двери, и началась суета с тихими переговорами. Слов не разобрать, но явно не театральную премьеру народ обсуждает. Не то это место.

На ускорении выскочив из кучи мусора, одновременно скинул тяжёлый, сковывающий движения тулуп и снёс дверной засов. После этого, не останавливаясь, метнул пару припасённых ножей в дальних охранников с оружием и быстро выхваченным Тараканом вспорол горло ближайших. Никто даже пикнуть не успел.

А дальше начался смертельный танец среди живых. Зажатые в одной руке Таракан и запасной пехотный палаш в другой превратились в мельницу, разрубающую своими лопастями любое препятствие на своём пути. Согрелся после вынужденного охлаждения знатно!

Ввалившиеся на склад разбойнички застали лишь мёртвые тела и покрытого с ног до головы кровью своего главаря, возвышающегося над трупами с клинками в руках.

— Люто вы их, господин Жук, — нервно сглотнув, произнёс один из моих подельников. — Прямо скотобойня…

— Времени не было миндальничать, — пояснил я. — И у вас его тоже нет! Быстро мне запасную одежду! И давайте, начинайте убирать столичных жмуриков. Деньги не трогать, оружие на сани! Кто будет филонить, рядом с этими терпилами ляжет!

Два раза повторять свой приказ не пришлось. Через десять минут мы покинули поле боя, направляясь на место встречи с отрядом Витька. Ему повезло меньше. Задание было выполнено, но погиб один из наших, а несколько человек получили лёгкие ранения.

— Без стрельбы не обошлось? — поинтересовался я, отведя товарища в сторону.

— Не обошлось, — признался Виктор. — Замешкались чуток. Но посторонних рядом не наблюдалось. Чпок проверил. Так что ушли тихо и незаметно. Что теперь делать?

— Всё, как и договаривались. Ты со своей и другой группой повезёшь добычу, обходя посты и деревни. Все почтовые кареты, кроме двух, сжечь в глухом месте. Так, чтобы опознать их было невозможно. Тела «почтальонов» тоже куда-нибудь сплавить необходимо.

Я же на оставшихся каретах со своей группой поеду в открытую. Моя задача: попасться на глаза полицейским и вызвать у них интерес. Ну а дальше уже дело техники, везения и профессионализма полковника Краснова.

— Рискуешь, Родион. Может, всё-таки с нами пойдёшь?

— Нет. Необходимо проконтролировать, чтобы кареты с оружием попали в лапы полиции, а мои людишки все успели смыться. Так что сразу в Кузьминках не жди. Явлюсь чуть позже. И за деньгами присматривай. Уж слишком их много везёшь. Соблазн порешить тебя и разбежаться в разные стороны богатыми людьми у разбойников будет очень велик.

— Я присмотрю, — высунув свою мордочку из еловых веток, пообещал белкогад. — Если чего, быстро на голову укорочу хапуг. А ты, хозяин, снова обманул меня. Драку обещал. В результате опять швейцаром подрабатывал, всякие двери открывая.

— Незаменимым швейцаром! — поправил я, желая потешить самолюбие Чпока. — Поверь, я на своём захвате без такого важного помощника словно без рук был. Но зато можешь смело убивать тех, кто позарится на награбленные деньги и оружие.

— Хоть бы позарились! — мечтательно закатил глаза белкогад.

Дав все ценные указания, я попрощался с Виктором и отправился своим путём в сторону столицы. С собой взял лишь пятерых разбойников, облачённых в заштопанную и отстиранную от крови форму почтовых служащих.