Кафедра-4

Глава 24

Услышав последние новости про престолонаследие, я не стал сразу высказывать свои мысли. Незачем их знать большинству из присутствующих. Но после совещания вначале направился к Дарье Аничковой. Отведя её в сторону, чтобы наш разговор никто не смог подслушать, рассказал и о светившем в будущем троне, и о женихе.

— Ничего не имею против, — спокойно заявила Дарья. — Я уже стала частью этого мира, и Роман Хаванский действительно именно тот человек, рядом с которым я должна быть.

— Должна? — переспросил я.

— И хочу тоже, — улыбнулась Дашка. — Наши отношения — это нечто большее, чем сильная симпатия. Сложно объяснить, да и ты вряд ли поймёшь… Мы с Романом связаны в единое целое.

— Отчего же не пойму? Очень даже хорошо тебя понимаю, — возразил я. — У меня с Верой так. Но мы с ней не императорских кровей, поэтому не представляем угрозы. А ты? Мало того, что дочь Тёмного Князя, так ещё и племянница Вечного Императора из другого мира. Не слишком ли гремучий коктейль получается?

— Нет(?) слишком. Родион. Я БЫЛА, — выделила Дарья голосом, — племянницей Вечного. Эти узы разорваны полностью. И я НЕ ЯВЛЯЮСЬ дочерью Тёмного Князя. Во мне лишь кровь имперской династии. И эта кровь говорит, что с такой тварью, как Тёмный Князь, необходимо покончить. Даже ценой собственной жизни.

Ну, а если выживу, то… Знаешь, мне есть что предложить этому миру и своей новой Родине. Знания прошлой жизни ещё остались в моей голове. Впрочем, как и в твоей. С их помощью мы сможем поднять Российскую империю на высокий уровень. И это сейчас говорит не послушная марионетка Миа, а княжна Дарья Аничкова.

Я стала самостоятельным человеком, сбросив ментальные блоки Вечного Императора. Больше уже не хочу власти как таковой. Она лишь один из инструментов, помогающих прожить эту жизнь не зря. Но есть ещё и любовь, и дружба. Ответственность перед близкими людьми. Именно они важнее любых корон.

— Ты повзрослела, — улыбнулся я. — Уже не та соплюха, что когда-то хотела убить Ликвидатора Сидо.

— А ты сам? — испытующе посмотрев мне в глаза, спросила Аничкова. — Разве ты не изменился за этот год?

— Есть такое. Но в отличие от тебя, я не повзрослел, а помолодел. Так что мы теперь действительно стали ровесниками. Как быстро изменил нас этот мир… Что в нём есть такого, чего мы были лишены в прошлой жизни?

— Не знаю, Родион. Но что-то точно есть. И оно помогает раскрыться душе, сбрасывает с неё оковы прошлого. Ты хоть раз был в церкви?

— Не люблю жрецов.

— А я была. И не раз. Ты тоже загляни как-нибудь. Конечно, устройство мира в этой религии достаточно примитивно, но оно отражает самую суть наших изменений. Не сила и способность к разрушению делают нас могущественными, не внутренний эгоизм, а… Знаешь, всё вертится вокруг любви и созидания. Истинное счастье мы получаем, когда разделяем его с иными людьми.

— Ну, я ещё не до такой степени просветлённый, — усмехнулся я.

— Не ври себе, Родя. Ведь не просто же так собираешься идти на почти провальную битву. Рискуешь собой ради других. Почему? Да и вокруг себя внимательно промониторь. Друзья, любимая женщина, соратники. Зачем они нужны тебе? Ради возвышения ты стал частью их судьбы? Ради наживы? Нет, дорогой. Потому что ты научился не только брать у других, но и отдавать себя.

От тупого выживания в теле Родиона Булатова ты перешёл на иной уровень. И в нём невозможно оставаться эмоционально замкнутым одиночкой. Со мной произошло то же самое. Мы уже не бездушные Ликвидаторы, несущие одну лишь смерть. Мы теперь — Творцы, Защитники. И выбрали новый статус не по принуждению, а по велению сердца. Во всяком случае, я — точно. И став императрицей, я продолжу свой путь ради жизни на земле. Ради счастья близких мне людей. Ведь только рядом с ними и я сама могу быть счастлива.

— Допустим, ты права, — не стал спорить я, чувствуя, что в этом пафосном признании Дарьи есть огромная доля истины. — Но всё же стоит откровенно поговорить и с Алтайской Ведьмой. Я не могу понять её мотивов. И не удивлюсь, если они сильно отличаются от твоих возвышенных.

— Есть смысл, — кивнула Аничкова. — Как-то слишком легко эта старая лиса возвысила двух пришельцев.

К княгине Яриной мы попали без труда. Светлана Кузьминична, вопреки моим ожиданиям, не была в гуще событий, а в одиночестве пила чай и любовалась пейзажем за окном.

— Прощаюсь, — тихо сказала она, как только мы вошли в её комнату. — Великое Размытие я не переживу, вот и ловлю последние мгновения этой жизни. Стараюсь запомнить их, прочувствовать. Странно… Вроде за столько годков мне должно было всё опротиветь, а я любуюсь совершенством мира.

— Быть может, вы сгущаете краски? — вежливо возразила Даша.

— Нет, девочка. Не сгущаю. Уже давно чувствую Зов, но держусь из последних сил.

— Зов? — переспросил я.

— Да, Родя. Но не смерти. Тянет куда-то душу, призывает. Мне кажется, что предстоит ещё одно путешествие в иную реальность. Интересно, сохраню ли в нём прошлую личность или грозит полное перерождение? Даже не знаю, что и лучше.

— Вы прямо как Странник Миров. В данном случае — Странница.

— Кто это?

— В нашем прошлом мире есть такая легенда, — за меня пояснила Дарья. — Типа, души некоторых людей умеют разрывать границы реальности, поэтому после смерти не затухают в своём мире, а начинают Вечное Путешествие, раз за разом перерождаясь для великих дел.

— Знатная сказочка.

— А может, и не сказка, — возразил я княгине. — Вы уже были в ином мире, так что дорожка проторена. И с великими делами тоже всё в порядке. Быть активной участницей двух Великих Размытий — такого в земной истории ещё не было. Кстати, мы с Дашей тоже можем оказаться Странниками. Предпосылки для этого есть.

— Дай-то бог… — вздохнула Алтайская Ведьма. — Но ведь вы не легенду рассказать пришли?

— Верно. Почему вы поверили нам? А Аничкову вообще на трон посадить хотите? Не слишком ли рискуете?

— Я скоро сдохну, так что уже ничем не рискую, — незамедлительно пришёл откровенный ответ. — А вот вы рискуете, впрочем, как и все живые, сильно. Отчего обоих приветила? Ты, Родя, должен победить Тёмного Князя. Лишь одно это оправдывает любые риски.

— Могу и проиграть.

— Не исключено. Но иные не выстоят со стопроцентной уверенностью. Так что будем смотреть в будущее с оптимизмом. И если оно наступит, то сразу же появится вторая причина моего хорошего отношения к вам. Вы оба не задумывались, с какого это ляду обзавелись идеальными энергетическими партнёрами в этом мире? Я говорю сейчас про Романа Хаванского и Веру Матье? Допустим, одному из вас могло так повезти, но не обоим. В чём подвох?

— Не знаю, — пожал плечами я. — Выполнение миссии по уничтожению Тёмного Князя только на ум приходит.

— Это лишь первый этап. Коли после него живы останетесь, то начнётся следующий. Когда парень и девушка любят друг друга, то рано или поздно у них дети появляются. У идеальных с энергетической точки зрения пар, да к тому же, когда один из партнёров имеет энергетику иного мира, может получиться очень оригинальное потомство. Подобное, как известно, часто притягивает подобное. И вот уже у ваших детей, внуков или правнуков появятся дети, имеющие общую кровь Аничковых и Булатовых. Дошло?

— То есть дело даже не в нас самих, а в наших гипотетических детях? — быстро поняла всё Дарья. — Новый улучшенный вид одарённых должен появиться на земле?

— Большая вероятность.

— Уверены?

— Да. Но эта уверенность основывается не на моих выводах. Она пришла откровением извне. Такие вещи со мной случаются редко, но всегда воплощались в жизнь. Поэтому сложно их игнорировать.

— Нас снова, как кукол, Высшие силы дёргают за нитки, — нахмурился я. — Нет никакой свободы выбора. Куда пнули, туда и летишь.

— Так откажись от Веры, — усмехнулась Алтайская Ведьма. — Прояви свой «выбор», сломав все планы кукловодов.

— Могу, но не хочу. На кой хрен мне жизнь несчастного человека?

— Вот то-то и оно, Родя. Кстати, и с Тёмным Князем можешь не биться. Договоришься с ним полюбовно, перейдёшь под руку могучей твари и гарантированно получишь не только жизнь, но и часть серьёзной власти. Правда, сам демоном станешь. Но некоторых такие «мелочи» не смущают.

Только вот мне почему-то кажется, что совесть тебе не позволит так поступить. И любовь не позволит, и гордость. Так что да! Высшие силы нас используют, но не управляют, а направляют согласно нашим же желаниям. Симбиоз получается. Просто там, наверху, знают, чем всё примерно может закончиться, а мы слепыми котятами прокладываем свой путь. Или ты хочешь заранее знать будущее?

— Нет, — покачал головой я. — От скуки сдохну, финал зная.

— Верно. Вот и не ной. Всё. Надоели оба. Уходите. Ночью перемещаемся в мой столичный дворец, так что отдохните, сил наберитесь.

— А вы чем займётесь? — поинтересовалась задумчивая Дарья.

— Чаёк допью, пока не остыл… А потом новый заварю. Хочу насладиться последними тихими минутами.

Лишь только стемнело, мы, разбившись на несколько групп, покинули усадьбу Аничковых и вошли в Петербург со всеми мерами предосторожности. Не стоит раньше времени беспокоить Тёмного Князя и его свиту. К утру в огромном дворце Яриных собрался не только третий курс, но и второй с четвёртым тоже.

К моему великому удивлению, прибыл даже ректор факультета Потусторонних Сил академик Горенёв. Князь Хаванский пояснил, что без Вольдемара Владимировича сложно было сплотить всех одарённых Академии. Поэтому заговорщики в последний момент рискнули ему довериться и не прогадали. Пожилой академик с готовностью принял предложение и оказал бесценную помощь в организации тайной отправки студентов во дворец.

Отоспаться нормально ни у кого не получилось. Весь день мы потратили на то, чтобы организовать правильную оборону и в самом особняке, и в прилегающих к нему домах. С последними особенно сложно пришлось, так как архитрудное занятие — выгнать людей из собственных квартир. Но к вечеру с этим тоже справились, где-то запугав строгими жандармами, а где-то тупо арендовав квартиры за огромные деньги.

В самом же дворце Яриных развернулись настоящие учения, на которых специальный отряд жандармерии и студенты третьего курса до седьмого пота оттачивали навыки обороны.

Все успокоились лишь поздно ночью. Конечно, всегда есть что поправить или улучшить, но завтра предстоит тяжёлый бой, поэтому нужно набраться сил, чтобы не выглядеть сонными мухами.

Правда, не у всех получилось забыться в блаженном забытье. Такое счастье перепало лишь нашим вспомогательным отрядам, основная же группа спустилась в подвал дворца. Огромное помещение было от потолка до стен покрыто сложнейшей пентаграммой.

— Давно уже «схемку набросала», — вздохнула Алтайская Ведьма при виде нас. — Почти полгода на это ушло.

— Титанический труд, — с огромным уважением произнёс я. — Но у нас немного изменились реалии.

— Учла их тоже. С утра, скрючившись да по лестницам ползая, вносила в схему коррективы. Спина скоро отвалится и руки отсохнут. Ты, Родя, глянь своими молодыми глазами. Проверь, не напутала ли чего.

Отказываться не стал и почти полтора часа потратил на изучение пентаграммы. Лишь несколько незначительных помарок обнаружил, но даже они могли бы стать критичными в нашей ситуации. Наконец-то всё было приведено в идеальный вид.

— Час до раскрытия Великого размытия, — посмотрев на часы, объявила Светлана Кузьминична. — Ну что, други? Время прощаться. Надеюсь, что все вы выживете. Ну а я… Если тело моё красиво не похороните, то с того света вернусь и прокляну.

— Хороший повод, чтобы похоронить вас самым прескверным образом, — грустно пошутил князь Аничков. — Так вы снова окажетесь с нами.

— Не буди лихо, пока оно тихо, — беззлобно огрызнулась старушка. — Сами-то о завещаниях позаботились?

— Давно, — за всех ответил граф Мозельский. — Из нас половина уже как бы умершие. Господа и дамы! Не знаю, увижу ли вас снова в добром здравии, поэтому хочу сказать сейчас… Я горжусь такими друзьями и соратниками. Уверен, мы победим!

— Обязательно, — кивнул Хаванский. — В хорошей компании иных вариантов и быть не может.

Дальше все стали говорить наперебой, обниматься, жать друг другу руки. Настоящее единение среди людей, годами готовившихся к этому моменту. И, чёрт возьми, приятно быть рядом с ними!

— Время! К бою, господа! — посерьёзнев, произнесла Алтайская ведьма, усаживаясь в кресло посреди пентаграммы и жестом приглашая Веру сесть рядом.

Тут же Дуня, наш единственный личный телохранитель, замерла у входа со своим серебряным серпом на изготовку. Мы же легли на пол в своих, строго отведённых в схеме местах. Чпок, свернувшись калачиком, устроился у меня на груди.

Княгиня Ярина замерла и прикрыла глаза. Сначала ничего не происходило. Лишь только каменные плиты пола холодили спину. Ненавижу ждать. Последние минуты перед сражением всегда самые мерзкие.

Внезапно Алтайская Ведьма открыла глаза и прохрипела не своим голосом.

— Поганый возродился. Начинается…

Тут же пентаграмма вспыхнула ярким зелёным огнём, и тысячи иголок впились в мою кожу. Мир перестал существовать. Меня несло куда-то по длинному серому туннелю. Голова кружилась, в груди застрял тошнотворный комок. Стены туннеля закончились внезапно, и я начал падать с огромной высоты. Земля всё ближе и ближе. Неужели Алтайская Ведьма ошиблась, и я сейчас разобьюсь⁈

— А-а-а-а! — не выдержав разочарования, заорал я, готовясь расшибиться в лепёшку.

Заорал и… очнулся. Пытаясь сфокусировать зрение, встал на ноги. Болят колени и жутко ноет правое плечо. То самое, в которое когда-то был ранен Ликвидатор Сидо. Блин! Словно снова стал стариком, резко утратив молодость. И как в таком состоянии биться?

— Я знал, что ты когда-нибудь вернёшься, — раздался за спиной такой знакомый голос Вечного Императора. — И перестань уже показывать свой голый зад. Это невежливо, особенно по отношению к своему господину.

Не веря в происходящее, я осторожно повернулся. Нет. Этого не может быть. Это галлюцинация, морок. Я снова стар и нахожусь рядом с Вечным Императором, вальяжно расположившимся на троне с Мечом Душ в правой руке.

— Чего так удивлённо смотришь? Думаешь, что я плод твоего воображения, Сидо? Должен разочаровать. Ты вернулся туда, откуда пытался сбежать. Круг замкнулся, слуга. И теперь лишь я в состоянии разомкнуть его.

— Как? Почему? — почти простонал я, осознав реальность происходящего.

— Верные вопросы, Сидо. Нельзя разорвать связь с Мечом Душ без разрешения его владельца. Но и вернуть тебя я не в состоянии. Значит, ты это сделал сам, подключившись к артефакту без моего участия. Странности… Не находишь?

— Я должен был оказаться не здесь, Вечный. В межреальности.

— Что ты там забыл, смертный?

— Чтобы сразиться с Сущностью из Преисподней… Из Иного Тумана, как говорят у нас. Высший демон хочет поработить мир, очень похожий на наш.

— Даже так? — удивился Император. — Получается, что ты уже проиграл, даже не начав бой. Это не Высший, а Архидемон. Его нельзя убить. Во всяком случае, человеку точно такое не под силу.

— Но ты же когда-то убил? — осмелился я перечить Вечному.

— Нет. Всего лишь заточил его. Догадаешься куда?

— В собственное тело?

— Почти, Сидо. В Меч Душ. И не спрашивай, как это случилось. Мне помогли. Но цена за эту помощь оказалась страшной. Чтобы Архидемон не выбрался из тюрьмы, мне приходится постоянно подпитывать его человеческой энергией. И себя тоже. Ибо пока жив Вечный Император, существует Меч Душ. Так что я давно превратился в энергетического вампира. Убийцей самых сильных одарённых. А их остаётся всё меньше и меньше. Приходится чуть ли не разводить вас, словно животных на ферме. А потом, когда полностью войдёте в силу, забивать. Но иного выхода нет. Иначе погибнут не сотни, а миллионы людей.

— Не лги мне, Вечный, — усмехнулся я, понимая, что часы, а то и минуты моей жизни сочтены. — При таком раскладе ты бы не передал Меч в чужие руки. Но я видел его у ликвидатора Миа.

— Резонно, Сидо, — довольно кивнул император. — Смотрю, ты не растерял свой острый ум. Беда в том, что я больше не могу никого убить. Исключительно чужими руками. Мне нельзя пропускать смерть через себя и Меч Душ одновременно. Иначе Архидемон сольётся с моим сознанием. Приходится выкручиваться. Но за две тысячи лет схема отработана до совершенства.

— Получается, что ты стал не меньшей тварью, чем твой узник.

— Это тяжёлая ноша, Сидо. Если бы тогда, перед боем с Архидемоном, я знал, что ожидает меня в будущем, то вряд ли согласился. Лучше подохнуть, чем ощущать себя тем, во что я выродился.

Поэтому ты должен быть благодарен мне за то, что избежал участи стать всемогущей Сущностью, веками восседающей на троне и пожирающий всех, кто рядом. Я подарю тебе лёгкую смерть.

— В той Реальности несколько раз отбивали атаки Тёмного Князя… Архидемона. Поэтому, Вечный, извини, но благодарности к тебе не испытываю. Быть может, ты лишил меня очередной победы.

— Несколько раз? — мгновенно собрался Император. — Рассказывай!