Красный Корпус III

Глава 25

У лазарета мы оказались не первые. Кутузов как раз выходил из здания с пакетом в руке, где лежала одежда с мероприятия Шуйского. На лице парня было какое-то одухотворенное выражение, играла лёгкая улыбка, а глаза будто взирали на мир по-новому.

— Кирилл! — бросилась к нему на шею Айрис, крепко прижавшись. — Наконец-то!

— Ну чего ты, дорогая, — мягко приобнял её Кутузов. — Теперь всё хорошо. Привет, ребята, — кивнул он своим парням и заметил нас. — И вам тоже, друзья.

— Ты как, командир? — подался вперёд Алексей, целитель из группы княжича. — Помощь нужна какая? Ты только скажи, мы с парнями…

— Нет-нет, — покачал головой Кирилл, вдыхая аромат волос Айрис и продолжая улыбаться. — Правда, всё хорошо.

Мои ребята подошли ближе и сразу же стали расспрашивать Кутузова о его здоровье, коме и последующей реабилитации. Я же стоял чуть позади и внимательно слушал, рассматривая Кирилла и про себя улыбаясь.

Он стал сильнее. Это почти незаметно, едва ощутимо лишь на очень тонких энергетических потоках, но его аура изменилась. Стала плотнее, насыщеннее. Часть моей искры, что спасла ему жизнь и помогла в коме, сделала своё дело полностью. Раскрыла предел его потенциала, расширила его. Насколько сильно — ещё стоило проверить.

— Что сказали целители? Тебе пока нельзя на задания, Кирилл? — поинтересовалась Аврора, когда с благодарностями было покончено. Всё же он спас жизнь Толику и Альбине.

Мы отошли чуть подальше от лазарета, дабы не мешаться у входа. Здесь как раз были скамейки для тех, кому разрешено прогуляться и подышать свежим воздухом.

— Пока что дали время на восстановление, — пожал плечами Кутузов, а его девушка настойчиво забрала пакет с вещами, получив за это лёгкую улыбку и любовь, отражённую во взгляде. — Меня выписали, но реабилитация не закончилась. Мне ещё нужно посещать назначенные процедуры. Но ладно обо мне, вы как тут? До меня доходили только слухи и каждый из них был… не слишком хорошим.

Парни из его команды переглянулись между собой, Айрис не торопилась с ответом, да и мои ребята тоже как-то притихли.

— Кгхм, командир, — взял слово Макс. — А что тебе вообще говорили?

На лицо Кутузова набежала тень, из груди вырвался тяжёлый, словно болезненный вздох.

— Сергей погиб, — начал он, оглядев наши лица. — Это первое, что мне сказали. Жаль, он был хорошим человеком, другом и воином. Наши родители дружили, да и мы тоже… с детства.

— Его похороны уже прошли, — тихо дополнила Айрис.

— Да, я знаю, — помассировал Кутузов переносицу. — Надо будет отпроситься, посетить его могилу в Москве. Да и отцу его с матушкой позвонить, только я пока не знаю, что скажу им. Скорее всего мой отец уже сделал это, но мне тоже нужно. Было бы правильнее приехать к ним, но…

— Мы понимаем, Кирилл, — кивнул Толик, незаметно для всех, но не для меня, сжав кулак до белых костяшек пальцев. — И если есть возможность договорится, я бы хотел поехать вместе с тобой.

— Я тоже, — поддержала его Альбина. — Сергей спас нас. Прикрыл собой. Хочется хотя бы как-то… ну… проститься.

— Спасибо, ребята, — улыбнулся Кутузов и неожиданно для всех выдал: — Это правильно, но это не конец.

— Ты о чём, дорогой? — не поняла Айрис.

Я почесал шею высунувшегося Асхана и промолчал. Правда, мелкий сразу же вылез и попросился на землю, пришлось отпустить погулять. Всё равно далеко не убежит, бывает накатывает на него.

— О том, что смерть лишь шаг дальше, — посмотрел Кирилл на чистое, безоблачное небо. Голос его неуловимо изменился, словно стал принадлежать повидавшему многое за свою жизнь старцу. — Когда я был в коме, то мне было откровение. Поначалу я думал, что это кошмар. Я видел, — сделал он паузу и выдохнул. — Как погибали целые миры…

Возле занятой нами скамейки образовалась звенящая тишина. Макс и Лёша выпучили глаза от таких слов и недоуменно переглянулись, Сергей нахмурил кустистые брови, а Айрис несколько раз моргнула. Мои же ребята отреагировали почти что схожим образом, кроме Толика. Парень почему-то посмотрел на меня, будто бы чего-то ожидая.

А Кирилл продолжал, будто не видел реакции окруживших его людей. Их удивления, сомнения и недоверия.

— Наша война с Хаосом, по сравнению с тем, что было там… ничто. Мы барахтаемся, пытаемся справиться с угрозой, но всё это ничего не стоит в масштабах всей настоящей войны, которая длится веками…

— Дорогой, это был всего лишь сон, — мягко прервала его Айрис. — В коме такое случается.

— Я тоже так сначала подумал, но этот сон, этот кошмар, — посмотрел Кутузов на свою ладонь, сжал её и разжал несколько раз. — Он был настоящим. Догадываюсь, о чём вы сейчас можете думать, но я не спятил, я действительно видел… падение десяти миров и их, — прикрыл он глаза. — спасение…

— Я слышала о таком от матушки, — нахмурившись, сказала Мария. — Сознание пострадавшего мага из-за ран может проецировать… как бы проще объяснить, кгхм… В общем, уберечь себя от стресса и боли, создав своеобразный сон, способствующий выздоровлению. Своего рода зрительные галлюцинации — нарушение восприятия, при котором человек видит в глубоком сне объекты, события или образы, не существующие в объективной реальности.

— Да уж, по-простому, — хмыкнул Макс, покачав головой.

— Она права, — задумчиво кивнула Аврора. — Я читала об этом…

— Вы не поймете, пока что не способны этого сделать, — улыбнулся Кутузов, даже не пытаясь спорить. — Мне помогла «увидеть» моя вера. Она вела меня в том кошмаре, во тьме собственной души и закоулках разума. Его пламя стало моей путеводной звездой и щитом от падения, а молитва — мечом, сразившим тьму на пути к свету. Он с нами. И он показал мне, что смерть — далеко не конец. После неё путь не обрывается, а идёт дальше… именно поэтому люди верили в Богов. Именно поэтому мы отдавали им всех себя, ведь только Бог сможет провести верной дорогой во тьме.

— Ты хочешь сказать, что видел Бога? — вот теперь большая часть слушащих озаботились состоянием разума Кутузова, хотя его и выписали из лазарета.

— Нет, — покачал головой Кирилл и положил ладонь на своё сердце. — Я почувствовал. Его огонь. Его тепло. Его МОЩЬ, — в голосе его послышались нотки благоговения. — Ибо как сказано в книге: «Лишь истинно верующий познает на себе прикосновение пламени синего, приняв его в себя, дабы обогреть весь мир и души смертных.»

Теперь уже не только Толик косился на меня, но и остальные ребята.

— Что вы на Демидова так посмотрели? — не осталось это незамеченным.

— Да так, — смутилась Аврора. — Просто меч Кости в бою иногда вспыхивает синим огнём.

Вот теперь все посмотрели на меня. Кто-то с недоумением, а кто-то с интересом. А Кутузов коротко кивнул и произнёс:

— Да, Костя тоже отмечен нашим Богом. Приносящий Знания… Он не ушёл, как остальные. Он всегда был с нами, помогал и оберегал, ведя свою войну, там, где пока что нам нет места. Но я приложу все силы, чтобы помочь ему! Такова моя клятва! Таков мой обет! — возвышенным тоном, от которого пробрало всех, заговорил княжич. Более того, аура Кирилла стала резонировать с каждым словом, а из его тела вырвалась волна энергии синего цвета. — В этом моя новая суть и цель жизни!

Эффект был мгновенным. Парни из его команды расправили плечи и подобрались, словно ожидая нападения врага в любую секунду. Айрис выдохнула с таким облегчением, словно сбросила тяжких груз с плеч. У остальных девушек был тот же эффект. Глаза Игната стали звериными, но он быстро поборол зов своей сути, отреагировавшей на вторжение извне. А Толик вздрогнул. Он почувствовал больше. Кровь Лахимы в нём отреагировала и парень не понимал, что произошло.

Благословение. Кутузов смог даровать благословение, на какое были способны лишь жрецы.

— Что это было? — напряженно спросила Альбина. — Мне вдруг стало так… тепло…

— Теперь вы понимаете, — улыбнулся Кирилл. — Теперь вы почувствовали то, что почувствовал и я.

По лицам ребят было видно, что каждый из них готов разразиться десятками вопросов, но кое-кто разрядил обстановку. С громким «Уру-ру!», между наших ног пробежал Асхан и быстро-быстро заполз на моё плечо. И ладно бы только это. Мелкий держал в зубах до боли знакомые очки, которые узнал не только я.

— Это же очки матушки! — воскликнула Мария и пожурила мелкого. — Асхан, сколько раз мы с Авророй говорили тебе, что красть плохо!

— Он уже так делал, что ли? — вот теперь удивился я. Мелкий бывало с прогулок притаскивал то камни, то палки. Но всё это мелочи, мало ли какие у него игры. Но вот воровство это уже другое. — Вы не говорили.

— Да мы как-то… — переглянулась Аврора с Марией. — Забыли сказать тебе. Да и не часто он так делал, пока тебя не было, но как-то притащил нам чей-то бумажник.

Я посмотрел в глаза Асхана и не увидел в них ни грамма раскаяния, только любопытство и вопрос, почему-то я ещё не забрал у него добычу, он же мне её принёс. Ещё и тычет в щеку этими очками.

— Ладно, мы с тобой на эту тему ещё поговорим позднее. Будем воспитывать, — вздохнул я, забрал очки и отдал их Марии. — Передашь, ладно?

— Хорошо, — с пониманием улыбнулась девушка.

Пока Мария относила добычу обратно в лазарет, коллективным решением всех собравшихся было отправиться в «Хельхейм» после занятий. У парней Кутузова и Айрис проблем с выходом за территорию не было, а вот мне пришлось разыскивать Арсенала и попросить его выписать временный пропуск на всю группу.

— Значит, вы идете бухать, а я буду сидеть в бумагах⁈ — негодовал Рома, погружённые в эти самые бумаги на столе. — Это свинство, Демидов!

— Можешь отпроситься у Спицына и пойти с нами, — пожал я плечами.

— Ага, так он меня и отпустит, — тяжко вздохнул Ильин, посмотрел на стопки бумаг, как на ядовитую змею, и махнул рукой. — Ай, хрен с тобой, сейчас выпишу. Но ты не забудь про доброго меня и принеси бутылочку тёмного.

— Договорились, — хмыкнул я и обратил внимание на след укуса на его ладони. — Хм… это Асхан же покусал?

— Он самый, — бросил взгляд Рома на незажившую рану, но обработанную пахучей мазью. — Тяжело заживает. У твоего мелкого клыки не смазаны ядом, но сам видишь, какой эффект. Целителям я не сказал, где это меня так покусали, но ты поосторожнее с Асханом. Ламансу всё же не слишком исследованный вид.

В какой-то мере это моя ошибка, ведь я точно помнил, что у Вар'ши была такая особенность, но не озаботился этим вопросом заранее. Не предупредил тех, кто заботился об Асхане. Вот только тут есть нюанс. Асхан слишком мал, чтобы его когти и клыки имели такой эффект, он приобретался со временем и поэтому Вар'ши были опасны, как для тварей Хаоса, так и для любого возможного врага. Возможно, что это связано с ритуалом Магии Крови? Маловероятно, не та задача. Значит, из-за нашей связи? Как вариант. В любом случае это ещё предстояло узнать точно.

Ребята очень обрадовались самой возможности отдохнуть, поэтому в «Хельхейм» мы отправились с хорошим позитивным настроением большой толпой. Айрис не отлипала от Кирилла, рассказывая ему последние новости из своей жизни, а команда опытных бойцов Корпуса довольно легко смешалась с моей группой. Макс сразу же попытался подбить клинья к девушкам, но там его ждал знатный облом, а Сергей и Лёша болтали с Игнатом и Толиком.

В этот раз в баре было не так много народа и мы вполне легко нашли столик, заказали пиво и коктейли для дам, и лёгкий перекус в стиле луковых колец, сырной тарелки и мяса для всех сразу.

— Значит, среди бойцов Корпуса был предатель, открывший ворота «Гордости», — хмуро произнёс Кутузов, когда узнал от нас не слухи, а проверенную информацию. — И его до сих пор ищут.

— Хаоситы хорошо скрываются, — процедил сквозь зубы Лёша, а Сергей кивнул в согласии. — Их в давние времена целыми командами вылавливали вместе с Нулевым Отделом. Там ещё и ИВА-шники участвовали. Да все, кто мог, даже гвардия аристократов.

— Вот только чаще всего Хаоситы тоже аристократы, — дополнила Айрис, помешивая трубочкой лёд в бокале. — У меня на родине был случай. Службы искали серийного убийцу, баловавшегося ритуалистикой, а оказалось — Хаосит. Ублюдок приносил жертвы, набрался сил, а когда его нашли… много хороших людей погибло. Оказалось же, что это был младший сын министра иностранных дел.

— Дела… — покачал головой Игнат.

— Как думаете, когда его найдут? — с опаской спросила Аврора. — И связан ли он с тем, что произошло у Шуйского?

— Маловероятно, но отрицать тоже нельзя, — задумчиво обронил Толик. — А когда найдут… Этот вопрос надо задавать Нулевому Отделу.

— Ага, у них ещё попробуй спроси, — фыркнула Альбина и в шутку сказала: — Давайте к ним Костю пошлём, может ему расскажут! Он с ними уже знаком!

— Эм? — не понял Кирилл. — О чём она, Кость?

Я со вздохом покачал головой и рассказал Кутузову о своей аттестации, а также проверке менталом. Слушал он внимательно, не перебивал, да и остальные ребята из его команды и Айрис тоже внимали с интересом. Под конец Кирилл спросил:

— И тебя возьмут к ним на подряд?

— Скорее всего, — сделал я глоток пенного и заел арахисом. — Жду приглашение на разговор от куратора. Сотрудники Нул…

— Ты чего, Костя? — недоуменно спросил Толик, и вместе с остальными проследил за моим взглядом. Получилась довольно комичная картина. Вот мы сидели общались, а теперь все посмотрели в одно место, повернув головы.

— Ты его знаешь? — поинтересовался Кирилл, рассматривая мужчину за дальним столиком. Очень знакомого мне. — Раньше что-то я его здесь не видел.

— Как и я, — вторил ему Лёша, а остальные парни кивнули.

— Можно и так сказать, — ответил я и поднялся со своего места. — Отойду на пару минут.

— Может не стоит, Костя? — Мария всё поняла, да и одежда мужчины намекала на род его службы.

— Не волнуйтесь, — успокаивающе произнёс я и улыбнулся. — Скоро вернусь.

Моё приближение заметили сразу же. Да и сложно это сделать, когда сидишь столь удобно, чтобы контролировать главный вход в бар, столик, где мы отдыхали и чёрный выход через кухню.

— Ваше сиятельство, — кивнул знакомый мне Леонид и показал рукой на свободное место.

— Ждете кого-то, Леонид? — присел я за столик, внимательно разглядывая этого немногословного человека.

— Да.

И всё, сидим, молчим. Его манера общения мне уже знакома, из него всё клещами вытаскивать нужно. И если по первой я поймал себя на мысли, что Леонид здесь для того, чтобы следить за мной на территорией Корпуса (здравствуй, паранойя), то ошибся. Я сидел как раз лицом ко входу и заметил, как в баре появились новые лица.

— Должно быть, это они, — криво усмехнулся я, в некоторой степени радуясь собственной ошибке. Мало кому нравится, когда каждый его шаг контролируют. Впрочем, ещё не вечер.

— Да, — также лаконично ответил Леонид.

Ребята тоже увидели, кто зашёл в бар и если Кутузов со своей компанией не удивились, то вот моя группа очень даже.

И было отчего. Спицын Евгений Евгеньевич в своём неизменном деловом костюме и кепи направился прямо к нам с сотрудником Нулевого Отдела. Рядом с ним, с улыбкой рассматривая убранство бара и людей, шёл молодой парень.

Лет восемнадцать, максимум двадцать. Черноволосый, совершенно обычный и ничем не выделяющийся кроме своей улыбки, без утонченности или лоска аристократов. Даже одежда в отличие от Леонида была самой простой. Серая лёгкая кофта, чёрные свободные штаны и белые спортивные кроссовки.

Вот только весь этот образ разрушался, стоило лишь приглядеться. Плавная, слегка тягучая походка. То, как он бросал взгляды на посетителей, быстро выявив самых сильных по уровню дара. Всё выглядело так, словно парень просто шёл прогулочным шагом, но так только казалось.

— Константин Викторович? — сделал вид, что удивился моей персоне Спицын. — Не ожидал вас здесь увидеть.

— Да, интересное совпадение, Евгений Евгеньевич, — кивнул я. — Могу сказать вам тоже самое.

— Что ж, раз уж так удачно сложилось, — присели они вдвоём за столик. Парень со всё той же улыбкой оглядел меня цепким, холодным взглядом, а куратор продолжил. — то позвольте представить вам моего знакомого — Корнеев Владимир Вячеславович, направленный в расположение Красного Корпуса сотрудник Нулевого Отдела и будущей член вашего отряда, Константин Викторович.