Курсантские погоны

Серёга-Сыргабек

Вообще физической подготовке будущих офицеров в военных училищах придавалось большое значение. Круглый год каждое утро начиналось с зарядки, причем каждый понедельник, выстроившись на плацу, полторы тысячи курсантов ровными рядами выполняли комплексы вольных упражнений №№ 1, 2, 3, под музыку училищного оркестра, играющего вальсы «На сопках Маньчжурии» или «Дунайские волны», и задорный счет в микрофон целого полковника — начальника кафедры физподготовки. Этакая «сокольская гимнастика». В остальные дни — утренний разминочный кросс на три или пять километров.

Как правило, в неделю было два двухчасовых занятия по физической подготовке, включавших гимнастику, самбо, рукопашный бой или плавание. Кроме того, каждый курсант два раза в неделю по полтора часа занимался в спортивных секциях самбо, бокса или гимнастики.

Почти каждое воскресенье проводился спортивный праздник или соревнования. Обычно или кросс, или марш-бросок в полной выкладке, или полоса препятствий, на время.

Мой сосед по «общей тумбочке на двоих» Сыргабек, поступил в училище, как и примерно половина из нас, сразу после окончания школы, приехав из столицы тогдашней Киргизской ССР города Фрунзе. Роста выше среднего, худощавый, он имел типичные черты лица восточного человека и при этом оттопыренные большие уши.

На попытки сократить или видоизменить его имя, превратив в прозвище «Бек» или «Сыр», он спокойно заявил: «Зовите просто — Серёга». Так и остался он Серёгой до самого выпуска.

Серёга, по своим физическим кондициям и уровню физподготовки, не уступал остальным курсантам. А во многом превосходил их. Во многом, кроме лыж.

Да, лыжи, это особая статья, особенно для «южан», особенно военные деревянные «доски» с армейским типом крепления. Группа «Зюйд», то есть «Юг», зачастую возглавляемая Сыргабеком и состоящая из представителей южных республик, увидевших лыжи первый раз в училище, бодро скакала пешком по колено в снегу рядом с накатанной лыжнёй, неся эти самые лыжи на плече. Впрочем, к выпуску группа «Зюйд» осваивала и это не мудрёное упражнение и вполне укладывалась в установленные нормативы.

Первая зима в училище стала для нашего Серёги суровым и опасным испытанием. Перед новым 1981 годом, к нему приехали родители из далёкого Фрунзе, и он получил увольнение на целые сутки. Погода внесла свои изменения в размеренную жизнь города и температура упала ниже 35 градусов. Надо понимать, что при выходе «в город» курсант никогда не опустит наушники на шапке, какая бы отрицательная температура ни была, поскольку «форс» и традиции в Советской армии — это было «наше всё». Серёга, со своими весьма лопоухими ушами, традиции знал и соблюдал. Чего он не знал, так это то, что лечение обмороженных ушей весьма неприятная и болезненная процедура. Погуляв с родителями и вернувшись из увольнения, он цветом и размером своих ушей, напоминавших чебуреки, поразил в самое сердце дежурного по училищу, принимавшего доклад о прибытии, и был незамедлительно отправлен в санчасть под надзор медиков.

Появившись через несколько дней во взводе, с ушами, замотанными бинтом и заклеенными пластырем со следами мази, Сыргабек на долгое время стал объектом шуток и насмешек всего курса — и упоминаний об опасности обморожения в инструктажах офицеров до самого выпуска.

Получив распределение в Забайкалье, Серёга-Сыргабек добросовестно и умело командовал подразделениями. С 1985 по 1987 — воевал в Афгане, был награждён государственными наградами, в 1989-м успешно поступил в Общевойсковую академию имени Фрунзе в Москве и, окончив её, направился проходить службу в уже независимую страну Кыргызстан.

Сыргабек дослужился до генеральского звания в вооруженных силах свой страны. Уволившись на пенсию по выслуге лет, на последнюю состоявшуюся встречу выпускников приехал в 2014 году в киргизском генеральском мундире, коротко подстриженным и с очками в тонкой, титановой оправе на пополневшем, чисто выбритом лице. Но тем не менее, приветствие его однокашниками, всё равно началось с вопроса: «Серёга, как твои уши? Вроде, не такие и большие…»