Маленькая хозяйка замёрзших фьордов

Эпилог

Иллюзий по поводу дальнейшей жизни я не питала. Очнувшийся Утис очень долго обижался на Габриэля, и даже известие о столетней войне и промёрзших землях его не разжалобила. Утис обещал отомстить родственнику. Но для начала он сделал то, что должен был: принял титул маркиза и попытался упокоить Одана.

Дед устроил ему знатную трёпку и теперь подыскивал новую хозяйку маркизата.

Ещё три месяца назада жизнь и процветании империи находились на волоске от небытия, но вопреки желанию Церцеи род Тризма всё-таки исчез с политической карты мира. Ведь истинным наследником и правителем был Габ. Коронация нового императора была уже на подходе, и потому весь дворец кипел. Впрочем, я этого не видела, так как всё время объезжала земли в поисках выживших некромантов.

Растущий в утробе ребёнок действительно забрал святую силу, оставив мне наследие отца. Я стала полноценным некромантом и с большим удовольствием занялась тем, чем и должна была: очищала землю от трупов и грязи.

В общем, если Габриэль чистил законы и аристократию, то я занималась простым народом и землёй страны.

За три месяца мы успешно справились с расселением трущоб, в кратчайшие сроки построив общие дома, где могли поселиться несколько семей сразу. Это было выгодно в первую очередь жителям, так как позволяло сократить налоги на обслуживание, и нам. Мы смогли как следует подготовиться к холодам и не допустить новых смертей от переохлаждения и болезней.

Если говорить об Артусе, которого я, по словам Габриэля, кинула, то он, вняв советам Владыки, решил отказаться от платы за помощь.

Народ принял нас… прохладно. Ведь им, далёким от политики и высшего общества, был нужен не просто новый правитель, а тот, кто позаботится и даст надежду на лучшее будущее. Естественно, надежда должна подкрепляться деяниями, поэтому мы запрягли и Белуна с Чивасой, которая ко всему прочему удочерила Рену.

Ах. Я ведь совсем забыла рассказать. Первое, что сделал Габриэль, когда получил доступ к ингредиентам — это создал лекарство от плесени. Мы весьма удачно наткнулись на одну из сокровищниц Одана, которая была заперта льдом, а не магией. Ух, как он орал на нас…

Но то дело было важным, и мы быстро нашли слова для вредного призрака.

— Соля! — Дверь распахнулась, впуская запутавшегося в полах мантии Габриэля. — Ты где ходишь?! Он уже почти здесь!

— Дыши, — посоветовала со смешком я. — Всё будет хорошо, милый. Ты же прекрасно его знаешь.

— Да! Но прошло столько времени, он может и не простить.

— Доуль не такой. — Я поднялась с кушетки, на которой отдыхала после обеда. — Ну не помнит он последнее столетие и то, как ты вырос. Подумаешь. Главное что ты — это ты, и ты живой, как и все остальные. Это самое важное, понимаешь? Ты же приготовил для него дом, да? — с намёком уточнила я, припоминая как вчера Габ забыл подписать бумаги для возобновления дипломатических отношений с королевством Сантия, где проходил курс лечения бывший принц Жифт. — Кстати, как продвигается закон о наследии?

— Его всё ещё не хотят принимать в таком виде, — поморщился Габ, усаживая меня на кровать и прислонясь ухом к животу. — Говорят, что если простолюдин будет иметь право на наследство, то это подкосит всю систему права и к тому же опустошит казну.

— Ну так иди и убей этого мерзавца, кто там из них сопротивляется, — пробормотала я, чувствуя, как стала уплывать в послеобеденный сон. — Своё наследство, значит, они берегут, а у простого народа в казну забирают. Что за отвратительные люди. Можно же от них как-нибудь избавиться, а?

— Будущая мать и императрица не может быть такой кровожадной. — Габ поцеловал живот и что-то шепнул. — Я всё решу, не переживай. Ты же знаешь, что для меня народ куда важнее аристократов.

— Да-да. — Я потрепала его по тщательно уложенным волосам. — Но нельзя, чтобы баланс перевесил, понимаешь? Везде… уау… Что-то я совсем расклеилась. Везде нужен баланс. Как там девочки?

Нам удалось спасти всего лишь двух принцесс. Из всех детей Церцеи выжили только Жифт, Бьянка и Лисия. И если Жифту удалось вернуть человеческий вид с помощью кучи артефактов и магии, то принцессам повезло меньше. Они обе остались инвалидами и лишились частей тел. У Бьянки не было глаз, а у Лисии правой руки. Впрочем, им это не мешало наслаждаться жизнью. Да и Габ обещал помочь с артефактами, которые должны были заменить потерянное.

— Тестируют зелья совместимости. Если получится, то в конце года лекари сделают им пересадку с помощью фей.

Да-да. Империя Крестоф, откуда был родом Фель, тоже изъявила желание наладить отношения.

— Понятно. А что Белун? Всё ещё дуется?

Габриэль хохотнул.

— Сказал, что только через его труп. А так как смерть ему не грозит в ближайшее тысячелетие, то маленьких гномов мы никогда не дождёмся. Оставь его, Соль. Пусть наслаждается жизнью. Он, между прочим, лично для тебя уже огород сделал.

— Мне? А зачем?

— Говорит, что детей надо кормить самой лучшей пищей, поэтому он сам будет её выращивать… Мне кажется, я о чём-то забыл. — Он потёрся носом о мою руку и прикрыл глаза.

— До-о-уль, — пропела я.

Габриэль подскочил и бросился на выход.

— Жду тебя внизу! — крикнул он. — Не забудь о том, что я говорил!

— Ладно!

Я тяжело поднялась, и с трудом передвигаясь по комнате, подошла к трюмо. К сожалению, Габ оказался прав. Биология богов иная. Моя беременность оказалась краткосрочной. Ребёнок рос не по дням, а по минутам, или даже секундам. И там, где природе требовалось девять месяцев, мне понадобилось всего четыре. Уже через неделю главный лекарь двора должен будет созвать магов и повитух.

Ну а сегодня, к нам возвращался великан.

Я улыбнулась отражению в зеркале и поправив волосы, пошла на выход. Всё-таки ходить вперевалку в тесном, ужасно неудобном платье тяжело. Но я старалась. Ради приличий.

Советник Габриэля, которого выбирали всей семьёй, заметил, что даже если я императрица и мать наследника, это не даёт мне право лазить по деревьям, прыгать с лестниц и вываливаться на ходу из карет.

А всё почему? Потому что внимание! — имидж монархии. Не больше и не меньше. И теперь мы очень старательно его восстанавливаем. Но иногда, Габриэль идёт мне на уступки и мы гуляем пешком по городу. И даже заходим в бедняцкий квартал, в гости к деду Петро.

Вот так.

А Дрыга мы на голубе всё-таки покатали.