Моя Калифорния

Глава 15. Не сойти с ума

Камеры наблюдения сопровождали меня всю дорогу наверх, заговорщически подмигивая красным: в большом мраморном холле, в блестящем позолотой лифте, у самой квартиры Пэм. Распахнув дверь, Памела отступила на шаг, завязывая пояс шёлкового халата: «Кристи?! Ты?! Что случилось?». Надеясь, что не помешала романтическим планам подруги, я незаметно заглянула в гостиную,

— Я… Прости, что так поздно! И без предупреждения. Так получилось. Если я помешала…?

— Да ну! Что ты! — искренне возмутилась подруга. — Заползай! Чай будешь? Или шампанское?

Выбор показался очевидным и, пройдя следом в просторную гостиную, совмещавшую в себе функции кухни и столовой, я без особого удивления обнаружила на стеклянной поверхности стола открытую бутылку шампанского — Памела не шутила.

— Как хорошо, что ты заехала! — Пэм набрала воду в чайник и, бросив в чашку чайный пакетик, водрузила её передо мной. — Я весь вечер подыхаю со скуки! Спать не хочется, делать нечего. Пыталась развлечь себя сотым просмотром «Красотки» и шампусиком, но настроение всё равно на нуле. Слушай, а хочешь пирожных? У меня есть! Эклеры. Со сливками. Купила днём в кондитерской за углом, а потом подумала — зачем? Мне же нельзя. Но они были такими соблазнительными…

Коробка с эклерами, возникшая перед глазами, выглядела вправду заманчиво.

— Хочу! — вздохнула я, подцепляя исходящее ванилью пирожное.

— Ну, давай, — усевшись напротив, Пэм сделала большой глоток шампанского и подперев щёку ладошкой, приняла позу внимательного ожидания, — рассказывай!

— Фто? — уточнила с набитым ртом, потянувшись за новой порцией.

— Крис, мне безусловно лестно думать, что ты появилась здесь в первом часу ночи, движимая одной горячей любовью ко мне. Но что-то подсказывает, что это не главная причина твоего визита. Так что случилось? Выкладывай!

Дожёвывая пирожное, я выиграла несколько минут на раздумья, вылившиеся в долгий вздох.

— Я не знаю… Не знаю, что сказать. Не спрашивай меня, Пэм. Ладно? Я не могу. Просто не могу…

— Всё так плохо? — серые глаза подруги посерьёзнели. — Это Сэм? Этот тупица опять накосячил?

— Ох, нет! Нет! Если бы… Сэмми тут совсем ни при чём! Он…

— Тогда кто?! — Памела не собиралась отступать. — Твой ухажёр? Насколько помню, этот уикенд вы планировали провести на его яхте?

Одно упоминание выходных ударило в лицо горячей волной,

— Нет, Фернандо не виноват…

— Не виноват в чём? — брови подруги сурово сдвинулись.

От ответа меня спас звонок её мобильного. «Если спросят, то меня здесь нет!!!» — для убедительности замахав руками перед носом Пэм, я замерла, прислушиваясь к её ответу.

— Алло. Да, привет, Сэм! А сам то, как думаешь, сейчас час ночи! Ладно, я не спала…Что? Кристи? — Обернувшись ко мне, она вопросительно подняла брови. Я энергично затрясла головой «Нет меня!!!». — Эмм… Нет, не видела её с пятницы. А что стряслось?

По мере ответа невидимого собеседника, глаза Памелы расширялись всё больше.

— Так говоришь, её телефон выключен… — подруга многозначительно уставилась на мою сжавшуюся на стуле персону. — А на домашний ты пробовал? Ах да, у вас отключен! Прости, Сэмми, боюсь, ничем не могу помочь. Но если узнаю что-то… Да, обязательно! Не дергайся так, она наверняка у кого-то из знакомых. Да, я слышу, передай Фернандо, что волноваться нет повода, с Кристи всегда так… Как, и Сьюзен с вами? Оу…

Вопрос в глазах Пэм разросся до предела, грозя выплеснуться наружу. «Заканчивай!» — просигналила я беззвучно, для убедительности проведя ребром ладони по горлу.

— Пока! — резко сообщила Памела мобильному и решительно надвинулась на меня. — Ты что, кого-то убила?! Крис?!

— Неее! Честное слово! — со всей мочи затряся головой, я на всякий случай слегка подалась назад. — Богиней клянусь!

— Тогда что за кипишь? Все на ушах стоят! Сэм звонит мне среди ночи неся полный сумбур про какой-то остров, твой побег с яхты, Фернандо, твоё состояние… Что за фигня творится? Почему наш Сэмми на яхте твоего бойфренда, и что там делает Сьюзен?

Не видя пути к отступлению, из потока вопросов выбрала самый безобидный,

— Сэмми со Сьюзи провели с нами уикенд на яхте Фернандо. Сюрприз, сюрприз для меня! Ферджи устроил. Уговаривать их не пришлось, ты же знаешь, Сэм не в силах отказаться от халявных устриц с шампанским…

Попытка свести разговор к беззаботной болтовне провалилась, Пэм по-прежнему жаждала ответов, намерившись докопаться до самой сути,

— И…? Ты повздорила с кем-то из них? Поэтому отключила мобильный и принеслась сюда?

— Ах, всё совсем не так! Я не… — не в силах больше сдерживать разъедающие глаза слезы, невольно шмыгнула носом. — Ничего не случилось. Всё в порядке! Правда!

Внимательно взглянув на меня, Пэм внезапно кивнула и плеснула себе новую порцию шампанского.

— Ну, раз ничего… Налить тебе?

— Нет, спасибо, — вытерла с щёк всё же просочившиеся слёзы. — Можно я переночую у тебя?

— Конечно. Постелю тебе на диване?

— Диван — это просто замечательно! Ничего, если я доем пирожные?

— Валяй! — Зелёные глаза по-прежнему пристально разглядывали меня, пока их обладательницы потягивала шампанское. — По-моему где-то на полках завалялось печенье. Если хочешь…

— Нет, пирожных хватит…

Объёмный диван в гостиной Памелы при желании вполне мог вместить пару штук Кристи. А если потесниться, то и троих. Тисненый шёлк обивки холодил щёку давно позабытой приятной роскошью. Шикарный диван, как и всю модную дизайнерскую обстановку квартиры, слишком дорогую для начинающей актрисы, Памела могла себе позволить благодаря финансовой поддержке родителей, без памяти обожающих свою единственную дочь. Не слишком образованный, крупный мужчина с грубыми, нескладными чертами лица — отец Пэм, будучи зажиточным фермером, владельцем довольно крупного ранчо в Аризоне, всю жизнь разводившем овец, не мог и мечтать увидеть свою дочурку на экране местного кинотеатра. А потому безмерно гордился карьерой дочери в кино, потакая по мере возможности любым её прихотям.

Вопреки расхожему представлению об избалованных детях, Памела отвечала на любовь отца такой же горячей привязанностью, при любом удобном случае навещая родных. Пару раз она брала меня с собой, оставляя от этих поездок одновременно теплые и пронзительно-горькие чувства. Каждый раз меня встречали словно родную, окружая лаской и простодушной заботой. Но это был не мой дом…

Теплый плед и подглядывающая из-за шторы луна, потихоньку сделали своё дело, незаметно утянув в беспокойный сон…

— Кристи, тсс…! Тише, тише! Всё хорошо! — Пэм почему-то оказалась на коленях рядом, обнимая и торопливо вытирая влагу с моих щёк. — Всё уже хорошо! Не надо плакать. Видишь, тут только я.

— Что случилось? — передёрнув вмиг озябшими плечами, попыталась справится с сонной растерянностью. — Я разбудила тебя?

— Ты кричала во сне. И плакала. Не помнишь?

— Не знаю…

Остатки кошмара плавали где-то на самой границе памяти, в сумерках густого серого тумана, до поры расплывчато — невнятные, вновь притаившиеся до очередной атаки.

— Пойдем! — помогая подняться, она накинула мне на плечи плед. — Поспишь сегодня со мной. Я подогрею тебе молока, в холодильнике вроде оставалось …

Свернувшись под невесомым облаком одеяла в огромной кровати Пэм, внезапно почувствовала руку, стиснувшую мою ладонь.

— Всё будет хорошо, Крис! — тепло её ладони пыталось поддержать, на пару с ободряющей уверенностью голоса. — А хочешь, в следующие выходные вместе скатаемся к моим, на ранчо? Мама будет тебе рада, напечёт булочек с корицей и тыквенный пирог. Помнишь, тебе понравился в прошлый раз?

— Пальчики оближешь, — сонно кивнула ей. — А ещё твой забавный кузен…

— Фред? О да, парень свихнулся на лошадях. Попросим его дать тебе пару уроков верховой езды. Могу поспорить, он не отойдет от тебя ни на шаг! Хочешь, поедем?

— Хочу… Спасибо, Пэм, ты такая хорошая… — спрятав нос в безопасно-уютное пододеялье, прошептала, снова сползая в сон. В этот раз без сновидений.

Утро среды ознаменовалось чашкой чрезвычайно крепкого кофе (горького, несмотря на три ложки сахара), звонками Фернандо и Сэму со счастливым известием, что у меня всё прекрасно. Да, да, абсолютно все части моего тела на прежнем месте, и, вопреки ожиданиям, не раскиданы по Лос-Анжелесу ночным маньяком. «Я в полном порядке. Переночевала у подруги. Ты её не знаешь» — оптимистично врала в трубку по очереди каждому из них, с ходу отметя предложение Фернандо приехать за мной. Пришлось отвести мобильный подальше от уха, пока Сэм высказывал всё что думает обо мне, в свете ночных событий. Вообще-то приличные девушки такие слова вообще не слушают, а джентльмены не говорят! Но (к сожалению) Сэмми не джентльмен, так что послушно выслушав поток его возмущений, я пообещала «К вечеру буду дома.». И, не заметив сердитого «Можешь не торопиться!», приветственно помахала едва поднявшейся с постели Памеле.

— Будешь кофе? Я сварила. Очень крепкий!

— Ты волшебница! — зевнула Пэм, откидывая с глаз спутанные тёмные пряди. — С Фернандо курлыкала? — кивнула она на мобильный в моей руке.

— И с Фернандо тоже. Как думаешь — ещё не слишком рано звонить моему агенту?

Бросив ленивый взгляд на часы в гостиной, показывающие половину десятого, Пэм потянула с плиты кофейник,

— В самый раз. Звони!

…«В Лос-Анжелесе полдень, день чудесный, за окном температура тридцать один градус, на небе — ни облачка. Те, кто выходит из дома, не забудьте про солнцезащитный крем!» — сказали по радио, как раз в тот момент, когда такси замерло перед внушительным комплексом зданий на бульваре Кальвер. На центральном, состоящем, казалось, лишь из стекла и бетона, красовалась знакомая почти каждому жителю земли надпись Sony.

Едва не подвернув ногу, я почти выпала из такси, дернувшись на пронзительный гудок клаксона за спиной. Какой-то пижон на красном Феррари на полной скорости обогнул моё такси и, не снижая темпа, резко взвизгнул резиной и зарулил на огромную парковку в сотне метров дальше по улице.

Насколько хватало глаз на парковке плотными рядами выстроились десятки, а может сотни авто всевозможных марок и размеров. Не приходилось сомневаться, что все они имели ту же цель, что и я. Помимо офисного здания компании Sony, комплекс включал и здания дочерних фирм — когда-то независимых и знаменитых (а нынче подмятых под себя гигантом), одно название которых заставляло трепетать сердце — Metro-Goldwyn-Mayer и Columbia Pictures.

Подстегнутое выбросом адреналина сердце танцевало чечётку. Огибающий меня людской поток терял конкретные очертания, представляясь безликой волной, подхватившей и легко внёсшей моё трепещущее тело в высокие стеклянные двери. В помпезно оформленном холле было так же многолюдно.

— Я к Мириам Гарднер. Мне назначено.

Повторив волшебную фразу (два часа назад услышанную от Гальфстрингера) миловидной девушке за стойкой администратора, напряжённо замерла в ожидании ответа. Небрежно окинув меня взглядом, та едва кивнула «Подождите здесь. За вами спустятся». Незаметно вытерев о подол неожиданно вспотевшие ладони, всё больше волнуясь, торопливо поправила на груди очевидно слишком большое платье. Велико!

Однако ничего более подходящего моего размера, в гардеробе Памелы не нашлось. «Выглядишь настоящей леди! Самое то для девушки Бонда!» — уверяла меня подруга несмотря на то, что подол платья едва не закрывал щиколотки, а талию пришлось затянуть тонкой полоской синего пояса. «Всё идеально!» — стояла на своём Пэм, протягивая маленькую лаковую сумочку с заметным логотипом LV — «Это просто необычайное везение, что твой агент сумел договориться о новых пробах так скоро! Не зря его называют волшебником!». Действительно, происходящее казалось за гранью реальности, моей реальности.

Недовольное ворчание Гальфстрингера в мобильном: «Какого хрена в такую рань?», быстро сменилось заботливым: «Мисс Райз? С вами всё в порядке?». И уже через двадцать минут он перезвонил, в нескольких сухих фразах сообщив указания, долженствующие изменить всю мою жизнь.

— Через два часа мои пробы на Юнивер! Ты веришь?! — нажав отбой на мобильном, не смея поверить в свои слова, я обернулась к подруге.

— Да? Да! Да! — подхватив за талию, Пэм сделала со мной несколько бальных па по гостиной и засуетилась. — Нам надо нарядить тебя! И накрасить…

Приступ нервного возбуждения, охвативший нас обеих, позволил справиться с задачей в кратчайшие сроки и уже через сорок минут, довольная своим отражением, я поправляла перед зеркалом уложенные элегантной волной локоны, давая Памеле последние наставления.

— Кто бы не звонил — ты не знаешь где я! Никому не рассказывай! Ладно?

— И даже Фернандо?

— Ему особенно! Не дай бог принесётся на студию выяснять отношения! Мне надо сосредоточиться на пробах! Исключительно на них! Всё остальное — потом.

— А если Сэм позвонит? — уточнила Пэм.

— Сэму тоже! Никому! Обещаешь?

— О, и Марку?

— Что?! — резко обернувшись, поморщилась от острой боли в шее. — Откуда ты…? Пэм, где ты слышала это имя?

Попытавшись скрыть ухмылку, губы подружки изогнулись, а брови невинно взлетели вверх.

— Оу, так всё же есть такой?

Забыв о пробах, я задохнулась вопросом,

— Пэм, откуда ты узнала?!

— Что узнала? Так-так… Этот парень небезразличен тебе? Он хоть красивый? А как же бедняжка Ферджи? — хихикала вредина, вбрасывая градус моего кипения в красную зону.

— Памела! — вышло угрожающе.

Впечатлённая моим внезапным гневом, подружка легко пожала плечами, сдавая назад.

— Ладно, ладно, шучу! Не злись. Ты сама про него сказала. Ночью бормотала во сне. Невнятно, неразборчиво. Сперва я решила — название какого-то города. Но потом прозвучало «Нет, Марк, не смей…».

— Забудь! — перебила её, выхватывая из рук сумочку. — Это был дурной сон! Нет никакого Марка! Так звали моего пингвина. То есть я хотела сказать — козла. В смысле — козу, что жила у нас. Короче — не бери в голову! О Боже, взгляни, я уже опаздываю! Такси наверно заждалось… Спасибо тебе, родная, за всё!

— Позвони мне, как закончится, — невесомым движением Пэм убрала свалившийся мне на нос локон.

— Обязательно!

Быстро чмокнув подружку в щёку, заторопилась вниз. Такси действительно уже ждало меня…

…

— Мисс Райз?!

Низкий женский голос разом оборвал воспоминания. В худой (почти тощей), высокой женщине с коротким ёжиком рыжих волос и грубыми, рублеными чертами лица, женственной была лишь одна деталь — крупные ярко-синие серьги. Отсутствие косметики и брюки в сочетании с рубашкой мужского кроя только усиливали эффект. Жёсткий взгляд светлых глаз сочился холодным сомнением.

— Да, я очень…

Не дослушав, она резко развернулась на низких каблуках,

— Идите за мной!

Предъявлять пропуск, чтобы пройти через пропускной турникет моей провожатой не потребовалось. Подобострастно сложившись, служащий торопливо нажал невидимую кнопку, и стеклянная перегородка турникета беззвучно ушла в сторону, приглашая нас в недра здания. Стеклянный лифт, длинные коридоры схожие до дурноты, были преодолены в взаимном молчании и наконец, отворив одну из десятка одинаковых дверей, Мириам Гарднер снизошла до «Входите». Комната, больше походила на школьный класс, чем кабинет. Несколько столов в два ряда и большой полукруглый стол справа от двери. Белый экран на всю стену завершал ощущение.

— Ну, давайте! Что у вас?

Нетерпеливо протянула руку мисс Гарднер.

— Что? — не поняла я.

— Ну, что есть: портфолио, может быть — видеозапись…? Вы же подготовились?

Ничего такого у меня не было. В смятении покачав головой, выдавила неуверенное,

— Я не предполагала, что понадобиться…

— Понятно. — Рука Мириам упала, породив ощущение безнадежности моего предприятия. — Напомните, где вы снимались?

— Где-то последние полтора года я играю в сериале «Большие надежды» на канале Fox. Возможно, вы видели…

— Да, неплохое шоу с приличными рейтингами. А ещё?

Это «ещё?» прозвучало последним гвоздём в крышку моего гроба.

— Ну, ещё я немного снималась в рекламе.

— Масс-маркет, премиум бренды, от кутюр?

С тем же успехом она могла бы поинтересоваться, как часто я ужинаю у королевы Англии.

— Эммм… В основном реклама сладостей.

Её брови лишь слегка дрогнули.

— Ясно… — В руках женщины оказалась толстая папка. — Вы уже видели сценарий?

Я отрицательно мотнула головой, пока она неторопливо листала сценарий, донося до меня,

— Обычно мы так не делаем… Но Майк попросил меня. А за все двадцать лет нашей дружбы, я не разу не отказывала ему в просьбах, и ни разу не пожалела об этом…

Наконец найдя нужные страницы в сценарии, она протянула раскрытую папку,

— Вот отсюда. Сцена в спальне номера отеля. Вы — конкурирующий агент разведки с Востока, пытаетесь соблазнить Бонда с целью выкрасть его телефон, в котором зашифрованы адреса связных агентурной сети МИ-6.

Слушая её и пытаясь одновременно запомнить текст сценария, я раз за разом пробегала глазами строчки диалогов. В полном ощущении нокаута, снова и снова повторяла слова, тут же вылетающие из головы. Провалюсь, как пить дать! Опозорюсь, прямо сейчас!

— Ну что, вы готовы? — Мириам выразительно взглянула на крупные, мужские наручные часы на тонком запястье.

— Да, да… Сейчас… А разве вы не будете записывать на видео?

При всей нестандартности ситуации, запись видео была неотъемлемой части любых проб, что я проходила до этого момента.

— Ах да, видео… — словно эта мысль впервые пришла ей в голову, женщина на секунду задумалась, а потом быстро распахнула дверь, скомандовав куда-то в коридор. — Томми, зайди ко мне!

Высокий парень с зигзагообразно выбритыми висками и в футболке с черепом, которая была ему велика на пару размеров, через минуту ввалился в дверь, дружелюбно подмигнув мне.

— Да, Мириам. Я весь в твоём распоряжении.

— Мобильный при тебе? Включай видеосъемку. Будешь оператором.

Сцена в спальне… Пока Томми настраивал режим видео на последней модели айфона, я скинула туфли и взгромоздилась на ближайший стол. Допустим, что это кровать. Так, соблазнение… Представим, будто я — Сьюзен… Откинувшись назад, покрепче вцепилась пальцами левой руки в край стола (не хотелось бы свалиться) и попыталась изобразить томную расслабленность.

— Так, я читаю за партнёра. — Мириам заглянула в сценарий. — Мисс Грант, вы?! Какой приятный сюрприз!

— Зовите меня Элизабет, — Притушив взгляд ресницами, я позволила невесомой улыбке родиться в уголках губ. — Разве мы с вами не друзья, мистер Бонд?

— Для вас — Джеймс. Если бы я знал, что в номере меня ждет такой сюрприз, то не задержался бы за карточным столом.

— Ждать вас — одно удовольствие!

— Так же как и смотреть на вас, Элизабет! — Мириам подошла ближе и положила руку мне на бедро. — Хотите шампанского?

— Предпочитаю мартини. — Неторопливо облизнула я губы.

— Наши вкусы похожи…

— Возможно, это знак? — накрутив на палец локон, позволила ему соскочить упругой кудряшкой и протянула руку за воображаемым мартини. — За нашу дружбу!

— За дружбу! (Бонд оказывается рядом на постели)

— Надеюсь, вы хороший друг, Джеймс…

Нежно обхватив шею Бонда (Мириам) правой рукой, притягиваю его ближе, шумно вздыхая и подаваясь вперёд всем телом. Дальше должен быть поцелуй. Оторвав вторую руку от края стола, незаметно скольжу ей по телу партнёра, томно прикрывая глаза. Шею щекочет дыхание, в котором сквозь яркий запах мяты явственно проступает аромат табака… Ниже, ещё ниже, стекая назад под давлением чужого тела, на секунду отпускаю пальцы и …

Тракс! Звук удара глухой и не такой уж громкий. Моё тело, не удержав равновесия, уверенно устремилось к центру тяжести земли, в мгновение ока оказавшись на полу. Вот он — мой провал!

Фигушки!

Прикусив губу, сдерживая вспыхнувшую в боку боль, выдавливаю самую соблазнительную свою улыбку,

— Мистер Бонд, ваша харизма просто сбивает женщин с ног!

Парень, по имени Томми взорвался оглушительным, раскатистым смехом (который наверняка попал на запись), а Мириам протянула руку, помогая мне подняться,

— Вы не ушиблись, мисс Райз?

— Всё в порядке! — Легко оказавшись на ногах, я подала ей телефон. — Это ваше, мистер Бонд!

Секундное недоумение и прозрачный намек на улыбку коснулся тонких губ,

— Спасибо. А вы находчивы, Лаки…

— Обычно меня зовут Кристи. Это моё настоящее имя.

— Что ж, я запомню… Кристи.

….После умеренной прохлады здания жаркий летний день обрушился нежданной горячей волной. Ослепнув на несколько мгновений, я зажмурилась, мимолётно пожалев о забытых на яхте солнечных очках. Прищурившись, бросила взгляд влево, прикидывая, как далеко до ближайшей автобусной остановки?

Лимит поездок на такси на сегодня был исчерпан, да и идти, насколько помнила, тут всего ничего — минут десять обычным прогулочным шагом. Да и торопиться уже некуда. «Мы сообщим вам» — стандартная фраза, которая не обещала ничего конкретного, но всё же взгляд, в котором явно читался намек на доброжелательность (мне не привиделось, всё так и было), как и в словах «А вы находчивая!», внушали оптимизм, разгоняя кровь в ощущение взлёта. Крылья надежды подхватили и несли, несли по разморенной полуднем улице, придавая невесомость ногам.

Взвывший за спиной автомобильный гудок дернул обернуться и наконец-то заметить уже знакомый чёрный силуэт авто…