Курсантские погоны

Саня-Чемпион

Несмотря на плановые и весьма насыщенные занятия спортом, которые обеспечивали достаточно высокий средний уровень физподготовки, в числе курсантов военных училищ попадались истинные «самородки» и действительно выдающиеся спортсмены.

Как правило, на первом курсе из их числа формировались «внештатные» сборные команды училища, и им создавались весьма привилегированные и облегченные условия учёбы и сдачи сессий.

Основное время спортсмены разных дисциплин проводили на сборах, тренировках и соревнованиях, сдавая экзамены и зачёты по всем предметам в сопровождении начальника кафедры физподготовки, который пробивал «нормальные» оценки своим подопечным, сражающимся за честь училища на армейских и даже союзных соревнованиях.

Некоторых спортсменов такая учёба в лёгком и необременительном режиме — вполне устраивала, и их лица, редко появлявшиеся на лекциях, семинарах, практических полевых занятиях и учениях, сурово и строго взирали на нас с Доски Почёта училища, устроенной в фойе при входе в штабной корпус.

Медали и кубки, заслуженные ими на соревнованиях, занимали почетное место в Музее Боевой славы, а значки «Мастер спорта СССР» — законное место на их кителях.

Как правило, к третьему-четвертому курсу ажиотаж вокруг спортивных достижений спадал, и наши спортсмены понимали, что служить им придётся не в спорт-ротах и спортивных клубах, а в войсках, которые ждут не «гениев бокса» и «мастеров гимнастики», а обычных «летёх», подготовленных и умеющих ровно то, что надо знать и уметь командиру подразделения.

Лидер нашего учебного взвода Сашка, невысокий и худощавый, был своего рода уникальным представителем «спортивного» сообщества курсантов нашего училища.

Поступив в училище из пограничных войск Дальневосточного округа, и прослужив полтора года во взводе повышенной боевой способности на китайской границе, он был скорее не спортсменом, а реальным «Рембо советского разлива». Сухощавое тело, перевитое узлами мышц, серьёзность и усидчивость на занятиях, «взрослость» и рассудительность, поставили его на позицию одного из лидеров нашего взвода. Назначение командиром отделения и сержантские лычки лишь укрепили его авторитет.

На всех соревнованиях внутри училища, начиная с первого курса, Саня занимал первые места, категорически отвергая любые попытки командования и кафедры физподготовки направить его в сборную для участия в соревнованиях за пределами училища.

Все разговоры о «спортивной чести учебного заведения» и посулы «создания благоприятных условий для развития», «хорошего распределения по окончании училища» разбивались о его логичный и прямой вопрос: «А командовать и, если потребуется, идти в бой за меня тоже кафедра физподготовки будет?»

Каждый год в конце сентября в училище проводилось соревнование по марш-броску на 6 километров в полной боевой экипировке и с оружием. Особенностью соревнований был групповой зачет, то есть финиш «по последнему», и разрешение на оказание помощи на дистанции, при условии, что каждый финиширует со своим снаряжением и оружием.

Наш взвод, начиная с первого курса, три года держал первое место и переходящий кубок, и лишь на четвертом курсе мы вынесли коллективное решение уложиться в норматив на «отлично», но рекордов не ставить — пусть порадуются победе и другие. На самом первом марш-броске Сашка, взвалив на себя пару вещмешков, несколько противогазов и автоматов отстающих, ломился к победе «как лось по кукурузе», заставляя кашляющих и плюющихся «слабаков» рвать жилы и бежать изо всех сил.

На четвертом курсе, в сентябре 1983 года, как и всегда в один из воскресных дней, у нас проводилось не совсем обычное первенство училища по подъему-переворотом на турнике среди курсантов, изобретенное на кафедре физподготовки.

В обычном своем состоянии Саня выдавал сотню подъёмов-переворотом не особо напрягаясь, и мы были уверены, что рекорд училища будет им установлен. В назначенный день, надев на руки самостоятельно сшитые из мягкой кожи полуперчатки, Сашка приступил к установлению рекорда. Сделав по 30–40 упражнений и зафиксировав результат, огромная толпа курсантов собралась возле перекладин, на которых «лидеры общественного мнения», с ритмичностью заводных механизмов, под строгими взглядами офицеров «судейской коллегии» делали «историю» училища.

Первым соскочил с перекладины курсант с результатом 120 подъёмов-переворотом. Вторым сдался спортсмен, сделавший 210 упражнений. Сашка продолжал ритмично и спокойно накручивать себя на перекладину. Его самодельные перчатки не защитили ладони от растирания, и по рукам всё сильнее и сильнее потекла кровь, капая на землю.

Судья скомандовал: «Курсант, стой, прекратить выполнение упражнения! К снаряду!», но Санька продолжал, поддерживаемый громкими выкриками толпы курсантов, окруживших перекладину. Не реагируя на команды судей и требования командиров с угрозами ареста на гауптвахте и прочих неприятностей, он упрямо продолжал делать упражнения.

Прибывший на спортгородок начальник училища — генерал-майор, посмотрев на кровь, льющуюся по рукам Сашки, спросил у судьи соревнований в наступившей тишине: «Сколько?». Услышав ответ: «Уже триста», приказал врачу и фельдшеру, находившимся на площадке, быть готовыми. Задрав голову, седой генерал сказал Сашке: «Сынок, достаточно, слезай. У тебя кровь течет, можешь остаться без рук».

Сашка спрыгнул с перекладины при счете 339 (триста тридцать девять!) и был подхвачен на руки курсантами. Врачи забинтовали ему растертые до «мяса» ладони и толпа курсантов с криками «Сашка — чемпион!» и «Ура!» понесла героя соревнований на руках в помещение медпункта.

Саня появился во взводе через несколько дней, выйдя из санитарной части с перевязанными бинтами ладонями. По «курсантскому телеграфу» прошел слух, что начальнику кафедры физической подготовки начальник училища объявил взыскание и запретил проведение подобных соревнований, из-за их высокой травматичности. Насколько мне известно, Сашкин рекорд до сих пор никем в училище не побит, хотя неофициальные попытки сделать это предпринимались неоднократно.

После выпуска Саня получил распределение в Среднюю Азию, и в этом-же 1984-м был направлен по своему рапорту в десантно-штурмовое подразделение в Афганистан.

Он погиб весной 1985-го, прикрывая отход своих солдат, попавших в душманскую засаду в ущелье. Его тело вытаскивал под пулями раненый сержант, впоследствии награжденный орденом Красной Звезды. За героизм и мужество, проявленное при выполнении интернационального долга, наш Сашка был награжден орденом Красного Знамени посмертно.