Молот Пограничья. Книга VI

Глава 9

— Здравия желаю, господа офицеры.

— Здравия желаем, ваше сиятельство!

Семь луженых глоток рявкнули на всю Тайгу. Отвечали браво — хором, почти в один голос, как и положено выпускникам юнкерских училищ… Но только почти. «Сиятельства» вышли чуть вразнобой, и эхо от рева господ офицеров еще не успело затеряться среди сосен за частоколом, а кто-то уже вовсю косился на сугробы на землянках, кто-то — на дозорную башню, а кто-то разглядывал меня с таким любопытством, будто я был не командиром, а экспонатом в кунсткамере.

Молодой князь Костров, победитель чудовищ, защитник и живая легенда Пограничья — именно так, полагаю, их напутствовали перед отправкой. Великий воитель, удачливый делец, покоритель Тайги и все тому подобное. Реальность же оказалась… реальностью.

На деле перед «золотыми мальчиками» Урусова стоял даже не ровесник, а парень на пару-тройку лет моложе. Высокий, крепкий, однако формально не имеющий и чина подпоручика. Сильный Одаренный, боевой маг, взявший запредельный для нашего возраста первый ранг с боевым Огня — но всего лишь провинциальный князь, а не наследник древнего и влиятельного рода, как они сами.

Семеро. Все парни передо мной выглядели так, будто только что вышли со склада обмундирования. Форма еще не обтерлась, ремни портупеи новехонькие, блестящие отполированной кожей, подбородки выбриты до синевы. Только что из училищ, в лучшем случае — после полугода каком-нибудь тихом гарнизоне, где главную опасность для них представляли разве что клопы в казарме.

Зато — титулованные. Из семерых лишь один оказался не сиятельством или светлостью, а всего лишь благородием — но и тот запросто мог оказаться сыном или племянником прославленного генерала. Он и еще двое уже носили на плечах звезды поручиков — и вряд ли по выслуге лет или за особые достижение. Скорее уж армейское руководство на местах решило угодить могущественной родне.

Урусов, надо отдать ему должное, честно предупредил, что самых спокойных и послушных оставил себе, а мне отправил тех, кому досталась не только спесь, но и горячие головы. Впрочем, вариантов у нас было немного: даже с учетом потерь за последние полгода некомплект по офицерскому составу едва перевалил за полдюжины, а столица уже прислала тринадцать молодых Одаренных и, судя по всему, останавливаться не собиралась.

Часть Урусов оставил в гарнизоне, и не нужно было долго гадать, какую именно.

— Итак, вы уже наверняка знаете, что ждет нас за частоколом, господа офицеры, — продолжил я. — Это Тайга, господа. Не просто магия, твари с аспектами и сосны. А место, не похожее ни на что, с чем вы прежде имели дело.

Господа офицеры явно слушали вполуха. Видимо, заранее определели мою речь, как дежурную начальственную болтовню, которую каждый из них слышал уже десятки, если не сотни раз. А в таких случаях содержимое ее обычно не задерживается в голове… Любопытства у парней сейчас наверняка было больше, чем опасений, и им наверняка уже не терпелось поскорее отправиться охотиться на магических тварей.

Да и на что я, собственно, рассчитывал? Если сам удрал с Жихарем за реку в первое же свое утро на Пограничье.

— Тайга проверяет на прочность все: дух, тело и знания. Потому с проверки мы и начнем. Прямо сейчас. Разобьемся на пары. Работа без оружия, только магия — в четверть силы. — Я заложил руки за спину и, сделав паузу, закончил: — Цель простая: я хочу увидеть, на что вы способны.

— Простите, князь.

Длинный тощий блондин с прической, которая не слишком-то походила на уставную, шагнул вперед и чуть склонил голову — ровно настолько, чтобы обозначить вежливость, не более.

— Боюсь показаться неучтивым, но не вижу для себя смысла участвовать в каких бы то ни было испытаниях. По праву титула и ранга я рассчитывал на должность, соответствующую моему положению, а не на…

Парень обвел рукой двор крепости — бараки, грязь, штабеля бревен — и не даже не потрудился закончить фразу. Судя по тону, показаться неучтивым он нисколько не боялся. А может, даже наоборот — хотел. Чтобы сразу показать какому-то там сиволапому таежному князьку его место.

— Что ж, не вижу причин настаивать. — Я заглянул в список, который еще утром переписал из реестра Урусова. — Его светлость Меншиков Дмитрий Александрович, поручик, третий магический ранг — не желает участвовать в проверке. Пусть так. — Я аккуратно сложил бумагу и убрал во внутренний карман. — В таком случае, считаю себя обязанным предложить место, достойное таланта и титула. Будете руководить инженерной командой.

— Что⁈ — Меншиков переменился в лице. — Стройка?..

— А почему бы, собственно, и нет? — Я пожал плечами. — Работа здесь ничуть не менее важна, чем сражения с чудовищами. А стройку я вам, так и быть, доверю и без всяких там экзаменов. Ваша светлость.

После моих слов положенное по титулу обращение прозвучало чуть ли не издевательством — и Меншиков явно это заметил.

— Вы знаете, кто мой отец⁈

— Разумеется. И только из уважения к нему дам вам возможность попробовать еще раз, — вздохнул я. — Через месяц. Разумеется, если вы к тому времени проявите себя работе. Или сами не пожелаете оставить военную службу на Пограничье. А пока — можете быть свободны. О новых обязанностях вашей светлости сообщат позднее.

Меншиков стоял, красный до кончиков ушей. Даже приоткрыл рот — но так ничего и не сказал. Он оглянулся на строй, будто ожидая поддержки — и ожидаемо не нашел. Шестеро его товарищей явно успели сообразить, что бунт здесь карается сурово и незамедлительно, а князь Костров не зря заслужил свою славу — раз уж не побоялся отправить наследника столичного князя копать ямы и возиться с частоколом.

В общем, его светлости оставалось только козырнуть, развернуться и идти прочь — молча. Меншиков недовольно пыхтел, но характер выдержал — не оглянулся. И даже спиной изо всех сил пытался изображать положенное по титулу высокомерие.

Получалось, правда, не слишком убедительно.

Кто-то в строю коротко хмыкнул, но стоило мне обернуться — и смешок тут же утонул в тишине, будто его и не было.

— Продолжим, господа офицеры. Нисколько не сомневаюсь, что каждый здесь умеет стрелять из револьвера и штуцера, так что самое время проверить, чего стоят ваши магические умения. Разбились на пары, за частокол, — Я вытянул руку, указывая на ворота — и приступаем. Победитель получит отделение солдат и назначение. Проигравший — пока остается здесь, в гарнизоне. Заклинания без ограничений, но ради Матери — не покалечьте друг друга. Не имею ни малейшего желания оправдываться перед полковником.

Господа офицеры зашевелились. Пары сложились быстро — и тут же трусцой помчались к частоколу. Сам я направился следом, по пути махнув рукой Аскольду с Соколом, скучавшим у ближайшей избы.

— Пожалуйте за мной, судари, — сказал я, расстегивая шинель. — Подадим гостям пример, как надо драться. Да и нам практика уж точно не помешает.

Глаза Аскольда тут же загорелись азартом, а вот Сокол отлипал от сложенной из бревен стены чуть ли не со страданием во взгляде. Не то чтобы тренировки давались ему с таким уж трудом — скорее наоборот — но его никто и никогда не учил магии, так что вместо заклинаний у бедняги нередко получалось что-то невразумительное.

— Ва-а-аше сиятельство, — тоскливо протянул он, — а обязательно?..

— Обязательно, — отрезал я. — Так что снимайте все лишнее — и за мной. Нечего рассусоливать.

Сокол покорно кивнул, и где-то через минуту мы вышли за ворота, где уже вовсю лупили друг друга магией господа офицеры. И лупили, надо сказать, не только увлеченно, но и весьма умело — насколько я мог разглядеть, сам готовясь к схватке.

— Оба на меня, — скомандовал я. И, улыбнувшись, уточнил: — Работаем в четверть силы — князь у вас один.

Аскольд молча отступил на два шага, привычно выбирая дистанцию. За последнюю неделю он наконец перестал лезть в ближний бой — понял, что против Одаренного в первого ранга, да еще и с аспектом Огня, в рукопашной шансов нет и не будет, а вот на расстоянии доставшийся от родителя Лед способен если не пробить мою защиту, то хотя бы как следует прощупать.

Первый удар Аскольд поставил грамотно: ледяной клин, короткий и плотный, чуть левее моей головы — не в лоб, а сразу с прицелом на то, что я попробую уклониться.

Позавчера бил бы прямо. Растет парень, и еще как растет.

Сокол зашел справа — и все тут же покатилось по знакомой колее. Я учил его базовым заклинаниям уже не первую неделю, а он послушно повторял — секунд пять. А потом тело брало свое, и магия снова превращалось в продолжение кулака. Подскочил — ударил — отскочил. Так что даже с неплохими показателями по двум аспектам успехи пока были не очень.

Огонь и Ветер клубились вокруг Сокола неразборчивым маревом, и угадать, что он сейчас вложен в удар, было почти невозможно. Впрочем, это и не требовалось.

— Дистанция, — напомнил я, отводя атаку ладонью.

И тут же ударил в ответ. Сокол рухнул на лопатки, перекатился по снегу, встал — и тут же снова ринулся вперед. Видимо, всю мою науку уже вытряхнуло из головы, а тело помни только одно: подобраться вплотную — и бить. В ближнем бою без магии Сокол наверняка без труда уложил бы любого из молодых офицеров, что сейчас возились в сотне шагов отсюда.

Вот только в бою с Одаренным серьезного ранга кулаки кончаются быстро.

Аскольд тем временем выбросил второй клин — тоньше, острее, целя в колено. Пока Сокол отвлекал ближним боем, он чуть сместился и отработал с фланга. Неплохо — мне даже пришлось чуть ускориться, чтобы не попасть под удар.

Я скользнул назад, и ответил. Не полноценным заклинанием, а волной жара, мягкой и широкой, от которой лед Аскольда с шипением разошелся паром, а Сокол в очередной раз отшатнулся, прикрывая лицо. Отступил на несколько шагов и, не удержав равновесие, уселся в снег.

— Довольно. — Я погасил огонь на ладони. — На сегодня с вас, пожалуй, хватит. А теперь разберем…

Удивительно, как много можно узнать всего за три вечера со справочником — и как легко все дается, когда ты уже перешагнул порог первого ранга. Ощущение, которое навалилось после охоты на ящера, не обмануло: Основа стала тяжелее, плотнее — и дело было не только в мощности или подросшем резерве. Сами заклинания теперь выходили точнее и легче. Магия отзывалась раньше, чем я успевал подумать, что именно хочу сделать.

— Опять форму стирать, — проворчал Сокол, отряхивая колени. — Вот поэтому я и предпочитаю револьвер, ваше сиятельство. Надежнее.

— Надежнее как раз-таки магия. А еще — разнообразнее, сильнее, и патроны не кончатся, пока есть мана. Это тебе не шесть штук в барабане, — усмехнулся я. — Преимущество, от которого глупо отказываться, раз уж Матерь наделила Даром.

— Как скажете. Но от оружия я все-таки не откажусь.

— Боюсь, тебе это и не грозит. — Я со вздохом подобрал лежавшую на снегу шинель. — Уже скоро нам понадобится и то, и другое… Сколько у тебя бойцов в Гатчине?

Сокол покосился на Аскольда. Но потом все же сообразил, что княжескому оруженосцу не только дозволительно слушать такое разговоры, но порой даже положено в них участвовать.

— Сорок два, — ответил он. И, поморщившись, уточнил. — Но двоих уже гнать пора.

— То есть, сорок. — Я проделал в уме нехитрые вычисления. — А нужно хотя бы раза в полтора больше. И оружие — хотя бы картечницу.

— М-м-м… понятно. — Сокол снова скривился, будто ему ткнули локтем под реба. — Зубов? Или?..

— Зубов, — Я взялся з пуговицу и начал застегивать шинель. — А может, и что-то похуже. В Москве сейчас играют по-крупному, и рано или поздно все непременно докатиться и до Пограничья — снова. Пока его величество здесь никто, конечно же, не сунется. Но как только он уедет — можешь не сомневаться, к нам тут же пожалуют гости. И Гатчина на их пути первая.

На этот раз Сокол не ответил — только молча кивнул. И удивления в его взгляде не было нисколько. Никто и не сомневался, что пока на этом свете остается хоть один Зубов, покой нам уж точно не грозит.

Впрочем, грядущие заботы, хоть и висели где-то над головой тяжелым камнем, пока еще оставались грядущими. А у меня имелись и насущные… целых три штуки — и они как раз сейчас трусили по снегу в нашу сторону, оставив за за спиной поверженных противников.

Тренировка сбила с господ офицеров часть столичного лоска: у одного был прожжен рукав, другой растирал ушибленное плечо, а у третьего на бровях поблескивала изморозь, которую он не потрудился стряхнуть — или просто не заметил.

И первым вполне ожидаемо пришел темноволосый парень с погонами поручика — тот самый единственный без титула. Невысокий, но крепко сбитый, с едва заметной горбинкой на носу и острыми скулами — явно татарских кровей. Я даже вспомнил его фамилию — Рахметов. Четвертый ранг, аспект — Камень.

Опыт у поручика явно имелся — иначе он вряд ли сумел бы победить противника с Огнем в арсенале, работая от защиты. И темперамент наверняка тоже, но пока я назначал его товарищей — одного в патруль вдоль реки, а второго в Гатчину к Соколу, он терпеливо дожидался своей очереди. Хоть, похоже, и не надеялся, что его отделению достанется что-то поинтереснее, чем солдатам офицеров с громкими титулами.

— А на вас, Рахметов, — Я повернулся к нему, — у меня большие планы.

Поручик выпрямился. Не встал по стойке «смирно», это было бы уже чересчур — но тут же подобрался и снова застыл, ожидая продолжения.

— Солдаты прибывают через… — Я оттянул рукав шинели и взглянул на часы, — сорок минут. Три отделения из Орешка. Обеспечьте своим людям места, подготовьте снаряжение и оружие. Мы выступаем на рассвете.