Красный Корпус III

Глава 27

Дверь закрылась, отрезав кабинет от голосов в коридоре. Мы с Селивановой остались одни.

Рассматривая меня взглядом эдакой доброй тётушки, она указала на ближайшее рабочее место перед её столом.

— Присаживайся, Костик, — мягким тоном проговорила она. — Мы немного поговорим и я тебя отпущу.

— Хорошо, Дарья Владиславовна, — кивнул я, занял один из стульев и посмотрел ей в глаза.

Возникла пауза, а Селиванова не торопилась. Она всё также держала на лице добрую улыбку, будто чего-то ожидая. А вот я подавил желание вскинуть бровь в удивлении. Попытался проверить её поверхностные мысли Магией Разума, как сделал ранее, и наткнулся на глухую защиту. Не Лёд, но очень близко. Сама защита явно исходила извне, оттиск ауры тянулся к голове женщины от груди.

Артефакт, значит, занятно… Подготовилась для разговора, зная, что у меня выявили предрасположенность к менталу?

— Скажи, Костя, как тебе служится в Корпусе? Всё ли тебя устраивает?

— Да вроде бы не жалуюсь, — спокойно ответил я, показывая всем своим видом готовность к диалогу. — А почему вы спрашиваете?

— Скажу тебе по секрету, — бросив взгляд на дверь, будто кто-то мог сюда в любую секунду ворваться, подалась вперёд Селиванова и понизила тон. — Мне здесь не очень нравится, но пришлось согласится на предложение поработать. Раньше я занимала место одного из трёх преподаватель алхимии в ИВА, но… ох, что ж это я… — взгрустнула она и сразу же спохватилась. — Тебе должно быть не интересно слушать стенания малознакомой тебе женщины, пусть она и преподаватель…

Внутренне хмыкнув на такую игру, рассчитанную, похоже, на сердобольного идиота, либо же на простого и доброго парня, я внимательно слушал каждое её слово и наблюдал за внешней реакцией. Актриса в Селивановой просто матом орёт от несправедливости, ей бы на сцене выступать. Ну ладно, слишком долго молчу.

— Могу вас понять, Дарья Владиславовна, — тяжело вздохнул я. — Я вот раньше тоже занимался научной деятельностью, в разработке ЗПД участвовал, может слышали? — она кивнула с радостью и такой гордостью во взгляде, словно сама помогала мне в разработке. — Но из-за призыва в Корпус пришлось всё бросить, эх…

— Но ведь, насколько мне известно, ты доброволец, — закинула она удочку с наживкой на крючке и приготовилась ждать, как бы сказал дядя Жора. — Разве нет?

— Знаете, — крепко задумался я, будто бы собираясь открыть секрет, но не решаясь. — Это сложно объяснить… Я никому ранее не рассказывал, что у меня на душе, но вы мне кажетесь человеком, который готов выслушать, — добавил в голос немного сомневающихся ноток. — Другие преподаватели не такие… Они не поймут, потому что слишком…

— Я понимаю, Костя, — встала она из-за стола, подошла ко мне и положила ладонь поверх моей, посмотрев глаза в глаза. — И я не буду осуждать тебя, если ты захочешь что-то рассказать. Я здесь не только, чтобы обучать вас, детей и будущее Российской Империи, но и чтобы помочь. И я приложу все силы, чтобы сделать это, поверь мне.

— Я верю вам, Дарья Владиславовна, — абсолютно нет, но игра продолжалась. — Ребята хорошо о вас отзываются, а ваша репутация настоящего профессионала говорит за вас.

— Благодарю, — лучезарно улыбнулась она. Одна из уязвимостей этой женщины — её самолюбие. — Так что ты хотел мне поведать? — мягко вернулась она к прошлой теме.

— Мне пришлось стать добровольцем, чтобы показать готовность рода исполнить волю государя, — слишком перегибать нельзя, не поверит, она точно знает обо мне многое, надо держать грань. — Я воспринял это стойко, но сожалею о том, что пришлось бросить проекты и свою работу…

— А если бы у тебя был шанс перейти в ИВА, ты бы отказался? — вроде бы невзначай поинтересовалась женщина, приготовившись подсекать рыбу.

Хм, раз она решила предложить такое, то связи у неё сидят довольно высоко. Тот самый Марков, фамилию которого я выудил в прошлый раз из её памяти?

— А разве такое возможно? — сдержанно удивился я, как и подобает юноше, но выросшему в благородной семье. — В ИВА же нельзя перевестись и…

— Есть исключения, Костик, — миролюбиво перебила она меня. — Так что скажешь? Вот выпал бы тебе шанс, согласился бы?

— Не знаю, — был мой ответ. Отрицать — может закрыться. Согласиться сразу — заподозрит. — Мне нужно подумать, да и мы же обсуждаем это с вами просто, как теорию? Кто же меня отпустит из Корпуса?

— Верно, мы просто говорим, — немного разочарованно проговорила Селиванова. — Но ты подумай, вдруг ты и вправду захотел бы в ИВА, а там такой талант, как ты, очень бы пригодился! Там лучшие преподаватели! Полигоны для обучения! Поездки за границу для обмена опытом! Много всего, чего нет в Корпусе!

А вот и реклама пошла, как в телепередаче с пропагандой. Как говорится: «Там вам не тут, там лучше! И небо чистое, и океаны полны рыбы, и вообще хорошо!». Вот только в ИВА нет Разрывов и Червоточины, а значит и прогресса моих сил, о чём Селиванова либо знает, либо… а вот тут уже варианты, какую информацию ей скормили те, кто подослал ко мне.

Попытка сманить в золотую клетку с лучшими условиями, но оборвать прогресс. Дерзко, но могло бы сработать, если взять в расчёт моё происхождение. Ведь в ИВА обучались сливки молодёжи, там ковалась элита магического искусства, а в Корпусе… бастарды, простолюдины, редкие добровольцы. Да, тут были княжичи, потомки знатных родов, но сколько их по сравнению с ИВА? Статистика, бессердечная ты сука.

Одно оставалось загадкой. Если Селиванова владеет информацией, то должна знать, какой я человек и мой психопортрет. И поэтому должна была понимать, что от Силы я не откажусь ни в коем разе, это глупо, а значит и Корпус покидать не буду.

— Звучит хорошо, почему вы завели этот разговор?

— Понимаю, о чём ты можешь сейчас думать, Костя, — не ответила она на вопрос. — Но я прошу тебя просто подумать, поговорить с родителями, обсудить это с ними. Время есть, — размыто добавила Селиванова. — До зимнего бала уж точно, а там и твоё КМБ закончится и послужить в Корпусе успеешь, чтобы всё решить. Ты не торопись, а если будут вопросы, то приходи ко мне и я помогу по мере сил.

Она словно подгадала момент к звонку. Дверь распахнулась и внутрь стали заходить юноши и девушки, которые заметили меня и остановились в нерешительности, посмотрев на преподавателя.

— Всё, Костик, иди, — улыбнулась Селиванова, заканчивая разговор. — Спасибо тебе за беседу.

Я кивнул и покинул кабинет, чувствуя на спине тяжёлый взгляд женщины.

Что можно вынести из этого разговора? Меня прощупали, посмотрели на реакцию и поманили пряником в виде ИВА, куда не все попадают, но многие очень туда хотят. Думаю, возьми я паузу на размышления и приди к Селивановой с согласием, карусель бы закрутилась не слабая, а для этого, опять же, нужны связи. На такой размах способен либо император, либо те, кто сидит очень близко к нему. Боярская Дума. Связь этой структуры с Селивановой была очевидна и ранее, но теперь, после информации обо мне и слов отца, болото зашевелилось.

«Ребят, вы где?» — отправил я сообщение в наш чат.

«В кабинете артефакторики — отбил ответ Толик. — Ты закончил с Селивановой?»

«Да, — написал я. — Сейчас подойду».

«Давай быстрее, а то преподаватель уже спрашивает!» — подключилась Аврора, отправив подмигивающий смайлик.

Я прибавил шаг в сторону лестницы и, не убирая телефон, решил кое-что проверить. Возможно, тыкну пальцем в небо, но слишком уж Селиванова и её речь про ИВА показались занимательными. И каково же было моё удивление, когда я открыл главную страницу сайт Имперской Военной Академии, а в правом углу была фотография директора учреждения. Мужчина лет пятидесяти в военной форме с суровым взглядом взирал на меня с той стороны экрана, а под его фотографией стояла приписка — «Марков И. В».

Вот и сложился пазл. Даже слишком очевидный, но теперь понятно, как Селиванова хотела протащить меня в ИВА при согласии. Заседающий в Боярской Думе Марков Игнат Васильевич (полное его имя нашлось на самом сайте БД), директор Имперской Военной Академии и выступающий голосом в Боярской Думе от лица оппозиционеров. Впрочем, это не совсем подходящее слово. Марков и его «союзники» скорее часто выступают против предложений лоялистов, полностью поддерживающих решения императора. Паритет в чистом виде, где государь вынужден балансировать, хотя и держит всю эту кодлу в стальной рукавице по словам отца.

Что это даёт мне? В сухом остатке, предложение присоединиться к партии Маркова в будущем, а то, что вербовка будет — сто процентов. Мой отец состоит среди лоялистов, приближённых к императору. С такой точки зрения всё выглядит скверно, но тонко, тут не поспоришь. Возможно, даже будут приводиться аргументы в стиле, что я младший сын, не наследник, но Архимаг в отличии от брата. А там попытка взрастить моё чувство собственной важности, гордыню и зависть к Олегу, которому достанется всё от рода, а мне ничего.

Я, конечно, сейчас дую на воду, но если хотя бы часть этих мыслей верна, то мне уже захотелось придушить Маркова и всех, кто придумал подобный план. Вот поэтому я и не люблю интриги, всю эту подковерную грязь и улыбающихся лицемеров, как Селиванова, готовых воткнуть тебе нож в спину при случае.

— С Хаосом воевать проще, — прошептал я, подходя к кабинету. — Там ты хотя бы знаешь, кто твой враг.

Ночной Смоленск бурлил от жизни и красок. День уступил свои права, множество баров и клубов открывались по всему городу, завлекая клиентов. Играла музыка на набережной, компании молодёжи выбирались на прогулки, пока ещё было тепло, ведь осень постепенно подкрадывалась и скоро погода могла резко измениться.

Военные и жандармерия патрулировали город, но люди уже привыкли к тому, что на дорогах часто мелькали машины не с гражданскими номерами, да и произошедшее в поместье градоначальника, а также непонятные по слухам стычки в других районах города, быстро забывались.

Большинство людей не волновало, что где-то что-то произошло, раз их это не затронуло, а опасность… жители Смоленска обитали рядом с Червоточиной, где ещё может быть опасней? Вот только из-за этого соседства, по сравнению со многими другими городами, Смоленск был привлекателен, как зарплатами, так и условиями труда и жизни. Покидать его мало кто хотел, а вот приезжих было довольно много.

На одинокого мужчину в тёмном плаще и шляпе, идущего в потоке людей по тротуару, мало кто обращал внимание. Его обычная, малопривлекательная внешность, не вызывала интереса у женщин, а уродливый шрам через всю щёку, переходящий на шею, даже отталкивал. Как и взгляд серых, словно у мёртвой рыбы, глаз.

Сам же приезжий мало разглядывал город, в отличие от группки туристов в футболках «Я люблю Смоленск!», которые то и дело делали фотографии и останавливались возле каждого бара. В одного из них мужчина чуть не врезался.

— Прости, мужик! Не заметил! — широко улыбнулся щербатый парень.

— Ничего, — ответил мужчина. Голос его звучал чужеродно, словно скрежет металла. Улыбка у парня сразу пропала, а на лице появилась настороженность. — Я сам в вас чуть не врезался. Всего хорошего.

— А-а-ага, и тебе! — опомнился турист и быстрым шагом направился к своим друзьям, подальше от этого странного человека.

Глаза незнакомца на мгновение стали абсолютно чёрными, с жёлтым расплывчатым зрачком, а когда он практически растворился в потоке людей, за его спиной раздался панический женский крик:

— Кеша, что с тобой! Кеша!!! Кто-нибудь помогите! Вызовите скорую помощь!!!

Парень неожиданно для друзей упал на землю и его скрутило в жутких судорогах, из глаз и ушей пошла кровь, а изо рта начала сочится пена. Он застонал от жуткой боли, пытался собственными руками забраться под кожу и раздирал одежду с плотью ногтями, оставляя кровавые борозды. Друзья пытались ему помочь, как и прохожие, столпившиеся рядом, но всё было кончено. Буквально за секунды тот умер, а от громкого, полного отчаяния женского крика, мужчина широко улыбнулся и, поправив шляпу, пошёл дальше.

Его путь был известен. Как была известна и цель. Правда были некоторые сомнения, что удастся воплотить волю того, кому принадлежали его тело и душа, но он должен справиться. Те, кто был его врагом уже понесли потери. Их твердыня практически пала, их юные дарования пострадали благодаря скрытым слугам господина, а значит они должны быть ещё осторожнее.

Ворота и стены Красного Корпуса вызвали у мужчины хищную усмешку. Когда он ещё был человеком, до того, как стал последним выжившим из своего рода, преданным и отданным лживым императором на растерзание всем остальным своим псам, он видел их. Бывал внутри них. И даже знал лично того, кто сейчас стал главой штаба, вместе обучаясь и убивая тварей Хаоса.

— Вот я и дома, — в пустоту произнёс он, рассматривая верхнюю часть штаба и свет в некоторых окнах.

Пробраться за стену оказалось просто. С силой, что была у него прежде, и той, что даровал господин, сделать это было легко. Патрульные не ходили по территории, в этом не было нужды, ведь существовала дежурная группа, да и кто решится ударить в самое сердце Красного Корпуса, где ковались его бойцы?

Тем более, что тени были его союзниками. Они скрывали мужчину от глаз и даже камер, заметить его можно было лишь по всполоху омерзительной ауры Хаоса, но он давно научился её скрывать. Ищейки Нулевого Отдела не спят, а Орден, который стал байкой в народе, постоянно искал любые следы Хаоса в этом мире.

Из-за количества людей и обширности территории Красного Корпуса могла возникнуть проблема, чтобы найти цель, но мужчина знал, что ему нужно искать. Ему передали оттиск ауры. Чуждой для Хаоса, необъяснимо сильной и довольно необычной. Поначалу он, тот у кого уже нет имени, даже удивился, когда получил задание.

Кто этот человек, раз его приказал убить Первый Вестник Владыки? Почему в том сеансе связи через алтарь в голосе великого существа была слышна… опаска?

Ему было бы интересно узнать ответы на эти вопросы, но он не смел даже просить об этом. Он всего лишь воин на службе Хаоса. Предатель человечества, предавшего его самого. Какое ему дело до того, кто его цель? Ему нужно устранить её, дабы Хаос креп и продолжал подтачивать защиту этого мира до прихода Владыки.

След был найден. Он разветвлялся, был во многих местах и наслаивался друг на друга, но виден чётко. И уходил он в сторону одной из казарм, возле которой курила пара бойцов в свободной, неуставной одежде.

— … а я ему говорю, — с усмешкой что-то рассказывал один из них, но вдруг заметил возникший словно из воздуха силуэт. — Что за?..

Боец даже не успел осознать, что умер, а тело уже падало на землю. Хватило одного касания. Без крови и криков. Чистая и абсолютная смерть. Изо рта второго выпала сигарета, глаза расширились от шока и ужаса. Слуга Хаоса заткнул ему ладонью рот, не дав поднять тревогу, а затем смерть настигла и его.

Быстро схватив два тела, словно те весили не больше перышка, он затащил их во тьму, подальше от фонарей и спрятал в кустах. Грязная работа, но ночь играла на его стороне, а времени, пока их найдут, ему хватит.

Не торопясь двигаться дальше, мужчина сосредоточился и обратился к Хаосу внутри себя. Не выпуская из себя никаких волн энергии Хаоса, дабы не поднять тревогу, памятуя об артефактах обнаружения. Он долго привыкал к своим новым силам, а стимул отомстить и выжить только помогал в этом.

Будь здесь свидетели, то смогли бы увидеть, как тело мужчины потекло, словно воск. Лицо изменилось на одного из тех, кого он только что убил. Одежда, будто живая, приняла другую форму, цвет и вид. Добавилась татуировка на тыльной стороне ладони, шрам над бровью… Он полностью принял вид другого человека, даже его запах.

Хаос — переменчив, сама его суть изменение. Он принял это и отринул своё имя, забирая личины других людей.

В холле казармы никто не обратил на него внимание, на лестнице он разминулся с каким-то парнем, который показался ему очень знакомым. Не по внешнему виду, а по манере… двигаться. Сотрудников Нулевого Отдела он научился различать за время своего бегства и попыток скрыться. Впрочем, тот тоже прошёл мимо и был крайне задумчив.

След его цели стал ближе. Вот нужная дверь, в коридоре никого, но слышны приглушённые голоса.

Он поднял руку, сжал кулак и собирался постучаться, а не врываться грубо. Зачем, если смерть уже пришла на порог?

Вот только стучать не потребовалось. Дверь распахнулась сама…