Моя Калифорния

Глава 27. Накосячила

Совершенно незаметно посиделки с соседкой растянулись на пару часов. Несколько чашек душистого чая, быстро закончившаяся пачка шоколадного печенья, и взрывы смеха, сопровождавшие обсуждение аферы с фальшивой ведьмой.

Таниша так загорелась идеей предстоящего спектакля, что о причине представления поинтересовалась лишь мельком. Ответ «Это личное» её вполне устроил. А когда на вопрос «И кого будем спасать?», я, с некоторым колебанием, показала ей фото Марка, лицо соседки украсила лукавая улыбка. «Поняяятно!» — присвистнула она многозначительно, впрочем, ограничившись этим. Договорившись на завтрашний вечер, я напоследок заволновалось, что ввиду предполагаемого обеда с семьёй Фернандо, не смогу появиться дома раньше семи и участвовать в подготовке,

— Доверься мне, — подмигнула Таниша, с высоты своих метр семьдесят пять. — Всё получится в лучшем виде! Я восемь лет участвовала в постановках школьного театра и, знаешь, в некотором роде была местной звездой. — Широкая улыбка озарила её смуглое лицо. — Вот увидишь — мы с тобой повеселимся на славу!

С этими словами Таниша утопила меня в крепком объятии, мгновенно уняв любые сомнения.

— До завтра! — обернулась я в дверях.

— Доброй ночи, Кристти! — кивнула соседка, ускоренно засобиравшись на работу. Мы слишком припозднились, из головы напрочь вылетело, что она работает по ночам.

Дома меня встретил звук работающего телевизора. Судя по происходящему на экране, Сэм смотрел боевик.

— Будешь попкорн? — предложил он с дивана, не отрывая взгляд от шумной перестрелки.

— Не ожидала увидеть тебя так рано, — присев рядом, запустила пальцы в большую миску с попкорном.

— Это не я рано, это ты — поздно, — возразил Сэмми. — Обычно в это время ты торопишься баиньки. Где зависала?

— Пили чай с Танишей, — пожав плечами, я пыталась уследить за разборками на телеке, но смысл происходящего упорно ускользал, — и как-то затянулось…

Мои слова не произвели никакого эффекта. Через пару минут Сэм громко зевнул и потянулся, очевидно заскучав. Воспользовавшись этим, я задала вопрос, который уже несколько минут зудел на языке,

— Сэмми, почему ты не рассказывал мне, что бывал в Индии?

— Что? — очевидное непонимание исказило черты приятеля. — Ты о чём?

— Ты ведь был в Индии несколько лет назад?

— Ну, да, летал на свадьбу школьного друга? Зависали неделю в Гоа, — он хмыкнул и почесал за ухом. — Не думал, что это тебе интересно.

— Свадьба?! — решение оказалось слишком уж простым.

— Ага, Боб Уолш женился. Это было года три назад. Я почти ничего не помню с той поездки. Мы круглосуточно не расставались с виски, временами выползая на пляж. Кажется, где-то у меня тут были фотки… — он полез в телефон. — Эмм, если остались… Ага! Вот оно!

Сунув экран мне под нос, он ухмыльнулся,

— Сейчас то я в лучшей форме! Подкачался! Гляди, вот это Бобби, а это Фред Гибсон, он тогда чуть не утонул, бухим в стельку сиганув с обрыва. Едва откачали…

С фотографий на меня смотрели весёлые, обгоревшие на солнце парни. Вывеска на прибрежной забегаловке на заднем плане гласила «Волшебный закат Гоа». Нелепое, катастрофическое совпадение. Почему детективы, которых нанял Марк, раскопали только даты поездки, ничего не узнав о её цели? Случайно или специально скрыли от моего мужа, потому, что история с любовником слишком уж ладно вписывалась в их концепцию побега неверной жены?

— Птичка, а с чего вдруг возник вопрос? — Заметив мою озабоченность, Сэм выключил телик и пододвинулся ближе. — Ну-ка рассказывай, что стряслось?

Я мотнула головой, но не очень убедительно.

— Да ладно, Крис, ты же знаешь, что всё можешь доверить дядюшке Сэмми. Разве я когда подводил тебя? Да у тебе на лице написана вселенская скорбь. Кто-то опять умер? Надеюсь, не от твоей руки?

Слабо улыбнувшись на шутку, я хлюпнула носом, сдерживая внезапно подступившие слёзы. Фу, ну вот опять разнюнилась. Но ругать себя было поздно…

Уткнувшись носом в пахнущее сигаретным дымом и кабаком плечо Сэма, я всё же не выдержала,

— Всё так запуталось, Сэмми! Всё просто ужасно! Ужасно!

— Опять накосячила? — сочувствие в его голосе вызвало новый поток моих слёз.

— Угу… Всё очень плохо…

Слегка отстранившись, Сэм взглянув на моё покрасневшее, влажное лицо и вытер щеки ладонью,

— Ну вот ещё… Ох, птичка, ну что случилось-то?

— Он мне не верит! — вырвалось нечётким рыданием. — Думает — я ужасная! Я, и правда, — ужасная! Аааа….!

— Этот твой сладкоречивый мучачо?

Вместо ответа я сокрушённо покачало головой. Задумчивая растерянность на лице Сэма, внезапно сменилась откровением осознания,

— Красавчик Оберой?! — брезгливо выдохнул он.

Я быстро кивнула,

— Он… — Слова были слишком пугающими, чтобы произнести их вслух. — Он не верит… Думает, я изменила, предала… бросила его ради тебя!

Сэм тяжело вздохнул и нахмурился. Несколько десятков секунд ему понадобилось, чтобы собраться с мыслями и произнести,

— Нет, Крис, так не пойдёт. Я не могу помочь тебе, ничего не понимая. Ты либо говори всё, либо… Либо оставим эту тему и идём спать. Решай сама, птичка.

«Что ж, спать, так спать!» — сосредоточенно рассматривая линии на ладонях, подумала я, а губы выдохнули,

— Мы были женаты… — Потрясение Сэма вылилось в негромкий присвист, но он не добавил ни слова, позволив мне продолжить. — А потом я сбежала. Ну, ты знаешь… Уехала от него в Нью-Йорк, хотела попробовать стать кем-то… Кем-то значимым. Сложилось совсем не так. Вышло, как вышло! Но я никогда не хотела плохого! Не думала, что он… Знаешь, Марк нанял детективов и они запутали всё ещё больше. Наговорили ему… всякого. Я больше не могу! Не могу так! Он ненавидит меня, Сэмми! Ненавидит!

Рыдания прорвались, потоком смывая слова и мысли. Осталось только горе, бескрайнее как океан. Какое-то время я самозабвенно рыдала, громкими всхлипами взламывая тишину ночи. Сэм молча сидел рядом, гладя меня по голове. Большего и не требовалось. Всё напряжение последних дней, всё разочарование и боль теснившие грудь, вымывало слезами, принося пусть и фантомное, облегчение.

— Ты всё ещё любишь его.

Прозвучало над ухом, когда мои рыдания утихли. Это не было вопросом, скорее — констатацией факта. Но я ответила.

— Не знаю. После того Рождества я смирилась, убедила себя, что всё в прошлом, что вернуться назад невозможно. Поверила в другую жизнь, в жизнь без него, где я могу… Где могу быть счастлива, могу полюбить ещё кого-то… Не знаю… Может быть это было самообманом, но я верила всё было в порядке… Пока не увидела его снова. Это ужасно, Сэмми, я не могу так! Не могу видеть его глаза, не могу слышать, когда он говорит эти чудовищные вещи, не могу… Когда он произносит моё имя — сердце останавливается! Я не знаю, любовь ли это, но осознавать, что он так думает обо мне — невыносимо! Что мне делать, Сэмми? Что?!

Сэм задумчиво покусал губу,

— Ты не думала поговорить с ним откровенно?

— Я пыталась! Думаешь я не пробовала?! Разве можно сдвинуть гору?! Растопить Антарктиду легче чем переубедить мистера Обероя! Мне посчастливилось выйти за самого упёртого мужчину на земле! Знаешь, он полгода мучил меня и изводил себя до смерти, когда мы только поженились! И знаешь почему?! Потому, что он напридумывал себе всяких глупостей и свято уверовал в них! О, в этом он профи! Ты не представляешь…

— Когда только поженились?

Сэм явно заинтересовался, но меня уже несло.

— Не бери в голову! У нас всё не как у людей! Иногда я думаю — где я так прогневала Богиню, что она наказала меня этим мужчиной?! А может она смеётся надо мной?!

— Тсс, Кристи, притормози! Я ни фига не понял. Вы женились, потом ещё, потом ты сбежала, он нанял детективов, и те накопали на тебя… Что накопали?

— Всякие глупости. Что ты был в Индии незадолго до того, как я уехала оттуда, а потом я якобы сбежала к тебе и мы вместе жили Нью-Йорке.

— Но мы не жили вместе!

— Я не знаю, откуда они это взяли. Может из того, что я часто бывала у тебя в гостях… И ещё… Марк думает — мы были… есть… в близких отношениях…. Ну ты понимаешь, не только как друзья. Что я влюбилась в тебя и поэтому ушла от него. Вот!

— Ерунда какая-то! — хмыкнул Сэм. — Полный бред. Этот парень — дурак, поверить в такое зная тебя?

Я пожала плечами и тяжело вздохнула,

— Он твёрдо уверен. То, что мы живём вместе, как соседи, добавило правдоподобности его версии… Да ещё и Фернандо…

Да, роман с Фернандо был вишенкой на торте моего «грехопадения» в глазах Марка. Сэму не составило труда сообразить это. Задумчиво попыхтев, он предложил,

— Хочешь, я поговорю с ним? С этим твоим психом. Объясню, как всё было на самом деле. Ну, раз для тебя это так важно…

— Он не поверит. Он знает про то, что произошло между нами тогда, на Рождество.

Мы дружно смолкли, вспомнив случившееся на позапрошлое Рождество. То, что пообещали друг другу забыть. Нашу ошибку. Мою ошибку…

— Ты рассказала?

— Угу. Он спросил… Я ответила.

— Печалька, — Сэм потер лоб, пребывая в явной растерянности. — Тогда не знаю, что и… Давай, я всё же попробую убедить его? Вдруг получится?

Признаться, надежд на это я не питала, но всё же кивнула «Хорошо», решив закончить этот тяжёлый разговор.

— Я пойду спать, наверное, — выдавив жалкое подобие улыбки, поднялась с дивана. — Поговорим завтра, ладно? Спокойной ночи.

— И тебе! — Сэм улыбнулся ободряюще. — Не бери в голову… Всё рассосётся, вот увидишь, птичка!

Сон отрубил меня сразу, точно рубильником отрезав от сознания волны тревожного беспокойства. Однако счастливое облегчение длилось недолго. В ощущениях — прошло не больше пары минут, как взорвавшийся песней Бьонси мобильный смахнул сон, враз слетевший лёгким покрывалом. Какого чёрта надо Сьюзен в это время?!

Её взвинченное «Кристи?!!!» в трубке в момент прогнало остатки сонливости.

— Что случилось, Сью?

— Кристи, объясни мне! Я ничего не понимаю!

— Сьюзен…

— Я поговорила с Марком! Приехала к нему домой, а он… — истерические ноты в её голосе слышались слишком отчётливо, чтобы ожидать хорошего от продолжения. — Он… Он сказал, что между нами ничего нет! — Она захлёбывалась словами. — И ничего не было! НЕ было!

— Сьюз, постой…

— Ты понимаешь — НЕ БЫЛО!!! Он сказал — мы просто развлекались! Развлекались!! Кристи! Слышишь?!

— Слышу, Сью…

— Нет, ты подумай! Этот мерзавец, просто… Просто сказал: «Всё закончено». Словно это…Словно это какая-то ерунда. Я спросила «Почему?!», и знаешь, что он ответил?! «Спроси у Кристи». Спроси у Кристи! Что это значит, Крис?! Ты знаешь? Я не понимаю! Что ты…

— Сьюзен, я не… Прости, я не хотела…

Это была катастрофа. Не те, это были не те слова! Поняла это по резко оборвавшимся в трубке всхлипам,

— Не хотела, что?! Что — не хотела, Кристи?! Переспать с ним?! Да?! Так это ТЫ?! Ты всё разрушила?!

Хватая ртом воздух, я пыталась найти объяснения, чтобы всё исправить. Их не было. В оглушённой катастрофой голове словно лопнул шарик, оставив вместо мыслей звенящую пустоту.

Между тем Сью неистовствовала, накручивая себя,

— О Боже, так это ты! А я то — дура! Поэтому он и сказал про тебя! Всё из-за тебя! Все эти ваши нелепые стычки… лишь завеса. А на деле… Ты просто хотела его! Боже, ты просто хотела! А я-то думала, ты на моей стороне…

— Сьюзи, послушай, ну пожалуйста, всё не так! Мы с Марком уже давно…

— О, так вы давно?! — взорвалось желчью на другом конце провода. — Так вы давно трахаетесь?! Когда?! Неделю? Больше?! С острова? А может ещё с яхты? Ну да, конечно, я должна была догадаться! Вся эта нелепая история с падением за борт. Вы просто надурили нас всех!

— Нет, Сьюз! Это не специально… Послушай, мы не были тогда вместе! Поверь…

Мои оправдания бессмысленно разбивались об безумие её отчаяния. Она не слышала, не хотела слышать, одержимо ухватившись за свою идею, в которой, надо признать, было зерно правды.

— Да как же ты могла! Не могу поверить! Предательница! Я ведь доверяла… Думала, ты с Фернандо, а ты…Ты и его дурила! Просто использовала. Ты всех нас использовала! Тварь! — Рыдания в трубке сменились быстрым, отрывистым дыханием. — Но не думай, что это сойдет тебе с рук! Неа! Ты сломала мне жизнь и получишь … Ха, ха, ты получишь в ответ! Узнаешь, как это больно! Да, ты тоже всё почувствуешь, Крис!

— Сюзен, ну пожалуйста, успокойся! Давай погово…

Бессмысленно. Она бросила трубку.

Сердце дрожало в нервном ритме, распространявшемся на всё тело. Подрагивающие пальцы судорожно сжимали телефон, пока мозг пытался оценить размер катастрофы. Моя лучшая подруга… Она, как и Марк, в это мгновение пылает ненавистью, чувствуя себя несчастной по моей вине. Опять по моей вине! О боже, как же я снова всё испортила! Нужно попробовать, попытаться всё исправить!

Попытка перезвонить Сьюзен наткнулась на короткие гудки, повторная — на сообщение, что абонент недоступен.

В смятении отмеряя шаги вдоль кровати, понимала — всё бесполезно! Порыв поехать к Сьюзен домой, показался удачным лишь на первый взгляд, тут же отметённый соображением, что сейчас она не в том, состоянии, чтобы понять мои объяснения. Вероятнее всего, прямой выстрел мне в голову показался бы ей сейчас лучшим приветствием. «Ночные монстры растворяются при свете солнца. Так же и плохими мыслями…» — напомнила себе я, пытаясь сохранять спокойствие, и вернулась в постель.

Проведя несколько часов в лихорадочном сне, открыла глаза с первыми проблесками рассвета, проснувшись с тяжелой головой и тянущей болью в висках. Перевернувшись на другой бок, забралась с головой под подушку, надеясь укрыться там от проблем предстоящего дня. Иллюзия безопасности была настолько эфемерной, что не продлилась и несколько мгновений.

Новый день напомнил о себе сообщением на мобильном: «С добрым утром, ми амор! Буду у тебя к десяти. Надень что-нибудь лёгкое, сегодня обещают пекло… Люблю! Целую!» и с десяток романтично-сладких смайликов. «О Господи, обед с родственниками Фернандо! — схватившись за голову, я откинулась навзничь, — Да уж, день обещается просто потрясающим!».