Красный Корпус III

Глава 3

Смоленск.

Поместье рода Шуйских.

Так уж повелось, что в каждой службе есть свои страшилки и свои тайны. Работники опасались начальства, начальство опасалось вышестоящего руководства и проверяющих органов. Проверяющие органы опасались опричников из канцелярии и все были уверены, что последние вообще ничего не боятся.

Верные псы на службе правителя Российской Империи всегда выглядели уверенными в себе, а от их фирменного холодного взгляда робели даже влиятельные аристократы. Потому что все знали, что опричники были карающим мечом Императора. Для них не было авторитетов и не было преград. Полномочия этих людей, составлявших элиту Его Императорского Величества Канцелярии, распространялись так далеко, что никакие князья не могли с ними сравниться. Вот только мало кто знал, что у верных карателей на службе государя есть свой страх.

Это было что-то на грани легенд и историй, которые невозможно было подтвердить. О подобном не принято говорить в обществе и, тем более, не стоит говорить наедине. О таких вещах на словах знают буквально все, а кто-то даже может упомянуть в разговоре, но реальных данных нет ни у кого. А опричники не станут открывать реальное положение дел кому-то постороннему. Особенно когда речь заходит о нулевом отделе.

Виктор Петрович Селезнёв, старший следователь нулевого отдела Его Императорского Величества Канцелярии, считался одним из лучших в своём деле. Среди своих сослуживцев он был легендой и, по общему мнению, мог запросто разобраться в самой сложной ситуации. Вот только методы его… не оставляли никого равнодушным.

— И вы говорите, что эти люди служили вашему роду на протяжении десяти лет? — невозмутимо произнёс Виктор Петрович, указав на ряды изувеченных и местами разорванных на части тел. Его простоватое лицо с безразличным, «рыбьим», взглядом развернулось к чете Шуйских. Следователь ждал ответа и ему было плевать, что княгиня едва сдерживала позывы рвоты из-за царившей в торжественном зале вони мертвечины. — Какими документами вы можете это подтвердить?

— Все необходимые вам данные хранятся в моём кабинете, Виктор Петрович, — держа на лице каменную маску безразличия, ответил князь Шуйский. — Думаю, вполне разумно будет продолжить наш разговор там. Это позволит вам получить нужные сведения и разместиться более комфортно, а ещё…

— Нет, — сухо и почти безразлично, ответил следователь. — После Норманской компании вас не должны беспокоить подобные мелочи, Алекандр Николаевич. А вам, Галина Владимировна, я бы рекомендовал взять себя в руки. Странно, что опытный рейдер Корпуса так себя ведёт при виде обычных тварей хаоса.

В просторном зале, где совсем недавно проходило торжественное мероприятие, находились только хозяева поместья и старший следователь. Всех остальных, включая представителей Красного Корпуса и бойцов нулевого отдела, Селезнёв отправил за пределы здания, оставшись с Шуйскими наедине. И потому с удовлетворением заметил удивление на лицах собеседников. Они даже не удержались и посмотрели друг на друга, будто видели впервые. Видимо, роду Шуйских предстояло пройти ещё одно испытание, но уже доверием друг к другу.

— Зачем это всё, господин следователь? — сделав вид, что наконец-то пришла в себя, почти ровным голосом спросила княгиня Шуйская. — Неужели вы думаете, что мы могли так коварно напасть на своих же гостей? И это после того, как государь доверил моему супругу столько важный пост?

— Я ничего не думаю, ваша светлость, — невозмутимо ответил Селезнёв. — Я собираю информацию. Александр Николаевич, отправьте кого-то за списком гостей и прислуги в ваш кабинет.

Следователь отошёл чуть дальше от разложенных на полу трупов, стряхнул мусор с чудом уцелевшего стула и придвинул его к чуть покосившемуся столу. Заляпанная кровью скатерть сотрудника нулевого отдела ничуть не смущала.

— Располагайтесь, уважаемые, — жестом указав на валяющиеся неподалёку стулья, предложил старший следователь. — Разговор нам предстоит долгий и для начала я хотел бы узнать, почему в номере главы японской делегации было обнаружено личное приглашение на это мероприятие.

— Это нормальная практика, когда необходимо наладить связи с представителями других аристократических родов, — немедленно ответил князь Шуйский. — Я воспользовался своим положением, чтобы повысить статус мероприятия и собрать на нём не только традиционных новобранцев Красного Корпуса.

— Это нормальная практика, когда речь идёт о представителях аристократии Российской Империи, ваша светлость, — возразил старший следователь и в его голосе звякнула сталь. — Однако, вы пошли значительно дальше и вывели свой приём на международный уровень. Последствия гибели сына сёгуна скажутся на всей стране. Ваше тщеславие и попытка вывести род Шуйских в качестве сводника двух других государств обернулась проблемой для Российскокой Империи.

— Это обвинение? — чуть приподнял бровь Шуйский. Он прекрасно понимал, что сидящий напротив него человек мог не только обвинить его, но и казнить прямо на месте. Сил и полномочий ему бы хватило с головой.

— Пока только рассуждения, — тонко улыбнулся Селезнёв. — Галина Владимировна, теперь вопрос к вам. Как один из лучших сканеров Корпуса, вы обязаны были распознать существ хаоса столь низкого уровня. Почему этого не произошло?

На этот раз уже князь удивлённо посмотрел на свою супругу, в ожидании её ответа. Шуйская некоторое время молчала, а потом прямо посмотрела в глаза следователю.

— Ни малейшего фона хаоса от этих существ не исходило, — твёрдо заявила она. — Системы безопасности поместья работали в штатном режиме. Вся прислуга была проверена на входе, как и обычно. Род Шуйских прекрасно понимал важность мероприятия и сделал всё возможное, чтобы никаких неожиданностей не случилось. За всё время службы в Корпусе, я ни разу не сталкивалась с существами, способными мимикрировать настолько мастерски. С некоторыми из слуг я даже разговаривал сегодня и ничего при этом не заметила.

— Или не захотели заметить? — сухо уточнил следователь.

— Это приговор для всего рода, — твёрдо ответила княгиня.

— Всё зависит от конечной цели, — пожал плечами Селезнёв. — Но я рад, что вы это понимаете, ваша светлость. Александр Николаевич, что вы знаете о напряжении пространства в районе Хонсю?

— Что? — озадаченно посмотрел на следователя Шуйский, а у его супруги лицо закаменело, будто она услышала не только собственный приговор, но и вердикт для всего своего рода. Следователь мазнул по ней предостерегающим взглядом, и Галина Владимировна уставилась в пол, пытаясь совладать с эмоциями. — Какое ещё напряжение?

— Хорошо, — устало вздохнул Селезнёв и потёр переносицу. — Теперь перейдём к списку гостей, ваша светлость. Вами было отправлено пять личных приглашений на это мероприятие. Три получателя мертвы, Линь Джао в критическом состоянии, а один не только выжил, но и помог в зачистке вашего имения от тварей хаоса. При этом речь идёт о новобранце, который ещё даже кмб не закончил. Откуда у этого молодого человека живой доспех?

— Я подобной информацией не владею. Об этом вам лучше поговорить с его куратором, — немедленно ответил князь. — Уверен, Евгений Евгеньевич Спицин ответит на все интересующие вас вопросы.

— Уже ответил, — неожиданно улыбнулся Селезнёв и поднявшись, подошёл к окну, ведущему во внутренний двор имения. — Кстати об этом… Ваша подготовка оказалась настолько плоха, что большая часть личной охраны также оказалась изменёнными тварями хаоса. Они впустили дополнительные силы через задние ворота и, если бы не Евгений Евгеньевич, на этом приёме не выжил бы вообще никто.

— Что ж… немного растерялся князь Шуйский, который был уверен, что именно он урегулировал ситуацию в имении. — Я непременно с ним поговорю на эту тему.

— Будьте на связи, ваша светлость, — направившись к выходу, произнёс Селезнёв. — Вы пока остаётесь на своём посту, но мы будем пристально следить за вашими действиями. В имении приберутся. Сотрудники нулевого отдела заберут все тела. Всего хорошего.

— Нам нужно о многом поговорить, Галина, — когда супруги остались вдвоём, произнёс князь.

— Но не факт, что я смогу тебе многое рассказать, Саша, — вздохнула женщина. — Одно могу сказать точно — какие-то безумцы сознательно протащили в наш мир тварей хаоса, а это даже не предательство, а нечто в разы худшее. И теперь, из-за нашей попытки ещё выше поднять статус рода… как бы Шуйские вообще не исчезли со страниц истории. А Демидова ты зря подставил, дорогой. Теперь мальчик под прицелом таких сил оказался, что мёртвому не позавидует.

Окрестности Смоленска.

На дворе стояла глубокая ночь. Яркие звёзды освещали небосвод, а полная луна лениво наблюдала за представлением внизу. Как один единственный зритель, она была почти рядом со мной. Привлекала своим светом, будто бы помогая не утопать в собственных мыслях слишком глубоко.

Броня БТР дрожала, ухабистые дороги вели во тьму густого леса. Вдалеке вспыхивали отблески взрывов, а ветер доносил запах гари и звуки сражений.

Я сидел напротив мрачного, недовольного Арсенала, держа Алую Розу между колен. Сейчас ребята скорее всего отдыхали в своих кроватях, спасаясь после пережитого в глубоком сне, но мне спать не хотелось. Не после разговора со Спицыным, случившимся меньше двадцати минут назад.

— Как ты должно быть заметил, Константин, — отвёл он меня тогда в сторону от казарм, скрывшись от света фонарей. — Почти весь Корпус отсутствует. В данный момент зафиксировано больше тридцати двух точек Разрывов. Почти все команды подняты по красной тревоге и пытаются купировать проблему. Помимо этого, в городе произошло четыре теракта подобных тому, что случился у Шуйских.

Спицын говорил медленно, спокойно. Он держал такой тон, чтобы я всё понял и не задавал уточняющих вопросов, дозируя информацию.

— Теракт, — вычленил я главное и мрачно посмотрел в глаза куратора. — Вы уверены, что это чья-то злая воля?

— Пока информации слишком мало, но лично Я считаю, что это так, — поделился он своим мнением и я был склонен поверить куратору. — Но сейчас опустим это. Главное, что я хочу донести до тебя: в данный момент среди новобранцев ты самый дееспособный боец. Те, кто сегодня был на приёме — сейчас не помощники, а для остальных — слишком высок шанс гибели. Не считая практически отслуживших свой срок юношей и девушек. Они в данный момент уже выехали на закрытие Разрывов и…

— Я согласен, — сухо перебил я его, не собираясь слушать ещё тысячу аргументов, которые наверняка заготовил Евгений Евгеньевич. Понять мысль Спицына оказалось несложно. — Отправлюсь один.

Брови куратора приподнялись от удивления. Он вообще был скуп на эмоции, но, похоже, такого не ожидал. Ранее Демидов Константин был осторожен, не хотел выделяться. Теперь же, после такой оплеухи, что мне милостиво отвесил Хаос, я считал всё это чушью. Моя задача набрать Силу. Это самое главное. Если из-за этого я выделюсь в Корпусе, то плевать.

Ты слишком размяк, Талион. И это стало твоей ошибкой. Подобное впредь нельзя допускать.

— Интересно… — чуть прищурился Спицын, словно вновь меня разглядел. — Хорошо, Константин, мне нравится твоя решимость. Но один ты не отправишься.

На этом разговор был закончен и теперь я здесь. С Арсеналом. Вдвоём. Еду в сторону Разрывов, откуда подали срочный вызов о помощи. Единственное, что я успел сделать, когда забежал в комнату и забрал Алую Розу — отправить СМС отцу, что со мной хорошо и позвоню завтра. Стоило успокоить родных, хотя я уверен, пока что информацию о случившемся придерживают, но долго это не продлится. Максимум до утра.

— Улыбнись, Демидов, чё такой смурной? — поскрёб висок Ильин, который за короткий срок успел побывать в трёх местах Разрывов.

— Рома, — поднял я взгляд от металлического пола БТР. Никогда прежде Арсенал не слышал от меня столь простого обращения. А последующее его и вовсе шокировало: — Отвали.

Мужчина замер, его лицо будто бы задеревенело, а затем он рассмеялся. Громко и очень довольно. Словно ребёнок, которому родители сказали, что на день рождения подарят желанную игрушку.

— Вот таким ты мне больше нравишься, Костя! — ткнул он в мою сторону пальцем, чуть ли не мурча от удовольствия. — Наконец-то сбросил маску сноба⁈ А то ходил весь такой умный, скрытный! Это могло бы сработать на твоих друзья, Костя, или на ком-то другом, но не на мне! Я ещё в первое наше знакомство понял, кто ты!

Я вздохнул. Этот балабол начал меня напрягать, что ранее хоть и случалось, но не доставляло дискомфорта. Сейчас же он больше раздражал.

— Да-да, я знаю, о чём ты думаешь! — кивал он своим догадкам. — Я вижу твой взгляд, Демидов! Вижу, как он изменился после той мелкой заварушки у Шуйского! Сколько там прошло? Три-четыре часа от силы, когда вы уехали? И я вижу, как эта пелена упала с твоих глаз!

Он ещё продолжал что-то говорить, но я уже не слушал. Полностью сосредоточился на себе, ощущая теплоту Алой Розы, поддерживающей меня через нашу связь. Она рвалась в битву. Негодовала от того, что не оказалась рядом, когда была нужна. И старалась временно сдержать тот шторм, что начинал подниматься внутри моей души.

БТР резко остановился. Я вновь оторвал взгляд от пола и плавным движением поднялся с неудобного, обшитого жестким материалом сиденья. Лёгкое усилие, щелчок двери и темнота ночи встретила меня летней прохладой с запахом леса.

За раскинувшемся передо мной бирюзовым барьером шла битва. Яркая, кровавая, жестокая. Грохот огнестрела смешивался со вспышками арканов незнакомых мне магов Корпуса. Какая-то команда. Какие-то люди. И всё это сдобрено зловонием пяти Разрывов, исторгающих потоки тварей.

Медленно, но неумолимо те продавливали оборону людей. Левый фланг уже полыхал, а здоровенная тварь крушила остатки БТРа, разрывая металл словно картон.

Я не стал ждать Арсенала. С его скоростью сам догонит, а если нет, то плевать. Я видел тварей Хаоса и людей, которых те убивали. Этого мне достаточно.

Кулон вспыхнул на груди, уже привычный мне комбинезон Алчущих Знаний растёкся по телу, на плечи лег чёрный плащ. Капюшон скрыл голову, а маска половину лица, оставив лишь глаза.

— … ро, берегись! — донёсся до меня крик рослого мужчины в покрытых склизкой кровью доспехах. Он пытался сдержать щитом мохнатую, рогатую и клыкастую тварь выше себя ростом. И поэтому не успевал.

Его напарник слишком открылся. Не усмотрел и тройка таких же мохнатых чудовищ, но поменьше и шустрее, вот-вот должны были разорвать его. В абсолютно чёрных глазах при свете огня арканов и взрывов, отражалась их жертва, а клыки скрежетали от желания впиться в живую плоть.

Шелест меча. Алая Роза покинула ножны, а её лезвие подрагило от нетерпения. Она предвкушала битву. Желала нести смерть тварям Хаоса столь сильно, что её эмоции наслаивались на мои. И в этом, сейчас, мы были едины.

Три прыгнувших твари и один человек, что не успевал. И, мгновением позже, три рассечённые на части трупа валятся на землю. Смердящая требуха с хлюпающим звуком вывалилась на траву. Хлынула тёмная, парящая кровь.

Я смахнул с меча чёрную слизь и бросил короткий взгляд на мужчину в лёгких доспехах и жезлом в руке. Тот неотрывно смотрел на мёртвых чудовищ и словно не мог поверить, что только что прошёл по краю.

— Спасибо… — выдохнул он, а за его спиной вспыхнул аркан, струёй огня ударивший в рожу высокой твари, которую продолжал держать его напарник.

— Костя, ты чё не подождал и так резво рванул! — появился рядом Арсенал, но в тоне его не слышалось упрёка. Скорее веселье. И азарт. — Хочешь всех тварей себе забрать⁈

Короткий взмах рукой, почти невидимый глазу, и короткий нож прошил насквозь голову твари, с которой два бойца Корпуса не могли справиться. Тело с посмертным рыком упало на землю.

Я посмотрел на Ильина, внутри медленно кипела ярость и ей требовался выход. Немедленно. Вот прямо сейчас. Арсенал это ощутил и неожиданно отсалютовал мне возникшим в его руке ножом. Я коротоко кивнул в ответ и мы, на бешенной скорости, устремились в разные стороны, где каждый видел для себя больше добычи.