Кайрин 1. Черная дюжина

Глава 17 Братья

Корн подошел к проверяющим на третьем этаже, нахмурил брови:

— Вы двое, видели здесь невысокого парня в черном, с растрепанной белой шевелюрой? — спросил он.

Двое мужчин переглянулись, и это не осталось незамеченным.

— Я не помню таких… — проговорил тот, что был помладше.

— Прости, Корн, мы не можем запомнить всех, кто проходит мимо нас, — печально улыбнулся второй, что постарше.

— Издеваетесь? — капитан сжал кулак перед лицом говорившего блондина, огонь побежал по предплечью, сконцентрировался на кисти. — И то, что вы переглядываетесь, говорит как раз об этом… Да? Вы из меня идиота делаете?

— Корн, — мужчина отступил от горящего кулака, — ты переходишь все границы. Нам придется доложить директору.

— Докладывайте, — ухмыльнулся капитан. — Сразу, как он вернется, — он сжал второй кулак, его обволокла магия воды, завращалась вихрем. — А пока я хочу знать, где мой подопечный, что пошел в хранилище и пропал.

— Мы не можем сказать, даже если бы хотели, — вступился за коллегу младший.

— Заткнись, — шикнул на него старший и ответил капитану: — У нас приказ.

Корн соединил кулаки, и магия огня и воды слилась, превращаясь в жидкий огненный вихрь. Проверящих обдало жаром, они сглотнули.

— Проверь в камерах, — тихо шепнул старший, — не вмешивай нас в это.

— Отлично, — улыбнулся Корн, — так бы сразу, — он рассеял магию и пошел вниз.

— У нас будут проблемы? — спросил младший.

— Да кто его разберет, кого нам слушаться в отсутствие директора, — он осмотрел свой серый костюм на предмет подпалин. — К тому же никто из братьев не говорил, что нам нельзя рассказывать о том, где белобрысый. Так что остается надеяться, что этот чокнутый не разрушит там все. Вот тогда мы точно окажемся виноватыми…

Спине было жестко и холодно, все тело казалось огромным булыжником, который невозможно передвинуть даже чуть-чуть. Откуда-то доносились голоса.

— Думаешь, это правда он? — звонкий голос Хэя был приглушен, будто он старался говорить негромко.

— Как я могу судить? Я только по твоим словам знаю, что у него нет ни памяти, ни магии, и что ведет он себя подозрительно. Пока все факты против… — сказал незнакомый мужской голос, владелец которого не слишком старался беречь мой сон.

— Но ты посмотри, он — вылитый Кай, только волосы белые… И я не чувствую магию изменения.

— Да, я тоже не чувствую — вообще никакой магии. В том-то и проблема, что у Кайрина она была, и не просто магия…

«Кайрина! Он сказал мое полное имя, ошибки быть не может!»

— О, он шевелится… — голос Хэя донесся ближе.

Я и правда шевельнулся. Случайно. Я бы не отказался послушать их разговор дальше, потому проклинал непослушное тело, которое еще не вернулось в норму и двигалось даже без сигнала от мозга.

Похоже, второй — мой брат, что на пять лет старше. И, судя по одному из воспоминаний, именно он виновен в потере моей памяти и явно сделал со мной нечто ужасное. По поведению Хэя похоже, что он об этом ничего не знает. Значит притворюсь, что я тоже не знаю… Главное — сыграть убедительно.

Я открыл глаза и приподнялся с пола. Этот раздражающий парень…

Помимо Хэя в небольшой камере находился пятый капитан. Я запомнил его еще с того раза, когда он активировал артефакт для первокурсников. Серые глаза, непримечательное, но и не отталкивающее лицо, черные волосы чуть ниже плеч и аккуратно сидящая черная форма с вышитым сбоку на груди гербом Ниро. Сравнил с образом из воспоминаний: да, он и есть, Мао. Даже педантичность в одежде никуда не делась.

Он молча меня рассматривал — так же, как и я его. А я напоминал себе, что не подозреваю его ни в чем. Что просто не помню…

— Эм… — неловко прервал наши гляделки Хэй. — Мы нашли артефакт, что поможет нам подтвердить или опровергнуть наше родство.

— Это хорошо. Мне здесь не понравилось спать, — сипло проговорил я и улыбнулся.

В камере не было даже кровати, просто голый пол и стены из хелиропа. Ну и еще дырка в полу понятного назначения. Окон не было, и освещение поступало от искрящегося под потолком фиолетового шара молний.

Если правильно помню, у Хэя молния голубая, значит, это шар старшего брата. Так странно… Ведь для меня они незнакомцы.

Хэй улыбнулся на мою реплику.

— Вроде хамит как обычно, — сказал пятый капитан. — С другой стороны, чего гадать, когда у нас есть способ проверить.

— Позволь, я активирую! — вызвался Хэй. Мао поморщился, но возражать не стал. Хэй уже взял в руки конструкцию, похожую на большую уродливую воронку, стоящую на подставке.

— Когда я капну кровь, она засветится определенным цветом. Если ты — мой родной брат, то, когда капнешь вслед за мной, она засветится тем же цветом. А если нет — другим, — и глухо прошептал: — Надеюсь, ты и правда не обманываешь.

Хэй вытащил из кармана нож и порезал палец, поднес его к воронке и капнул кровью на керамическую поверхность. Черная воронка засветилась голубым. Точно тот же цвет, как у его молнии.

«Что ж, надеюсь, артефакт рабочий и исправный, — я мельком глянул на Мао. — Очень надеюсь… Ведь он мог специально отыскать сломанный».

Я использовал вэ, чтобы заострить ноготь, поскольку ножа мне никто не предложил, и повторил действия брата. Капля набухла алым шариком и скользнула вниз, попав рядом с тем местом, где ранее была кровь Хэя.

Вдруг дверь в камеру распахнулась, будто ее кто-то выбил заклинанием. Но все мы даже не повернули головы, потому что не могли оторвать взгляд от капли, что исчезла, впитавшись в воронку. Она приобрела почти такой же голубой цвет, как раньше, но с зеленым оттенком.

— Это другой цвет или тот же? — спросил Хэй.

— Что за? — послышался от двери знакомый голос.

Я обернулся и увидел Корна, присыпанного пылью, будто от взрыва.

— Что ты здесь забыл? — нахмурился Мао.

— Да ладно… — пробормотал куратор, подходя к Хэю и не отрывая от него взгляда. Он потянул его за рукав, открывая черный браслет с четырьмя белыми полосами, постучал по нему. — Настоящий, — Хэй в это время настороженно смотрел на странного типа, не шевелясь. Корн перевел взгляд на меня, я показал ему свой, без полос. Он ухмыльнулся: — Удивительно… вот это поворот. Так вы братья?

Мы уставились на воронку.

— А ты разбираешься в цветах артефакта? — я вспомнил его предполагаемые отношения с Массвэлами. Он определенно должен понимать в магических штучках. — А то мы не можем понять: если изменился оттенок, что это значит?

— Так вы эту древнюю штуку для этого вытащили… — хмыкнул Корн. — Тут все просто. Пусть тот, кто еще не использовал артефакт, капнет кровью.

— Чего это ты раскомандовался… — недовольно проговорил Мао. Тем не менее взял нож Хэя и, порезав палец, капнул кровью в воронку.

Та осталась голубого цвета, но чуть потемнела.

— Ну а теперь я, для сравнения, — Корн удлинил ноготь и порезал палец. Демон! Когда он этому научился? Он увидел мое выражение лица и подмигнул.

Капля долетела до воронки, и цвет резко изменился на красный, словно кровь заволокла всю ее поверхность.

— Вопросы? Или можно вас поздравлять? — улыбнулся Корн.

— Кайрин! — с воплем ко мне бросился Хэй, обнимая так, будто пытался задушить.

— Полегче, — постучал я его по спине, надеясь, что его силы не хватит, чтобы раздавить мои ребра.

— Кай-рин! Кай-рин, Кай… рин, — вспомнил он, что я просил так не называть меня. — Мы думали ты уме-е-е-ер! — Он все еще не отпускал меня, продолжая душить.

«Не ты ли меня недавно убить пытался?» — подумал я.

— А его как зовут? — спросил Корн у Мао.

— Хэйрин. Я о нем тебе рассказывал, — ответил ему старший брат.

«Стоп, они так общаются, будто хорошо друг друга знают. Неужели все капитаны дружат?»

— А, точно! — Хэй наконец-то разжал объятия, и я смог вдохнуть. — Как нас зовут-то, ты помнил? — спохватился он.

— Эм… Прости, — я опустил голову. Если я ничего не вспомнил, значит, не знаю, как их зовут. И надеюсь, что Корн не учует ложь и не испортит мне все. В конце концов, я не врал, а просто извинялся.

— Как ты уже понял, я Хэйрин. А это Мао, — Хэй печально вздохнул, но постарался улыбнуться и продолжил: — Не страшно. Я уверен, что ты все вспомнишь, — приободрил он меня и повернулся к Мао. — Кайрин не хочет, чтобы его называли Каем… Так что давай будем его звать полным именем.

Мао кивнул. Кажется, ему было вообще все равно. Странная реакция на появление младшего брата, особенно, если вспомнить, что он со мной сотворил… Хотя этого я как раз помнить и не мог.

— Так что же случилось с твоей магией? — спросил он то, что его, похоже, действительно волновало.

— Без понятия. На моей памяти я ей не владел, — ответил я, разводя руками и подавляя гнев, стараясь сохранять спокойствие.

— Верно, — подтвердил Корн. — Что мы только ни пытались сделать, бесполезно. Ничего не помогает. Его даже состояние на грани жизни и смерти не берет…

— Чего? — испугался Хэйрин. — Ты чего это с ним делал? Что значит состояние на грани жизни, ты его убить пытался⁈ Откуда вы вообще знакомы?

— Он мой куратор, — пояснил я. — А вы откуда… — я махнул в сторону Мао и Корна.

— А Мао был моим, — ухмыльнулся Корн. — Я, кстати, не понял, почему вы утащили моего подопечного в камеру? Что это за отношение к родному брату? — поднял он бровь. Я удивился, что он вообще пошел меня искать, а еще он назвал меня подопечным…

— Кайрин, прости, пожалуйста, — Хэй схватил меня за руки и, кажется, собирался расплакаться, — я не хотел… Я просто не был уверен… — похоже, он действительно раскаивался в своем неадекватном поведении, но в моей памяти еще был свеж его разъяренный образ, когда он нападал на меня с обнаженным мечом.

— Не переживай, — улыбнулся ему, — я все понимаю. С чего бы тебе сразу мне верить?

— Это проблема, — перебил нас Мао, — то, что у него нет магии.

— Через месяц экзамен для немагов, — добавил Корн, обращаясь ко мне. — Ты вылетишь из Академии, если не откроешь к тому времени стихию.

— Я против принятия его в семью, если он не откроет стихию, — серьезно проговорил Мао. Кажется, он даже не пытался притвориться, что рад мне.

Корн в одно мгновение стал серьезным и посмотрел на меня с сочувствием. Чего это он?

— Но брат… — запротестовал Хэйрин. Мао его перебил:

— Это будет абсолютно бесполезно! Ты и сам должен понимать, — разозлился он на то, что тот хотел меня защитить, — мы не можем опозориться!

Наступило неловкое молчание. Его нарушил Корн:

— Думаю, это не мое дело, — он вышел из камеры.

— А почему он был в пыли, будто снес стену? — спросил Хэй, но вопрос повис в воздухе без ответа.

— Во-первых, вы двое не должны видеться. Во-вторых, Хэйрин, по возможности не показывай свое лицо. А теперь мне нужно кое-что обсудить с твоим братом, иди, — размеренно проговорил Мао, на его лице застыла безэмоциональная маска. Я вздрогнул, мне нельзя оставаться с ним наедине, тем более в такой обстановке…

— Что? — Хэйрин явно не хотел его слушаться, но, похоже, слишком привык это делать. — Почему я не могу видеться…

— Ты перечишь мне? — голос Мао и так не был теплым, но теперь им можно было замораживать.

— Нет, я не… — Хэй, не договорив и даже не глядя на меня, поспешил выйти из камеры.

«Это плохо… Этот тип может просто попытаться избавиться от меня».

Мы остались вдвоем. Я очень хотел отойти от него подальше, но это бы выдало мои подозрения, и я стоял перед ним абсолютно беспомощный. Мой белый меч лежал в углу комнаты, и не было никакой возможности его достать. Я стоял и наивно улыбался, будто был рад встрече, а сердце бешено бухало о ребра. Я ждал его слов или действий, как приговора.

— С тобой заключим договор, — медленно сказал он, взглянув на меня. Стоило больших трудов встретить пронизывающий взгляд серых глаз, не отводя свой и не вздрогнув. — Если ты не откроешь стихию до экзамена, ты исчезнешь из жизни нашей семьи. Так, чтобы тебя никто никогда не нашел. Ты меня понял?

Я отразил на лице удивление, разочарование, страх и недовольство:

— С чего бы мне идти на столь невыгодное соглашение? Что я получу, если сдам экзамен? — я был напряжен, как натянутая тетива. Но я не могу с ним бороться, и вся охрана на его стороне.

— Мое содействие во вступлении в нашу семью, — он не отрывал взгляда от меня, ловя малейшую эмоцию.

— Если у меня будет магия, то зачем мне твоя помощь? Меня ведь тогда и так возьмут? — улыбнулся я.

— И что же ты хочешь? — он нахмурился. — Надеюсь, ты понимаешь, что у тебя не слишком выгодная позиция для торга?

— Хочу, чтобы вдобавок к помощи по вступлению в семью ты оказал мне услугу или ответил правдиво на один вопрос, — я смотрел в его спокойные глаза и заметил едва мелькнувшее колебание.

«Да, мне было бы очень интересно узнать, что ты со мной сделал. И, главное, зачем?»

— Пусть будет так. Но если ты не пройдешь экзамен, я не хочу тебя видеть. Никогда, — он вытащил бумагу для договора и начал писать.

«Так вот от кого у Корна привычка носить эту бумагу с собой!»

Мы поставили подписи и забрали по экземпляру. В документе отдельно было указано, что о нем никто не должен знать. Но хорошо уже то, что Мао меня не решился убить здесь и сейчас. Спасибо вам, Корн и Хэй…

Я бы с удовольствием ничего не подписывал, но у меня не было вариантов. Сложно представить, что бы со мной в противном случае сделал этот «старший брат». Все-таки он считается самым сильным среди учеников Академии, а это значит, что он сильнее Корна. Если честно, это даже представить сложно.

Кажется, он был бы рад от меня избавиться прямо сейчас, но мне повезло, что я первым наткнулся на Хэя, а не на него. А то, что нас увидел Корн, — моя дополнительная страховка.

Остается только открыть стихию. Если я не успею исполнить свою часть договора или исчезнуть, более чем уверен, что меня попытаются убить. Ведь тогда я точно никогда не помешаю Мао и ни о чем не расскажу.

Если честно, мне не то чтобы очень хотелось в эту сумасшедшую семейку, о которой я и помнил всего ничего, но уже то, что узнал, не вдохновляло. Хотя быть частью одной из могущественных семей… Да я и не мечтал о таком! И, только будучи в ней, я смогу хоть как-то защититься от «любимого старшего брата».

Вот повезло-то!

Но я так и не понял, почему меня не было в реестре…

Поскольку тренировки дюжин совсем не помогали открыть стихию и скорее были направлены на работу с ней, я решил их нагло прогуливать. Корн уже не имел безопасных для жизни идей, как мне помочь, а в связи с открытием, что я из семьи Ниро, и вовсе с удивлением на меня посмотрел, когда я спросил его об этом. Мол, откуда он может знать, как наши магию осваивают, и посоветовал поинтересоваться у братьев…

А пойти к ним я не мог. Потому что один из них лелеял надежду избавиться от меня, а второй его во всем слушался. Вот и не оставалось мне ничего иного, кроме как экспериментировать самостоятельно.

Эта странная идея пришла ко мне, пока я рассматривал белое лезвие нового меча. Когда я вытаскивал его из ножен, магия проникала в меня и мне казалось, что я могу управлять потоками воздуха. Но, увы, это была лишь иллюзия.

В итоге я решил проверить одну маловероятную, но такую заманчивую возможность. Ведь когда я прочел старинное заклинание для открытия стихии, я видел сон, в котором играл с ветром. И тогда я произнес его имя… Не то чтобы я действительно верил, что сон волшебный, но попытаться все же стоило. В моем положении любой шанс, даже призрачный, лучше, чем ничего.

Я понуро брел по коридорам Академии и рассуждал: если это имя дэва, то у меня был шанс призвать его и заключить контракт. Хотя я, возможно, выдаю желаемое за действительное. Ведь духи очень требовательны к выбору мага, и у каждого свои запросы. Увы, все они сходятся в том, что предпочитают людей, в совершенстве владеющих их стихией. То есть контракт с существом иного плана— скорее последний этап овладения магией, чем первый. Так что шансы мои были, скажем, так себе…

К сожалению, с момента поступления в Академию максимум, чего я достиг, — контроль энергии внутри тела. Я могу немного ускориться и добиться большей силы, чем у обычного человека, слегка усилить регенерацию, но это предел. И если бы я не знал, что уже пользовался магией в детстве, то даже при угрозе Мао не заключил бы договор. Но если я ей уже пользовался, то должен восстановить навык довольно просто. Странно, что до сих пор этого так и не произошло.

Выйдя на улицу, я почувствовал запахи цветов, напомнившие мне сон. Поскольку моей целью было вспомнить его максимально четко, я последовал порыву и бегом бросился по извилистым дорожкам, ощущая мягкое сопротивление воздуха. Встречающиеся студенты с недоумением на меня поглядывали, но быстро отворачивались, увидев черный костюм.

Я перешел на шаг и с удовольствием вдыхал сладкий аромат редких цветов. Их привезли из разных точек Этеррии*, и они бы вряд ли прижились здесь, если бы не маги земли. Как красочно! Раньше я не обращал внимания, но ребята потрудились на славу. Ярко-розовые и небесно-голубые цветы гармонично соседствовали друг с другом и росли вдоль белокаменной дорожки. Дальше от тропинки виднелась зеленая с синеватым отливом трава. Она тоже имела запах, более нейтральный и свежий, напоминающий лес. Дорожки же раскинулись тонкой паутиной, охватывающей всю Академию.

(Этеррия* — название мира).

Во сне природа поражала. Казалось, что в каждой веточке, в каждом листике обитает собственное сознание. Я приглядывался к окружающим растениям и пытался воспроизвести те ощущения. Сначала ничего не получалось, но потом я начал улавливать нечто: как будто все стало более объемным…

Ветер почти не дул. Погода на территории Академии регулировалась искусственно, здесь всегда тепло и зелено. А жаль, сегодня я бы не отказался от урагана. Все же я хочу заинтересовать духа ветра, а для этого буря была идеальным условием.

Я дошел до края острова, дорожка оборвалась. Деревья показались стражами, оберегающими глупых своевольных студентов от опасности. Дальше не следовало ходить: резкие порывы ветра налетали снизу, набрасываясь на ничего не подозревающую жертву, и могли унести в пропасть. Но сегодня они-то мне и нужны. Я двинулся дальше по сине-зеленой траве. Похоже, ее совсем недавно стригли, или что вместо этого делают маги…

Идти было легко. Совсем не так как во сне, когда я прорывался сквозь черные ветви. Послышалось завывание, деревья расступились, показался просвет, и я увидел обрыв. Ветер с силой забил в лицо резкими порывами, я закрыл голову руками и сделал еще несколько шагов.

Я стоял на краю обрыва. Не удержался и посмотрел вниз. Ох, высоко! Разве может быть так высоко? Внизу еле виднелись зеленые пятна леса и какие-то серые клочки. Камни? Хотя я не разглядывал — страшно. Но и оторвать взгляд от захватывающего зрелища было непросто, пришлось приложить усилия.

«Я стою на краю и любуюсь красотами?»

Осознание этого привело меня в порядок. Не хотелось бы покончить с жизнью так глупо, да и вообще, заканчивать ее не входило в мои ближайшие планы. Я отошел на чуть подрагивающих ногах назад.

Вздохнул, успокаиваясь и сосредотачиваясь, вспомнил базовую печать заклинания призыва. Все-таки повезло мне с памятью: перед глазами четко сформировался затейливый узор круглой печати. Чертить его полагалось магией. Я чувствовал себя несколько неуютно от того, что делал такую глупость: пытался призвать духа не то что после освоения покрова, а вообще ни разу не воспользовавшись стихией. С другой стороны, да и ладно. Никто же не видит… Я огляделся на всякий случай. А вдруг получится?

Нашел место, свободное от травы, и тут же подобранной веточкой скрупулезно вывел на земле магическую печать. Идеально. С таким глазомером из меня получился бы шикарный маг. Если бы… Ну да.

Раз стихии во мне пока нет, остается только вливать чистую энергию. Которую я даже не могу вывести из тела. В моей голове появилось очевидное решение проблемы: кровавый обряд? Бррр. Но… Пока в линиях не течет магия, они — просто рисунок на земле!

Попробую-ка я сначала без кровопотери…

Я присел на корточки и прикоснулся к краю круга.

— Ха-ру! — эхом загуляли отзвуки моего голоса.

Ничего. Даже ветер не изменил направление. Все-таки придется добавить кровь. Я сконцентрировался на энергии, текущей по моему телу, направил ее к указательному пальцу правой руки, с помощью вэ укрепил ноготь и, поморщившись, порезал левое запястье.

Циркулировавшая ранее энергия бордовыми каплями заструилась на печать. Получилось не то чтобы идеально, все-таки кровь — не стилус. Но в итоге все линии были окрашены, а я стал затягивать порез вэ.

— Хару! — вновь позвал я.

И опять нет ответа. Но… Показалось? Или ветер стал чуть сильнее? Кажется, моих сил все же недостаточно. Даже жаль, мне хотелось бы пообщаться с таким дружелюбным созданием еще раз. Я вспомнил сцену из сна, где потоки воздуха игриво бросали мои волосы из стороны в сторону.

— Хару… — тихо сказал я вслух. Печать засветилась светло-зеленым. Получилось?

Ветер закружил вокруг бешеным водоворотом, толкая то вперед, то назад, подлетел вверх и ринулся вниз, прямо на меня, и вошел внутрь тела.