Маленькая хозяйка замёрзших фьордов

Глава 34

Абсурдная, на первый взгляд, мысль, с каждой минутой захватывала всё больше. Если думать об этой истории в таком ключе, то всё сходилось. Ну, может не всё, но большая часть точно.

Например, те слова Чивасы около внутреннего двора. Она говорила, что они все устали, и что Габ должен использовать меня. Но он отказывался, а она намекала, что возраст, когда мы впервые столкнулись с трудностями, у нас почти одинаковый. Значит, ему было около девятнадцати, когда землю накрыло проклятье.

И ещё… Её намёк на усталость также говорил о том, что сами они предпочли бы смерть такому длительному заточению. Поэтому вероятность того, что Габ насильно поил их какими-либо зельями сводилась к нулю. Бессмертие было результатом чего-то другого. Например, наличия среди них полубога с подобной силой. Существующего в форме духа Утиса я в расчёт не брала, так как магия всегда формировалась в теле.

Получается, что почти сто лет назад император пожелал избавиться от ненавистного наследника, а маркиз, приёмный отец полубога, решил наконец-то отомстить за смерть жены. Они оба согласовали сделку по продаже принца хиёлтам. Но, что случилось потом? Почему же в народе были уверены, что сам маркиз Одан отправился к морскому народу, чтобы что-то там украсть?

— А что случилось с Оданом и Марчело? — спросила я ошалевшего от новостей Габриэля. — Как так получилось, что они оба сгинули, а вы с Утисом остались?

Он всё так же стоял напротив стены и будто рассматривал мозаику. Наверное, мой вопрос был слишком груб, но правда могла быть сказана только тем, кто всё видел. Люди имеют свойство приукрашивать услышанное, поэтому я не сомневалась, что даже в документе понтифика могло быть что-то изменено. У каждого победителя и свидетеля чьей-либо победы своя правда. Но она всегда односторонняя. Поэтому мне была важна каждая крупица потерянного прошлого.

— Считаешь, что это я их убил? — внезапно спросил Габ, трогая пальцами камни, что изображали паруса.

— Что? Нет, конечно! Я ведь о другом…

— Но это и правда сделал я. — Габриэль повернулся и снова на его лице появилась мученическая улыбка, будто само воспоминание причиняло ему нестерпимую боль. — Это я убил отца и деда.

— О да, мой мальчик! Я знал, что когда-нибудь ты всё-таки признаешься! — Одан спланировал вниз и завис передо мной, скалясь в сторону внука. — Маленькая леди хочет услышать, как ты превратился в ничтожнейшее сущ…

— Хватит. — Я шлёпнула ладонью по макушке черепа и страшно зыркнула. — Тебе ли так радоваться?

— А что я? — Дух воспылал и щёлкнул челюстями. — Я никого не убивал!

— Да. Ты всего лишь собрался избавиться от невинного человека, отправив того на потеху русалкам!

Череп потушил глазницы и на некоторое время отключился от разговора, упав мне на колени. Держать в руках голову патриарха семьи было не очень приятно, поэтому я поставила его на пол, слегка подпихнув ногой под кресло.

Что же Габ подразумевал, когда говорил о том, что сам убил отца и деда? Я могу понять, если речь идёт об Одане, ведь такая скотина явно заслужила смерти, но почему Марчело? Он же любил сына, делал всё, что мог в сложившейся ситуации и…

Возможно, я в корне неправа?

И всё-таки, думать о нём, как о хладнокровном убийце было выше моих сил.

— За несколько лет до появление проклятья, — начал рассказ Габ, медленно идя вдоль стены и ведя пальцами по мозаике, — глава рода решил избавиться от меня.

Я вздрогнула, ощутив волну горечи и принятия. Габриэль даже ненависти не испытывал к Одану. Скорее сожаление, что тот вообще поддался слабости и захотел избавиться от внука.

— Почему? — спросила, сжимая пальцами подлокотники кресла. — Почему он захотел тебя убить? Ведь ты рос на его глазах.

— Потому что для Марчело подобрали подходящую партию, — раздался голос из-под кресла. — Я нашёл ему жену из других земель. Девушка была из правящего рода и наличие бастарда могло всё испортить. — Одан выплыл наружу и взвился вверх, предоставляя право продолжить Габу.

— Да. Всё как он и сказал, — горько усмехнулся Габриэль. — Для отца нашли жену. Она должна была приплыть на корабле, поэтому от меня решили избавиться так быстро, как это возможно. Был придуман великолепный план, — выдохнул он в вверх. — По землям прошёл слух о том, что недалеко от Бизарского водопада были найдены остовы затонувших торговых кораблей. Дед знал, что я всегда испытывал тягу к морю и любому другого делу предпочту расследование.

Бизарский водопад?

Я сглотнула и стиснула зубы. Но ведь он был известен плотоядными и очень агрессивными креветками размером с руку взрослого мужчины. Эти твари охотились стаей, пожирая всё, что видели на своём пути. Поэтому торговые пути всегда прокладывались в обход скал, где был водопад. Иначе можно было лишиться не только товаров, но и жизни.

— Хочешь сказать, что кто-то нарочно направил корабли по заведомо гиблому пути?

— Не знаю. — Габриэль обернулся. — Я так туда и не попал.

— Но…

— Наверное, отец что-то знал о задумке деда, поэтому изготовил зелье, меняющее внешность на мою.

— То есть…

— Это была тайна! — взвизгнул дух, падая на нас с большой скоростью. — Я требовал от тебя молчания! Ты должен был сам туда отправиться!

Габриэль проводил мрачным взглядом деда и продолжил:

— Я рассказал отцу о том, что собираюсь расследовать эти крушения. Мне хотелось, чтобы меня наконец-то заметили. Сказали спасибо. — Он усмехнулся. — А вышло так, что я своими руками отправил отца на смерть. Не знаю, может он просто хотел сбежать от семьи и вынужденного брака, но правда в том, что Марчело дю Эсфиль погиб, когда огибал Бизарский водопад на моей шхуне. Его тело так и не было найдено. Вероятно, где-то там, на дне, среди кучи других костей лежат и его. Мы ждали его несколько месяцев, я сам пытался искать, но… Никто не смог даже приблизиться к тем водам.

— Твой папа… — Я прикусила язык, боясь навредить его душе ещё больше, но в свете последних разоблачений стало ясно, что молчать больше нельзя. — Он ведь мог выжить.

— Это невозможно.

— Маленькая леди, не стоит говорить опрометчивых вещей, — начал Одан, но я лишь отмахнулась от него.

— Габ, я ведь тебе говорила о том, какова природа твоей силы, верно? Что если, ему всё-таки удалось сбежать оттуда? Как думаешь? Если отправить кого-нибудь на другие материки и дать им настоящий портрет Марчело…

Маркиз дошёл до первого из шкафов, что были на его пути, и вдруг замер.

— Думаешь, это возможно? — хрипло спросил он, смотря на книги.

— Вполне. — Я кивнула. — Алхимики исчезли только в нашей стране. Во всех остальных они живут вполне достойно и если он смог туда добраться, то скорее всего открыл алхимическую лавку. Может, даже женился. Надо дать объявление о поиске и отправить людей во все стороны света. Когда-нибудь, я уверена, мы сможем найти следы твоего отца.

— Соля.

— Ммм?

— Спасибо.

Габ повернулся не пытаясь спрятать красных от слёз глаз.

— Рано благодаришь. — Я поднялась и пошла к нему. — Теперь об Одане. Как он умер и почему дал посмертную клятву?

— Да-да, расскажи ей, мерзавец, как бросил деда, спасая свою шкуру!

— А ну хватит! — гаркнула я, сметя духа небольшой волной магии смерти. — Поговори мне. Габ, если хочешь, можем найти место потише или просто сбросить черепушку с башни, — мстительно предложила я.

— Всё нормально. — Он погладил меня по голове и аккуратно прижал к себе. — Если мы сделаем что-то подобное, то библиотека снова будет запечатана. Кстати об этом, — он оттянул меня от себя и хитро посмотрел. — Как ты объяснишь моё право на вход сюда и просмотр альбома с настоящими портретами, если уж я на самом деле сын бога?

— Да всё просто. — Я пожала плечами и обняла его за талию, прильнув к груди. — Твоя мама, принцесса Лиеша, была женой маркиза, а это значит, что отпечаток её магии и ауры должны были добавить в систему охранных заклинаний.

— Пф, — выдохнул дух и окатил нас душем из магии, после которого сразу захотелось помыться.

— Ну так что? — Я потёрлась носом о его грудь, сумев отодвинуть край ворота рубашки. — Что произошло с этим капризным дедом?

— Когда император отдал приказ о свадьбе Утиса с наследницей русалок, был собран корабль, и в числе провожатых, а точнее надсмотрщиков и охранников, был и Одан. Он следил за тем, чтобы Утис не сбежал, и не умер до того, как будет передан хиёлтам. Мне удалось тайком пробраться в трюм и во время обмена устроить взрыв. Тис немного обгорел, а вот Одан свалился за борт. Его, конечно, пытались спасти, но из-за сильного течения его тело попало под гребной винт. Одану отсекло голову. Как видишь, в замок мы смогли доставить лишь её. Тело сожрали акулы.

— Гадкий мальчишка! — заверещал дух, беснуясь почти под самым потолком. — Если бы не ты, то всё бы было хорошо!

— Ага. — Я отодвинулась от Габриэля и вскинула голову. — Ты бы просто избавился от человека и продолжил жить как ни в чём не бывало. Твоя смерть — результат твоей же жадности, Одан. И хватит уже истерить, ты же не баба с рынка, чтобы так страдать о том, что случилось сто лет назад. Пора бы смириться с тем, что ты всего лишь неупокоенный дух. О. А как ты клятву-то принёс? Как он стал посмертником, Габ?

— Ха-а-а… — выдохнул маркиз. — Видишь ли, Соля. Несмотря на то, что Энель Пятый не жаловал богов, он всё равно нёс на себе бремя их власти. Когда в империи стало известно о том, что задумал император, люди взбунтовались. Все ждали восшествия Третьей звезды, верили в пророчество и молились богам. Потом было восстание и весь род Ахария прилюдно обезглавили. Не пожалели даже эрцгерцогиню, которая была на сносях. Одан проклял себя, желая застать мой конец. Так и дал клятву. Кто же знал, что ему придётся ждать столько лет… В общем, новым императором должен был стать Утис, но из-за взрыва на корабле и предательства семьи, он решился на смерть. Поэтому мне пришлось запечатать его тело и душу, чтобы когда-нибудь, когда он захочет вернуться — дать ему шанс прожить жизнь до конца.

— То есть, вся семья Ахария была казнена, — пробормотала я. — А наследник сам предпочёл умереть.

— Верно. — Габ стиснул меня в объятиях. — Именно так всё и было.

— Но кто же тогда занял трон? Ведь сколько бы я ни искала, но не нашла рода Тризма в летописях страны.

— Не знаю. Может, это какой-нибудь герцогский род? Меня в то время мало волновало происходящее. Русалки как раз начали замораживать фьорды, приходилось спасать людей.

— Ладно, этот вопрос не к спеху. Мы всё равно не собираемся предъявлять права на трон, так ведь?

— Так. — Он чмокнул меня в макушку. — Я просто хочу вернуть этой земле жизнь и жениться.

— О. Кстати об этом. — Я подняла голову, смотря на его подбородок. — Видишь ли, так как ты и есть наследник бога, то тебе вовсе не нужно благословение, понимаешь?

— В смысле?

— Да просто, ты ведь и сам можешь благословить этот союз, просто пожелав нам двоим счастья. — Я улыбнулась. — Во всей империи не найдётся более благородного человека, чем ты, нам не нужен свидетель. Достаточно сделать запись в храмовой книге.

— И что, твой опекун не сможет ничего на это сказать?

— Нет. Запись в книге становится золотой и несмываемой, как только пара получает благословение. Ты ведь знаешь, что храмовая книга — эта каменная плита?